Между гармонией и раздором

      Солнце ослепило глаза Твайлайт, когда она вышла из замка; её хмурое настроение по поводу всего этого нового приключения не улетучивалось. Подруги ждали её на улице, уже тоже собрав себе сумки, которые пони носили через спину. Не хватало только одного, с кем аликорн и не хотела видеться вовсе, но просто начать избегать этого драконикуса она не могла.       — И где он? — напрямую спросила она.       Подруги кивнули, указывая направление прямо над её мордой. Дискорд спустился к ней голова к голове откуда-то сверху на верёвке. Такие эффектные появления были для него любимыми. Он выглядел как обычно, его состояние оставалось столь же хаотичным, как и прежде.       — Наконец-то, тебя не дождёшься, — Дискорд перевернулся рядом с ней, встав на привычные лапы, дёрнув за верёвку так, что она просто взмыла в небеса и растворилась.       Сказал это самый ненадёжный из всей группы, которого в этом приключении вообще никто не ждал встретить, ведь обычно драконикус где-то отсиживался. Неужели всё это только из-за просьбы Селестии? Они о чём-то говорили наедине во дворце — это их так сблизило?       Дискорд щёлкнул когтями, перенеся их в другое место, что стало неожиданностью для всех. Пусть только одна Твайлайт поняла, почему он не может перенести их прямо к ущелью, но остальные восприняли подобное как факт: не может — и не может, а выяснение, почему, лишь голову им напряжёт. Однако перенос в итоге состоялся, но куда?       — Итак, ближайшее место, куда я могу нас закинуть, — это сюда, — объяснил он. — Если вы, конечно, не хотите делать крюки по степям и горам через королевство кентавров и зебр, а также гору Арис.       — Где мы сейчас? — задала хороший вопрос Рейнбоу Дэш.       Они были на поле возле самого обычного леса, и ничего здесь не выглядело странно или ново для них. Пегаска хотела взлететь выше, но Дискорд сказал, что это лишнее. Он вновь щёлкнул когтями, и перед пони появилась довольно большая карта высотой в их товарища. На ней в нижнем углу отображался зелёный уголок, затем шла большая пустыня, которая отделялась от противоположной зелени очень широким морем, впадавшим в большой океан перед высокими горами. На другой стороне того моря среди зелени выделялся длинный чёрный порез, похожий на шрам. Видимо, это и было их место назначения — угольное ущелье.       — Мы сейчас здесь.       Дискорд облетел созданную им карту, указывая туда, куда все подумали: на зелёный угол до пустыни. Сейчас они уже осознали, насколько большой путь им предстоит проделать, чтобы просто прийти туда раньше Грогара. Надежды им это не особо внушало.       — Сейчас это ещё Эквестрия, поэтому мы выходим за её границы, — продолжал Дискорд говорить. — Пересекаем пустыню и идём прямо к морю…       — А что это такое? — тихо спросила Флаттершай, поднимаясь на крыльях выше и указывая копытом на тёмное пятно в пустыне. — Прости, что перебила.       — Это Клужтаун, пустынный город, но мы не пойдём в него, — не обратил он внимания, сразу ответив на вопрос, а карта начала сама скручиваться. — Там есть порт, но мы доберёмся до моря, и я создам нам корабль, так попадём на другую сторону. Потом к ущелью будет недалеко.       — Почему бы тебе сейчас не сделать для нас что-то вроде воздушного шара? — снова задала хороший вопрос Рейнбоу Дэш.       — Потому что в воздухе я не ориентируюсь, — чётко ответил Дискорд, а карта исчезла прямо в его лапах, когда он соединил их. — Но не бойся так, ты ещё насмотришься на мою магию в пустыне.       — Жду не дождусь, — с сарказмом произнесла пегаска.       — Отлично! Идёмте! — Твайлайт резко двинулась с места. — Раньше начнём — раньше закончим!       — Нам в эту сторону…       Она обернулась, смотря, куда указывал драконикус. Недовольно фыркнув, пони с грохотом протопала мимо друзей, наклонив голову. Такому поведению и её подруги были удивлены, но пошли прямо ей вслед, а Дискорд и вовсе напрямую задал им вопрос, что Твайлайт прекрасно слышала:       — А что это с нашей умницей-всезнайкой?       — Ну, мы недавно пошли в лабораторию Первого драконикуса… — Пинки невозмутимо начала этот рассказ и продолжила бы его, пока Эпплджек не закрыла ей рот копытом, крикнув её имя.       — Это я почувствовал, так что бесполезно скрывать…       На это уже удивлённо дёрнулась Твайлайт, хотя остальные и не замечали её реакции. Дискорд потянулся настолько сильно, что перевернулся прямо в воздухе.       — И что нашли там? — поинтересовался он.       — Ты знаешь, что мы там нашли! — Твайлайт очень чётко и громко проговорила эти слова, развернувшись к нему, отчего все остановились. — Ты знал о её существовании!       — Да, знал, — без секунды задержки ответил Дискорд. — Но меня больше интересует, откуда ты узнала о ней.       Он наступательно двинулся вперёд, отчего сама аликорн дёрнулась от него, боясь продолжать эту тему. Она вспомнила, как положила сводки в свою походную сумку, и уже пожалела об этом решении. Однако теперь Твайлайт решила воспользоваться любимой тактикой автора этих записей: лучшая защита — это нападение!       — Ты знал о Тестери и что он там сидит! — Твайлайт тоже сделала шаг в его сторону. — Почему ты не выпустил его?!       — Я понятия не имел, что он жив, и даже не мог проверить, ведь не знал, где это место.       — Ты только что сказал!..       — Я знал лишь о том, что оно существует, но не о том, где оно и как туда попасть, — объяснил Дискорд.       — Как можно знать, но не понимать, как туда попасть?! — задала ему вновь вопрос Твайлайт, рассердившись ещё сильнее.       — Очень просто: вот ты, например, знаешь Стар Свирла, а знакома ли с ним вживую?       — Это другое! — сразу крикнула пони, громко топнув копытом. — Тебе просто, как обычно, было всё равно!       Понимая, что внятного ответа она не дождётся, Твайлайт грубо развернулась, начиная идти дальше с суровым выражением морды, пока её подруги стояли позади, ошеломлённые внезапной ссорой этих двух.       — Мой вопрос это не отменяет! — Дискорд крикнул ей вдогонку. — Как ты узнала про это место?       — Просто нашла случайно! Такое устроит тебя?! — рявкнула она в ответ. — Видимо, лучше работает, когда ты не знаешь вовсе и находишь, да?       — Эй, не ссорьтесь, — тихо произнесла Флаттершай.       — Что ж, видимо, я просто не догадался, — драконикус сурово посмотрел на остальных стоящих пони, надеясь получить ответы от них. — Итак?       — Нет-нет, на нас не смотри, — Эпплджек быстро прошла мимо, а за ней и все остальные.       — Извини, — Флаттершай так же пролетела, минуя его.       Дискорд недовольно вскинул брови и закатил глаза настолько сильно, что они в нём просто перевернулись. Со злостью он что-то прорычал, а потом успокоился со вздохом, произнеся уже в пустоту:       — Она начинает походить на тебя, Первый. И это особенно пугает.       Какая разница, что сейчас Дискорд ему скажет — Первого здесь нет, и он этого не услышит. Твайлайт уже начинало раздражать именно подобное его отношение ко всему, а особенно слова в пустоту, поэтому она хотела побыстрее всё закончить.       Казалось, что шли они достаточно долго, почти три часа, но пустыня всё не показывалась перед их глазами. В один момент пони услышали немного тяжёлый выдох драконикуса, который на секунду прикоснулся когтями лапы к голове, а потом продолжил идти в обычном темпе.       — И что это было? — поинтересовалась Рарити.       — Мы только что вышли за пределы Эквестрии, — сообщил он.       — И как ты это понял? — встречный вопрос задала Рейнбоу Дэш.       — Чувствительность магического Равновесия даёт о себе знать, — объяснил Дискорд. — Оно моментально настраивается на новую магическую территорию, отчего возникает секундное помутнение сознания.       — Круто, — признала Рейнбоу Дэш с секундной паузой. — А что это вообще такое — «ощущение магического Равновесия»? Тебя же как раз из-за него попросили заняться Тиреком.       — Обычно этим владеет существо любого рождения при условии, что в нём достаточно способности к сотворению, то есть к преобразованию Раздора, — начал он объяснять. — Но даже подобные мне не все могут ощущать Равновесие. А насильно это чувство нельзя пробудить, даже если начнёшь через силу изучать и впитывать Раздор. В целом это как смотреть на лавку с мороженым и уже по цвету понимать, какой у него вкус. И это всегда довольно скучно.       Такое сравнение не понял никто, кроме Пинки, хоть оно и было намеренно приближено к пониманию для всех присутствующих. Тогда все начали подставлять это объяснение под себя: как знать сорт яблок, лишь глядя на него, знать вид ткани, ещё не коснувшись её, или лишь по силуэту уметь определять группу животных. Это нечто ассоциативное, подсознательное, что-то, что развивается с тобой с начала твоей жизни.       — А у пони это может быть? — Пинки прыгала в своём привычном темпе.       — Да, конечно, — кивнул Дискорд. — Даже у созданий, что не способны преобразовывать магию, может появиться это ощущение с рождения. Единственные, у кого в ста из ста случаев всегда отсутствует подобное, — это те, кто рождены из силы Гармонии. Однако даже не у всех носителей Раздора есть эта особенность. Бывают и среди нас исключения. Например, Первый так не может!       Он намеренно крикнул это для Твайлайт впереди, которая лишь в раздражении фыркнула.       — А вот Грогар, как и я, может ощущать Равновесие, — продолжил драконикус сразу после ответной реакции.       — Сильно, — Рейнбоу Дэш после полученного ответа сразу задумалась: — Интересно, есть ли у меня это?       — Не думаю, иначе ты бы понимала мои слова.       Твайлайт продолжала с недовольной мордой идти впереди, даже не рассуждая над тем, что услышала только что. Как же ей хотелось просто взять и убежать назад: никакого приключенческого настроения не было изначально, а, услышав слова Дискорда, что он был в курсе о лаборатории и Тестери, даже его зачатки канули в лету. Она бы так и продолжала топать копытами, смотря в землю, если бы кое-что не заставило всех взбодриться.       — Твайлайт!       Эпплджек бросилась в её сторону и, повалив на землю, спиной почувствовала, как что-то, что она разглядела в тёмной чаще леса, пролетело вдоль её собственной спины, оставив там лишь холодок после себя. Все остальные пони сразу к ним подбежали, помогая подругам спокойно встать.       — Что это было? — спросила земнопони.       — Ты могла не дёргаться, она бы мимо пролетела, — Дискорд выдернул стрелу с крайне острым наконечником из земли. — Это знак-предупреждение: кто-то считает себя очень крутым. Не дёргайся!       Он указал на Рейнбоу Дэш, которая сначала ничего не поняла, но почувствовала и увидела, как мимо неё пролетели две стрелы, отчего даже дрогнула. Все пони встали в ступоре и страхе, совершенно не понимая, что происходит.       — А это знак начала охоты: лучник стреляет с одного и того же места, уже промахнувшись один раз, — продолжил Дискорд. — Вы встали ровно под обстрел.       Он всё ещё был дальше, поэтому имел хороший угол обзора, а значит, не видели лишь его. Подобные слова об охоте напугали всех пони, поэтому они начали смотреть в разные стороны. Что значит охота? Шум от шелеста травы и листьев, а также многочисленные силуэты, которые забегали вокруг, заставили их испугаться ещё сильнее, и они не заметили летящую к ним сетку сверху.       Она тут же сгорела в пламени, упав на купол разноцветного огня, созданный драконикусом, а потом он провёл хвостом по кругу, и из земли высунулись ростки сиреневых цветов, взмывшие прямо к небу, отгородившие их от нападавших, не пропуская к ним ни единого лучика света. В тот момент в эти ростки что-то стукнулось, видимо, всё это было сделано для ещё одной защиты от атаки, которую пони даже не разглядели.       Однако бежать было поздно: что-то прорубило стебли растений прямо по кругу, из-за чего они упали. От тряски Твайлайт ненадолго прикрыла глаза, а открыв их, увидела кончик острия копья прямо у себя под горлом, как и у всех её подруг.       Существо перед ней магией стянуло с себя защитную маску, и перед Твайлайт оказалась самая обычная единорожка с прекрасными мятными глазами. Удивлённо она вглядывалась в её суровое выражение морды, ведь на них напали сами пони, да и тем более за пределами их страны. С прошлых времён повелось так, что пони не любили выходить в другие страны, а уж тем более проживать в них.       — Что вам здесь нужно? — настойчиво и жёстко спросила единорожка перед ней.       — А мы… — Твайлайт напугалась такому появлению сородичей, но с глубоким вздохом решила начать вести этот разговор: — Мы просто шли к пустыне, у нас путешествие.       — А что же вы тогда зашли на наше место обитания? Ещё и такой толпой.       — Мы просто шли, — добавила уже Рейнбоу Дэш довольно настырным тоном, ведь не могла их понять. — Просто шли, а вы напали!       — Простите их, они просто не понимают…       Голос Дискорда сулил приближение, но Твайлайт не обернулась к нему. Хотя чуть позже всё же ей пришлось двинуть головой в его сторону, ведь существо, что появилось сбоку от неё, отличалось от того, что она видела. В нём не было ничего особенного — обычный серый единорог с чёрной гривой, но именно это и привлекло её внимание, а также внимание всех подруг, что удивлённо смотрели на него.       — Когда все они двинулись вперёд, пересекая предупреждение, то просто беспокоились друг за друга, они даже не понимали, что означал тот знак, — говорил он, однако своим голосом. — Это небольшое недоразумение, мы сохраняем нейтралитет в таком отношении.       — Откуда нам знать, что вы не из Клужтауна и не пришли по нашу шкуру?! — громко задали ему вопрос откуда-то из толпы вокруг.       — Потому что мы тоже пони? — соврал он отчасти, но с весьма дивной улыбкой.       — Это не аргумент, — единорожка перед ним переставила оружие на него. — Может, вы сотрудничаете с большой компанией? Как раз помогаете им отследить свежую плоть?       — Вы не узнаёте её? — Дискорд с ухмылкой кивнул в сторону Твайлайт.       — Наши предки покинули Эквестрию более пятисот лет назад, — уже достаточно грубо прошипела она. — Ваши морды мы в глаза не видели.       — О, вот оно как! Тогда это тупик! — Твайлайт еле сдержала порыв стукнуть драконикуса, а он же раздвинул одно из её крыльев, поднимая его копытом. — С нами тут коронованная Принцесса Дружбы, пусть она вас убедит.       Теперь Твайлайт, с явным намерением стукнуть его как можно сильнее, посмотрела в глаза тому, кто втянул её в это. Дискорд ведь мог легко сделать так, чтобы им не пришлось вести диалог с этими пони, так почему он просто стоит и говорит с улыбкой, перекладывая дальше ответственность на неё? И всё же она его не стукнула, поскольку почувствовала взгляды на себе, а также перешёптывания всех вокруг.       — Д-да, я дружбы при-принцесса, — начала она, заикаясь. — Мы не будем, а-а-а… во зло идти против вас. Даю слово.       Звучало неубедительно, Твайлайт это и сама понимала, ведь речь она вовсе не готовила. Единорожка перед ней серьёзно оглядела её, но взгляд всё так же выдавал в ней нескрываемые недоверие и жгучесть.       — Видна метка с магией, неужели разбираешься? — спросила она, на что напуганный аликорн, проглотив комок в горле, кивнула. — У нас тут очень старые обычаи по меркам вашей дорогой Эквестрии. Раз уж вы не можете точно утверждать, что вы не из Клужтауна, то решим спор по-старому.       — Ты сначала докажи, что мы оттуда, — ехидно вставила своё Рейнбоу Дэш.       — Что ты хочешь? — спросила Твайлайт.       — Меня зовут Сохра, и раз уж тут есть пони, что разбирается в магии, то сыграйте со мной, — произнесла всё та же единорожка. — Выиграете вы — так уж и быть, прямо по пустыне отпустим вас до Клужтауна, а сами переселимся подальше. Выиграю я… Что ж, этого вам лучше не знать.       Всего лишь игра. Даже не дуэль, а магическая игра, в чём Твайлайт была уверена на все сто процентов. Все подобные игры она знает и является среди них далеко не новичком. Даже если надо будет отвечать по истории магии, она легко справится. Тем более в самой игре раскрывается характер соперника, и даже если она вдруг проиграет, чего она и не допускала, то всё равно они могут понять, что её подруги не такие, как все здесь думают. Твайлайт согласилась с хитрой улыбкой, которая сразу пропала, когда она спросила, во что они будут играть, получив в ответ:       — В испорченное зелье, конечно, или ты думала, что мячик будем бросать друг другу?       Дискорд на эту фразу с улыбкой вскинул брови, пока аликорн стояла в ступоре. Она вспоминала, что, может, это название просто поменялось со временем, но ничего похожего ей в голову не приходило.       — Я так и знал, что это оно, — довольный Дискорд закатил глаза с широкой улыбкой.       — Поселение наше недалеко, как вы могли догадаться, — Сохра развернулась, начиная идти в чащу. — Работорговцев из Клужтауна обычно не пускаем, только если они не захотят поиграть.       Их также повели следом с весьма хитрыми улыбками, а пегасы сверху не давали Рейнбоу Дэш высоко подняться. Их было очень много, поэтому бежать не было и смысла… Конечно, если Дискорд не захочет им подсобить, но ему эта ситуация, похоже, преподносила лишь удовольствие.       — Блеск, заставляют теперь и в игру играть! — пожаловалась Рейнбоу Дэш на всё происходящее.       — Что это за игра такая «испорченное зелье»? — задалась насущным вопросом Твайлайт, переступая копытами. — Я впервые слышу.       — Это очень старая игра для заумников в прикладной магии, давно запрещённая во всём мире. Она включает в себя знания зельеварения, но ещё немного магической химии, — начал вдруг для неё пояснять Дискорд, который перебирал копытами рядом с ней в том же обличии пони. — Обычно играли один на один. Сначала ставится большой котёл, чаще с водой, так как она принимает большинство материалов, также тебе и противнику даётся одинаковое количество материалов, потом вы начинаете по очереди их смешивать в котле, и у кого зелье испортится первым — тот и проиграл.       — Испортится? — поинтересовалась она.       — В плане: выкипит, превратится в порошок, взорвётся и так далее… — продолжил он объяснение. — Если ты придёшь к тому, что сделаешь грубое или непримечательное зелье, то игру можно продолжать.       — Подожди, — Твайлайт зажмурила глаза на долю секунды. — «Непримечательное», «грубое» — что они значат? Это не испорченность?       Дискорд хитро заулыбался в этот момент, отчего аликорну стало не по себе. Может, он хочет соврать ей и выставить посмешищем? Нет, он просто посмотрел на неё свысока, намного больше, чем раньше.       — Твайлайт, только не говори мне, что ты никогда не занималась зельеварением? — он с ехидством вытянулся прямо к её морде.       — Занималась! — Твайлайт его убеждения сразу отвергла, понимая, что зря крикнула, ведь обратила внимание всех окружавших их пони, едва не споткнувшись. — Просто не так серьёзно и лишь в теории или по инструкциям. Но зато я знаю магическую химию.       — Что нельзя добавлять в первом же действии, если ты добавил золотую пыль? — вдруг спросил Дискорд, не теряя ни секунды.       — Что?       — Это сок листьев лунной гортензии, — ответил драконикус на собственный вопрос. — Что получится, если смешать плод красноплодника и зелье грубого содержания в процентном соотношении пять к десяти? Ты же знаешь теорию, так ответь мне, или не можешь без тетрадки под копытом?       Когда он упомянул об этом, Твайлайт вспомнила записи Первого, которые теперь всегда были при ней. Ни одна из них её ещё ни разу не подвела, но сейчас смотреть в них нельзя было, но только… почему? Потому что после встречи с Тестери она начала меньше доверять Дискорду? Или же это из-за его разговора с Селестией?       — Это… — протянула аликорн.       — Это называется недоработанным зельем с едкой основой, — Дискорд вновь сам ответил на вопрос. — Ты не можешь соединить теорию с практикой?       — Нет, просто мне надо больше времени, — ответила на это она. — Такие вопросы в лоб совсем…       — Совсем не тянут на те, что ты учила ночью перед экзаменом? — он в нескрываемом довольствии выпрямился. — Ну, тогда думай, если они, конечно, позволят тебе взять время, когда игра начнётся. И да поможет тебе Властительница Гасти.       — Эй, мы не всё всегда должны помнить, — продолжила разговор с ним Твайлайт сквозь зубы от злости. — Это невозможно, если ты перестаёшь заниматься какой-либо деятельностью.       — Но наш с тобой род занятий — это магия, — отрезал на это Дискорд. — И раз ты — принцесса и единорог с талантом к магии, то твоя область её изучения должна быть больше остальных.       — Я люблю магию, как и ты, — говорила она. — Однако у каждого есть свои предпочтения и интересы. Мой статус никак не должен быть связан с тем, что мне интересно, а что нет. И уж извини, но зельеварение — это чаще всего бессмысленная прикладная магия. Я так считаю.       Между ними произошла пауза, они сверлили друг друга глазами, пытаясь каждый донести свою точку зрения другому. Однако время шло, и никто из них больше ничего не говорил, а хотя стоило бы поскорее решать проблему, ведь эти пони их бы долго ждать не стали.       Они пришли в место на небольшой опушке леса, где дома прекрасно сливались со стволами деревьев и листьями на них. Их остановили на месте, сказав, что начнут приготовления, и кто хочет играть, то пусть выйдет. При этом Сохра явно смотрела на Твайлайт с весьма ехидной ухмылкой. Флаттершай, чувствуя нависшую опасность, решила вернуть своих друзей к общей проблеме:       — Может быть, ты сыграешь? — Дискорд перевёл на неё взгляд, ведь обращение было к нему. — Пожалуйста, помоги нам, прошу, поиграй в эту игру.       — Я бы хотел услышать это от принцессы, — его морда вновь стала задорной и радостной.       — Ты просто!.. — хотела возмутиться Рейнбоу Дэш.       — Пожалуйста, — чётко произнесла Твайлайт, вновь стиснув зубы. — Пожалуйста, помоги нам.       — Вам повезло, что просит Флаттершай, иначе я бы долго думал над этим предложением.       Он зашагал довольной походкой пони вперёд, обходя Твайлайт, которая одновременно разозлилась и была счастлива, что он согласился. Сделав всего несколько шагов от них, его голос прозвучал всё так же уверенно и задорно, как и прежде:       — Я буду играть!       После этого заявления Дискорд подошёл ближе к тем пони, гордо и твёрдо держа голову, чётко смотря на них с ухмылкой. Его подруги позади резко осознали: а чего они его на игру упрашивали? Он же хозяин Хаоса — не мог просто всех перенести? Расчистить путь? Чего это он вдруг притворяется пони и вымогает у Твайлайт официальные просьбы?       — О, ты? Я ожидала принцессу, — произнесла в ответ Сохра. — А она своих вассалов посылает ко мне.       — Я не её слуга, просто дружеская выручка, — ответил Дискорд с мягкой, но гниющей улыбкой. — Каковы у вас условия игры?       — Только не говори мне, что знаешь об игре из пресловутой литературы. — Однако единорожка не дала ему и слова вставить в ответ: — Вот мои условия: перед тем, как что-то добавить, мы показываем это друг другу очень чётко; если захочешь перемешать, то нужно согласие обеих сторон, если нужны инструменты, то их можно попросить, и на добавление ингредиента отводится четыре минуты, за один ход можно добавить лишь один ингредиент.       — Хорошо, меня всё устраивает, — кивнул он. — Вот мои условия: когда просишь инструменты, то время твоего хода останавливается и возобновляется тогда, когда инструмент окажется у тебя, а также я хочу проверить все ингредиенты прямо перед началом игры.       — Меня всё устраивает. Можешь всё проверить, — Сохра начала проходить мимо, но потом что-то вспомнила. — Ах да, по окончании игры победивший может довести зелье до того, чего он хочет, а проигравший это выпьет.       — Ха! Надо же! Мы не на территории Эквестрии, поэтому это правило уже не действует, верно? — стал Дискорд ещё более задорным и увлечённым. — Очень интересно. Думаешь отравить меня? Хорошо, меня всё устраивает.       Единорожка изучающе посмотрела на него, но потом фыркнула и ушла. Явно Сохра всего на секунду почувствовала непонятную опасность от его осведомлённости, но вернулась к своей самоуверенности. Твайлайт с остальными, услышав подобное условие, попытались отговорить Дискорда от такой жертвы, ведь всем было понятно, что она подмешает яд, но драконикус ответил, что согласие уже дал. И тем более что он не проиграет.       Всем очень хотелось в это верить, ведь всё, что они могли сделать, — это поставить на него. Хотя также им хотелось верить, что это существо всё же использует горячо любимую им магию и перенесёт их. Перед началом драконикус проверил абсолютно каждый ингредиент, что у себя, что у его соперницы. Это заняло какое-то время, из-за чего эти пони начинали, очевидно, нервничать, на что Дискорд не обращал внимания, лишь кивнув, тем самым говоря, что всё в порядке.       Для поединка драконикус встал напротив Сохры — это было правилом игры, чтобы видеть действия своего противника, их разделял лишь огромного размера котёл. Их ингредиенты стояли у каждого на столе, которые были застелены синей плотной скатертью, что доставала до самой земли, а также у стола была передняя и боковая перегородки, поэтому видели они лишь морды друг друга.       Когда толпа собралась с одной стороны, также пропустив Твайлайт с подругами на просмотр в первые ряды, по другую сторону, четвёртую, жеребец вынес таймер, поставив перед двумя ящиками инструментов. Очевидно, что он будет нужен затем, чтобы измерять интервалы ходов, а также замерять общее время игры.       — Итак, обе стороны слышали оговорённые условия игры? — начал он говорить. — И все они согласны с этими условиями?       — Согласна поставить свою жизнь, — ответила Сохра на эти вопросы. — А ты знаешь, что надо сказать?       — Меня всё устраивает, ставлю свою жизнь, — язвительно ухмыльнулся Дискорд.       Никто бы из его спутников даже в шутку такого не сказал, а он настолько был уверен в себе. Твайлайт была немного напугана происходящим, особенно когда она услышала последнее условие, но старалась подбодрить себя той уверенностью, что видела у драконикуса в глазах. Однако с каждым разом это сделать было труднее, ведь теперь пони слышала, как в толпе перешёптывались о том, что у этого выскочки нет и шанса.       — Бросаем монетку, — произнесла Сохра в предзнаменование начала игры. — Кто отгадает — тот начинает первым. Так обычно всегда решается первый ход в этой игре.       — Эта слабая попытка меня задеть показывает лишь твою собственную необразованность, — Дискорд явно задел её ответом. — Кидайте уже жребий, я минут десять стою жду.       По толпе прокатилось негодование из-за его резких высказываний, отчего Твайлайт ещё более начинала загоняться в тревогу, ведь теперь их явно не только ни во что не ставят, но и уже просто недолюбливают. Тот жеребец, что вынес таймер, бросил в воздух обычную монетку.       — Давай, Дискорд, — болела за него Флаттершай. — Отгадай, я верю в тебя!       «Если я правильно помню, в этой игре лучше не начинать первым, — вспоминал в своих мыслях Дискорд. — Начиная вторым, есть больше шансов подрезать своего соперника». Он наблюдал, как монетка упала на землю, и тот жеребец закрыл её копытом. «Она упала решкой, хорошо».       — Орёл, — специально сказал он противоположное.       — Тогда я отвечу — решка.       Но когда тот пони убрал копыто, то она лежала орлом вверх. Гул радости и разочарования пронёсся по толпе позади, пока Дискорд в удивлении смотрел на эту монетку.       — Похоже, ты начинаешь первым, — самодовольно произнесла Сохра.       «Зрение начинает подводить? Нет, я точно увидел решку перед тем, как он закрыл её. — Дискорд внимательно посмотрел на ингредиенты перед собой. — Значит, жульничают — это ожидаемо. Ладно, у первого тоже есть преимущества».       Как обычный единорог, с помощью магического рога он поднял средний стеклянный сосуд, оставив его в воздухе. Это, похоже, был раствор златоцветника, судя по его цвету и прозрачности. Потом Дискорд откупорил пробку и перевернул этот сосуд. Содержимое в нём начало выливаться в котёл с водой, отдаваясь золотистым кипящим оттенком. И никого этот ход не взволновал, пока никто не понял, что Дискорд так и не переворачивает сосуд назад: он вылил ровно половину, а вторую поставил к себе назад.       — Ты что?.. — Сохра явно хотела что-то сказать, но он прервал её:       — Мы не обговорили, сколько можно использовать за раз, — самодовольно усмехнулся он. — Теперь твой ход.       Когда игра намного раскрутилась, Твайлайт поняла, что она оказалась ещё сложнее, чем просто звучала: необходимо было смотреть на ход своего соперника, анализировать то, что уже было добавлено, а также не просто отвечать, а искать возможность подсекать противника, рассчитывать добавленное в уме и так далее… Держать всё это в голове, будь ты даже профессионалом своего дела, — это было невероятно сложно. Вот уж действительно игра для заучек в прикладной магии.       Твайлайт издалека пыталась следить, что они добавляют, но это было сделать трудно. Одно-единственное было точно: отвечали они друг другу вполне легко, даже несмотря на то, что игра шла довольно долго, а, по идее, чем дальше она продолжается, тем труднее будет становиться.       — Как я вижу, ты не просто из книжки узнал об этой игре, — подметила Сохра. — Неужели в Эквестрии ещё кто-то играет в неё?       Она наблюдала, как магией он поднял два сосуда, перелив жидкость из одного в другой, а потом бросил в него сухие листья. Внутри что-то закипело, и Дискорд немного покачал сосудом в воздухе, таким образом перемешивая его. Он игнорировал свою соперницу, добавив то, что получилось, в котёл. Пар с него поднялся, но само зелье не испортилось, и только тогда драконикус заметил, как на него негативно смотрят.       — Что? Не было условия, что нельзя между собой смешивать, — вновь обошёл он правила.       — То, что ты игнорируешь вопросы, не делает тебя неординарным, — Сохра легко ему ответила, выполнив следующий ход.       — А, так тогда это был вопрос? — Дискорд явно специально выводил её на конфликт, в раздумьях закатил глаза и бросил порошок в котёл. — Дай подумать… Да, это моя вторая игра за всю жизнь.       Собственная жизнь Твайлайт пронеслась перед глазами, когда он это сказал. А чего она ещё ожидала от самого ненадёжного союзника в её команде? Она чуть было не повалилась в обморок из-за этого. То есть всё, что было до этого, — лишь его удача и не более? А с другой стороны, что им оставалось? Либо его удача, либо ничего.       — Хах-ха, — посмеялась Сохра, что-то добавив в котёл. — Думаешь, что я поверю в это, смотря на тебя?       — А какая мне разница? Да, я играю в неё второй раз, но видел чуть ли не тысячу раз, как играют другие, — драконикус с задорной улыбкой добавил что-то в другой флакон. — Тем более в прошлый раз я победил.       Раскрытие этой темы не принесло Твайлайт спокойствия, а ещё больше вогнало в пучину отчаяния. У неё даже началась стадия принятия, перерастающая в смирение. Но игра всё равно продолжалась, пусть теперь Твайлайт и следила за ней с замиранием сердца каждый раз, когда Дискорд что-то добавлял в котёл. В один момент он также хотел что-то добавить, но резкий запах из котла ударил ему в нос, и он остановился, смотря на Сохру. Он поставил на стол то, что хотел добавить, поднимая другой флакон и выливая туда примерно одну четвёртую содержимого.       Продолжая в том же темпе, не отрывая взгляда, драконикус смотрел на то, что добавила в ответ та единорожка, а потом перевёл глаза на содержимое котла. Затем Дискорд с ухмылкой поднял голову, чётко сказав:       — Ты жульничаешь.       Твайлайт собственными слюнями чуть не подавилась от такого уверенного заявления. По толпе также прошлась волна негодования, пока эти двое смотрели друг на друга. Время на ход проходило, и Дискорд ответил, высыпав в котёл горсть порошка.       — Уверен? — уточнила у него Сохра. — Ты всё проверял перед игрой.       — Но не смотрел, что было под столом. Ты добавляешь другой ингредиент, в отличие от продемонстрированного мне, — теперь он и подруги поняли, к чему тут была такая длинная ткань и перегородки сбоку. — Однако ты права, на игру я уже согласился. Да и не из тех я, кто осуждает жульничество.       — Не думаешь, что это ты мог напутать с реакциями? — спросила в ответ Сохра, сделав свой ход. — Всё же ты играл только два раза. Одними наблюдениями не научишься.       — За играми я не просто наблюдал со стороны, а принимал практически непосредственное участие.       С этим странным ответом Дискорд начал доставать из стеклянной баночки какие-то плоды объёмом со сливу, оставляя их висеть в воздухе. Он принюхался к запаху, исходившему из котла, и начал добавлять ещё по одному плоду, пока чётко не понял, что этого достаточно. Их было ровно пятнадцать.       — Нож можно и попросить, — напомнила ему Сохра.       — Я не собираюсь их резать, — ответил на это Дискорд, сдавив их магией прямо в воздухе, отчего их сок пролился прямо в котёл. — Мне нужен только их сок.       С зельем всё оставалось нормально, поэтому игра продолжалась, и удивлению его соперницы не было предела. По толпе прошлись замешательство и удивление, многие посмеялись сзади, называя его глупцом, который любит рисковать, и только Твайлайт знала, что Дискорд был прав и сделал всё в лучшем виде. В сводках Первого это было написано: «При добавлении сока бобовых плодов сумеречных стеблей лучше их раздавить, а не разрезать. Но только в случае, если нужны не сами плоды, а их сок. На стандартный котёл нужно тринадцать…». Однако осознание, что Дискорд прав, не придало ей уверенности, а только вызвало ужас в её подсознании. Откуда он знает этот приём? Он же не видел сводок ни разу. А может, он как раз…       «О, я помню эту вечную книгу с пером — настоящее воплощение его хаоса. Я помню, как сидел в заперти, а он писал её…»       Колени Твайлайт начали подкашиваться от такой информации и рассуждений. Почему-то ей стало страшно даже смотреть в сторону Дискорда, мурашки пробежались по её телу, и она застыла на месте, ровно, с оцепенением смотря на драконикуса в облике пони. Она наконец-то узнала его. С самого начала этот единорог показался ей знакомым, но тогда она свела это к тому, что понимала изменëнный облик Дискорда. Однако всё было иначе! Этого единорога она уже видела, а было это в деревне Старлайт. Он был там!       — Где ты научился этому? — ожидаемо спросила Сохра на подобный ход. — Так играть в это без опыта?..       — Я же сказал, что много раз смотрел, как играют другие, — напомнил Дискорд. — Наблюдательность — один из моих талантов.       Даже сейчас он превозносил себя, на что больше у Твайлайт и глаз не дёргался. Однако подобное единорожку по другую сторону котла лишь закалило, она с большим усердием продолжила игру, но, даже несмотря на жульничество, не могла никаким образом подсечь драконикуса. Ориентируясь на запах, цвет и реакцию, Дискорд анализировал, что могло быть добавлено, отчего ему становилось сложнее. В один момент он попросил самую обычную металлическую ложку и, взяв её магией, немного зачерпнул содержимое котла, а потом отпил это. После этого Дискорд уверенно добавил свой ингредиент. Он весьма самоотверженно находил способы понимания, как протекала игра, и, похоже, действительно понимал, как играть, а не просто добавлял всё наугад, как подумала Твайлайт и другие после его слов. Постепенно эмоциональное состояние Сохры из уверенного переходило в негативное, и всё более её морда показывала явное замешательство.       В итоге давление сыграло свою роль, и добавленные единорогом травы заставили жидкость вспыхнуть, а поднявшийся зелёный дым с едким запахом быстро распространился во все стороны. Пони начали от него кашлять, но подобное облако быстро испарилось, и подруги сразу поняли, что это дело магии их спутника. Откашлявшись, Сохра изумлённо посмотрела на содержимое котла.       — Надо же, как мне везёт, — произнёс Дискорд. — Вторая игра в моей жизни, и я вновь выхожу победителем.       — Ты заменил основу на разбавленную пыльцу златоцветника, затем же поддерживал его действие своими ходами, а также пресекал мои попытки. Ты сужал мне круг возможностей ходов, — рассуждала та. — Но я ведь добавляла ифритовый порошок.       — Я сразу пресёк его действие, добавив правильно сбалансированное невезучее зелье, — ответил он, видя, как меняется её морда. — Ты ведь сейчас кинула шепчущие травы? Они при всём этом вызывают сильное кипение, их нельзя кидать так много.       — Я просчиталась, — через зубы призналась она. — Где ты всему этому научился?       — Не люблю я повторяться, так что проигнорирую тебя, извини, — Дискорд поднял магией котёл. — Итак, по нашим условиям, ты должна отпить то, что я сделаю. Будешь выполнять это условие?       — Ты же меня не отпустишь, — поняла она. — Хоть скажи, какой яд добавишь.       — Не собираюсь я готовить отраву, — Дискорд перевернул котёл, и его содержимое кашей упало с созданного параспрайта, который сразу разделился, а потом драконикус магией убрал его. — Я не пытаюсь убивать или мучить пони.       Все, кроме Твайлайт с подругами, раскрыли рот от этой магии, хотя аликорну всё же поразило, что он может так хорошо использовать свою магию через другую систему проведения. Закончив, драконикус куда-то телепортировался, удивив при этом всех своих друзей. Пони изумлённо смотрели в место, где он ранее стоял, словно ожидая, что тогда он вновь появится. Всё? Помог им с игрой и пошёл отдыхать? Сохра вопросительно посмотрела в их сторону, ожидая объяснений, но те лишь развели копытами в таком же удивлении. Через ещё минуту Дискорд при помощи той же телепортации вернулся именно к Сохре, сказав ей что-то в духе:       — Тебе лучше поставить на себя защиту от такого, раз не хотите быть на продаже в мёртвом или живом виде в Клужтауне.       Созданная им туча вновь наполнила котёл водой, а также он вновь поджёг дрова внизу, а затем начал нарезать в воздухе и добавлять самые обычные продукты: морковь, помидоры, листья салата и прочие овощи… Он также добавлял различные специи и добавки для аромата. Пони ещё сильнее ничего не понимали в его действиях.       — Ты по условию должен был… — хотела напомнить ему Сохра.       — Ты их не соблюдала, с чего я должен? — Дискорд посмотрел на неё с большой заинтересованностью. — Я всегда считал: если не пойман — значит, не жульничал.       — Ты что, тоже?..       — В этой игре довольно сложно развернуться, так что нет, — драконикус перевернул целую банку сметаны в котёл, а потом немного задумчиво посмотрел в него, когда перемешал содержимое: — Я ускорю процесс, да?       Видимо, то был риторический вопрос, ведь после этого он направил свою магию на котёл, а через секунду до всех пони добрался весьма аппетитный аромат, который даже пробудил их желудки, ведь с завтрака они ничего не ели. Дискорд зачерпнул готовое в деревянную глубокую миску, поднеся её с помощью магии к Сохре, отпустив, из-за чего единорожка едва успела поймать её своей.       — Выполнишь ставку? — опять спросил он, направляясь к изумлённой публике. — Надеюсь, что моя магия не сильно повлияла на аппетит, это единственное блюдо, что я умею готовить, поэтому было бы жалко, если бы я разучился спустя пятьсот лет сидения в камне.       Продолжая удивлять этих пони, он вновь заставил их раскрыть рты, как и Сохру, которая отхлебнула то, что он предлагал. Видимо, это было овощное рагу с большим содержанием жидкости, как могли судить другие издалека. Твайлайт захотела поинтересоваться, что тут происходит, но слова из её уст не смогли вылететь, когда аликорн увидела, что все эти пони в толпе пали на колени перед ним, на что Дискорд внимательно оглядел их. Его подруги — единственные, кто выделялись сейчас здесь, ведь ещё более непонимающе оглядывались по сторонам. Драконикус обернулся на звук падения Сохры в низкий поклон. Тогда он и соизволил снова взять речь:       — Упс, меня выдали слова про камень, да?       — Это честь сыграть с самим Лордом Хаоса в древнюю игру, — произнесла единорожка в том же положении. — Слухи и новости не доходят до нас, прячущихся отшельников, в скором темпе. Мы и не знали, что вы свободны.       — Уже около пяти месяцев как, — проговорил Дискорд в ответ.       — Так, стоп-стоп-стоп! — Рейнбоу Дэш вылетела вперёд. — Чего это вы ему такое уважение оказываете?       — Признаться, мне и самому неловко с этого, — он обернулся на толпу этих пони. — Может, хоть на четыре копыта встанете? Я тоже не ожидал, что увижу своих последователей спустя столько лет.       — Последователей?! — крикнули хором его подруги.       — Да, — спокойно подтвердил Дискорд. — Пони редко выходят за пределы своего государства. Этот страх находится в вас с тех времён, когда ещё живущих по отдельности трёх видов использовали лишь как рабочую силу вне их дома…       Когда он начал всё объяснять, становясь собой прежним, пони поднялись следом на копыта.       — Да и сейчас некоторые считают вас ничем большим, чем просто куском мяса или рабочим тяглом, — продолжал драконикус. — Но когда власть в стране резко меняется, то могут появиться и те, кто захочет уйти от нового порядка.       — Так вы с самого начала знали, кто мы? — поинтересовалась Сохра.       — Нет, — он сразу повернул к ней голову, словно сова. — Сначала я удивился наличию пони на этой территории и принял этот облик, чтобы не привлекать лишнего внимания и подозрений. Но когда ты сказала про отшельничество длиной в пять сотен лет и предков, я вспомнил, какого пони ты напоминаешь мне.       — Но почему вы не сказали, кто вы?       — Мне стало интересно, что вы сделаете, а когда заговорили об испорченном зелье, то меня уже было не остановить, — драконикус самодовольно развёл лапами. — Эта игра стала запрещена на территории Эквестрии больше четырёхсот лет назад. А гонениям подвергалась и того больше.       — Почему? — поинтересовалась Твайлайт.       — Слишком большой процент смертности, — развернул он голову назад. — Когда ты ставишь жизнь в самом начале, то ты и вправду вверяешь свою жизнь противнику, так как в конце должен выпить то, что даст тебе соперник.       — То есть те слова — это не пыль в глаза? — поинтересовалась Эпплджек. — Ну, когда вы уже начинали играть?       — Конечно нет. Можно ставить что-то другое, но чаще ставили что-то настолько ценное, что оставалось лишь поставить в ответ свою жизнь. Однако это не означало, что в конце обязательно кто-то умирал, — продолжил Дискорд объяснять. — Один мой знакомый, наоборот, после выигрыша ослаблял эффект неправильного зелья, чтобы его соперник даже несварения не получал, а лишь послевкусие. Чего уж говорить, яды он не добавлял, чтобы убивать таким образом.       — Хороший у тебя знакомый, — подметила Рарити.       — До поры до времени, конечно…       В том же совином способе Дискорд развернул назад голову, так и не объяснив эту фразу.       — Ну как, вкусно хоть? — спросил он единорожку позади.       Совершенно изменившаяся Сохра уже не была похожа на ту, что они повстречали. Её счастливые глаза поднимались высоко к небу, а яркая улыбка подчёркивала все уголки её морды. Она словно сбросила груз с плеч, словно вновь смогла вздохнуть полной грудью. С искренним счастьем она пошла вперёд, начиная говорить:       — Столько лет скитаний нас и наших предков, мы наконец-то вживую увидели того, о ком мы говорили лишь в рассказах, — она обошла драконикуса, встав напротив других пони. — Так давайте отпразднуем это!       Все пони радостно её поддержали, хоть потом понимающе начали обсуждать, что при таком шуме им придётся поскорее убираться с этого места, но оно того стоило. Твайлайт и остальные не могли поверить в то, что возникший из ниоткуда конфликт решился вот таким странным и неожиданным образом. Их даже пригласили попробовать рагу столь древнего рецепта, попутно много раз извиняясь за случившееся.       — Повезло нам, что они оказались твоими фанатиками, — радостно произнесла Эпплджек.       — Признаться, я ещё кое-чем был удивлён, — проговорил Дискорд в ответ весьма серьёзно. — Я ожидал, что, узнай они, кто я, бросятся на меня с ненавистью, а не окажут уважение. Удивительно, что всё случилось так.       — И почему же?       — Да какая разница, вы слышали, что они сказали про вечеринку?! — прыгнула на месте Пинки.       — Разве мы не торопимся к ущелью? — сразу задала вопрос Рейнбоу Дэш.       — Пересекать пустыню в ночное время будет слишком опасно, особенно зная, кого там можно встретить, — Дискорд посмотрел в уже набирающее свою темноту небо. — Лучше тогда переночевать, даже моя магия не может справиться со всем подряд.       Он махнул им лапой со словами, что хочет спокойно подремать, желая им от души подкрепиться. Видимо, его всё же игра немного измотала, а может, устал, пока держал облик пони? В любом случае Дискорд лёг неподалёку на каменный выступ, закрывая глаза, оставляя пони уже в полной безопасности.       Рагу оказалось весьма хорошим, не прямо блестяще потрясающим, но есть его определённо можно было, а ещё, наверное, из-за сметаны оставалось во рту приятное послевкусие. Глядя на подобное, Твайлайт сожалеюще обернулась на драконикуса. Кажется, что она совсем потеряла себя, гоняясь за правдой о Первом, переставая видеть то, что было перед её глазами. Она будто перестала видеть ту сочувствующую часть себя, которая могла понять другого.       Доставая сводки из сумки, аликорн вновь взглянула на них. Записи необычайных знаний, показывающие погружённость их автора в магию, но ни слова о друзьях. Быть может, и она бы завела когда-нибудь такие, если бы в её жизни не появились те, кто смог научить её другому. Как она вновь дошла до этого? И о чём она думала весь день? Ведь тот, кто знал Первого драконикуса лично, находился прямо рядом с ней.       Она развернулась, решаясь подойти к нему, но уже видя, как к Дискорду подходит Сохра. Не было похоже, что она разбудила его, но всё же он поднялся в сидячее положение, оглядев свою гостью.       — Автографов не раздаю, — сразу сказал он.       — Мне просто не верится, что это ты, — ответила единорожка. — Мои предки поколениями говорили о тебе, они ждали тебя, но ты так и не пришёл. В конце концов, мы все перестали ждать твоего появления, сосредоточившись лишь на том, как не попасть в цепкую хватку хищников Клужтауна. А я всегда думала, что я скажу тебе, если встречу. С чего начну рассказ о том, что мне и моим предкам пришлось пережить. И вот сейчас, когда ты прямо передо мной, я не знаю, о чём говорить. Я будто всё забыла.       — Что ж, у тебя есть право ненавидеть меня, — Дискорд развернулся к ней полностью.       — Нет. Потому что теперь я злюсь только на первых предков. О чём они думали, когда ушли со своей родины? Их слепая вера губила нас столетиями, а ты даже не подозревал о нашем существовании. Так как мне теперь можно на тебя злиться?       Она задала этим самым хороший вопрос, на который никто из них не мог ответить. Но если всё было настолько плохо, то почему же никто из них не вернулся? Кажется, Твайлайт уже сама знала ответ на этот вопрос. Что делают с изгнанниками в странах, находящихся под советом королей?       Дискорд чуть нагнулся, потянувшись к шее пони под собой, едва касаясь своими когтями. На теле этой единорожки сплелось множество жёлтых линий, переплетаясь друг с другом, а также соединяясь в одну большую печать на груди. Сохра в этот момент с тяжёлым взглядом отвернула голову, пока голос Твайлайт, спрятавшей сводки за спину, не заставил её вздрогнуть:       — Пятикратная печать. Впервые её вижу вживую.       — Только правитель из совета может знать её постановление, и лишь тот, кто ставит, может её снять, — Дискорд подтвердил слова аликорна, разгибаясь назад, из-за чего печать вернулась в невидимое состояние. — Тут я помочь не могу.       — Я знаю, — грустно ответила она, словно всё же надеялась. — Пока печать висит, никто из нашего рода не может переступить границу, не может вернуться в наш изначальный дом. И так было с прошлыми поколениями, и так будет с будущими.       — Кто поставил её на вас? — поинтересовалась Твайлайт. — И какой магией?       — Первые предки говорили о том, как попросили об этом аликорна света, чтобы никогда не возвращаться, — печально она опустила голову. — И уж, конечно, прикладной.       — Принцесса Селестия? Так уже столько лет прошло, я поговорю, и она её снимет! — Твайлайт подняла голову единорога копытом. — Не переживай.       — Спасибо.       — Ах, ладно, если тут всё же помощь пошла! — Дискорд вальяжно поднял лапу, разворачивая ладонь. — Отправляйтесь в королевство кентавров и горгулий, скажите королю Вораку, что вы от меня, и вам нужно укрыться ненадолго. Там можно будет за безопасность не переживать.       — Спасибо, — вновь поблагодарила она.       Склонив голову уже в знак благодарности, Сохра оставила Твайлайт и Дискорда наедине друг с другом, чего изначально и хотела аликорн, но не могла просто пропустить мимо ушей её слова и горе. Она обязательно поговорит об этом с Селестией, и, зная её, в снятии такой печати она пойдёт навстречу.       — Благодарность такая, будто я её сам туда отвёл, — Дискорд довольно резко лёг в прежнее положение. — Просто дорогу подсказал.       — Но ты знаком с королём Вораком, — подметила Твайлайт.       — Я и с королевой Новой знаком, но до неё просто идти долго, тем более через Клужтаун, — продолжил он, положив лапы за голову и прикрыв глаза. — Ты что-то хотела?       — Ты не хочешь есть?       — Мне не нужна еда для существования, но это не означает, что я не люблю чай со сладким. Свои силы я восстанавливаю через сон.       — Странное ты существо: еда не нужна, снов не видишь, — перечислила аликорн.       — Уж таким родился, — ответил Дискорд с ухмылкой на морде, но ещё не открывая глаза. — Грогар с Гасти вообще могут не спать, как и многие подобные им существа.       — Но ты создаёшь достаточно много еды, — подметила Твайлайт.       — К сожалению, в этом плане я не могу обойти законы магии и сделать так, чтобы она восполняла аппетит, поэтому я и телепортировался сегодня назад, — объяснение того исчезновения было как нельзя кстати. — Физическое тело для такого нарушения правил мешает.       — Почему не выйдешь из него? — спросила Твайлайт. — Разве существа из магии на это не способны?       — Это не так просто, как звучит на словах, — ответил Дискорд. — К тому же переход из одного состояния в другое происходит один раз и навсегда, а я предпочёл бы оставаться в физическом теле всегда. К тому же у меня всё ещё есть дела в физическом мире.       Какие это были «дела», Твайлайт было интересно, но ещё более её интересовали сводки, которые упирались сейчас ей в спину. Она немного напряжённо встала перед драконикусом, на что Дискорд не отреагировал. Сейчас её уже это перестало задевать, поэтому она решила не искать обходных путей и спросить прямо:       — Откуда ты знал, как именно нужно добавлять бобы?       — Разве я должен отчитываться на этот счёт? — у него в когтях появилась папка с надписью «Отчёт».       — Извини, давно я хотела поговорить на этот счёт с тобой, но потом и вовсе я перестала тебе… — Твайлайт всё же не смогла найти в себе силы и признаться ему прямо, поэтому просто достала записи. — О таком написано лишь здесь, и…       Она перестала говорить, когда заметила, как Дискорд приподнялся с удивлённым взглядом, резко подняв и протянув лапу, явно для того, чтобы прикоснуться к сводкам. Едва он увидел их, как тут же изменился в выражении и не выглядел как прежде. Драконикус всё же сбавил свои обороты, когда заметил, что Твайлайт смотрела на него с неким страхом и настороженностью. Секунду он недвижимо застыл, словно снова став статуей, а потом развернулся к ней полностью, спокойно присев, всё же касаясь записей, но лишь для того, чтобы опустить книгу на уровень ниже.       — Не показывай это так открыто и просто.       Отдав небольшой совет, Дискорд едва глянул по сторонам, а потом убрал лапу со сводок, полностью расслабившись.       — Откуда они у тебя? — спросил он.       — Грогар подкинул мне её в ночь… — но всё же Твайлайт решила признаться в том своём вранье: — В ту ночь, когда я впервые спросила тебя о Первом драконикусе.       Дискорд даже не повёл бровью на это, а лишь глубоко вздохнул, как будто свалив с души груз. Он опустил плечи, положил обе лапы по бокам, открыв свою грудь полностью. Это был жест полного и бескорыстного намерения — его можно было начать читать как книгу. А потом он подтвердил мысли аликорна:       — Без шуток. Что ты хочешь узнать от меня? — и всё же этими словами он удивил Твайлайт. — Ты хочешь узнать, кто такой Первый, да?       Теперь точно — он был готов ответить на её вопросы. Но почему сейчас? Что поменялось от того, что она показала ему сводки?       — Что происходит? — Твайлайт сразу решила поинтересоваться о таких резких изменениях.       — Извини, я долгое время думал, что тебя искусила магия Грогора, — взял и прямо сказал Дискорд.       О таком открыто не признаются, но он это сделал. Даже сейчас, хоть Дискорд и сказал «без шуток», он поверг аликорна в ступор своими словами.       — Извини? — Твайлайт непонимающе нагнулась вперёд.       — О таком существе, как Первый, знают я, Грогар и ещё двое, которых так просто не встретить. Более нигде — ни в мыслях кого-то, ни на одной странице — его не существует. Когда ты поинтересовалась им, то я посчитал, что лишь одно существо могло рассказать тебе о нём. А о сводках я даже не предполагал, поскольку думал, что они давно были уничтожены, — после этой фразы Дискорд раздражительно цыкнул с тихим шипением. — Ну ты и скотина, Первый.       — И с самого начала ты… — поняла Твайлайт.       — Постепенно моё подозрение сходило на нет, но каждый раз меня что-то дёргало: ты знаешь заклинания, что изобрёл он, ты нашла его давно покинутую лабораторию…       — Ты всё это время меня?.. — не унималась пони.       — Твайлайт, ты ведь знаешь историю вашего мира? — Дискорд вдруг перевёл тему. — Когда пони прогнали Вендиго, то они начали жить в гармонии друг с другом…       — Да, конечно, я это знаю, — не сразу, но всё же переключилась она. — Это каждый знает.       — Это верно, но сейчас я тебе расскажу всё с точки зрения существа, порождённого магией, — сразу решил заинтересовать её драконикус. — Это отчасти касается того, что я сегодня рассказывал. Наш мир строится на магическом балансе: одно не должно превышать другое, иначе мир исказится и изменится до невероятных форм. Это странно слышать от меня, но именно тогда в мире начнётся настоящий хаос, и даже я не смогу им насладиться.       — Я тебя не понимаю.       — Баланс Гармонии и Раздора должен соблюдаться всегда, — упростил всё Дискорд. — Все живые существа, и мирские, и сакральные, должны поддерживать эту тонкую грань. Из порядка рождается хаос, а из хаоса — порядок. Именно так и произошло, когда пони начали жить в мире друг с другом. Их Гармония нарушила магическое Равновесие и породила Раздор. И столь сильна была в тот момент Гармония в мире, что Равновесие было сильно нарушено, и тогда это нарушение превратилось в существо Раздора и Хаоса.       — Это и был Первый драконикус? — заинтересованно спросила Твайлайт.       — Нет, до него ещё далеко, — отрезал Дискорд. — Это существо пони прозвали по-другому. И потом это же существо подвергло зарождающуюся жизнь во всех землях темноте и холоду, страх питал его силы, расширял возможности в создании кавардака.       — Ты о Грогаре? — поняла она.       — Да, именно о нём, — кивнул драконикус. — Но, как и он, в полном хаосе ради поддержания магического баланса грани мира появилось противоположное воплощение, то есть уже рождённое из Гармонии. Это была Властительница Гасти. Она осветила всем жизнь, вновь дала возможность видеть этот мир. Она же и смогла победить Грогара, разделив всю его силу на разные части и спрятав в этом мире. Миллионы, нет, сотни миллионов вещей в этом мире хранили магию его собственного Раздора. Ты даже сражалась с одним из них.       — Что? Правда?! — удивилась Твайлайт. — Когда?       — Амулет аликорна, не припоминаешь такой? — напомнил Дискорд. — Властительница Гасти понимала грань баланса, поддерживала в мире хаос и порядок на одном уровне, но для общих глаз она создавала лишь гармонию. В конце концов она решила, что сделала всё, что должна была, и превратила себя в то, кем была изначально. Элементы Гармонии — её заслуга. Она знала, что Грогар всё ещё был жив, и это было оружие для всего мира против него на случай возвращения.       — И зачем ты мне это рассказываешь? — поинтересовалась она самым главным.       — Первый драконикус, о котором ты спрашивала, является одним из таких продолжений Грогара. Он — часть силы, изменяющей пространство и объекты, оттого и приобрёл живой облик… — на какое-то время Дискорд замолчал. — Но он не был хорошим существом. Он поддерживал идеалы Грогара, не зная последствий, границ магического Равновесия. Он считал всех вокруг врагами, недостойными бестолочами…       — И у него не было друзей? — спросила Твайлайт.       — Один мог быть… — Дискорд сложил лапы на груди, отведя свой взгляд. — Но в один момент они оба выбрали магию, а не друг друга.       — Но как ты со своим Раздором?.. — аликорн хотела продолжить расспрос, но ей не дали договорить:       — Твайлайт, я правил Эквестрией пятьсот лет. Это много, не так ли? Достаточно, чтобы нарушился баланс. Почему за эти пятьсот лет не было нового создания Гармонии? Он ведь должен был появиться. Почему его не было? Почему Вендиго не возвращались в Эквестрию?       — Ты хочешь сказать, что ты поддерживал магическое Равновесие?       — Как и Властительница Гасти: для всех глаз я делал одно, но не позволял этому переходить границу, тем самым поддерживая всё на уровне. Будучи правителем, я, как воплощение Раздора, не мог оставаться в гармонии. И именно тогда все пятьсот лет в мире был идеальный магический баланс.       — Ты прямо превозносишь себя, — отметила Твайлайт.       — Я просто не такой глупый. Мои слова — лишь ты решаешь, звучат правдиво или нет: я ни разу не убил ни одного пони, это же касается и других рас. Я пацифист по натуре и никогда не мучил других.       — Но истинное воплощение Раздора — это темнота и страх, — вспомнила пони.       — Нет, не совсем. — Дискорд немного напряг плечи, один раз тяжело выдохнув. — Неудивительно, что ты не знаешь этого. Это нигде и не написано, такое надо просто понять, если ты долго рассуждаешь над своей магией.       — О чём ты?       — Раздор — это сотворение, оно создаёт наш мир, — начал он пояснять. — Эта магия позволяет создавать объекты и вдыхать в них жизнь. Она почти безгранична в своём проявлении.       — Но темнота!..       — Я думаю, что это называют его истинной формой, потому что Грогар пользовался ею на постоянной основе. Долгое время и я считал, что этот Раздор правильнее. И для меня тогда не воздвигало вопроса: а должно ли существовать правильное в Раздоре? Я ненавидел эту магию, которой обучался у самого могущественного существа в её истории.       — Ненавидел? — переспросила пони.       — Да, я не могу по личной причине причинить боль и страдание из своих амбиций, а эта магия заставляла меня этим заниматься, — объяснил он.       — Тем не менее ты можешь причинять другим боль.       — Все делают ошибки. По крайней мере, я так себя оправдываю, — признался Дискорд. — Однако потом я увидел, на что действительно способно волшебство Раздора: извращение, превращение — это контроль над нашей реальностью и даже вне её пределов. И намного позже я осознал, что страх, который ты испытываешь в темноте, — это тоже жизнь. Это означает, что воображение тебя ещё не покинуло, что твоё сознание ещё остаётся целым.       — Я не понимаю, — ожидаемо для драконикуса ответила она. — Раздор и хаос — жизнь? Что? А Гармония — что тогда?       — Вот с этим посложнее, ведь я не являюсь её представителем, но, насколько я понял, её воплощение — это ничего.       — Ничего? — опять не поняла Твайлайт. — Как это?       — Мы стремимся каждый к своей магии, и Раздор создаёт для себя много объектов, вдыхает в них жизни, но, поскольку эти магии друг другу противоположны и Гармония стремится к миру без хаоса, то… — видно было, что Дискорд весьма туго формулировал мысли. — В ничего не может происходить никаких изъянов, никаких исключений. Никакой объект не создаст Раздор, поэтому это будет идеальная Гармония.       — То есть ты хочешь сказать, что это… смерть?       — Ну, это сложно свести к такому слову, но для смертных созданий — да.       — Да ты издеваешься! — Твайлайт крикнула на него, не веря в это, ведь сама использовала эту магию много раз. — Это не может быть правдой!       — Это не значит, что одно хорошо, а второе плохо. При стопроцентном идеале этих магий счастлив никто не будет, кроме их воплощения, — через секунду Дискорд стал веселее, сложив одну лапу на другую. — Поэтому мы с Гасти договорились блюсти баланс магического Равновесия.       — С Великой Гасти, да? — Твайлайт недоверчиво наклонила голову, вспоминая его разговор с Селестией. — Неужели ты хочешь сказать, что знаком с ней?       Глаза Дискорда с долей спокойствия и умиротворённости, но всё же печальнее, чем когда бы то ни было, посмотрели в ночное небо, полное звёзд. Тогда оно тоже было таким — тёмным, гнетущим, но столь прекрасным и обширным. Её прекрасный лик заполнял всё пространство и освещал эту темноту. Её голос и свет, магия и проявленная к нему доброта с доверием ярко сияли в его воспоминаниях, отбрасывая тень его предательства и ничтожности.       — Великая Гасти поддержала меня, когда все от меня отвернулись, — начал он рассказ. — Она могла видеть красоту и что-то хорошее в Раздоре, даже когда я сам не мог это видеть. Она смогла разглядеть в таком, как я, нечто потрясающее и открыть мне глаза.       Чем дальше уходили его слова, тем более печально звучал его голос, и Твайлайт понимала почему. Он действительно жалел о прошлом, о содеянном когда-то, и каждый день напоминал себе об этом. Кем была она сама, чтобы осуждать его за то, что уже было, зная, кем он хочет стать? Дискорд искренне презирал прошлого себя, пытался начать жизнь с чистого листа, но всё ещё не мог простить сам себя.       — Что ещё ты хочешь узнать? — драконикус опустил голову.       — Больше ничего, — Твайлайт печально прижала уши. — Прости за сегодня, я сама не понимаю, почему тогда вспылила на тебя.       — Давай, если ты найдёшь ещё что-то, оставшееся от Первого, то скажешь мне сразу? — попросил Дискорд.       — А ты, если у тебя возникнут подозрения насчёт меня, — предложила в ответ пони.       На этом они и заключили. Твайлайт хотела пойти назад к подругам, но Дискорд заставил её остановиться:       — Разве Первый — это всё, что тебя интересует? — он подождал, пока она развернётся, а его печального тона будто и вовсе не существовало секунды назад. — А как насчёт Исследователей?       — А, нет! — полностью развернулась к нему Твайлайт. — Не хочу!       — Да ладно, я только что видел, как ты дёрнулась. Считай, что сама всё сказала, — ухмыльнулся он. — Ты же любишь магию, и, естественно, тебя интересуют её сильнейшие представители, даже если они далеко в прошлом.       — Вы прошлись с Селестией о них поверхностно в прошлый раз, — Твайлайт скромно опустила голову, а потом решила, что другого шанса застать его разговорчивости не будет, поэтому сказала прямо: — Я знаю, что ты был среди них.       — Я так понимаю, из-за сводок, — он всё правильно угадал, с улыбкой отведя взгляд в сторону.       — Расскажи подробнее, — попросила пони, присев напротив, ожидая долгий рассказ. — Я знаю только то, что и ты там был.       Она, словно зачарованный жеребёнок, хотела услышать сказку на ночь. Пусть и знала она всё же побольше, чем сказала, но ничего из этого углублённо в её сознании не было. Особенно её привлекало то, что там находился и сам Стар Свирл Бородатый, поэтому аликорн намеревалась также поговорить и о нём.       — Да, я был среди них, среди настоящих гениев своего времени, — Дискорд сразу подтвердил своё положение, решая начать с объяснения того, кто вообще были эти создания: — Мы все были приглашены на эти должности советом правителей, находясь под чётким покровительством совета королей. Они все подумали, что подчинили магию во всём мире, дабы она не причиняла боли обычным существам. Но на самом деле все Исследователи были сами по себе. Их не заставляли играть в друзей или работать с кем-то насильно, и многие просто не общались друг с другом.       — А долго существовали?       — Около пятнадцати лет, — немного задумавшись, ответил драконикус. — Но я находился там всего два года, я был последним, кто вступил в эту группу.       — А зачем?       — Я тогда только прибыл в Эквестрию, поэтому захотел заручиться поддержкой правительства. К тому же мою магию рано или поздно заметили бы, поэтому я решил не тянуть время и сам предъявил себя как могущественное существо. Пусть и было неудобно, что мою магию начали отслеживать, а также наблюдать за моими действиями, но у этого были свои плюсы, и это мне помогло в то время очень сильно.       — А расскажешь, кто среди них был? — трепетно спросила Твайлайт.       Пусть пони уже и примерно представляла, но всё же хотела узнать подробнее, поэтому так старательно наступала в этом диалоге.       — О мёртвых я не люблю говорить, но так и быть, затрону и их тоже, — согласился Дискорд. — Наверное, больше всего для меня выделялся один грифон — Фортис. Он был единственным Исследователем, не обладавшим магией вовсе и как раз пришедшим передо мной. Однако его физическая сила была выше всяких похвал, это было нечто за гранью понимания. Его тело было многим доработано, он был частью программы воплощения идола грифонов только потому, что надо было сохранять гордость и силу его родины.       Надо же, как быстро повторилась история с идолом, ведь лишь недавно Твайлайт узнала от подруг о его нелёгкой судьбе. И неужели Грифонстоуну было настолько важно сохранить его честь, что они пытались воссоздать настоящего бойца как его воплощение?       — А у кого была самая интересная магия? — поинтересовалась она.       — Насчёт интереса не могу сказать, но вот по опасности… — Дискорд задумался, приставив когти к подбородку. — Не знаю, пишут сейчас это в истории или нет, магия единорога Морса была самая смертельная из всех. А чего ещё можно ожидать от пони с магическим черепом на крупе?       Твайлайт даже напугалась, представляя эту метку, а драконикус следом продолжил:       — Но благо такая опасная магия досталась очень доброму единорогу, который не страдал наплывами безумия или жаждой крови. Но, возможно, ему просто это осточертело в своём исследовании? Ведь, будучи некромантом, когда это было ещё возможно, он занимался очень мрачными делами над бесчисленным количеством мёртвых тел. Забирал тела с разрешения родных, копал могилы ночами, изучал кучу символов и печатей. Но ему пришлось столкнуться с барьером, который мало кто в силах преодолеть — осознавание бессмысленности своих трудов.       Эта история Твайлайт была уже известна, поэтому она не удивлялась. Но теперь, услышав о настолько разных существах, ей стало интересно другое, и она поспешила спросить, пока драконикус не начал говорить дальше:       — А что нужно было, чтобы стать Исследователем, помимо сильной магии?       — Ну, в основном было всего три условия, которые точно не позволяли тебе им стать, — Дискорд решил зайти с другой стороны, разворачивая по одному когтю: — Во-первых, ты не должен быть правителем. Во-вторых, королевство, к которому ты принадлежишь, должно входить в совет королей или иметь все условия, чтобы вступить туда. В-третьих, ты не должен использовать магию для порабощения другого государства или против любого правителя, входящего в совет королей. Нарушение любого пункта убирало с тебя статус… Ну, было всего одно исключение, а также обман этой системы. Но к ним были более жёсткие требования.       — Исключение и обман? — не поняла Твайлайт.       — Исключением стала бывшая королева киринов — Кайритас, — объяснил Дискорд. — Я с ней разговаривал всего два раза, потому что через полгода, как я стал Исследователем, она погибла.       Твайлайт вспомнила то прошлое, в котором она оказалась. Значит, она правильно поняла, чьи это были похороны.       — Насколько мне известно, её сделали Исследователем из-за того, что она много чего приносила в магический мир, — продолжал он. — Гора киринов всё же малое отшельническое государство, там почти нет обладателей достойной магии. Ради его защиты и из-за её вклада в магический мир Кайритас впустили в совет королей и сделали исключение. Кстати, поэтому остальные её не особо любили, за исключением нескольких, как я, Свирл или Сендак. Нам было, в общем-то, всё равно, кем она являлась. Да и, как я уже сказал, говорили мы с ней лишь два раза. Однако её было жутко легко разгневать, очень легко вывести из себя, а для киринов это весьма пожароопасно.       Он сделал много табличек с предупреждением о пожаре вокруг себя, а также мигалку пожарной машины. Твайлайт даже поставила на то, что он все два раза именно выводил Кайритас из себя в своей манере.       — А кто там обманул всех? — поинтересовалась аликорн следом.       — Её звали Аморе, она была единорогом из Кристальной Империи…       — Подожди-подожди, — попросила она. — Королева Аморе?       — На тот момент принцесса Аморе, — поправил он. — Поскольку она не была прямой правительницей Империи, она обошла первое правило и стала Исследователем.       — Зачем?       Дискорд на вопрос Твайлайт пожал плечами.       — Она была достаточно глупой в то время, — Твайлайт на его ответ сузила брови в замешательстве, чего драконикус не мог не заметить. — Да, сейчас с ней эта фраза не читается, но она явно гордилась тем, что обошла правило, раз упоминала об этом постоянно. Может, она просто хотела скоротать время? Никаких новых привилегий ей этот статус не давал. Я знаю, что на совете королей она продемонстрировала триста вариаций различных минералов при помощи своей магии, таким образом убедив всех дать ей статус.       — Великая королева Аморе, которая создала кристальную ярмарку, чтобы питать кристальное сердце, стала Исследователем из-за скуки и бахвальства?       Твайлайт, оставаясь не очень доверчивой, всё подытожила, подумав, что не она ли как раз была тем самым единорогом с кучей кристальных драгоценностей, которого аликорн не признала.       — Все меняются с возрастом, — ответил на это Дискорд.       — Ещё скажи мне, что Стар Свирл был там ради этого.       — Нет, но могло так показаться. — Драконикус прилёг на один бок с ухмылкой, поднимаясь в воздух в этом положении. — Хочешь узнать, каким он был? Уверена?       — Да! — твёрдо заявила она, передвигаясь поближе к самой интересной части рассказа для неё. — Расскажи о нём.       — Ну, он много бухал, насылал беду на Эквестрию, а разгребали это другие, — перечислил он совершенно не то, что аликорн ожидала. — В целом, если бы не его любовь к магии, я думаю, он бы спился.       — Ты сейчас шутишь, да? — решила уточнить Твайлайт.       — Нет, я серьёзно, — ответил Дискорд. — Уважение к нему на тот момент испытывали лишь такие высокопоставленные, как правители, учёные или Исследователи, но и то не все. В округе, где он жил, не было ни души, потому что все съехали подальше, ведь этот единорог мог устроить взрыв или нагнать на них проклятье…       То, о чём он говорил, совершенно не сопоставлялось с образом в голове Твайлайт. Она даже не верила его словам, хотя и не могла не признать, что сейчас Дискорд ей вряд ли врал. К тому же он был единственным здесь, кто знал его лично и даже не просто как волшебника.       — Но нельзя отменять того, что его сила в магическом искусстве была огромна, — продолжил он. — Его назвали «бескрылый аликорн», ведь лишь с подобными созданиями его можно было сравнить, но даже их он обучал магии. А в самой Эквестрии Свирл был по значимости номер два после её правителя. Однако при этом жизнь у пони нелегка, хотя его это не волновало. Но да, его в обществе не особо жаловали из-за его выходок. Даже Сендака любили больше, хоть его характер оставлял желать лучшего.       — Ты уже дважды упоминаешь этого Сендака, — заметила Твайлайт. — Кто это?       — Исследователь зельеварения и прикладной магии, кентавр, — она сразу вспомнила его после этих слов. — Сендака прозвали лучшим зельеваром на всей планете. Для Стар Свирла этот кентавр был гением, которым он восхищался, но которого он никак не мог победить. Сдаваться было не в его стиле, поэтому этот единорог порядком надоедал старику.       — Неужели он проиграл ему в поединке? — удивилась Твайлайт.       — Нет, не в магической битве, а в зельеварении: испорченное зелье, — объяснил он. — Сендака назвали настоящим гением, однако он всё время сидел дома, в одиночку разбирая снадобья, не особо выходя на свет.       Насколько она помнила, Селестия упоминала, что он сейчас единственный оставшийся представитель той группы, а ещё там что-то было связано с похищенным единорогом. Расспросить Дискорда она не смогла, так как он перешёл к другому:       — Аварус же… — драконикус явно задумался. — Ну, его называли настоящей реликвией горы Арис, он был редким гиппогрифом с магией. Он занимался волшебством почти с самого рождения, поэтому считался весьма успешным в этой области. Его тренировали каждый день, поэтому конкуренты проплывали постепенно мимо. Он немного нарывался на конфликты и припугивал, зато заботился обо всех на горе Арис и под ней, и его успехами все были очень довольны и горды.       Твайлайт понимающе покивала, проговорив слова благодарности за такие откровения, и поднялась на копыта, однако драконикус удивлённо остановил её:       — Разве я говорил, что закончил? — Твайлайт поражённо осталась на месте, вспоминая, что больше никого не видела. — С этим товарищем я вообще почти не знаком. Опять-таки, потому что через полгода… — Дискорд не стал продолжать, посмотрев на Твайлайт, поскольку аликорн и так знала ответ. — Мы с ним даже не разговаривали, поэтому ничего особенного про него я не могу рассказать. Его звали Вэй, он тоже был единорогом, один из Исследователей, но оказался малость не в своём разуме: убил коллегу по интересам, оказавшись весьма любопытным экземпляром Тартара. Именно он виновен в смерти Кайритас.       — Вот это у тебя истории из молодости…       — Эй!       — Извини-извини, — с улыбкой покачала она головой. — Не могла так не сказать.       — Я же тебе припомню это, — спрогнозировал Дискорд.       — Попробуй найти работу и отвлечься, — порекомендовала аликорн.       — Мне нужна работа? — Дискорд непонимающе прислонил когти к груди, опустившись с воздуха в сидячее положение. — Твайлайт, я на пенсии, дай мне пожить спокойно.       После этой фразы она с ним согласилась, решив всё же вернуться к подругам, пока они не потеряли её, однако драконикус вновь остановил её:       — Подожди, торопыжка, мы со Свирлом… — Твайлайт хотела предъявить ему, как он её назвал, но, вновь услышав имя кумира, спокойно развернулась. — Я могу похвастаться тем, что все свои первые издания сборников и томов он отправлял мне.       