The Dirtiest Thing You Know

Дело в том, что Терри вырос в те времена, когда все было гораздо сложнее, когда все приходилось делать руками. Где никому и ничего не сходило с рук. Они не были рождены королевскими особами. Они были созданы. Это означает, что Терри — подлый сукин сын, и он знает лучше, чем кто-либо, как причинить кому-то боль, не оставляя следов. — Микки? Микки стонет в подушку. Это 5 утра на следующий день после тусовки, так что Микки знает, что означает ранний подъем. Он перекатывается на спину, чувствуя острый, горячий ожог растянутой задницы:  — Ты мой телохранитель. Разве это не твоя работа — получать за меня по заднице? — Ты думаешь, я не получил? Микки открывает один глаз и вздыхает: — Вы, ребята, должны либо лучше врать, либо сваливать на хрен, когда я это делаю, чтобы он предположил, что вы со мной. — Как будто, ты, блядь, рассказываешь нам о своих планах. — Вполне справедливо. Тренажерный зал? — Да. Микки натягивает спортивные штаны и футболку: — Все равно нужно было потренироваться. — Если он снова сломает кость, даже маленькую, скажи нам на этот раз, хорошо? — Да, конечно. — Я серьезно, Милкович. Микки молча показывает фак и направляется в спортзал, задаваясь вопросом, может ли он предотвратить гнев своего отца. Терри занимается на груше, его тело покрыто потом, что означает, что он тренируется некоторое время, мышцы разогретые и расслабленные. — Привет, пап. У меня назначено пять свиданий. — Он снимает одну из скакалок с крюка и начинает прыгать, чтобы расслабиться, а также вооружиться. — Да? — его отец ворчит. Он останавливается и останавливает грушу. — Где, черт возьми, ты был вчера? — Занимался кое-какими исследованиями. Нужно узнать девушек, которые передо мной. Что им нравится и не нравится — все такое. Нужно произвести на них впечатление, верно? — Никто из твоих парней не знал, где ты. — Да, что ж. Не совсем хотел афишировать… что проверяю девушек, верно? — он вкладывает в это достаточно хитрости, так что его отец ухмыляется. Микки пожимает плечами, — должен убедиться, что товар мне нравится, не так ли? — Ха! — его отец подходит и хлопает его по плечу. Микки не расслабляется, крепко держит скакалку в руках, хотя на близком расстоянии она менее эффективна, — я ожидаю, что ты добьешься того, что мне нужно. — Я знаю, пап. — Хорошо, — его отец кивает, а затем Микки оказывается на полу на коленях с острой болью в боку от подлого удара по почкам, — не подведи меня. Микки кивает, одна его рука на полу, другая прижата к боку. Он не может вдохнуть достаточно воздуха. Его отец уходит, и в конце концов Микки удается встать на ноги. Он заставляет себя продолжить тренировку, пытаясь сконцентрироваться на воспоминаниях о Йене, когда он сжимает свою задницу, а не на ударе или том факте, что он в конечном итоге будет женат и несчастен. Он заканчивает и возвращается в свою комнату, чтобы принять душ. На его телефоне три сообщения, которые он игнорирует, надевая одежду, похожую на вчерашнюю. Он стучит в дверь соседней комнаты и заглядывает внутрь. Оба его телохранителя поднимают глаза и тут же вздыхают. — Убирайся отсюда. — Не забудь о сегодняшнем вечере, — Эван стучит по расписанию на столе перед собой, — на самом деле, я не хочу еще одного говношоу, если ты опоздаешь. — Ага, — Микки бросает на стол двести долларов, — повеселитесь. Потрахайтесь. Оставьте меня в покое. Я вернусь в четыре. Встретимся у боковой садовой калитки. Грэг отдает ему честь, и Микки отвечает средним