на грани фола

Ему даже глаза не нужно было открывать, чтобы понять — сомневается. За годы обучения и работы, эта ее черта, сперва, приводившая в бешенство, теперь воспринималась нормально. Грейнджер будто была соткана из сомнений и в этом, бесспорно, был некий плюс. Плох тот детектив, кто ни разу не сомневался. Даже в собственных суждениях. Очевидность ее капитуляции была бесспорной — послышался шорох одежды, да вялые ворчания о футболках. Ее попытки придать их отношениям, какого — то целомудрия были смешными, но они уже за сегодня выполнили годовую норму по ссорам. Малфой только крепче ее к себе притянул, обнимая одной рукой. Конечно же, все не могло закончиться просто так. Речь же о Грейнджер. С минуту она почти не дышала, примеряя на себя образ застывшего и пойманного в силки зверька. Ее сердце так грохотало, что мешало заснуть — ударами пробивая его ребра, с учетом того, что их даже миллиметра одежды не разделяло. Потом она принялась устраиваться рядом поудобнее, откровенно расслабившись. Дыхание ее выровнялось, и Малфой позволил и себе отключиться. Сон был слишком крепким и плотным. Утро наступило слишком быстро. Грейнджер несколько мгновений соображала, где она находится, обнаружив себя в незнакомой обстановке. Но счастливо сопящий в шею Малфой быстро напомнил, каким ветром ее сюда занесло. Не удержавшись, она чуть развернулась и запустила пальцы в его волосы, скользя от макушки к затылку. Он был непривычно расслаблен и казался немного беззащитным, вызывая щемящее чувство в груди. Девушка уткнулась лбом ему в грудь. Она все пыталась разгадать мотивы его поступков, разобраться, что двигало им, когда он привез ее к себе домой и уложил спать — практически невинно посапывая рядом, все это еще больше запутывало их и без того сложные отношения, пробуждало то чувство внутри, которое все больше топило ее в нем, напоминая почему она так старательно все эти годы бежала от его знаков внимания. Гермиона слишком боялась полностью отдаться в его власть над ней, границ которой она не видела. Но сложно спать, когда тебя кто — то разглядывает или прикасается. Драко глубже вдохнул, пытаясь сбросить сонливость и сообразить, который сейчас час. Грейнджер разгоняла мурашек по коже, пользуясь его состоянием. Наверное, уже давно не спала. Он ткнулся губами ей за ухо, невнятно выдохнув приветствие, и еще с целый десяток минут лениво поглаживал шею кончиками пальцев. Каждое утро было бы добрым, будь оно таким. Вот только, вставать пора было. Малфой поцеловал ее за ухом снова, пока Грейнджер выдыхала ему в район ключицы, откидывая одеяло. В спальне все еще было темно из — за опущенных штор, но зрение редко его подводило. И если бы он так и продолжал бесстыдно ее разглядывать, то, скорее всего, Грейнджер сбежала бы снова. Поэтому он подтянул ее к краю кровати и, подхватив под колени, перекинул через плечо. Возмущенные вопли вряд ли возымели бы эффект, как и удары тоже. Он стянул с нее остатки нижнего белья, и, обвиняя Грейнджер в ее бессердечности, потащил в душ. — Ты знаешь, сколько людей требуют экономить воду по всему миру, а ты их так подставляешь? Экономить воду не получилось — душ пришлось принимать два раза. В одно неуловимое мгновение дыхание Малфоя переменилось, и Гермиона поняла, что он проснулся. Она хотела было отстраниться — хватит с него того, что он по-хозяйски прижимал ее к себе всю ночь, но, получив поцелуй вместо доброго утра и какие-то невнятные бормотания в ухо, от которых почему-то по всему телу заскользили мурашки, передумала. С интересом замерев, девушка ждала продолжения, которое не заставило себя ждать — его пальцы касались шеи, заставляя дыхание учащаться. Возбуждение нарастало с каждой минутой эти ласк, балансирующих на грани между