Пᴩᴏᴛиʙᴏᴨᴏᴧᴏжнᴏᴄᴛи

      Темное небо заискрилось из-за очередного взрыва, а языки пламени все поднимались, охватывая близстоящие здания. Несмотря на ночь, на улице все равно было светло из-за периодических вспышек. Волнение, страх, отчаяние и беспомощность. Люди в Хосю паниковали, а приток раненных в больнице становился все больше. Несмотря на то, что нападение совершили за несколько кварталов от больницы, я все равно могла наблюдать за этой ужасающей картиной. И это случилось в центре Хосю! Неужели сил героев не хватает, чтобы остановить атаку?       Телефон завибрировал из-за нового сообщения, отвлекая меня от важных размышлений. Бакуго Кацуки. «Ты в порядке? В новостях только и говорят, что на Хосю было совершено нападение неизвестными тварями»

Бакуго Казуми

«Все хорошо. Я далеко от места нападения, поэтому не волнуйся»

— Бакуго-сан, извините за вопрос, — молоденькая медсестра сделала несколько шагов к моей койке, а на тумбочку поставила лоток с перевязочным материалом. — Этот парень с ожогом… Он Ваш парень? — Нэ? — телефон чуть не выпал из моих рук, но я вовремя поймала его. Правое плечо отдало резкой болью из-за неосторожного движения, а девушка подскочила ко мне, помогая опуститься на подушку. Бинты тут же окрасились в красный. — Нет. Это мой одноклассник. А с чего такие вопросы? — Просто он несколько часов сидел в Вашей палате и отказывался уходить. Старатель чуть ли не за шкирку схватил его, чтобы вытянуть в коридор…       Медсестра аккуратно прикоснулась к моей руке, осматривая ее со всех сторон, а я молча наблюдала за ее действиями. И почему такие ситуации случаются именно в больнице? Что в прошлый раз, что в этот. Мы с Тодороки можем спокойно поговорить только в больнице после какого-нибудь происшествия, а в Академии глазеем друг на друга, как два дурачка.       После ухода Тодороки, я поняла, что хочу узнать о нем больше. Не только его темное прошлое, но и что-то хорошее, что присутствовало в его жизни. Хотелось узнать, почему он решил поступить в Академию, какие у него отношения с другими родственниками, что стало с его мамой и, самое главное, готов ли он завести себе друзей?       Сжала зубы до скрежета, когда молодая медсестра слишком резко дернула своей рукой, отдирая прилипшие бинты от ран. Она только хотела открыть рот, чтобы извиниться передо мной, как ее прервали. В палату залетел Нора, таща за собой неизвестную женщину в белом сарафане и длинной черной косой, обернутой вокруг шеи. Не сразу узнаю в ней ту, что лечила всех на подпольных боях. — Не могли бы Вы выйти, — герой буквально прожигает медсестру своими голубыми глазами. Девушка сначала смотрит на меня, после на парня и молча уходит, даже не возникая. Все же какой авторитет имеют герои, даже не особо знаменитые, как Сумеречный. — Уходите. Вы подставили меня, — пытаюсь оттолкнуть Нору ногой, когда он подходит ко мне слишком близко. Я зла на него. Зла на то, что он скрыл информацию о Нобу и даже не попытался спасти меня, когда этот ублюдок направил в мою сторону чертов пистолет. Если бы я не увернулась, то мои мозги собирали бы по всей арене.       Еще раз зло пинаю Нору, но он ловко уворачивается, схватив меня за лодыжку и притянув к себе, заставляя скатиться с подушки. Нижняя часть тела повисла с края кушетки, а телефон рядом завибрировал, предупреждая о новом сообщении. — Это воспитательная работа, Бакуго, — только и говорит он, перехватывая вторую лодыжку и спасая себя от очередного удара в пах, после кивает целительнице. — Приступай. — Что? Нет, не подходите ко мне! — закричала, пытаясь освободить свои ноги от хватки наставника, который даже не замечал моих трепыханий. Его холодные пальцы крепче обвивают мои лодыжки, вызывая табун мурашек, распространяющиеся по всему телу. Не сразу замечаю, как женщина успела схватить меня за руки и стянуть бинты. Вспышка боли охватывает всю правую часть, заставляя кусать губы до крови и сопротивляться активнее. Меня буквально прижали к койке, схватив за ноги и за руки. — Сумасшедшие! Отпустите меня, живо. Сестра! Сестра! — женщина затыкает мне рот одной