пальцем. Они служили вместе, и Микки технически был выше его по званию, но Микки отказывался позволять ему этот бред. На обратном пути он хватает куртку и выскальзывает из дома. Для весны чертовски холодно, поэтому под кожанкой он съеживается, сгорбив плечи. Он на самом деле прогуливается, следуя по тропинке у озера некоторое время. Приятно не быть признанным, иметь свободу анонимности. Это не занимает много времени, прежде чем он возвращается в ресторан Йена. Там действительно оживленно, но сегодня он пришел раньше, чем накануне. Йен выходит из кухни с двумя подносами. Он ставит один на пустой стол и начинает раздавать тарелки. В уголках его рта танцует намек на улыбку, и Микки думает, что Йен его видел. Он заканчивает опустошать подносы и бросает их на прилавок, прежде чем направиться к Микки: — Осторожно. Ты собираешься стать завсегдатаем. — Это так плохо? — Столик на одного? — Полагаю, что ты слишком занят, чтобы присоединиться ко мне. — Моя коллега придет через полчаса. Тогда я получу пятнадцатиминутный перерыв. Микки опускает взгляд на промежность Йена:  — Возьмешь перерыв на туалет сейчас? Йен глубоко вдыхает:  — Да, дай мне шанс наполнить еще несколько чашек кофе. Встретимся там? — Сначала столик, гарсон. — Точно. Сюда, — Йен ведет его к тому же столику и ставит перед Микки меню, — что будешь пить? — Кофе. — Сию минуту, — Йен уходит и хватает кружку с кофейником. Он начинает с дозаправки, затем ставит кружку перед Микки. Микки выскальзывает из кабинки, задевая Йена, пока он наливает. — Сейчас вернусь, — он направляется в ванную, слыша, как позади него Йен зовет кого-то, когда дверь закрывается. Йен входит через мгновение, и Микки прижимает его к двери, крепко хватая запястья Йена, опускаясь перед ним на колени. Он ухмыляется Йену, наблюдающему за ним, когда он расстегивает его ширинку, направляя член наружу. Он не полностью твердый, но слегка наливается кровью от прикосновения Микки. Микки облизывает губы, а затем головку члена Йена. — Черт, — Йен толкает бедра вперед. Микки затягивает его в рот, поглаживая языком, пока член Йена не набухает, заполняя рот Микки. Микки начинает сосать, плотно обхватив его ртом, — вот дерьмо. Микки хватает Йена за задницу и притягивает его к себе. Йен подается легко, и Микки давит языком, прижимая его член к небу. Йен зажимает волосы Микки в кулак, кусает губу и смотрит вниз. Микки не отводит взгляда, подталкивая Йена еще ближе, всасывая его глубже. Йен ударяется членом о заднюю стенку горла Микки и стонет, когда рот Микки сжимается вокруг него, в то время как Микки борется с рвотным рефлексом. Пальцы Йена дергают Микки за волосы, а потом он толкается, откровенно начиная трахать Микки в рот. Слюна собирается в уголках рта Микки, слезы текут по его раскрасневшемуся лицу. — Господи, — выдыхает Йен, трахая рот Микки все сильнее и быстрее, — я близко. Микки ласково мурлычет что-то вокруг Йена, отправляя его за край. Он продолжает сосать и глотать, пока Йен не умоляет его остановиться, затем он отстраняется с похабным, влажным звуком и улыбается Йену. Он чувствует себя чертовски разбитым, и это удивительно. — Ты будешь готов пойти снова через полчаса? Йен наблюдает, как Микки встает, его взгляд падает на выпуклость эрекции Микки:  — Ты сможешь продержаться полчаса? Микки облизывает губы:  — Обо мне не беспокойся, —он протягивает руку и осторожно засовывает член Йена обратно в боксеры, — и помни, сотрудники тщательно моют руки перед возвращением к работе.

♚♚♚

Микки прижимает ладонь к члену, изо всех сил стараясь не обращать внимания на Йена, который ходит вокруг. Йен выглядит свободным и расслабленным, и Микки может ощутить на вкус причину этого в глубине своего горла. Прежде чем выйти из ванной, он посмотрел в зеркало и увидел распухшие губы и раскрасневшееся лицо. Его член дернулся при виде этого зрелища, и он подумал о том, чтобы остаться в ванной и дрочить, но мысль о том, чтобы ждать, держаться, думая о том, что Йен велит ему подождать, слишком сладка. То, как Йен смотрит на него, как будто собирается съесть Микки живьем, определенно стоит того, чтобы подождать. Микки уверен, что это самые долгие полчаса в его жизни. Он выпивает по меньшей мере пять чашек кофе, в основном для того, чтобы Йену пришлось подойти и наполнить его кружку. Он по-прежнему занят, так что это единственный способ, с помощью которого Микки может заполучить Йена у его столика. Это чертовски расстраивает, но Йен продолжает улыбаться ему, и жаловаться — последнее, что приходит на ум Микки. Наконец появляется блондинка с большими глазами и в короткой юбке, выкрикивая извинения Йену. Она исчезает за прилавком и через несколько минут выходит оттуда в фартуке. Она подходит к Йену, они разговаривают несколько минут, а потом Йен подходит к столику Микки. — Пошли отсюда. Больше Микки ничего и не нужно. Он бросает деньги на стол и следует за Йеном через кухню. Йен закуривает сигарету, как только они оказываются в переулке, делая длинную затяжку. Микки наблюдает за ним, протягивает свою руку, позволяя Йену поместить сигарету между пальцами. Микки смыкает губы вокруг фильтра и вдыхает, наблюдая, как Йен следит за ним. — Думаешь, ты уже снова готов? — Обо мне не беспокойся, — он хватает Микки за шлевки и притягивает к себе, — что насчет тебя? Ты продержишься больше двух минут? — За меня не волнуйся, — Микки усмехается и пускает дым в лицо Йена, — как ты хочешь это сделать? — Это честная игра, верно? — Йен опускается на колени и расстегивает ремень и ширинку Микки. Микки делает еще одну затяжку, прежде чем выбросить сигарету, выдыхая дым из носа и смотрит на Йена сверху вниз. Йен поднимает взгляд, освобождая член Микки от боксеров, и наклоняется, языком проводя мокрую полосу по всей длине члена Микки, — а теперь, ты уверен, что продержишься больше двух минут? — Пока нет ничего такого, что заставило бы меня думать иначе, — его голос становится чуть жестче, грубее. Рот Йена изгибается в уголке в намеке на усмешку, затем он берет головку члена Микки между губами. Микки тихо стонет, когда Йен целует его, не более чем прижимаясь губами к чувствительной коже, снова и снова, никогда не удерживая контакт надолго. Микки снова стонет, на этот раз в отчаянии:  — Да ладно тебе, Йен. Йен смеется с членом Микки во рту, и Микки дрожит. — Нетерпеливый. — Не болтай с набитым ртом. Йен отстраняется и на самом деле смеется, так что, Микки обхватывает рукой затылок Йена и тянет его обратно. Йен двигается с легкостью, снова беря Микки в рот. На этот раз он не дразнит, поглощая его член на всю длину. Его рот сжимается вокруг Микки, губы растягиваются. Это ощущается идеально — плотно, влажно и горячо. — Блять. — Микки сильнее давит пальцами на основание черепа Йена, прижимая его к себе. Йен хмыкает и всасывает Микки глубже, — посмотри на свой рот. Черт. Ты так хорошо выглядишь с моим членом во рту. Микки прижимается плечами к стене, покачивая бедрами вперед. Йен сосет сильнее и смотрит на Микки. Микки не может удержаться от того, чтобы не вонзиться Йену в рот, не может не сдаться нетерпеливому языку Йена, его втягивающим щекам. Микки долго не протянет. Он закрывает глаза и прикусывает нижнюю губу, мышцы напрягаются, когда он пытается сдержать оргазм. Рука Йена соскальзывает с того места, где он сжимал в кулаке джинсы Микки, внутрь его трусов. Он хватает и сжимает яйца Микки, и тот задыхается, сильно дергаясь и спуская в горло Йена. Йен не перестает глотать, пока Микки не чувствует, что он вот-вот разлетится на кусочки. Когда он отстраняется, Йен улыбается, его рот мокрый и в беспорядке, опухший и похожий на квинтэссенцию секса. Он встает на ноги, все еще обхватив Микки за яйца. Йен облизывает губы:  — Буду пробовать тебя весь гребаный день. — Как насчет того, чтобы просто трахнуть меня? Йен смеется и снова сжимает:  — Повернись на хрен. Микки исполняет просьбу легко и нетерпеливо, спуская штаны еще ниже. Он оглядывается через плечо и видит, как Йен достает презерватив и смазку из кармана. Йен открывает смазку и размазывает ее по пальцам. Микки вдыхает, ожидая первого прикосновения. — Я думал о тебе прошлой ночью, — напевает Йен на ухо Микки, — Микки вздрагивает от его горячего дыхания, чувствуя, как мурашки разбегаются по коже. Йен толкает в него палец, его голос все еще низкий и грубый, — лежал в постели, дергая свой член так медленно, чтобы продлить удовольствие. Вспоминая, насколько совершенна твоя задница. — Т-трахнул себя, думая о тебе, — Микки на самом деле не хотел этого говорить. Не хотел ничего выдавать, но Йен кусает мочку уха Микки и засасывает ее в рот. Его дыхание такое охуенно жаркое в ухе Микки, что все его тело дрожит. Он стонет, когда Йен толкает второй палец. — Да? Вот так? Пальцами? Микки не уверен, что именно в голосе Йена заставляет его признаться в вещах, о которых он обычно никогда не заговорил бы:  — Д-дилдо. Не… не такой большой, как ты. — Так же хорош, как я? — Нет. Черт, нет, — голова Микки откидывается назад, упираясь затылком в плечо Йена. — Трахни меня. Господи, просто трахни меня, Йен. — Уверен? — Блять. Да. Сейчас же. Йен вынимает пальцы, и Микки приподнимается на цыпочки, тихо всхлипывая от потери. Он слышит, как рвется упаковка презерватива и пытается нормально дышать. Он терпит неудачу, задыхаясь в предвкушении, когда Йен спешит, быстро прижимаясь к заднице Микки, вдавливаясь внутрь настойчивыми и уверенными толчками, пока он не хоронит себя глубоко в нем. Его руки сжимаются на бедрах Микки.  — Расскажи мне. — Р-рассказать… — глаза Микки закрываются, когда Йен начинает двигаться, — наблюдал… наблюдал за собой в зеркало. Скакал на нем. Принял его полностью. Думая… думая о том, как объезжу твой член. — Блять, — хрипло стонет Йен, — хотел бы я это видеть. Смотреть, как он в тебя въезжает. — Можешь… черт, можешь наблюдать за собой. Следи за своим членом. Черт. Блять, Йен, твой ебаный хуй. — В твоей заднице так хорошо. Хочу быть в тебе по самые яйца. Хочу зарыться в твою задницу языком. — Бля… — Микки даже не успевает закончить слово. Его тело дрожит, а колени, кажется, вот-вот подогнутся. — Подтянуть колени к плечам и попробовать тебя. Заставить тебя умолять. Бьюсь об заклад, ты чертовски сексуальный, когда умоляешь. Микки крепче сжимается вокруг Йена, тянется назад и впивается пальцами в его бедро. — Ты, бля… ты когда-нибудь заткнешься? — Может быть, сначала я кончу в тебя, — голос Йена хриплый, разбитый, — попробую свою сперму из твоей задницы и втрахаю ее в твой рот языком. Ногти у Микки короткие, обкусанные, но он знает, что раздирает ими кожу, когда Йен стонет, бедра сбиваются с ритма, когда он кончает. Он остается погребенным внутри Микки на мгновение, выдыхая перед тем, как вынуть. Микки требуется несколько мгновений, чтобы понять, что его задница опустела, он слишком потрясен, чтобы заметить это сразу. Он застегивает молнию на себе, заправляет его обратно, натягивает джинсы, роясь в поисках сигареты. Йен протягивает ему зажженную сигарету, и Микки благодарно затягивается. — Черт. Йен кивает, протягивает руку и крадет сигарету обратно. Он курит несколько минут, прежде чем передать сигарету Микки.  — У меня сегодня нет занятий. — Ночи для меня не работают. — Работа? — Микки кивает, потому что это такое же хорошее оправдание, как и любое другое, хотя оно и не очень близкое к истине, — чем ты занимаешься? — Разной херней. — Хм, — Йен краем глаза поглядывает на Микки, — вышибала? Нет, — он берет его за руку прежде, чем Микки успевает возразить, и потирает кончиками пальцев о ладонь Микки, — мозолей нет. Не музыкант. — Может, певец. — Верно. У тебя есть уверенность в себе. Но нет, — Йен широко улыбается, — я понял. — Да? — Микки не может не улыбнуться в ответ, — что у тебя за вариант? — Стриптизер. Микки задыхается:  — Что? — Танцор на шесте. — Ты ебанулся. Йен смеется и прислоняется головой к стене.  — Мне нужно вернуться. Микки кивает. Ему еще нужно скоротать несколько часов.  — Я могу пить много кофе. — И пополнение бесплатно. — Пойдем. Йен ведет его внутрь, и Микки возвращается к своему столику. Коллега Йена поднимает бровь, но Йен только пожимает плечами. Микки закутывается в куртку, ждет, когда ему дольют еще, вытаскивая телефон. Меньше всего ему хочется иметь дело с делами, свиданиями и потенциальными невестами, но работа принца никогда не заканчивается. Даже когда он притворяется, что находится в мире Йена, а не в своем собственном.

♚♚♚

Йен заканчивает работу в час, и они с Микки идут прогуляться, Йен показывает ему достопримечательности. Микки не разговорчив, но Йен болтает за двоих. Микки задается вопросом, каково это — быть похожим на Йена. Быть честным о том, кто он и чего хочет. Глупо об этом думать, потому что это абсолютно никогда не произойдет, но это остается в глубине его сознания. Тем не менее, гулять с кем-то — с Йеном — и не притворяться, даже если он притворяется о чем-то другом — это то, что Микки никогда не считал возможным. — Ты действительно не собираешься рассказать мне, чем занимаешься? — Нет. — Ты на самом деле стриптизер, не так ли? Ты должен быть, с такой-то задницей. — Ты слишком одержим моей задницей. — Это довольно удивительная задница. — Это действительно так, — Микки улыбается Йену, а Йен улыбается в ответ. Улыбка охуенно широкая и великолепная, и Микки может потеряться в том, как она освещает глаза Йена. Черт. — Ты придешь завтра на завтрак? — Не могу, — Микки засовывает руки в карманы куртки, — Есть кое-что, чем я должен заняться. — Ах. Ежемесячное собрание Ассоциации Сексуальных Стриптизеров? — АСС? — Микки смеется, — у тебя одно на уме. (1) — Верно. Пойдем ко мне и докажем это. Это дерьмовая квартира в таком же дерьмовом районе поблизости, но там есть кровать. — Хм, — Микки наклоняет голову, словно размышляя, — но я не устал. — Устанешь, когда я с тобой закончу. Микки хорошо разбирается в плохих идеях, и он знает, что все связанное с Йеном попадает под эту категорию, но у него есть две недели свиданий и вечеринок и ебучая свадьба, нависающая над его головой. Плохая идея звучит очень, очень хорошо. — Показывай дорогу. Йен не лжет ни о своем районе, ни о своей квартире. Она размером с ванную комнату Микки в доме, где они остановились, меньше, чем шкаф Мэнди. Йену приходится отодвинуть стул, чтобы откинуть кровать Мерфи (2) от стены, и простыни комкаются, когда он это делает. В голове Микки вспыхивает изображение Йена, распростертого на кровати, голого, спящего и расслабленного. Вот же блять. — Не ожидал, что у меня будет компания, — Йен хватает простыню, чтобы расправить ее, но Микки тянется, чтобы схватить его за запястье. — Все равно все будет в беспорядке, — он отпускает Йена, чтобы ухватить нижнюю часть его футболки, подталкивая ее вверх. Йен тянется за спину, хватает футболку за воротник и стаскивает с себя. Микки проводит кончиком носа по соску Йена, а потом проводит по нему языком, — ты будешь в беспорядке. Йен сбрасывает футболку и кладет ладонь на затылок Микки. Микки облизывает сосок, затем зажимает его зубами и тщательно стискивает между ними. Его пальцы находят другой сосок Йена и слегка прищипывают его.  — Боже. Микки смеется, его дыхание горячее на влажной коже. Йен вздрагивает, и Микки переходит к другому соску, заменяя руку на рот. Он наклоняется и расстегивает джинсы Йена. Йен стягивает их с бедер вместе с боксерами. Он тянется к джинсам Микки, но Микки ловит его руки, обхватывая пальцами запястья Йена: — На кровать. Йен поднимает бровь, вопрос остается невысказанным. Микки качает головой.  — На спину. Йен сбрасывает ботинки и джинсы, затем растягивается на кровати. Он откидывается назад, опираясь на локти, чтобы лучше видеть Микки. Микки стягивает с себя ботинки и джинсы, отбрасывая все в сторону. Он садится на кровать и раздвигает ноги Йена, становясь на колени между ними. Йен раздвигает ноги еще шире:  — Ты не голый. — Да что ты говоришь, умник. — Почему ты не голый? — Просто… — Микки чувствует, как румянец обжигает щеки, переползая на шею, — просто заткнись, ладно? Йен слегка хмурится, но кивает. В частной школе Микки трахал и трахали его. Он давал и получал свою долю минетов, но это никогда не было больше, чем просто секс. Облегчение. Ни один из них не сказал бы, что они геи, не подумал бы, что они геи. Включая Микки. И несколько безымянных, безликих перепихонов по пьяни были именно такими. Темные ванные комнаты и вечеринки с наркотиками — вот что знакомо Микки. У него никогда не было возможности посмотреть. Прикоснуться. Он проводит руками по ногам Йена от лодыжек до колен. Жесткие рыжие волоски царапают его ладони, и он чувствует, как взгляд Йена прожигает его насквозь. Он наклоняется и прижимается языком к впадинке на обратной стороне колена Йена. — Ох, черт, — Йен выдыхает эти слова, как богохульную молитву. Он слегка поворачивает ногу, и Микки утыкается носом в подвернувшееся место, дыша на него. Йен тихонько хмыкает, и Микки снова лижет. Он может ощутить вкус пота, его язык порхает, и он чувствует, как Йен дергается. Он поднимается по бедру Йена, впиваясь зубами в мягкую бледную плоть и посасывая ее. Это совершенно иначе — не торопиться. Обоняние, осязание и вкус — это больше, чем наслаждение. А также, это странно: чувство паники, желание поторопиться, кончить самому, сделать так, чтобы Йен кончил и уйти как можно быстрее зудит под его кожей. Но когда он отстраняется и видит россыпь веснушек, выступающих из синяка, только что высосанного им на коже Йена, ему не остается ничего другого, как следовать за ними языком, пытаясь отследить узор. Йен обхватывает Микки одной ногой за спину, зажимая его между бедер. Микки продолжает лизать, короткими движениями языка прокладывая себе путь к члену Йена. — Блять, пожалуйста. Микки облизывает промежность Йена, затем его яйца. Он посасывает свободную кожу у основания, прежде чем наклонить голову и втянуть одно из яиц Йена в рот. Он сосет сильно, перекатывая его на языке, прижимая к небу. