Семь минут на небесах

Красно-синий рефлектор скользил по танцплощадке, рассеивая свет и выхватывая случайные лица: счастливые и пьяные, разрисованные косметикой и гримом, обсыпанные конфетти — они мелькали перед Кейго и тут же забывались, стоило лишь прикрыть глаза. Голова уже кружилась от музыки и выпитых напитков, от ярких вспышек и скачущих вокруг людей. Подвыдохшийся запах фруктового дезодоранта и пота щекотал ноздри — от Руми пахло весельем и праздником. Когда заиграла очередная песня, она рассмеялась: — Это моя любимая, — прокричала Мируко. Спасая собственные уши, Кейго ловко увернулся. Она говорила так и в прошлый раз. И в позапрошлый. И еще пять песен назад. Откуда в ней столько энергии, можно было только гадать. А еще тихонько завидовать. Вот ходил бы со мной в тренажерку, тоже бы так смог! Дай ей волю и пообещай приз, она бы тут всех утанцевала. Наклонившись ближе, он спросил: — Я вернусь к бару, передохну, ты со мной? — он уже заранее знал ответ, но все равно спрашивал. Всегда будет. — Не-а, я только разошлась. А ты не засиживайся там, возвращайся! Задрав большие пальцы вверх, он попятился назад, пританцовывая на ходу и уверенно продвигаясь к бару. Сейчас там было посвободнее, да и музыка гремела не так оглушительно как рядом со сценой. Запрыгнув на стул, Кейго заказал пиво. — А возраст позволяет? Ну опять двадцать пять, застонал он про себя и полез в задний карман брюк. Он знал, что молодо выглядит, и даже отрощенная полгода назад бородка его не спасала. С другой стороны ребят у бара тоже можно понять, среди хэллоуиновских ряженых принять подростка за взрослого проще простого, а влетать на деньги не хотелось никому. Деньги! Вот деньги. Карточка, пропуск в общагу... Так, стоп. А где права? — Черт, — Кейго едва слышно ругнулся себе под нос, вспоминая, что оставил их в машине у Руми. — Вот черт. В прошлый раз напитки покупала она, и уж у нее никто даже и не думал требовать документы. — Какие-то проблемы? Кейго или показалось, или в голосе бармена действительно прозвучала насмешка. — Забыл документы, — признался Кейго и виновато улыбнулся. — Но я уже брал у вас выпивку, может, помните, вон с той девушкой. Он указал на Руми, отплясывающую у сцены, точнее в то место, где торчали ее накладные кроличьи ушки. Он снова попробовал улыбнуться, обычно это действовало безотказно, но, кажется, не в смену этого вредного бармена: обезоруживающая улыбка Кейго была попросту проигнорирована. — Не припомню, — сложив на груди руки, произнес он. — Шигараки, да брось, — Кейго повернулся на голос, прозвучавший слева от него. — Есть ему двадцать один, не вредничай, продай пиво. Парень, попытавшийся вступиться за Кейго и точно так же умаслить бармена, сидел через один стул от него. Он говорил не очень громко, но Кейго мог расслышать каждое слово, он даже немножко забалдел от голоса: мелодичный и звучный, он будто обволакивал его разум. С таким голосом можно сразу записываться в аферисты и гипнотизировать таких простаков как он. Пока тот препирался с барменом, Кейго подвис, бессовестно разглядывая профиль незнакомца. Чуть не вздрогнул, когда парень наконец-то обратил на него внимание. Он улыбнулся ему (боже, эта улыбка!), будь он мошенником-аферистом, он бы похитил не только его кошелек, но и его сердце. Видимо Кейго прослушал какую-то важную часть их разговора, потому что теперь ему показалось, будто перед ним пытались за что-то оправдаться. — Просто у меня хорошая память на лица, да и такое трудно не заметить, — он сделал небрежное движение рукой, а затем прокашлявшись, добавил. — Я имел в виду мейк. Стрелки огонь. Парень за стойкой закатил глаза, но Кейго этого уже не заметил: осыпанный комплиментами он медленно терял голову. Чувствуя, как щеки предательски теплеют, Кейго отчаянно понадеялся, что его смущение никак не отразилось на лице. — Спасибо, — поблагодарил он, стараясь не выдать собственного волнения, как ни в чем не бывало поправил накидку из искусственных перьев и насмешливо произнес. — Я сегодня птица-счастья, которой