развратом и невинностью. Грейнджер выдыхала все тяжелее и старалась удержать себя от ответных движений — телу нестерпимо хотелось прижаться к Малфою каждой клеточкой, украсть у него более жаркие поцелуи, более обжигающие поглаживания. Она уже почти заявила ему, что вообще-то не железная, как он прекратил свои сладкие пытки и, стащив ее с кровати, понес в душ. Гермиона, конечно же, оказала посильное сопротивление, пару раз стукнув его по плечам. Сохранить образ приличной девочки и выгнать его из душа не получилось. Зато звуки воды отлично заглушали ее особо сильные стоны. В этот раз она уже так не сдерживалась. *** — С ордером, какие — то проблемы, — едва закончив разговор с Блейзом, он столкнулся с каким — то странным ощущением цикличности событий. Обычно прокурор был лоялен к их отделу, и такие вопросы в кратчайший срок решались, чего бы ему по этому делу так упорно сопротивляться? И не то, чтобы отсутствие документации их останавливало. Малфой чувствовал, что они напали на верный след — Грейнджер лишь подтвердила его догадки, а ее интуиции он привык доверять. Оказалось, что отсек для кофейных зерен машины в его доме был безбожно пуст, а есть после секса хотелось просто зверски. Грейнджер собралась в рекордные сроки, как и вчера, и даже не высказала никаких явных возмущений на этот счет. Кажется, физическая близость благотворно влияла на ее паскудный характер. Они быстро перекусили в небольшом кафе, попутно переговариваясь с Забини и Поттером по телефону. Те уже были в участке, и не удивительно, ведь время давно перевалило за девять. Если честно, Драко ожидал, что Грейнджер начнет злиться — для нее опаздывать было сродни выстрелу в голову, но та молчала. Удивительное рядом, черт возьми. Гермиона села за руль, пока Малфой по громкой связи обсуждал вчерашние их злоключения с Блейзом. Тот обещал помочь с ордером, пока они будут разговаривать с сотрудниками Олливандера. Но нужно было его первоначально ввести в курс обстоятельств. Потом перезвонил — проблемы с согласованием. Может быть, стоило, и подождать, но момент может быть упущен. Шантаж еще никто не отменял, в конце — концов. Драко посмотрел на Грейнджер, а та упорно на дорогу. Втопила молча, вцепившись в руль. — Гермиона, — он опустил руку на ее колено, чуть сжимая пальцы. Дамблдор их за это по головке не погладит, уж и к гадалке не ходи. А она, Грейнджер, умной была, и все прекрасно понимала, — все нормально. Магазинчик Олливандера находился на самом краю улицы, рядом с винтажным кафе и старым кинотеатром, иногда показывает ретро — фильмы. Малфой мысленно сделал пометку «сводить Грейнджер в кино», и спросил в очередной раз, не хочет ли она остаться в машине. Она, конечно же, не хотела. Утро было солнечным, а учитывая, что сейчас был будний день, то и прохожих было немного. Все еще были потрясены чередой убийств, поэтому никто не искрил радостью, кроме детей, конечно. Они с Грейнджер неспешно добрели до магазина, тщательно осматриваясь. Здесь где-то определенно должны быть складские помещения, вот только где. Не хватало еще, чтобы какой — то ушлый паренек — кассир, прыгнул на склад, а оттуда — в окно. Больше всего Драко ненавидел гоняться за такими «бегунами» и сразу делал предупредительные выстрелы. Некоторым хватало ума остановиться, а некоторых увозили с простреленными ногами. И отчеты, конечно. С объяснением того, почему он применил оружие в том или ином случае. В магазине было пусто, даже за старинной лавкой с кассовым аппаратом годов 90-х никого не было. Будь они ворами, уже бы стащили что — то, но через секунду выбежал парень. Навскидку, не младше их с Грейнджер. На бейдже кривым и дрожащим почерком было выведено «Оливер В.» Драко представился согласно уставу, показал значок и принялся