Король

      Немного разобравшись с окружающей действительностью, король наметил следующую первоочередную задачу: требовалось срочно если не вернуть былые кондиции, то хотя бы приблизиться к тому, каким он был раньше. Вернее, обе эти задачи шли рука об руку: без знаний невозможно понять, что тебе нужно, а без силы невозможно воплотить свои намерения в жизнь. И нужно было постоянно балансировать их, отдавая приоритет какому-то из этих направлений. Но в последнее время у короля появилось некоторое количество свободного времени — в академии наступили каникулы, время, когда учеба прекращалась. По мнению короля, здешние студенты ничем сколь-нибудь сложным, трудным и утомительным не занимались, чтобы давать им еще и две недели для отдыха, но в этом случае ни на что жаловаться не приходилось, так как лично ему каникулы принесли одну лишь пользу. Теперь, не отвлекаемый всякими глупостями, король смог немного разобраться в куче намеченной к прочтению литературы, и у него появилось дополнительное время для того, чтобы плотнее заняться собой.       Кондиции Жона Арка даже удручающими сложно было назвать, это прозвучало бы слишком комплиментарно! Хлодвигу пришлось заново проходить уже пройденный ранее путь. Только тогда он начал упражняться с оружием и магией еще с детства, и к семнадцати годам был одним из лучших в королевстве. А к двадцати тех, кто мог бросить ему вызов, на что-то рассчитывая и вовсе можно было на пальцах пересчитать. Сейчас он мог разве что мечтать о таком. Это был вызов, один из многих, с которыми король сталкивался за свою жизнь. И Хлодвиг принял его.       Восстанавливать былые навыки, пусть и в таком странном состоянии и при таких удивительных обстоятельствах, оказалось все же легче, чем постигать все в первый раз, даже несмотря на то, что Жон Арк вообще не занимался ничем подобным. И немалая заслуга в этом принадлежала совместным тренировкам с Пиррой Никос. Она оказалась прекрасным спарринг-партнером, Хлодвигу определенно очень повезло, что он попал в одну команду с ней. Поначалу они проходили после занятий по боевой подготовке, под надзором леди Гудвич. Но, убедившись, что все в порядке, она позволила и даже порекомендовала проводить тренировки и самим. Собственно, король, увидев всю пользу и сам к тому времени хотел предложить это, так что это позволение ему не очень-то требовалось. С тех пор они проводили такие спарринги примерно раз в три дня, не считая дополнительного занятия с профессором Гудвич, но на каникулах перешли к ежедневным тренировкам. К сожалению, две недели каникул закончились, и королю пришлось вернуться к обычному графику.       Кроме того, раз в неделю Хлодвиг устраивал тренировку против Норы или Рена. Изначально это тоже была рекомендация Гудвич, но и сам король понимал, что такие поединки ему тоже нужны. Их стиль боя и оружие кардинально отличались как от самого короля и Пирры, так и друг от друга. Это было весьма полезно — чем больше разнообразных противников, тем проще будет понять охотников и их оружие, казавшееся Хлодвигу настолько непонятным, вычурно-бутафорским и непривычным, что поначалу оставалось только недоуменно разводить руками. А то оружие, что незнакомо, почти всегда таит в себе опасность, невидимые подводные камни. И наоборот, чем лучше ты знаешь тех, с кем тебе придется столкнуться, тем проще тебе будет их победить. Поэтому король был совсем не против тренировок со своей случайно полученной командой, а очень даже за.       Но все же, со всей уверенностью он мог признать, что тренировки с Пиррой были наиболее плодотворными. Вероятно, дело было в ее серьезном турнирном опыте. Память Жона Арка говорила ему, что Никос была четырехкратной победительницей некоего Мистральского турнира, но поначалу король попросту не придал этому значения, так как толком не понимал, что это вообще за турнир такой, и насколько это серьезное достижение. Память, доставшаяся от Арка ничего внятного не говорила. Лишь потом, наблюдая за ней во время занятий леди Гудвич, он начал осознавать, насколько Пирра превосходит остальных учащихся. Между ней и большинством остальных первокурсников была настоящая пропасть! И король понял это достаточно быстро, даже учитывая, что до этого был совершенно незнаком с охотниками. Но та непринужденная легкость, с которой Никос справлялась со всеми своими противниками, была отчетливо видна взгляду опытного воина.       Он принялся искать сведения об этом турнире, и быстро выяснил, что оказывается, тот был известен на весь мир, и весьма престижен. А если так, то для того, чтобы победить на нем, требовалось обладать незаурядными навыками и силой — это было понятно и без дополнительных пояснений. Вот так неожиданно для себя Хлодвиг выяснил, что рядом с ним находится сильнейшая и очень талантливая воительница… охотница. Случилось это уже после того, как леди Гудвич предоставила ему идею и возможность совместных тренировок.       