рукой, а вторую умещает на моем предплечье. Оно покрывается золотым свечением, что тоненькими нитями проникало под кожу и снимало боль. На моих глазах все ожоги затягиваются, оставляя после себя розовые и свежие рубцы, которые слегка кровоточили. Золотые нити охватили всю руку, проникая глубже в мышцы. Не очень приятное чувство, больно не было, но небольшой дискомфорт присутствовал. После ее рука нежно скользнула выше к моему раненому плечу. Сквозная рана также затянулась, но не до конца: образовалось небольшое углубление из ярко-розовой мышечной ткани, оно также кровоточило, но двигаться стало намого легче. Мне даже показалось, что больная рука стала тоньше здоровой. — Больше не получится. Если будешь резко двигаться, рана откроется. Все ожоги я не смогу свести на нет, останутся шрамы, но ладони вылечила. Неделя постельного режима, так как для регенерации я использовала мышцы и ткани со всей твоей руки. Как и просил, Нора. Теперь твоя очередь выполнять своё обещание, — целительница наконец убрала свои руки, открывая мне рот и приступая к перевязке плеча эластичным бинтом. Она использовала бинты, которые оставила та молоденькая медсестра на тумбочке. Я тут же судорожно вздохнула, пытаясь отползти подальше от наставника, который все еще держал мои ноги. Я не понимаю. Что они задумали? Зачем им лечить меня? — Что это все значит? — Я не ожидал, что этот ублюдок притащит с собой пистолет. Прости, Искра. Мой план пошел не по плану, так сказать, — Нора, когда женщина закончила перевязку, притягивает меня еще ближе, заставляя таз свисать с койки. На его лице отражается скорбь. Настоящая, не наигранная. Он аккуратно перехватывает мои ноги под коленями и укладывает назад на кровать. — Вы думаете, что я прощу Вас в эту же секунду? Вы подставили меня! — Я помог тебе разрушить этот барьер между страхом и причудой. Ты вышла на следующий уровень только благодаря мне. — Ага, спасибо. Я не просила Вас об этом! — Но я знаю, что тебе это было необходимо.       У меня не хватает сил, чтобы сказать «нет». Мы молча смотрим друг на друга и все понимаем без слов. Я тут же сваливаюсь назад на подушку, закрывая лицо руками. Тихо шепчу слова благодарности, практически не шевеля губами, и Нора опускает свою руку мне на макушку. Можно ли считать это за примирение? Посмотрим на его поведение. Вытягиваю руки вперед перед собой и наблюдаю за тем, как они начинают искриться. Кожа ладоней лишь приятно нагревается, а искры не обжигают.       Это моя причуда. И с помощью своей причуды я буду спасать людей, а не причинять вред. — На счет дезактиватора для твоих волос. Он у меня закончился, но я обязательно закажу тебе его на дом. Пока-Пока, Казуми, — Нора-семпай тут же начинает лепетать о своем и, схватив неизвестную женщину за руку, сваливает из палаты. Вот же чертила! В смысле закажет на дом? Мне придется ходить со светлыми волосами до конца недели?       Всплеск гнева смог унять только телефон с уведомлением о новом сообщении, которое я не успела просмотреть до прихода этого придурка. Точно, Изуку же сегодня со своим наставником должен был прибыть в Хосю. Совсем забыла об этом.       Хватаю свой телефон, чтобы напечатать сообщение в ответ, но несколько раз перечитываю прошлое сообщение друга. Зачем Изуку скинул место своего положения? Перевожу взгляд на окно в сторону горящих в далеке зданий, что освещают ночное небо ярким пламенем. Обычно Деку адреса просто так не скидывает, значит случилось что-то серьезное, иначе бы он сразу все объяснил.       Двигаю своим правым плечом. Болит не сильно, руками двигать могу, причуда в норме. Вскакиваю с койки и вытаскиваю из тумбочки футболку с брюками, которые мне принесла Усаги, телепортировавшись из офиса в больницу. Изуку точно нужна помощь. Я должна как можно быстрее добраться до него.       Переодеваюсь и открываю окно настежь. Аккуратно убираю сетку и прыгаю вниз. Так как моя палата находилась на третьем этаже, я с помощью причуды смогла аккуратно приземлиться, после чего рванула вперед.       