расспрашивать о том, что слышал Оливер В. Парень казался глуповатым, но когда речь зашла об осмотре кабинета шефа, тот тут же изменился в лице и потребовал показать ордер. Грейнджер, только молчи. — Произошло убийство, парень, — надавил Драко, подступая к стойке ближе, - или ты что — то знаешь и собираешься скрываться это от следствия? Оливеру В. Хватило ума отрицательно кивнуть. Видно было, что он занервничал. Грейнджер тут же уличила возможность и поднялась на второй этаж — там и находился офис Олливандера. А Малфой остался тут, допрашивать продавца. *** Есть хотелось так сильно, словно Грейнджер голодала как минимум неделю, а не уплетала накануне вечером пасту. У Малфоя, как назло, закончилось все и даже кофе, и вместо участка пришлось ехать в кафе. Одеваясь во вчерашнюю одежду, она чувствовала себя немного неуютно, хотя в их работе было не привыкать порой не успевать даже душ принять, не то, чтобы сменить белье и рубашку с брюками. И если бы не желание съесть слона, она бы помчалась в участок, где в шкафу висела запасная рубашка. Застегивая пуговицы, Гермиона задумчиво глядела на его постель, хранящую следы их пребывания, и вспоминала, что ее собственная выглядит еще хуже. Если бы не чувство долга и необходимость раскрыть дело по горячим следам и до того, как примчатся федералы, она затащила бы Малфоя обратно в кровать и не вылезала оттуда несколько дней. Если они все-таки не убьют друг друга до конца расследования, то, пожалуй, именно так она и сделает. Обеспокоенный звонок Гарри застал ее уже в кафе, и между уплетанием яичницы с беконом, Грейнджер слушала его, изредка уточняя обстоятельства. Благо Поттеру хватило такта не пытать ее дальше того, что она сообщила ему о вчерашнем пребывании допоздна в доме Олливандера. Ведь, в конце концов, даже она может проспать на работу. Хотя, если бы Драко не потащил ее принимать вместе душ, то они скорее всего успели бы к официальному началу рабочего дня. Но ей слишком понравился утренний секс с ним, чтобы обвинять его в опоздании. Пока она разговаривала с Гарри, Малфой обсуждал проблемы с ордером и обстановку в участке с Забини. Гермиона терялась в догадках, что случилось с прокурором, раз он вставляет им палки в колеса по такому резонансному делу. Не хватало еще, чтобы прокурор был в этом замешан, мистер Риддл производил приятное впечатление, хоть и не безосновательно считался крайне жестким человеком, но все же всегда стоял на страже закона. Грейнджер считала, что в его работе нельзя быть мягким. После завтрака и всех этих переговоров с Гарри и Забини, они решили, что будет оправданнее наведаться в лавку Олливандера и расспросить ее сотрудников. Особенно ей было интересно, наведывались ли туда незваные гости вроде тех, что побывали вчера в его доме. Малфою опять позвонил Блейз, и поэтому она села за руль, чтобы тот не отвлекался от разговора. Драко включил громкую связь, Гермиона внимательно слушала. Ее терзало нехорошее предчувствие и бродил вопрос вроде того, кого убьют третьим? Она чуть заметно улыбнулась, когда парень ободряюще сжал ее коленку. Вот опять, он выбивает из нее сильного полицейского и оставляет слабую женщину одним движением руки. В его объятьях накатывала спокойная уверенность и проклятое чувство защищенности, и вдруг возникали сомнения, стоит ли нестись куда-то сломя голову, размахивая карающим мечом над головой, когда и так все хорошо? — Надо позвонить Дамблодору, — проговорила Грейнджер, доставая следом телефон и набирая шефа. Несколько минут унижений, и можно со спокойной душой заниматься работой. В лавку Олливандера Драко вошел первым, он же и демонстрировал значок появившемуся парню, видимо, работающему здесь то ли продавцом, то ли помощником, то ли черт знает кем. Она была