Перед носом Твайлайт появились две книги в твердом переплёте, которые она узнала, разинув рот.       — Там его подписи и комментарии ещё, он специально накладывал одно заклинание на них, которое… А хотя, по сводкам ты и так понимаешь, какое…       Книги резко улетели выше, когда аликорн хотела коснуться их копытом.       — Однако я предлагаю обмен на ночь. Только на эту ночь, — Дискорд чётко последнее выделил, протянув лапу. — Мне нужно взглянуть на сводки, на рассвете поменяемся обратно, что скажешь?       — Я бы и так тебе дала посмотреть, — ответила аликорн совершенно спокойно.       — Правда? — поднял он книги ещё выше.       — Но сейчас уже нет! — решая положить сводки в его протянутую лапу, Твайлайт всё же остановилась в конце: — Подожди, ты не ответил на мой первый вопрос.       — Какой? — драконикус явно ничего не понял, но, лишь Твайлайт открыла рот, до него дошло: — А! Я часто видел, как Первый писал что-то в сводки, но не мог увидеть всё.       — То есть ты лично знал Первого? — решила уточнить она.       — Поправка: я до сих пор его знаю.       — И что это означает? — решила она поинтересоваться, но драконикус ожидающе поиграл когтями перед ней. — Агх! С тобой невозможно об этом говорить!       Она бросила ему в лапу сводки, жадно забирая магией свою часть сделки, и отвернулась в небольшой детской обиде, но даже сейчас Дискорд вновь окликнул её:       — Твайлайт! Первого уже тысячу лет нет в нашем мире и более никогда не будет! — его крик снова заставил пони развернуться. — Не ищи его. Ты не сможешь найти его, как бы тебе ни хотелось.       Она оглядела Дискорда полностью, как он вновь сидел весьма расслабленно, но напряженно сжимающие лапы выдавали в нём беспокойство. Ему словно вдруг стало страшно, и, чтобы скрыть это, он больше не смотрел ей в глаза. Твайлайт поняла, что сейчас произошло: всё же он ей открылся, как тогда с Селестией. Он поведал ей о своих переживаниях и слабостях, но даже сейчас сказал не всё. Есть то, что Дискорд скрывал, о чём он говорил лишь с Селестией и со Стар Свирлом — его самый главный секрет.       — Хорошо, спасибо за всё, — Твайлайт всё же поблагодарила его, печально признавая, что он не верит ей.       — Хорошего приключтения, — скаламбурил драконикус. — И, Твайлайт! Я не знаю, что ты думаешь о себе, смотря на эти сводки, но поверь мне: в те времена твоей силы хватило бы на то, чтобы стать Исследователем и стоять наравне со Свирлом. Поверь, я знаю, о чём говорю.       — А, я… — даже смутилась она от такого признания в свою сторону. — Спасибо, и тебе тоже хорошо провести время.       Едва она ушла достаточно далеко, как драконикус вновь взглянул на сводки, не веря, что вновь видит их своими глазами. За тысячу лет они никак не изменились, что было ожидаемо. Проведя лапой по обложке, он собрался с силами и открыл их. Столько записей, столько воспоминаний, и каждое он прекрасно помнил. Но интересовало его другое, что он был не в силах разглядеть. Стопка бумаги, перо и чернильница появились в воздухе и, пропустив темноту на многовековые страницы, он начал переписывать всё, что они скрывали.       На рассвете, по договоренности, пони решили двигаться дальше, и, пока пять пони сонно стояли на тропинке, Твайлайт с Дискордом обменивались литературой в счёт вчерашнего договора.       — У него и вправду кривой почерк, — подтвердила аликорн.       — Великий колдун. — Сборники Свирла исчезли в воздухе, но пока отдавать сводки Дискорд не спешил. — Одно условие, Твайлайт: могу я доверять тебе в том, что эти записи послужат лишь для благих намерений?       — К-конечно, — даже заикнулась она от неожиданности.       — Тогда ещё кое-что — никому и никогда не отдавай их, храни всё время у себя и никогда не показывай другим, — попросил Дискорд, пока та развернула сумку. — Даже мне. Больше не отдавай их мне, даже если я попрошу, хорошо?       Не понимая, почему он сказал последнее, пони всё же согласилась, кивнув несколько раз. Тогда Дискорд отдал ей записи, и Твайлайт, надежно, на его глазах, закрыла их в сумке.       — Вы закончили? Клянусь Селестией, мы как в библиотеке, — пожаловалась Рейнбоу Дэш, пока Пинки спала, облокотившись на подругу. — Идёмте уже.       Когда она дернулась, то сонная пони упала на землю с громким криком, очевидно, проснувшись. И то ли на него, то ли просто следом так же вышли и пони, с которыми остальные провели это время. У всех у них были набитые рюкзаки и походные сумки за спиной: видимо, они и вправду покидали это укрытие, не собираясь рисковать, чтобы узнать, слышал кто-то их вчера или нет.       — Хорошего пути вам, — попрощалась с ними Сохра.       — И вам, — ответила ей Твайлайт. — Как только мы вернёмся, то я сразу скажу принцессе, где вас искать.       — Мы будем ждать этого. Вернуться на родину для нас будет сложно, но мы постараемся изо всех сил влиться в ваше общество. Кстати, вы ведь идёте к ущелью, да? Пустыня весьма опасна для тех, кто идёт туда в первый раз, пересечь её бывает сложно даже для подготовленных и бывалых, — мимолётом она глянула на Дискорда. — Но с вами создание Раздора, так что проблем быть не должно. Вы с ним можете даже в Клужтаун спокойно зайти, там есть порт, но, я полагаю, вы…       — Нам просто добраться до воды будет достаточно, — прервала её Твайлайт, протянув копыто. — Увидимся как-нибудь в Эквестрии?       — Да, конечно.       Они стукнулись копытами, имитируя пожатие, и тогда тропинки разделили их, и все пошли разными дорогами. Перебирая копытами, друзья поднимались в гору, где уже ожидали увидеть бескрайнее море песка. Уже становилось жарко, и Твайлайт решила завязать разговор, чтобы не идти в тишине:       — Мне понравились комментарии Стар Свирла, несмотря даже на подчерк. Они чуть глубже копают. А тебе?       — А? Ты мне? — Дискорд не сразу понял, идя позади. — Трудно сказать, я почти не читал эти книги.       — Что?! — крикнула аликорн, обернувшись.       — Ну, он и так постоянно мне всё твердил о своих заклинаниях, разбирал всё в моём присутствии… — решил он объяснять. — Я не нашёл того, чего бы я не слышал.       — Чего ты тогда ими так дорожишь?       — Ну, это ведь подарок.       С этим было не поспорить, ведь явно цену этим экземплярам Дискорд понимал. Твайлайт даже стало интересно, сколько у него таких, и она пообещала, что обязательно наведается к нему в гости на литературные изыски. Уже через пару секунд пони поднялись на вершину и окатили взглядом совершенно новый для них пейзаж.       — Ух ты! — крикнула Пинки. — Это восхитительно!       — Так много песка в одном месте я ещё не видела, — утвердила Эпплджек.       — Несмотря на пустоту и однообразие, это и вправду впечатляюще, — дополнила следом Рарирти.       Они заметили, что с ними нет последнего, поэтому посмотрели назад. Драконикус остановился на месте, немного согнувшись, прислоняя когти к голове. Флаттершай сразу подлетела к нему:       — Тебе дурно? — она прислонила к нему копыто.       — Снова это… чувство магии? — уточнила вторая пегаска.       — Магическое Равновесие. И нет, это не оно.       Поправка её неверного утверждения означала, что с Дискордом всё было хорошо, по крайней мере, так хотелось всем думать. Он опустил голову, однако вид его не внушал доверия к подобному заключению. Дискорд выпрямился, стоя не так далеко от них, и очень чётко сказал:       — Мне нужно уйти.       Все сразу дернулись от его слов, напугавшись и удивившись одновременно. Такого они не ожидали, но другого просто быть не могло, ведь все пони прекрасно знали, с кем имели дело. Однако уйти сейчас, когда они уже вошли в пустыню, — не слишком ли это грубо и опасно? Они даже к племени вернуться не могут!       — О чём ты говоришь? — спросила его испуганно Твайлайт.       — Мне нужно уйти, — Дискорд повторил это почти тем же чётким тоном, видя, как аликорн так же раскрыла рот, чтобы что-то сказать. — Только на время, не навсегда.       — И на сколько же? — спросила она следом.       — Не знаю.       — Куда? — хотела добиться та ответов.       — Этого я тоже не знаю.       Походило всё это на шутку, и они бы не поверили ему, не произноси он это так серьёзно. Подруги хотели что-то высказать в ответ на подобные его слова, но остановились, когда драконикус вновь в приступах болевых ощущений взялся за голову, а через пару секунд отпустил. Видимо, было что-то действительно нужное, раз всё происходило таким образом.       — Я вернусь к вам сразу же, как смогу, — продолжил Дискорд. — Однако я не знаю, когда именно, поэтому скажу прямо: если вы встретите гиппогрифа по имени Аварус, ни за что не ходите за ним, не слушайте, что он говорит, и ни при каких условиях не верьте ему.       Твайлайт дернулась на имя одного из Исследователей, что слышала вчера. Неужели он ещё может быть жив? Но вот только почему к нему нельзя приближаться? Неужели он им может что-то сделать? Ведь он их даже не знает…       — Нет, не так, — вдруг резко продолжил Дискорд. — Вот что, запомните: если встретите гиппогрифа, который владеет магией, то ни за что не верьте ни одному его слову, и неважно, как его будут звать.       — Я не понимаю, — произнесла в ответ Твайлайт мысли всех.       — У меня нет времени сейчас всё объяснять, просто доверьтесь мне: ни за что не верить любым сказанным словам от него. Хорошо?       Им пришлось согласиться, понимая, что драконикус не отстанет от них с этим. Пожелав им удачи и повторив, что вернётся, как только сможет, он щелкнул когтями и растворился во вспышке света. На него не то что положиться, а, как он говорил, «даже облокачиваться не стоит». Подруги вновь взглянули на пустынный пейзаж, который уже не внушал им такого прекрасного чувства, как раньше.       — Ладно, попробуем двигаться в сторону Клужтауна, — Твайлайт начала спускаться по песку. — Если Дискорд не появится раньше.       — А если всё же не появится? — Эпплджек спустилась следом.       — Значит, дойдем до порта и переплывем на тот берег, — закончила она. — Ух, лишь бы Грогара не встретить.       — И этого, как он его там назвал? — Рейнбоу Дэш летела прямо над её ухом. — Аварус вроде?       — Да, и его тоже.       Сложно было не согласиться, хотя они и не знали, в чём именно состояла его опасность, в отличие от Грогара. Он какой-то сильный колдун, что превратит их в песчинки, лишь завидев? Его статус Исследователя позволял об этом подумать. Под палящим солнцем они прошли с такими рассуждениями около десяти минут, а потом все их мысли были заняты только тем, как дойти до единственного города в этом забытом месте.