Турниры, поединки, битвы — это королю уже было знакомо и понятно. И заинтересованный таким поворотом, Хлодвиг попытался разузнать у Пирры подробности об этом Мистральском турнире. Всегда полезно выслушать мнение того, кто непосредственно участвовал, а Пирра Никос не только участвовала, но и побеждала, и тем ценнее были бы ее слова. Но к своему удивлению, он столкнулся с определенным нежеланием Никос говорить о турнире. Нет, она не отказывалась прямо, оставаясь все такой же дружелюбной и улыбчивой, просто когда он заводил речь о турнире, она говорила с тщательно скрываемой неохотой, каждый раз будто бы пересиливая себя и всячески стараясь закончить такой разговор побыстрее, как-то перевести его в другое русло. У короля складывалось впечатление, что эта тема приносит ей неудобство, хотя Пирра не подавала виду и вполне нормально отвечала, рассказывая и объясняя интересующие его вещи. Но Хлодвиг неплохо разбирался в людях, в ином случае он был бы плохим королем, и некоторая неестественность быстро бросилась ему в глаза. Причины подобного поведения оставались для него загадкой. Какое-то больное место? И разузнав все, что хотел, Хлодвиг оставил эту тему, к неявному, но очевидному облегчению Пирры.       Когда он спустя некоторое время после того, как оказался в Биконе, окончательно осознал, что все вокруг — реальность, не бред, не наваждение, не колдовство, то вместе с этим пришло понимание, что теперь в нынешнем состоянии ему нужно серьезно попотеть для того, чтобы победить какого-то сопляка или вызывающе одетую девицу, которых раньше он вероятно бы и за значимую угрозу не посчитал. Пирра оказалась совсем не одной из многих, не простой воительницей со странным оружием, а уникальной охотницей, имеющей немалый опыт поединков, знаменитой победительницей значимого и уважаемого турнира, и это немного смягчило удар по его уверенности в собственных силах. За несколько месяцев Хлодвиг немного восстановил свои навыки владения мечом, тело уже не ощущалось настолько деревянным, как раньше, привычные ранее движения вновь становились естественными. Он продолжил тайно практиковать магию, и это тоже давало свои результаты, хоть и не такие хорошие, как с мечом. С этим было сложнее — боевая магия требовала практики, и король вынужден был выбираться подальше из Бикона, так как насколько ему было известно, за расположенным неподалеку от академии Изумрудным лесом, в котором проходила инициация студентов, велось наблюдение. Выкроить время для такой прогулки удавалось очень редко.       Постепенно он добивался значимых успехов — теперь Пирре не приходилось откровенно поддаваться, поединки стали вполне нормальными. Сейчас, применяя одну лишь Лорику, Хлодвиг уверенно держался против Никос, не уступая рыжей. Хотя охотница за счет отменной реакции, запредельной скорости и силы, даруемой этой непонятной королю Аурой, могла доставить определенные неудобства, но Хлодвиг вчистую переигрывал ее в большинстве случаев на ближней дистанции. Все же, опыт семнадцатилетней охотницы, пускай даже четырехкратной чемпионки турнира, не шел ни в какое сравнение с его опытом многочисленных сражений и смертельных схваток один на один. И сейчас, случись им сойтись в настоящем поединке, король был уверен, что победа достанется ему.       Но все же, все же… Да, теперь он не беспомощен, но вероятная победа над юной охотницей — это было не то, чем стоило бы гордиться. Совсем не то, к чему он привык. Пока что король лишь приблизился к тому моменту, когда можно было покинуть стены академии без опасения, что первое же серьезное столкновение станет для него последним. Полчища тварей Темного бога, враждебные охотники со своеобразным непривычным оружием и возможными проявлениями — сейчас это были реальные опасности. Однажды Хлодвиг уже обжегся, недооценив врагов, и теперь не хотел, чтобы тот случай, ставший фатальным, повторился.       Сегодня как раз была одна из их совместных тренировок с Пиррой. Они сделали небольшую паузу, чтобы передохнуть. И у короля появилось время, чтобы выяснить один вопрос…       — Ты знаешь свое проявление? — обратился он к сидящей рядом Пирре.       Проявления — то, что его весьма заинтересовало. Очень похожие на какую-то особенную магию, для собственного действия черпая силы из самого охотника, но магией в привычном королю понимании, скорее всего не являющиеся. Он искал все что можно на эту тему, но с удивлением понял, что даже библиотека Бикона не дает точного ответа на вопрос, что же такое проявление? Только в общих чертах описывалось, как они действуют, а дальше шла территория догадок, и попробовав туда углубиться, король быстро понял, что ничего не добьется и вряд ли что-то поймет. Но одно было ясно и очевидно: проявления могут быть какими угодно, самыми причудливыми. Эдакий козырь охотников, вещь, которая могла дать преимущество при правильном использовании. Например, проявление Руби Роуз давало ей возможность перемещаться с огромной скоростью, превращаясь во что-то внешне похожее на вихрь из лепестков роз. Неплохое подспорье, если требуется моментально приблизиться или, наоборот, отступить на безопасное расстояние. Поэтому причины его интереса были вполне понятны.       Конечно, прямой вопрос о проявлении был довольно бестактным. Насколько он понял, проявление было довольно личной вещью, и если человек не говорит о нем и не демонстрирует его, то скорее всего, он хочет сохранить его в тайне. Хлодвиг ни разу не видел, чтобы Никос демонстрировала что-то похожее ни на тренировках, ни в учебных поединках на занятиях леди Гудвич. Но этот вопрос для короля был достаточно важным, чтобы допустить определенную бестактность. Хлодвиг сформулировал вопрос именно таким образом, предоставляя Пирре ложную возможность просто ответить «да» или «нет», и не распространяться, ничего не объясняя. Ложную — потому что, разумеется, она не могла так поступить, король достаточно изучил ее характер, чтобы считать так.       — Да, конечно, — с некоторой запинкой ответила рыжая, обернувшись и удивленно глядя на короля. — Мое проявление — полярность. Я могу контролировать магнетизм и управлять таким образом металлом.       — Управлять?       — Ну, взаимодействовать по-разному. Отталкивать, притягивать, перемещать, поднимать в воздух, — объяснила Пирра.       — То есть, при помощи своего проявления ты можешь просто взять и выдернуть меч или любое другое металлическое оружие из рук? — ухватился за самое важное Хлодвиг.       — Ну да, конечно, — ответила Никос. — Но обычно я не использую его настолько… прямолинейно. И на тренировках тоже не использовала, — добавила она, глядя на него.       Но если понадобится, то скорее всего, использует и «прямолинейно» — понял король. Да уж, такое проявление — настоящая проблема для обычного воина. Что если верный клинок вдруг неожиданно выскользнет из руки по велению сторонней силы? А если доспех начнет сжиматься, сдавливая тело? Почти что магия — она тоже доставляла неподготовленному человеку смертельные неприятности. Поэтому опытные воины никогда не жалели никаких средств на хорошие доспехи и оружие.       Еще один факт в пользу того, что охотников ни в коем случае нельзя недооценивать, как бы чудаковато они не выглядели. Он на миг скривил губы в кислой усмешке.       — Ты еще не открыл свое проявление? — осторожно поинтересовалась Никос, заметив это.       Хлодвиг кивнул, подтверждая очевидное. Нет ауры — нет проявления.       — Если ты переживаешь из-за этого, то не стоит. Я уверена, что у тебя все получится! — чуть неуклюже попыталась она его подбодрить. — В конце концов, ты ведь хорошо используешь ауру, так что тебе просто нужно тренироваться и пытаться, снова и снова, и ты сможешь. Главное — не останавливаться и верить в себя.       Весьма и весьма сомнительно — вот что мог сказать Хлодвиг в ответ на эту наивную речь. Но раз уже выдалась такая возможность…       — Ты давно открыла свое проявление? — спросил король.       — Давно, когда еще только начинала участвовать в турнирах, — ответила Пирра.       — И как ты поняла это?       — Ну, до того момента я не умела поднимать в воздух металлические предметы, — улыбнулась Никос.       — И на что это похоже? — задал вопрос король.       — Что? — не поняла охотница.       — Проявление. На что оно похоже? Как оно чувствуется? Оно ведь использует ауру для подпитки, верно? И как ты понимаешь, что запас ауры подходит к концу?       — Ох, даже не знаю, как объяснить… — Пирра в замешательстве потерла лоб. — Ты просто понимаешь, что можешь что-то делать, и делаешь это. Тренируешься управлять своим проявлением, и постепенно улучшаешь контроль. Как-то так оно работает у меня, просто и одновременно сложно. Это нужно почувствовать и понять самому, здесь в большинстве случаев так же, как и с аурой. Но не совсем в одно и то же, на самом деле, проявления намного сложнее. Они разные, не все похожи на мое. Есть даже те, которые могут работать и независимо от воли человека, и как их развивать я, честно говоря, не знаю. Это очень индивидуальная вещь. А с аурой все просто — ведь когда ты ее активно используешь, то можешь заметить, что она истощается, и в случае с проявлением все точно так же. Все зависит от того, насколько ты внимателен и как хорош твой контроль ауры, и если ты еще неопытен, то неосторожно можешь всю ауру истратить, и проявление просто перестанет работать. А бывает, что если у охотника уровень ауры слишком низкий, то он и активировать его не сможет.       Хлодвиг кивнул, показывая, что понял. Было любопытно, как успешно можно противостоять магией проявлениям? Ведь существовало немало хитростей, как защититься от всевозможных магических уловок, в том числе и похожих на проявление Пирры. Можно ли применить их против проявления? Что окажется сильнее?       Что ж, получить ответ можно было прямо сейчас!       Хлодвиг решительно поднялся на ноги, прихватив меч, и развернул щит, выйдя на тренировочное поле.       — Воздействуй на мое оружие своим проявлением! — сказал он Пирре.       Та удивленно моргнула, глядя на него, но все же поднялась и встала напротив.       — Ты уверен? — осторожно спросила она.       — Разумеется! — легко ответил король. Что за глупости? Ну с чего бы ему быть неуверенным? — Попробуй вырвать меч у меня из руки.       Никос, продолжая смотреть на него с определенным сомнением, кивнула, вытянув вперед руку, словно указывая на что-то за спиной Хлодвига. Он успел разглядеть едва заметное темноватое марево, появившееся вокруг ладони Пирры. И почти сразу король почувствовал, что меч, который он расслабленно держал в руке, направив острием вниз, дернулся, словно бы что-то потянуло его вперед. Он покрепче сжал рукоять, стремясь удержать клинок, но очень быстро сила, воздействующая на оружие, стала такой, что еще немного — и тот бы попросту выскочил из руки. Грубой силы тут было явно недостаточно!       Король, будучи полностью сосредоточенным, чуть повел рукой, крутанув кистью, будто бы сбрасывая что-то невидимое. И давление пропало, исчезло. Меч словно успокоился, не стремясь больше куда-то уйти от владельца. Король позволил себе довольную усмешку. Работает!       Брови Пирры вскинулись вверх, на лице охотницы отразилось легкое удивление. Король сделал медленный шаг вперед, и тут же, ускорившись, подскочил к ней, занося оружие. Пирра ушла от атаки, вновь вскинув руку, и Хлодвиг почувствовал, что щит словно потяжелел в несколько раз, а взмах мечом будто бы пришелся не по воздуху, а по воде. Но короля это не остановило, и он продолжил идти вперед. Встав боком к Пирре, он крутанул мечом над головой, возвращая контроль, и в прыжке выбросил вперед руку со щитом, расположив тот плоскостью параллельно полу. Пирра, конечно же, блокировала удар собственным щитом, и достав меч из-за спины, в ответ попыталась атаковать снизу, в открывшийся корпус, но ее клинок звякнув, оказался заблокирован клинком короля — тот уже стоял прямо вплотную к Никос. Хитрая подсечка почти удалась, и Пирра только в последний момент успела убрать ногу, но немного потеряла равновесие, из-за чего пришлось отступить назад. И тут же последовал широкий удар мечом наискосок с разворота, от которого король защитился, припав на колено, вскидывая над головой щит.       Сталь ударила о сталь, и зачарованный щит выдержал. Магия нехитрая, но довольно сильная, именно на такое и была рассчитана. И король пружинисто вскочил на ноги, уже из такого положения атаковав, не давая Никос ни единого мгновения передышки. Он хорошо изучил ее стиль боя, и знал, как надо действовать.       Хлодвиг продолжал напирать, и когда открылась еще одна возможность для хорошей атаки, воспользовался, уже занося меч для удара, целя в открытое бедро. Парировать Никос не могла, но вместо этого разжала пальцы, державшие щит. И вдруг меч короля сильно дернулся, отклоняясь от заданной траектории, взлетел вверх, и ушел назад, буквально до хруста выворачивая руку в плече, и увлекая Хлодвига за собой. Король, стиснув зубы, попытался сохранить меч в руках, изо всех сил вцепившись в рукоять пальцами, и буквально на носочках быстро отступая назад, ведомый клинком. В один момент ему даже показалось, что ноги утратили соприкосновение с полом.       Король сконцентрировался, на миг настоящим образом отрешившись от окружающего мира. Остался только он и его меч, прочее стало несущественным. Единым усилием воли и мышц он потянул меч обратно, возвращая над ним контроль, вырывая из-под чужого воздействия. И твердо встав на ноги, взмахнул клинком параллельно полу, отведя затем руку назад, вставая в стойку и прикрывшись щитом.       Вот это уже действительно было сильно! Не просто игры, как ранее!       Тем не менее, Никос поначалу не воспользовалась кратковременным замешательством короля. Лишь когда он уже был готов, она трансформировала меч в копье и атаковала. Удар Хлодвиг, чуть присев, принял на щит, позволяя наконечнику бессильно скользнуть, отклоняясь в сторону, а сам коротко и быстро рубанул на уровне колен. Никос среагировала мгновенно, подпрыгнув на месте, да еще и выбрасывая левую ногу в ударе, который должен был прийтись прямо в лицо Хлодвигу. Королю в свою очередь, пришлось уклоняться, отклонив голову в сторону. Контратаку, короткий выпад, Никос легко отбила кромкой щита, и если бы король не знал о ее проявлении, то скорее всего либо не придал бы значения тому, что клинок самую малость затормозился, это было практически неощутимо для него.       Король ждал чего-то такого, поэтому сразу же нанес еще один удар, в этот раз вновь воспользовавшись щитом, увидев, что Пирра чуть опустила свой, чтобы парировать атаку. В этот раз Никос просто прямо с места ушла назад эффектным сальто, ловко приземлившись, и сразу же готовая и наступать, и отражать нападение.       Но Хлодвиг остался на месте, развел руками с оружием, и свернул щит в форму ножен, вкладывая в них меч, показывая, что бой окончен.       — Полагаю, на сегодня хватит.       Пирра расслабилась, опуская оружие и забросив щит за спину.       — У тебя хороший контроль ауры, Жон. Даже очень хороший, — с каким-то удивлением отметила она, глядя на короля. — Мне сложно было воздействовать на твое оружие. Никогда с таким не сталкивалась…       Прекрасно! Значит, с помощью магии с проявлениями, по крайней мере, с одним из них, действительно можно бороться. Хлодвигу удавалось вырывать меч и сбрасывать чужое воздействие, это было воодушевляюще. Но очевидно, что Пирра не использовала свое проявление по полной, а когда один раз сделала так, то смогла доставить королю определенные сложности. Но и он не применил все свои возможности.       — Ты мешал мне использовать проявление. Как ты это делал? — спросила Пирра. — Какая-то техника?       — Как-то получалось, — король пожал плечами, не видя толком причин для такого интереса с ее стороны.       — Само собой? — удивилась рыжая.       Король вновь пожал плечами, в этот раз молча. А Пирра серьезно задумалась.       — Ты точно уверен, что не знаешь свое проявление? — наконец спросила она, чуть сдвинув брови.       — Точно, — кивнул король, подтверждая совершенно правдивое утверждение.       — Жон, ты никогда не замечал, что с тобой на тренировках, в поединках или просто так, в повседневной жизни случалось что-то странное? — осторожно задала она еще один туманный вопрос. — Может, ты чувствовал когда-то нечто эдакое, непонятное?       Не так давно его убили, и после этого он очнулся висящим на дереве, прибитый к стволу копьем за капюшон. Потом выяснилось, что прежний мир куда-то бесследно исчез, не оставив после себя даже строчек в хрониках и сменившись на нечто непонятное, а сам король оказался в чужом теле. Это было самое странное и непонятное, что с ним случалось в жизни. Но сомнительно, что Никос нужны эти знания.       — Нет, — он коротко качнул головой. — Не совсем понимаю, к чему такие вопросы?       — Мне кажется… — Пирра помедлила, — Жон, возможно, ты мог открыть свое проявление раньше. Существуют такие проявления, которые действуют незаметно для самого их обладателя, если он инстинктивно их активирует, не отдавая себе отчета, а есть даже те, которые работают помимо воли обладателя. Как такое происходит — я не знаю, и думаю, никто не сможет точно ответить на этот вопрос. Но, возможно, ты уже открыл свое проявление, только сам не понял, как и когда это произошло? Сопротивление чужим проявлениям, или что-то похожее. Это бы объяснило некоторые вещи.       — Некоторые вещи? — уточнил король.       — Я никогда не видела, чтобы кто-то так сопротивлялся магнетизму! — воскликнула Никос. — Попытавшись воздействовать на твой щит или меч, у меня было ощущение, будто… я тяну резину. Не говоря уже о том, что ты просто сбрасывал воздействие проявления. Такого не бывало никогда. Никто не мог так делать.       — Но ведь ты не слишком-то распространялась о магнетизме? А мне заранее было известно, что ты будешь его использовать, — резонно возразил король.       Никос с сомнением на него посмотрела, покачав головой.       — Может и так, но… — она покачала головой. — Сомнительно. Мне кажется, что все же, дело в тебе, Жон. И может, лучше… — тут она замолчала, запнувшись.       — Что? — осведомился король, ожидая продолжения.       — Нет, ничего такого, забудь, — Пирра чуть натянуто улыбнулась.       Покинув зал для тренировок, они прошли по коридорам академии и на время расстались. Пирре нужно было сложить свое оружие и облачение в специальный металлический шкаф, в то время как Хлодвиг, не доверявший этим хитромудрым летающим сундукам, предпочитал держать все самое нужное у себя в комнате. Туда он и направился, чтобы сложить амуницию.       До ужина оставалось немного времени, которое он провел просто стоя на крыльце и глядя в небо. Там вдалеке, приковывая его взгляд, висели летающие боевые корабли Атласа, единственного королевства в этом безумном мире, которое имело полноценную армию. Воздушный флот прибыл несколько дней назад, в начале нового учебного семестра в академии.       Конечно же, королю было очень интересно своими глазами взглянуть на единственную полноценную армию этого мира. Из все тех же книг он почерпнул, что армия Атласа сильно отличалась от привычных ему. По земле их войско передвигалось на автомобилях, на дальние расстояния предпочитали добираться на тех самых огромных воздушных кораблях, что сейчас виднелись в небе над Вейлом. Они же и оказывали поддержку установленным на борту орудиями, различными пушками, работающими на прахе, как и все здешнее оружие. Развитая техника компенсировала отсутствие магов и магии. Конница полностью отсутствовала, лошади вообще не использовались. А основу пехоты составляли роботы — человекоподобные искусственные создания из металла. Как големы, только не големы.       Хлодвиг по возможности наблюдал за атласцами, когда они высаживались перед академией и в городе. На первый взгляд, если отбросить все вопросы и отрешиться от их непривычного вида, то выглядело внушительно. Относительно многочисленная, очень подвижная армия, имеющая возможность атаковать врага с воздуха. Так еще и часть пехоты не испытывает голода и не страдает от холода, совершенно не знает ни страха, ни сомнений, и получив приказ, может сражаться до последнего, не отступая ни на шаг.       И для чего могла прибыть такая армия? Объяснено это было якобы дополнительной заботой о безопасности будущего фестиваля.       Король очень удивился, когда понял, что все окружающие воспринимают прибытие атласской армии на воздушном флоте вполне себе нормально. То есть, конечно, это событие сразу же вызвало волну оживленных обсуждений, так как все в общем-то ждали обычной атласской делегации студентов, а не целого флота. Но поудивлялись, поговорили, да и все на этом, никакого негатива в их сторону не высказывалось, только любопытство. Объяснение атласцев все приняли как само собой разумеющееся. И вот это уже привело в изумление самого Хлодвига.       Если бы к нему под стены столицы пришла чужая армия, то вряд ли бы кто-то из горожан испытал от этого положительные чувства. Как и сам король. Вот что делать дальше — над этим бы он задумался серьезно.       Здесь же — ничего подобного. Просто какой-то мир беззаботных дураков!       Из книг по истории Ремнанта Хлодвигу было известно, что последняя война между королевствами произошла целых восемьдесят лет назад, и с тех пор ничего подобного по масштабу не случалось. На его взгляд, это было скорее каким-то чудом. Люди воевали всегда. У каждого государя и его подданных свои стремления. Монарх желает присоединить новые земли, воины хотят денег, добычи и славы, а маги вдобавок ищут знания и силу. И само собой разумеется, что эти стремления пересекаются со стремлениями других стран и других королей, что в свою очередь выливается в войну, на которой сила решает, кто прав. И здешние королевства раньше тоже не были исключениями. Их имелось всего четыре, причем, два из них располагали территориями целых континентов, и тем не менее, они все равно нашли причины и повод для войны. Опыт говорил Хлодвигу, что естественное развитие событий должно быть иным: королевства, восстановившись от изнурительной и кровопролитной войны, и накопив сил, обязательно вновь должны схлестнуться на поле боя. Но вот уже многие десятилетия ничего подобного не происходило.       Что этому мешало? Угроза гримм, так ярко описывавшаяся в трудах о том периоде, и всегда приводившаяся в пример недальновидности тогдашних правителей? Да бросьте! Разве в те времена гримм не было? Были, разумеется, и все об этом знали, как знают и сейчас, однако, десять лет королевства упорно воевали друг с другом, игнорируя тварей Темного бога, разрушавших их селения, оставшиеся без защиты. Люди устрашились того, что произошло и того, что могло бы случиться, продолжай они воевать? Вздор! Но и хорошего всестороннего объяснения причин, по которым на сегодняшний день сложилась подобная ситуация Хлодвиг не имел. Он словно бы не видел чего-то, скрытого от него, и не понимал всей картины. Как Пирра недавно не могла понять, каким образом он мог противостоять ее проявлению — а все из-за того, что она считала магию сказкой, в то время как для короля она была самой что ни есть настоящей, и он ею успешно пользовался.       Тем не менее, война как решение проблем полностью исключалась здешними правителями, заседающими в советах, мыслителями, да и простыми жителями королевств. Везде явно проходило одно утверждение: сотрудничество между королевствами является единственной приемлемой формой взаимодействия. Соответственно, они все были как бы союзниками, а общим врагом являлись гримм — так утверждалось.       У Хлодвига это вызывало язвительную усмешку.       Он не верил, что атласская флотилия прибыла просто так. Безопасность фестиваля Вайтел? Он поспрашивал у своей команды, почитал немного в книгах, и все говорило, что чаще всего охрану и порядок на фестивале поддерживало принимающее королевство. Тогда он вновь между делом поинтересовался у своей команды, что могло сейчас угрожать фестивалю? Они без какой-то уверенности предположили, что быть может, дело в тех самых разбойниках, именовавших себя Белым Клыком. Дескать, они похитили огромные объемы праха и до сих пор оставались неуловимыми, что волновало жителей Вейла.       Об этой банде давно ходили разговоры, и с ними король даже успел столкнуться. Они его не впечатлили. Их предводитель был неплох, но ничего выдающегося не продемонстрировал. Кучка разбойников угрожает целому королевству настолько, что пришлось пригласить чужую армию? Звучало, как полнейшая чушь. Конечно, логика окружающих периодически ставила короля в тупик, но не настолько же!       Может, Атлас не собирался атаковать Вейл, выдавая себя за друга, но в том, что у северян была какая-то другая цель, не та, что они озвучили, Хлодвиг не сомневался. К сожалению, сейчас король был бесконечно далек от тех, кто принимал решения в королевствах, находясь среди беспечных и легкомысленных студентов, большинство из которых думало лишь о развлечениях. И ничего определенного он сказать не мог, ему оставалось лишь довольствоваться догадками, основанными на своих знаниях. И он уже понял, что не все его знания соответствовали нынешним реалиям, пускай это понимание не принесло ему особой радости, лишь растерянность и разочарование. Но в этом случае он был уверен, что что-то затевается.       Если отбросить вероятность того, что в совете Вейла заседают просто невероятные глупцы, неспособные видеть дальше собственного носа, то наиболее правдоподобным выглядело предположение, что королевству угрожали гримм. В таком случае все это выглядело как обычный призыв к союзнику и незамедлительное прибытие помощи. А чтобы не создавать панику, жителям города рассказывали историю про злобных разбойников, грабящих прах.       Хлодвиг планировал покинуть академию после фестиваля, но если выдастся возможность поучаствовать в какой-то кампании, то он был совершенно не против. Заодно можно было посмотреть, чего стоят местные воины.       К сожалению, прямо выяснить правдивость своей догадки он не мог. Впрочем, можно было найти косвенные доказательства…       Ужин прошел без происшествий. Буквально несколько дней назад ученики умудрились прямо в обеденном зале академии устроить массовую драку едой. Все случилось очень быстро, и почти что в один миг по залу начали летать столовые приборы, овощи и фрукты. Короля, до того момента спокойно трапезничавшего, это поначалу ввергло в легкий ступор, но затем его быстро привело в сознание яблоко, просвистевшее возле лица. Бросивший яблоко кретин даже не подозревал, насколько близко к смерти он был в тот момент!       Король в очень плохом настроении спешно покинул обеденный зал. От драки едой ему отступать еще не приходилось, и скрипнув зубами, он утешил себя мыслью, что раздавать налево и направо заклинания в такой ситуации было бы… нерационально. А он бы сделал это, попытайся его кто-то втянуть в эту драку!       Проведя в академии уже немало времени, Хлодвиг привык к необычному во многих аспектах поведению окружающих, их определенной бесцеремонности и фамильярности, каждый раз напоминая себе, что его воспринимают как Жона Арка, обычного паренька, желающего стать охотником, никому не известного, без регалий, без статуса, без репутации. Но то, что он как полагает человеку благородному и разумному, учел все обстоятельства и принял во внимание отличие здешних порядков от привычных ему, совершенно не значило, что он готов был терпеть что угодно. Попади в него кто-то тарелкой или овощем — и король бы ответил боевой магией. Есть предел терпения, и никому не позволено столь нагло и дерзко попирать его честь!       