практически уверена, что после смерти хозяина лавка должна закрыться, ан нет, работает как миленькая. Некий Оливер В. с легкой заторможенностью отвечал на вопросы Малфоя, и, несмотря на его в целом смазливое личико, выглядел так, будто перед тем как выйти к ним он получил пару раз футбольным мячом по голове и плохо ориентировался в пространстве. Вот только вся его заторможенность резко прекратилась, стоило упомянуть кабинет Олливандера и необходимость его осмотра. Грейнджер пристально на него посмотрела, стоило тому заикнуться о предоставлении ордера. С которым, как назло возникли проблемы. Малфой надавил на паренька — тому явно не хотелось быть замешанным в дело об убийстве, и, не встретив более сопротивления с его стороны, Гермиона обошла прилавок и стала подниматься по лесенке, ведущей в кабинет Олливандера. Они побывали уже в двух его кабинетах, и было любопытно, насколько этот отличался от домашних. Ее напарник тем временем приступил к допросу, и она пообещала напомнить ему о дозволенных методах ведения следствия. Не хотелось бы, чтобы доказательства посыпались в суде из-за того, что перепуганный Оливер В. вдруг начнет рассказывать о том, как Малфой ему угрожал. Поди убеди присяжных, что он вежливо и тактично обращался с ним. Хотя с обаянием Драко это могло сработать. Кабинет ее разочаровал. Небольших размеров со спартанской обстановкой — пустой стол, обычный стул, тумбочка в углу — вот и все. Ни в одном из ящиков не было ничего полезного — несколько пустых бланков договоров купли-продажи и канцелярские принадлежности. Либо тут никогда ничего не было, либо незваные гости уже унесли все, что нужно. Хотя кабинет не производил впечатление, что Олливандер здесь много работал. Скорее — необходимость для подписания бумаг наедине с продавцами редких товаров и их покупателями. Если в лавке есть что-то полезное для них, то явно не в этом кабинете. Она спустилась обратно. — И кого ты запустил в кабинет начальника до нас, а? — поинтересовалась Грейнджер, подходя со спины к Оливеру, распинающемуся о том, как он ничего не видел, не слышал и не знает. Ее все еще беспокоило, почему лавка до сих пор работает, кто тогда получает выручку, платит зарплату? *** Грейнджер проскользнула мимо него, в кабинет, без лишних препирательств. Словно только и ждала момента — такую возможность вряд ли бы упустила, слишком у нее глаза горели. Оливер В. выглядел так, будто знал много, но очень хотел жить. Драко понимал его прекрасно. Ведь выражение о пропорциональности крепкого сна к великодушному незнанию, было как никогда правдивым. И стоило Гермионе уйти, как продавец тут же сорвался на сбивчивый речитатив, пытаясь обтекаемыми синонимами доказать одну простую истину — не виновен он. Знать не знает, ведать не ведает. Возможно, в его словах была доля искренности, когда он одухотворенно рассказывал об Олливандере. Он вечно дергался, да и вообще создавалось впечатление, будто Оливеру В. неудобно в собственной шкуре. Словно он был не на своем месте. Когда Драко попросил его показать документы, тот отпираться не стал, а лишь оглянулся в сторону кабинета, где была Грейнджер. Потом кивнул и исчез в подсобке. Его не было целых двадцать секунд или около того, и Малфой был на грани, чтобы шагнуть за ним следом. Но паренек вернулся в зал, протягивая ему id карту и права. Пришлось вид делать, будто он их внимательно изучает. Оливер Вуд, как оказалось, все еще не мог спокойно устоять на месте — крутился, делал пару шагов в сторону. Так обычно себя наркоманы ведут, либо в дозе недобравшие, либо не получившие ее вовсе. Допустим, Олливандер заплатил ему за месяц вперед и парень настолько честный, что решил, во что бы то ни было свои деньги отработать. Мир полон потешных идиотов, тут уж не поспоришь. Но Вуд таким определенно не был, хотя старательно делал вид. Значит, Драко был прав в своих суждениях, и дело было в приемнике. Неужели старик оставил на свое место Оливера? Вот почему магазин не закрыт. Можно избавиться от неугодного человека, но от связей вокруг него — нет. Криминал, это, по сути, налаженная система, где люди в ней лишь винтики. Одинаковые и взаимозаменяемые. Грейнджер быстро и ловко спустилась по лестнице, злая и определенно чем — то недовольная. Подступила к Вуду со спины, тихо, и его странная нервозность обрела новые грани — тот стал дергаться еще сильнее. Возможно, ему действительно было страшно. Значит, кабинет был пуст. — Оливер Вуд, вы арестованы по подозрению в убийстве мистера Олливандера, — зачитывая стандартный текст задержания, Малфой достал наручники из кармана, тут же защелкивая их на запястьях ничего не соображающего парня. Одно то, что он шастал в магазине убитого, уже можно было считать объективной причиной. Пусть посидит двое суток в камере, подумает о своем поведении. И о сохранности своей продажной шкуры в том числе. Следовало вызвать патруль к магазину, и внести его в список тщательного осмотра наравне с местом убийства. Даже если Грейнджер и была права, оставались еще какие — то записи, вещи, учетные журналы. Чем больше доказательной базы, тем лучше. Всю дорогу до участка Вуд молчал. Забини у входа их ждал — верный знак, не суливший ничего хорошего. С ордером затягивали, это по его недовольным глазам было видно, когда он руку для пожатия протянул. Они перебросились парой фраз о том, что сегодняшний день, возможно, проклят. Странные события, окутывающие, казалось бы, простое убийство старика — антиквара, сгущались. Если честно, Драко не верил в такие совпадения, не обещавшие ничего хорошего. Личный интерес никогда не стоило отбрасывать. Они втроем направились в офис, пока патрульные занялись оформлением Вуда. Прежде чем начать допрос, нужно было оставить его в камере на пару часов. Пусть хоть годную лживую версию придумает. Грейнджер казалась недовольной, и это было понятно — возможно, они упустили важные вещественные доказательства. Он украдкой погладил ее по бедру, быстро и сильно, пока они стояли в лифте — слишком большая толпа, чтобы можно было кого — то в чем — то уличить. Он уступил Грейнджер свое кресло, а сам мерил шагами кабинет, пока не вернулись Поттер и Блейз. У тех тоже были сведенья по делу — оказалось, что старик — таки оставил завещание. А значит, все— таки знал о том, что смерть идет за ним по пятам. Без сомнения, многие люди в преклонном возрасте задумываются об этом. Но в большинстве случаев, это большая бюрократическая волокита, да и удовольствие не из дешевых. Хотя, не стоило отбрасывать возможность того, что Олливандера просто вынудили это сделать. Тогда и понятен нервозный вид Вуда — смена хозяина редко бывает приятной. Тот, видимо, не было проинструктирован должным образом, как следовало общаться с полицией. Малфой в беседу этих троих не вмешивался — слушал. Он так в большинстве случаев делал, вставляя едкие комментарии или откровенно насмехаясь над некоторыми теориями. Но сейчас ситуация была совсем иной. Неужели Олливандера убили из-за доли в бизнесе? Неужели все было так просто? Пока Поттер распинался об опасности их вчерашнего приключения, у Малфоя зазвонил телефон. Патрульные, которые остались возле магазина — в штатском, как и положено, сообщили, что у врученного им объекта крутиться каких — то два подозрительных типа. Он мельком взглянул на Гермиону и попросил скинуть их фотки. А через минуту показывал фотографии ей. Надо же, какой сюрприз. Их вчерашние знакомые. Драко тут же отправил фотки Браун, чтобы та пробила их по базе. — Пора допрашивать Вуда. Ты идешь?