Двигаясь по навигатору, я остановилась, так и не достигнув нужной мне улицы. Из переулка выходили люди: Изуку повис на плече неизвестного героя, рядом с ними стояли Иида и Тодороки, а за их спиной лежал неизвестный и связанный мужчина. Их окружили еще пять героев. Что тут происходит? Подхожу ближе к краю и оглядываюсь, пытаясь понять, что случилось. — Пригнитесь! — низенький старичок закричал, а я невольно прижалась к крыше, прячась в тени пятиэтажного здания. Над моей головой пролетело огромное существо.       Секунда. Оно хватает Изуку за пояс и взлетает выше. Я невольно выхожу из своего укрытия, готовясь прыгать на спину летящему существу.       Вторая секунда. Ранее связанный мужчина вырывается вперед, протыкая голову существа ножом.       Я замираю на месте и невольно задерживаю дыхание, когда Изуку падает наземь и стонет от боли. Он пытается встать, но его руки дрожат. Злодей с хлюпаньем вытаскивает нож из головы той летающей твари и хватает Деку за волосы. Я должна что-то сделать! Я должна забрать его сейчас же! — Все они заслуживают моей кары, ха-ха-ха, — мужчина медленно проводит ножом по щеке парня. — Все это ради блага лучшего мира!       Я была готова прыгать с крыши, чтобы унести Мидорию прямо из-под носа злодея. Тут из-за угла выбегает Старатель, и я решила действовать. Злодей тут же отвлекается на нового актера этого сумасшедшего театра, поэтому я спрыгиваю с крыши, взяв хороший разгон.       Правую руку отвожу назад для использования причуды, левой тут же хватаю своего друга за шкирку, утаскивая за собой. Мы вдвоем со взрывом пролетаем мимо мужчины и Старателя, слегка проскользив по дороге и отдаляясь от них на пять метров благодаря взрывной волне. Злодей не успевает среагировать.       Правое плечо тут же иглами пронзает острая и неприятная боль, распространяясь по всей руке. Причуда выходит из-под контроля, поэтому вместо того, чтобы взлететь на крышу, я с Изуку в руках падаю на землю, скользя дальше.       Ударяюсь спиной о стену здания, но успеваю обхватить голову Мидорию руками, а торс ногами, чтобы защитить от удара — он аккуратно умещается у меня между ног и на груди, и, кажется, потерял сознание. Вытащила. Спасла. — Старатель… — Убийца героев!       Злодей начал медленно направляться в нашу сторону. И тут я почувствовала могильный холод, исходящий прямо от злодея. Мышцы болезненно напряглись, адреналин резко прорвался по всему телу, заставляя крепче сжимать Изуку в своих объятиях.       Тук-тук. Сердце было готово прорвать грудную клетку.       Тук-тук. Страх. Он быстро распространялся и обжигал все сосуды, ударял голову, шептал мне бежать и не оглядываться. Бежать. Бежать. Бежать. Я бы убежала, но Изуку в моих руках все еще без сознания.       Тук-тук. Даже Старатель, герой номер 2, замер перед этой ужасающей аурой. Я чувствовала страх каждого героя, стоящего перед этим злодеем. Никто из них не мог сдвинуться с места, никто из них не мог отвести своего взгляда. А я закрывала своего друга руками, моля о спасении и не в силах сосредоточиться на своей причуде. Мужчина, держа в руках нож, остановился передо мной.       Тук. Кажется сердце издало последний вой о помощи и замерло, перестав гонять горячую кровь и насыщать ткани кислородом. Иначе как объяснить возникшие всего на секунду приступ удушья и головокружение? Изуку дернулся в моих руках, приходя в сознание.       А может это из-за того мужчины? Его аура исходила в разные стороны, иглами проникала в наш мозг. Глубже и глубже. Это он вызывал страх и был готов размозжить наши мозги по дороге. Это он шептал нам всем бежать. Убийца героев. Пятно. — Значение слова герой будет очищено от лживого налета. Подходите, попробуйте взять меня самозванцы. Единственный, кому позволено меня убить — это Всемогущий.       Бам. Он падает, наваливаясь на нас с Изуку всем своим весом, ударяясь лбом о стену и после заваливаясь на бок. Я машинально подтолкнула бессознательное тело ногой, заставляя упасть на землю рядом с нами, а не на нас. — Господи. Спаслись... — только и вырывается у меня, когда я понимаю, кто лежит передо мной. Давление резко исчезает, все следом падают на землю, не отводя от меня шокированного взгляда. Но от этого мне не легче, наоборот, я боялась, что он очнется и вырвет Изуку из моих рук. Убьет его, разорвет, а после нас будет ждать та же участь. — И-и-изуку, Т-тодороки, Т-тенья, — зубы стучат друг о друга из-за страха. — Только не говорите мне, что он собирался убить нас.       