И что вызвало наибольший его гнев — это то, что его команда принимала в глупой драке активное участие, будучи одними из зачинщиков. Он считал их более здравомыслящими! Как ни странно, никакого наказания от прибывших директора и леди Гудвич не последовало. Поглядев, как профессор применяет свое проявление, чтобы убрать разгром в обеденном зале, король ругнулся, развернулся, и все еще кипя гневом, отправился в библиотеку, где и просидел до вечера. И уже потом, немного остыв, высказал своей команде все, что думает об их глупом ребячестве. Оставалось надеяться, что больше они не выкинут ничего такого, пока он находится в академии. Хлодвиг отставил столовые приборы, мельком покосившись на выскользнувшую из-за стола Блейк Белладонну. Его команда и команда RWBY уже довольно давно сдружились, и почти всегда сидели за одним столиком. Сам король ничего против такого соседства не имел.       Он окликнул Блейк в коридоре.       — Уделишь мне немного времени? — поинтересовался Хлодвиг у бывшей разбойницы.       — Да, конечно, — с легким вопросом во взгляде кивнула она.       — Прекрасно. Тогда пойдем, — он двинулся дальше по коридору.       — Куда? — догнала его Блейк.       Король не ответил, шагая вперед. Выбрав одну из дверей, он толкнул ее, и заглянул в пустующую аудиторию. Бросив взгляд по сторонам и убедившись, что в коридоре больше никого нет, он махнул рукой, пропуская Блейк вперед. Бросив на него взгляд, она все же зашла в аудиторию, а король незаметно прикоснулся к двери, создавая одно простое заклинание. Теперь в случае, если кто-то приблизится к двери ближе, чем на три шага, король об этом узнает.       — О чем ты хотел поговорить? — спросила Блейк.       — Расскажи все, что знаешь о разбойниках из Белого Клыка, — в немного приказном тоне произнес Хлодвиг.       — Что? — удивилась Блейк.       — Белый Клык, — терпеливо повторил король. Эти ученики порой так раздражали его своей непонятливостью! — Ты сама сказала, что была в их рядах.       В прошлый раз, когда она призналась в своем прошлом, он не особо желал разбираться, что же это за банда такая. Ну бандиты — и бандиты, ничего необычного.       — Я не была в разбойниках! — негодующе запротестовала она. — Белый Клык — это не банда!       — Не банда? Вооружены, не состоят на службе ни одного королевства, не подчиняются законам, занимаются грабежом, — перечислил Хлодвиг, скептически вздернув бровь. — Утверждаешь, что это не так?       — Так, то есть, нет! — выпалила студентка, запутавшись. — На самом дела, все не так просто! Белый Клык создавался как организация, которая противостоит расизму и борется за права фавнов. Да, со временем наши методы немного изменились, но раньше все было по-другому, и наши акции были направлены против расистов…       Король вздохнул и поднял руку, призывая ее к тишине. Опять оправдания, она уже что-то такое рассказывала, когда они ждали нападения на доки, и это было не совсем то, что его сейчас интересовало.       — Итак, сколько вас? — задал он вопрос.       — Что? — сбилась с мысли Блейк. — В отделении Вейла?       — А есть и другие? — поинтересовался король.       — Конечно. Белый Клык действует во всех королевствах.       Король нахмурился. Вот как? Это уже интересно…       — Так значит, они есть еще и в других королевствах? Это что, одна организация?       — Разумеется, я же сказала, — удивленно посмотрела на него Блейк.       — И чего же они добиваются? — спросил король.       — Многие люди презирают нас, не считают равными, унижают, называют животными. Многие фавны подвергаются сталкиваются с таким обращением, и это вызывает ответ. Мы боролись против таких расистов. За справедливость, чтобы законы о равенстве были не только на бумаге, но и действовали на самом деле.       — То есть, вы хотите власти? — сделал вывод король.       — Что? С чего ты взял? — обескураженно спросила Блейк.       — А разве это не так?       — Мы не добивались власти, не ставили такой цели. Мы просто хотели равенства.       Что за ерунда? Неужели она настолько глупа и наивна?       — Справедливость и равенство — всего лишь слова, если они не подкреплены ничем! — снисходительно заявил Хлодвиг, объясняя прописные истины. — То, что кажется тебе справедливым, кто-то другой таковым не считает. Люди и друг другу не равны: есть сильные и слабые, умные и глупые, богачи и бедняки. А ты желаешь, чтобы все до единого еще и признали равными себе фавнов? Если ты хочешь, чтобы те, кто считает тебя животным поставили тебя наравне с собой, то тебе нужно заставить их это сделать. Для этого нужна власть: чтобы провозгласить порядок, который ты считаешь справедливым и поддерживать его.       — Твои рассуждения чем-то напоминают слова некоторых радикалов из Белого Клыка, — наконец сказала Блейк, хмуро глядя на короля.       — Вероятно, потому что они лучше понимают цели вашей организации, — усмехнулся Хлодвиг.       — Они просто выступают за то, чтобы бездумно решать проблемы насилием!       — Насилие — самый простой способ захватить власть, — кивнул он.       Блейк нахмурилась еще сильнее.       — Так что насчет численности? — вновь спросил король, возвращаясь к разговору.       Фавн прищурилась:       — Почему ты спрашиваешь?       — Потому что меня интересует это, — сказал очевидную вещь Хлодвиг.       — И чем вызван твой интерес? — продолжала допытываться студентка.       — Действиями Белого Клыка. Недавно мне довелось услышать предположение, что атласский флот мог прибыть в том числе из-за действий Белого Клыка. И мне стало любопытно, насколько грозную силу представляет организация, в которой ты состояла?       Она внимательно смотрела на короля, будто пытаясь найти на его лице подтверждение каким-то своим мыслям. Хлодвиг же оставался совершенно спокойным, терпеливо ожидая ответов.       — В отделении Вейла всего около полутора-двух сотен членов, — наконец, сказала Блейк. — И большинство из них — хорошо тренированные боевики.       Не так уж и много.       — Те, с которыми я столкнулся в порту были такими? — осведомился король.       — Да, — кивнула Блейк.       — Сколько у них охотников?       — Есть несколько человек, умеющих пользоваться аурой, — ответила фавн.       — Лучше, чем ты? — уточнил Хлодвиг.       — Адам — лучше, — ответила она. — Остальные… Примерно как я.       — Адам? — ухватился король за новое имя. — Кто это?       — Это… Лидер Белого Клыка в Вейле.       Нужно было взять на заметку.       — А Торчвик, кто он?       — Торчвик — обычный бандит. Я не знаю, как и почему Белый Клык связался с ним и позволяет помыкать ими. Такого никогда не было.       — Белый Клык в других королевствах, какова их численность? — задал король следующий вопрос.       — Не знаю. Честно! — воскликнула Блейк, увидев в его глазах скепсис. — Наверное, примерно такая же, как и в Вейле.       Король задумался. Если взять максимально возможное, то что выходит? Две сотни плохо… ладно, пускай средне обученных бойцов — без магии… кхм, вернее было бы, пожалуй, сказать: без нормальных навыков работы с аурой. Несколько тех, кто мог управляться с аурой на уровне ученика академии и один взрослый охотник. Много это или мало?       Две сотни опытных воинов при поддержке пары-тройки магов были серьезной силой в какой-то глухой местности. Возможно даже городок или захудалый замок способны были взять или вынудить к сдаче, заставив откупиться. Но если бы они подступили к сколь-нибудь укрепленной крепости, например, столице провинции, или вышли на бой против отряда королевского наместника, то здесь им бы уже не поздоровилось. О походе на столицу нечего было и мечтать, Хлодвиг лично разогнал бы их даже в чистом поле.       И точно так же белоклыковцев он тоже разбил бы без проблем, случись дело раньше. Да и даже произойди такое столкновение сейчас, он смог бы отбиться от нескольких охотников, равных по силе Блейк, и если у тех не будет какого-то подлого проявления.       Да и десяток здешних охотников разгромят Белый Клык в прямом столкновении. Та же Глинда Гудвич могла противостоять при помощи своего телекинеза десяткам простых бойцов одновременно. А охотников в Вейле было много.       Пускай даже Белый Клык оказался не простой бандой, как он считал ранее, а какой-то целой организацией, имевшей своих представителей в каждом королевстве, и очевидно, имеющей амбициозной целью захват власти, но тем не менее, с такими силами в открытом противостоянии ничего хорошего их не ждет, определенно. Любая попытка посягательства на власть в Вейле должна быть без особых проблем пресечена.       Армию, в свою очередь, собирают именно для того, чтобы воевать в чистом поле, либо же оборонять стены, если враг превосходит числом. Может, Хлодвиг чего-то не понимал в этом мире, но ему было ясно, что приглашать целую армию для защиты от проблемы, которую можно решить собственными средствами — это не слишком разумно. Совет Вейла не доверяет собственной страже и охотникам? Или здесь что-то большее? Заговор?       — Здесь что-то не так, — обратилась к нему Блейк, устав ждать ответа, практически повторив его мысли.       Король с интересом покосился на нее, но промолчал, ожидая продолжения.       — Торчвик ведет какую-то игру, и как-то смог втянуть в нее Белый Клык.       Хлодвиг поскучнел, но все же спросил:       — Какую?       — Я не знаю… — печально покачала головой Блейк, и уже с уверенностью в своих словах продолжила: — Но я считаю, нужно узнать. Это нельзя оставлять просто так!       — Полагаю, полиция разберется с этим.       — Они до сих пор так ничего и не сделали! — не согласилась студентка. — Сколько прошло времени — и ничего. Белый Клык не будет просто сидеть и ждать, пока их схватят. Ты ведь уже сталкивался с Белым Клыком, и должен понимать всю проблему. И поверь, у них много возможностей. Я знаю это, — продолжала убеждать его Блейк. — У происходящего должна быть причина, и нам нужно ее выяснить!       «Нам?»       Король мысленно скривился. Что она там себе надумала, и почему возомнила себя способной решать за него?!       — Я думаю, ты преувеличиваешь угрозу, — тем не менее, спокойно сказал Хлодвиг, пытаясь урезонить ее.       — Ты тоже не веришь… — убитым тоном произнесла Блейк, поникнув плечами.       — Дело не в вере, — ответил Хлодвиг. — Тебе и самой известно, что я сталкивался с ними в бою. И исходя из собственных впечатлений и твоих же слов, я не вижу ничего такого, что требовало бы вмешательства.       Тем более, что этим должна была заниматься полиция. Король не собирался тратить время на то, чтобы бегать по городу в поисках Белого Клыка. Влезать в местные подковерные интриги, не понимая, что и как, не разбираясь в сторонах было преждевременно, да и не нужно. Он может использовать свое время с куда большей пользой.       — Это ошибка, — тихо сказала Блейк в спину Хлодвигу, когда он уже был у двери.       Король обернулся, бросив на нее взгляд, но ничего не ответил, потянув за ручку.