не очень везет. На этих словах он вновь выразительно посмотрел на бармена, но пассаж был выдержан стойко. — Очень жаль, синица, но нет документов — нет выпивки. — Тогда продай это чертово пиво мне. В разговор вновь вмешался обворожительный незнакомец, и Кейго совсем потерял дар речи. Наблюдая за их молчаливым противостоянием, которое длилось не меньше минуты, Кейго гадал, кто они друг другу: друзья, коллеги, бывшие? Между ними точно ощущалась какая-то связь, только уловить характер этой связи было непросто. — Ой, да и хер с тобой, Даби, — наконец-то сдался бармен; уже полностью игнорируя Кейго, теперь он обращался напрямую к своему приятелю. — Какое пиво ты хочешь? Отзеркалив его вопрос, Даби (Даби?) посмотрел на Кейго. — Так что, какое пиво ты хочешь? Было неловко: очевидно, что он попал в какие-то их личные разборки, однако сама ситуация показалась Кейго забавной и он, не долго думая, все же согласился принять этот добрый жест помощи. — Один светлый лагер, пожалуйста. Даби щелкнул пальцами, за что Шигараки немедленно показал ему средний палец и отвернулся к разливному аппарату. Наполнив высокий бокал до самых краев, он подтолкнул его в сторону друга и забрал у него деньги. Барменская совесть была чиста, а холодное пенное наконец-то оказалось в руках Кейго. Попытавшись рассчитаться за выпивку, он протянул Даби пару купюр, но вместо того, чтобы забрать их себе, тот наклонился и придвинул к нему банку с чаевыми. — Вы уверены? — Да, — просто пожал плечами его новый знакомый. — Считай, у нас с тем хмырем за стойкой общий кошелек. (Или они не бывшие. Может, родственники. Братья?) — Окей. Они еще немного поболтали о какой-то ерунде, Кейго даже предпринял попытку и пригласил его потанцевать, но Даби вежливо отказался, объяснив, что он немного устал, а танцы это не его конек. Кейго настаивать не стал. Вообще он бы с радостью уединился с ним где-нибудь. В конце концов, он пришел сюда именно за этим — склеить кого-нибудь на ночь, а не трястись под какую-то непонятную электронщину: играющая в клубе музыка была не в его вкусе, а вот Даби — очень даже. Кейго льстило его внимание. Он бы с удовольствием узнал его ближе, но, как назло, разговор не клеился. Непонятно откуда взявшееся волнение заставляло мысли спутываться клубком. Обычно у Кейго никогда не возникало проблем с тем, чтобы дать остроумный и достойный ответ, но прямо сейчас он выдавал одну сплошную банальщину и злился на себя за это в тройном объеме; да и противный бармен, то и дело встревающий в их разговор делу не помогал. Его настороженные, но окатывающие холодом взгляды, которые Кейго ловил на себе, нервировали и выводили из себя. (Ну точно бывшие!) — Ты кого-то косплеишь? — Это… Кейго на секунду задумался как бы так оригинально ответить, однако этой заминки хватило, чтобы Шигараки снова вставил свое невероятно ценное мнение, о котором его, правда, никто не просил. — Не видишь, что ли. Боа, перья, мейк, это же Рокетмен. — Нет, — прозвучало чуть злее, чем Кейго рассчитывал, но он быстро взял себя в руки. — Нет, до сэра Элтона мне еще далеко, это мой оригинальный образ. Я люблю птиц, — он приподнял руки позволив накидке сымитировать взмах крыльев, а затем указал на глаза. — И я люблю наносить макияж. И эти стрелки я придумал сам, иногда я хожу так на вечеринки или праздники. Жалко только, я не могу краситься каждый день, в моем вузе это не очень приветствуется. — Дай угадаю, Лига Плюща? — Ну, вроде того. Тяжело вздохнув, Кейго сделал глоток пива. — Ты сказал, что тебе нравятся птицы, — подперев щеку рукой, Даби вновь скосил глаза в его сторону. — Какой бы птицей ты хотел быть? Кейго никогда об этом не думал. Никто и никогда не задавал ему таких подробных вопросов о его образе, но он все же без раздумий ответил: — Свободной. И хищной. Я думаю, я бы мог быть Ястребом. Даби не успел ничего ответить: в этот момент к ним на полной скорости подлетела Руми. После танцев ее кожа буквально пылала, навалившись на спину, она полезла целоваться. — Ты обещал, что вернешься ко мне! — Прости, зай. Одна из суперспособностей Руми —  заполнять собой все окружающее пространство; яркая и шумная, она требовала всего внимания этого клуба и одну большую порцию Маргариты. Через пару минут их компанию окружили еще несколько общих знакомых, и кто-то уже заказывал сет шотов. Фактор Мируко породил короткую заминку, во время которой Даби успел подняться со своего места. Накинув на плечи потертую кожанку, он запустил пятерню прямо в банку с чаевыми.  — А ты не охренел? — убийственный взгляд, который метнул в него Шигараки, был проигнорирован. — Ты и половину смены не отработал. (Значит все-таки коллеги) — Ничего, сочтемся. Быстро пересчитав пачку мелких купюр, Даби запихал их к себе в карман. Как бы Кейго не пытался поймать его взгляд, больше он в его сторону не смотрел; махнув на прощание, Даби двинулся к выходу из клуба. Вот и все. Он ушел. Кейго заметно поник. Извинившись перед ребятами, он соскользнул со стула и тоже направился к выходу. Он не думал догонять Даби, просто хотел покурить и слегка проветрить голову, однако Шигараки, по всей видимости, расценил это по-своему: — Эй, пташка. Он подозвал его к себе. — Чего? — Он еще не ушел, он всегда какое-то время курит у входа, если поторопишься, успеешь. — Я не… — начал было Кейго. Но Шигараки только отмахнулся от него. — Я видел, как вы друг за другом подсматривали. Ты ему тоже понравился. Не буду пиздеть на тему какая он нежная и ранимая душа, потому что это не так. Но, если обидишь его, — Шигараки предупреждающе поднял нож, которым все это время нарезал лаймы, и направил его острый конец прямо в грудь Кейго. — Про наш клуб можешь забыть. Выдержав его долгий и тяжелый взгляд, Кейго улыбнулся, а затем кивнул. — Я понял. Спасибо! Кейго нашел его недалеко от входа. Стоя под фонарем, Даби курил и лениво листал что-то на своем смартфоне. Сейчас Кейго вновь видел только его профиль, острый кончик носа, пробитый в трех местах, татуировки на шее, ресницы, выкрашенные под цвет волос. Его шаги привлекли чужое внимание: оторвавшись от телефона, Даби удивленно моргнул и в первый раз за этот вечер полностью развернулся к нему. — Привет? Еще раз. Ого. Ничего себе. Из-за тусклого освещения в клубе Кейго не мог разглядеть его как следует. Правая половина лица была выкрашена какой-то фиолетово-бордовой краской, захватывающей даже уши. Искусственная кожа шла буграми и спускалась к шее. Переплетаясь с татуировками, уходила под ворот футболки. В сочетании с логотипом MCR выглядело очень символично и эффектно. Но главное — офигенно реалистично! — Крутой грим, прям как настоящий, не отличить, — восхитился Кейго, а после указал на футболку. — Типа кемы восстали и их фанаты тоже? Даби опустил глаза. Что-то в его облике разом переменилось, краешек губ дернулся в улыбке. — Это не грим, — ровно и тихо произнес он. В этот момент Кейго почувствовал, как пол ушел у него из-под ног, но к собственному сожалению, под землю от стыда он так и не провалился. О нет. Нет, нет, нет! Какой же провал. Ну почему он вечно так фейлится? — Прости, — искренне извинился Кейго. — Прости, я правда не знал. Хотелось съежиться и исчезнуть. Ну как же так?! Он все лепетал, пока голос Даби не привел его в чувство. — Ничего, — заверил он его. — Все нормально. Я потому и люблю Хэллоуин, единственная ночь в году, когда незнакомые люди не отводят от меня взгляд, словно им неловко пялиться на меня. В обычные дни я хожу в маске, чтобы не слишком уж шокировать народ, но в ней так потеет лицо… зато сегодня могу забить и все вокруг будут делать мне комплименты. Отшучиваясь, Даби не звучал обиженно. Может, чуть небрежнее, чем то позволяла тема их разговора. Или он просто очень хорошо скрывал свои чувства. Как знать. И все же, Кейго не мог проигнорировать какую-то глубоко запрятанную печаль, что выглядывала между строк. Она читалась в его позе, в наклоне головы, в сведенных у переносицы бровях. Кейго сполна ощутил ее в горькой иронии слов. — Посмотри на меня, — шагнув в его сторону, попросил Кейго. — Пожалуйста. — Зачем? — Ты сказал, что людям неловко и неприятно смотреть на тебя, но сейчас я не чувствую ничего из этого. Просто посмотри на меня и убедись, что я говорю правду. Даби осторожно поднял на него глаза, встречая мягкую и ободряющую улыбку Кейго. — Привет? — Привет. — Давай попробуем еще раз. Я вроде так и не представился. Меня зовут Кейго. — Тойя. Но лучше зови меня Даби. Так привычнее. — Отлично, теперь мы знакомы. И я знаю твое настоящее имя. А еще я знаю, что ты прекрасно выглядишь. — О, умоляю тебя, — Даби закатил глаза. — Заткнись. — Почему? Думаешь я вру, зачем мне это? — Не знаю. Может, потому что тебе жаль, ты чувствуешь себя виноватым, что якобы обидел меня, и это не дает тебе спокойно свалить. — Мимо. Ничего из этого. — Ну да. — Слушай, я видел тебя у бара, то как ты разговариваешь, как держишься, твоя внешность… ты мне сразу понравился. И ничего не изменилось, поверь. А твои шрамы. Они для меня теперь такая же часть тебя, как и все остальное, как твои глаза и нос, — взгляд Кейго сместился чуть ниже. — И губы. Ты выглядишь очень хорошо, ты похож на парня, которого увидишь в толпе, а потом будешь думать о нем еще несколько дней подряд… (Внезапно вспомнишь через год и пожалеешь, что так и не осмелился познакомиться) — О боже, ты что, ромкомов пересмотрел? Перестань. Даби был явно смущен, его левая щека горела румянцем, он шагнул в сторону, выходя за границу света, и Кейго последовал за ним. — Но почему? Так давно не получал комплиментов, что забыл, как на них реагировать? — Возможно. Может быть, действительно отвык. Такие парни как ты обычно очень вежливы, но редко проявляют интерес к ребятам вроде меня. Чаще всего на меня западают всякие биаснутые, либо отчаянные и бухие в стельку, но ты не похож ни на извращенца, ни на парня в беде. И ты точно не настолько пьян. — Камон, — Кейго поднял ладони вверх и рассмеялся. — Но разве не ты сам пытался напоить меня в клубе, а затем флиртовал? Даби аж замер на месте. — Я не флиртовал, — покачал он головой с самым серьезным видом. — Поверь, я ужасно флиртую, ты бы не захотел этого видеть. — Тогда что это было? — Я купил тебе выпивку, потому что… потому что ты показался мне милым, окей? Я ни на что не рассчитывал, просто хотел сделать для тебя что-то приятное, может, немного поболтать. (Окей, ему просто нужен был какой-то повод, чтобы глазеть на Кейго) — Ни на что не рассчитывал? Ну да. И поэтому ты, конечно же, не ждал, когда я выбегу за тобой из клуба. — Ничего подобного, — смутился он еще больше. — Ты невыносим, ты в курсе? Думаешь, весь мир вращается вокруг твоей персоны, считаешь себя настолько неотразимым? Кейго поймал его за руку: аккуратно сжав ладонь, он притянул Даби к себе. — Ты сделал мне комплимент, угостил выпивкой, был милым, остроумным и внимательным. Я запал на тебя в первую же секунду. Хотел понравиться тебе, мечтал, чтобы ты позвал меня с собой. А теперь, когда я признался, ты ищешь в моих действиях какой-то подвох. Почему? — Боже, я не знаю, — сокрушенно вздохнул Даби. — Возможно, я проецирую собственное отношение к себе на окружающих. Или я не могу понять твоих мотивов, и у меня от этого едет крыша. Кейго провел большим пальцем по его ладони, перехватил запястье и аккуратно погладил шрамы. Они еще поработают над этим. Не нарушая тишины и не встречая сопротивления, он приблизился еще на один шаг. — Так что будем делать? Даби молча поднял на него взгляд. Какое-то время они постояли в тишине, привыкая к темноте вокруг, чувствуя дыхание друг друга у самых губ. — Я могу показать тебе одно место? На пустынной парковке с соседней от клуба улицей ветер гонял мусор под ногами. Фонари освещали лишь небольшой кусочек пространства у тротуара, остальная же часть площадки утопала в темноте. По правую сторону располагался старый строительный магазин, напоминающий амбар. Пара грузовиков стояли у разгрузочного пункта, а вдалеке виднелись очертания брошенных здесь же минивэнов и бьюиков. Оглядевшись, Кейго попытался пошутить. — Ты привел меня на темную парковку в не самом лучшем районе, мне уже можно начинать паниковать? Пройдя еще пару шагов, Даби развернулся к нему. Он шел задом наперед, и его глаза блестели так, будто он улыбался. Красивый. — Почти пришли. Но, если боишься, я могу взять тебя за руку. А вот теперь он точно улыбался. Кейго мог слышать это в его голосе. И все же, несмотря на шутливый тон, он протянул руку, и кем был Кейго, чтобы отказать себе в таком удовольствии. Может, он и не боялся темноты, но подержаться за руки с симпатичным парнем на полузаброшенной парковке тихой осенней ночью — почему бы и нет? Они прошли еще несколько метров, прежде чем остановиться рядом с одной из машин. Это был низкий кадиллак кремового цвета, его хромированные детали блестели в темноте, от чего машина выглядела словно ожившая легенда. — Черт подери, — вздохнул Кейго, еще раз оглядев автомобиль. — Это же, блин, кадиллак. Кивнув, Даби присел на капот, отчего машина запружинила и просела под его весом. — Выиграл ее за игрой в русский бильярд. Но вообще я тебя не на тачку пялиться привел, подними голову. Сказав это, Даби сам задрал голову кверху, и Кейго последовал его примеру. . . . И улетел. Звезды. Целая россыпь. Он никогда не видел столько звезд в городе. — Вау. — Ага, — согласился с ним Даби и потянул к себе. — Я иногда прихожу сюда после работы. Здесь спокойно. Сдвинувшись, он помог Кейго устроиться на капоте. Теперь они лежали, облокотившись на лобовое, и смотрели на звезды. Глядя в ночное небо, Даби увлеченно рассказывал ему о неизвестных созвездиях, о квазарах и нейтронных звездах, все это время Кейго смотрел на него, как зачарованный. — Ты столько всего об этом знаешь. — Собираюсь поступать в следующем году на астрофизический. — Сколько тебе лет? — Двадцать шесть, — усмехнулся Даби. — Думаешь, я уже стар для этого? — Нет! Вовсе нет. Боже, он совсем не это имел в виду. — Просто я довольно поздно определился с тем, чем бы хотел заниматься в этой жизни. — Но лучше поздно, чем никогда. — Именно. Кстати об этом, — соскользнув с капота, он открыл дверцу. — В клубе я сказал, что не танцую. Так вот, я соврал. Кейго схватился за сердце. — Как ты мог! — Я не фанат клубной музыки, — не прерывая разговор, Даби согнулся и вставил ключ зажигания в замок, пока он колдовал, машина приятно загудела, а затем из открытых окон полилась музыка. — Но я бы с удовольствием с тобой станцевал. В какой-то момент все это показалось не больше чем сном. Заиграла "I wanna be yours" Arctic Monkeys, и Кейго бы соврал, сказав, что никогда не мечтал станцевать под нее. Обойдя капот, Даби встал напротив и вновь протянул ему руку. — Ты потанцуешь со мной? Мягкая улыбка тронула его губы. Встретившись с ним глазами, Кейго подошел ближе. — Конечно. Танцуя вместе с Даби, подпевая и заканчивая друг за другом строчки, Кейго уже знал, что теперь это их песня. В эти минуты он не чувствовал никакого смущения: движения были легкими и непринужденными, а грудь распирало от предчувствия чего-то очень хорошего. Далекие созвездия, планеты и целые галактики, они кружились над ними, а они — против них. Здесь, на Земле. В объятиях друг друга. Закручивая бесконечную бездну вариантов. Все, чего я хотел для нас; все, что я хотел сказать тебе и не мог, в других Вселенных (однозначно, в их худших версиях), где мы по какой-то ужасной несправедливости не можем быть вместе, я скажу тебе этой ночью. В этих строчках было все: я хочу засыпать и просыпаться с тобой в обнимку, хочу лежать у тебя на груди, пока ты читаешь мне вслух, греть руки под футболкой, пока ты греешь свои о мою чашку с кофе. Я бы посвятил тебе песню, и не одну, и каждая из них была бы на сто процентов ужасна, но ты бы все равно подобрал под каждую из этих бездарных баллад аккорды, а затем сыграл их у меня под окном. Может, это не было похоже на один из тех идеальных танцев как в Ла-ла Ленде; может, они просто медленно раскачивались под музыку, но сейчас Даби смотрел на него так, как он смотрел на звезды, и этого для Кейго было более чем достаточно.