Кажется, я срываюсь на плач, потому что Иида и Тодороки срываются с места, чтобы стащить с меня Изуку и поднять с холодного асфальта. Вцепилась в руки парней, не отпуская их. У нас троих дрожат ноги, лоб покрылся испариной. Мидория стонет от боли, прислонившись спиной к стене здания. — Казуми, какого черта тебя ищут по всей больнице? — вдруг с крыши здания спрыгивает Нора-семпай и аккуратно выхватывает меня из рук парней. Тенья смотрит с удивлением, Шото — с недоверием. Самое удивительное, что Тодороки не отпустил меня, наоборот, попытался перетянуть с рук семпая в свои, сжав пальцы на здоровом плече. От шока я даже не придаю этому значения. Наоборот, утыкаюсь лицом в плечо Шото, сжимая ткань его костюма в своих дрожащих руках. Он опускает руку на спину между лопатками, пытаясь успокоить меня. — Он же потерял сознание, да? Он же больше не очнётся? — все шепчу, не отлипая от одноклассника.       Дальше все как в тумане. Нас всех забрали в больницу, герои ушли разбираться с нападением. В больнице мне дали неплохой нагоняй и накричали, но все равно не смогли удержать в палате — я сбежала к своим одноклассникам. — Я думала, что он собирается убить нас, — обхватываю свои плечи, падая на койку рядом с Деку. — А он упал прямо на меня! Из-за чего? Из-за того, что его ребра сломались и проткнули легкое! — Не волнуйся, Казуми-чан, он не будет мстить тебе, — Изуку лишь посмеивается, наблюдая за тем, как я стащила его подушку и положила себе под перевязанную голову. Он тут же лег рядом со мной под боком, аккуратно умещая перевязанную ногу. Да мы все тут с боевыми ранениями! Вон, бедный староста сидит на своей койке с перевязанными руками, начиная с кончиков пальцев. Тодороки только перевязали левую руку, да лейкопластырь наклеили на щеку. Изуку вообще с раненой ногой и рукой. Его неплохо так приложили об асфальт, а после я хорошенько встряхнула его, лишь бы утащить оттуда. Тяжело вздыхаю и жмусь щекой к плечу Деку. — Иида, ты столкнулся с такой жаждой крови. Но ты смог преодолеть себя и выступить против него. Отлично сработано, — Тодороки перевел взгляд со своей раненой руки на Тенью. Наш староста тут же начал отнекиваться, пока в палату не вошли герои: наставник Ииды и Изуку, а за их спиной стоял мужчина… Собака? Наверное лучше описать его как человека с собачьей головой. Я тут же подскочила с койки на ноги, готовясь бежать в свою палату. — Можешь не уходить, Казуми, — следом за этой троицей зашел и Нора-семпай. Нам всем крышка. — Шеф полиции участка Хосю. Тсурагамаэ Кенджи, — шеф кивнул нам, обводя всех своими собачьими глазками-бусинками. Нам точно крышка. — Не волнуйтесь. Можете не вставать, у вас был тяжелый, гав день! Значит это вы одолели Убийцу героев. Ну и дают детишки из Юуэй, тем более ты, — человек-собака посмотрел на меня, заставляя краснеть и прятать лицо за руками. — Я не думала, что он упадет в такой момент.       Шеф лишь гавкнул вместо смеха, заставляя краснеть меня еще сильнее, но резко стал серьезным. Он отругал нас, что мы, молодые лапки, нарушили правила высшего калибра, касающиеся использования причуды и непослушания с нашей стороны. Мы пропустили приказ наших наставников мимо ушей, сбежали, да еще и наткнулись на Убийцу героев. Меня вновь выделили из нашей четверки, отругав за побег из больницы. Краснеть уже некуда! Прячу лицо за плечом Тодороки, что находился поблизости, чтобы скрыться от этого насмешливого взгляда шефа полиции. — Вы четверо, а также ваши наставники будете соответственно наказаны. — Стойте, дайте объяснить! — Тодороки сделал шаг вперед. — Если бы Иида не нашел его, то герой Коренной был бы убит. А не появись на месте Мидория, то они оба бы погибли. А вы хотите сказать, что мы должны были следовать правилам и дать им всем умереть? — Тодороки-кун, тише-тише, — я успела схватить одноклассника за руку, прежде чем тот чуть ли не накинулся на шефа полиции. — Спасать людей, это то, чем должны заниматься герои! Это наша работа! Гадкая собачонка! — Выслушай его до конца! — Гран Торино помог мне удержать взбесившегося парня. Таким я его еще не видела. Он был излишне эмоциональным, не таким, как обычно. Человек-собака тут же перестал играть грозного полицейского и предложил другой вариант событий. — Свидетелей было мало… Я к тому, что мы можем закопать правду о вашем нарушении, как кость на лужайке. Это значит, что никто не сможет узнать о ваших блохастых решениях и подвигах. Так что вы выберите? — Они выбирают второй вариант, Тсурагамаэ-сан! — Нора тут же подскочил к нам и опустил свои ладони на наши с Тодороки макушки, заставляя кланяться. Изуку и Тенья, побоявшись такой участи, тут же повторили за нами, согнувшись в поклоне. — Как взрослые, мы не должны хвалить вас за такие поступки. Но я, как такой же человек, что пытается сохранить мир, благодарю вас от всей души!

***

      Четвертый день практики.       После выговора нас не трогали. Наставники не приходили, видимо, разбирались с той суматохой, что поднял Убийца героев и какие-то мутанты с открытыми мозгами, а я весь день отшивалась в палате у мальчишек, заняв койку Деку. Если бы не бурчащие медсестры, то я бы перенесла сюда свою кровать из палаты и устроилась тут вместе с одноклассниками. Изуку же был не против, наоборот, прижимался ко мне, делясь своими результатами по контролю своей причуды. Тишь, да гладь. Красота! Сейчас же я учила Тодороки играть в карты, которые мне передала Усаги. Все же телепортация — классная штучка. Мы сидели на его кровати и играли на желание. — О, Казуми, я только что разговаривал с Ураракой, — Мидория буквально влетел в палату, насколько позволяла ему больная нога, после чего плюхнулся рядом с нами. Шото отвлекся от игры, а я смогла подсмотреть, что за карты он держал в руках. На кону желание, а парень впитывает в себя информацию, как губка, еще и выигрывает. — На счет Ииды… Только что поступили результаты обследования, — Тодороки тут же повернулся ко мне, слегка приподнимая карты и скрывая их от моих глаз. Ну ничего, я уже знаю, что выиграю на этот раз. — Судя по всему у моей левой руки будут остаточные осложнения, — наш староста отвел взгляд от Мидории, словно боялся осуждения с его стороны. — На самом деле все сводится к снижению чувствительности и подвижности пальцев. Но есть шанс вылечить это хирургическим путем. До тех пор, пока я не стану настоящим героем, пусть моя рука побудет такой.       Я кинула на постель последнюю карту, привлекая внимания Шото. Он сначала посмотрел на Ииду, после на довольную меня и на карты в своих руках, после чего тяжело вздохнул. Желание мое. — Иида, ты же наш староста, — я повернулась лицом к парню, пытаясь подбодрить его. На нем лица нет, весь день сидит, как мышка. — Мы обязательно поможем тебе. Но поступил ты глупо, да. Один, да на убийцу героев! В следующий раз обязательно поделись с нами своими переживаниями и не решай проблемы в одиночку. Все же мы одноклассники и будущие коллеги. — Бакуго-сан… — Тенья, кажется, был в замешательстве. Мы с ним общались не так близко, как с той же самой Очако, да и грызлись все время. Говорила я искренне — все же мы все в классе друзья другу другу, а не враги. — Иида, я такой же как и ты, — Изуку вытянул свою перебинтованную руку. — Давай ты и я станем сильнее вместе. — Не волнуйся, Иида, — я с улыбкой подняла вверх две свои перебинтованные руки. — Я вместе с вами в одной лодке. Ты не один. — Эм. Простите меня. — А? Тодороки-кун, за что? — Да у меня чувство такое, что каждый раз, когда я в деле, люди калечат свои руки. Может проклятие какое? Дух кривых рук, например.       Мы втроем тут же перевели взгляд на немного растерянного Тодороки, после чего переглянулись. Я не сдержалась и рассмеялась в голос вместе с Изуку. Тенья, чтобы не обидеть нашего одноклассника, отвернулся, но смеялся вместе с нами. Спустя секунду дикий хохот наполнил нашу палату.

***

— Знаешь, Нобу. Я считаю, что поступила правильно.       Он смотрит на меня с удивлением, а после его губы искривляются в широкой ухмылке. Я вижу в его глазах лишь насмешку, но не раскаяние. Мы сидим в комнате допроса друг напротив друга. Я в своем геройском костюме, он в белой рубашке и черных штанах, закованный в наручники. За моей спиной стоит Нора, за его — полицейский. — Ты издевался над Изуку. Издевался надо мной. Только потому что мы были слабее тебя? Потому что Изуку не имел причуды, а я не могла справиться с собственными взрывами? Ты считал, что это норма. Нет, Нобу. Я готова поспорить с тобой о правильности твоих действий. — Кажется ты берега попутала, Бакуго. Я сильнее вас. И тогда я был главным среди… — Ты был отвратительным ребёнком! — резко ударяю ладонями по столу, заставляя парня замолкнуть, а семпая подскочить на месте. — Злодей тут только ты. Я правильно поступила, что атаковала тебя тогда. Да даже если бы не атаковала, ты бы все равно пришел к тому, что имеешь сейчас. То есть ничего. Ты пустой, Нобу. Ты не имеешь веса в жизни. А знаешь что? Я, Изуку и Кацуки поступили в Академию Юуэй. И не на факультет общего образования или поддержки. Мы попали на геройский факультет, спасаем людей, боремся с такими злодеями, как ты. Я все свои шесть лет боялась встретить тебя. Я боялась использовать свою причуду, потому что ты вбил мне в голову, что я убийца и приношу только боль. Понимаешь, Нобу? Я боялась тебя. Но сейчас с уверенностью могу сказать, что готова в следующий раз собственными руками посадить тебя за решетку. — Ха-ха-ха, какие громкие слова. Встретимся в будущем, Бакуго Казуми. И тогда посмотрим, кто кого посадит за решетку. Ты просто отвратительная и эгоистичная тварь! — Нобу резко подскочил со стула, вытягивая свои закованные руки в мою сторону. Но я не шелохнулась и не отскочила назад.       Я не боюсь его и никогда не буду бояться.

***

— Кацукиии! — я взвизгнула, спрыгивая с лестницы с раскинутыми в сторону руками. Сумка тут же улетела в другую сторону, а брат легко поймал меня так легко и аккуратно, словно пушинку, но не спешил отпускать на землю. Практика наконец закончилась, ранения затянулись, а я вернулась обратно домой. Прощай, Нора. Прощай, Хосю. — Мне столько нужно тебе рассказать, братишка! — я прижалась щекой к его щеке, не сразу замечая изменения во внешности брата. — Я больше никогда не соглашусь работать со Сумеречным!       А потом замолчала. Раннее лохматые волосы были идеально прилизаны, словно Каччан пролил на свою голову тонну лака для укладки волос. А мои, наоборот, были светлые, прямо как у него. Мы смотрим друг на друга секунд пять, прежде чем заговорить. — Не смейся, иначе закопаю. — Ахахах. А я… Пхпх. Не собиралась.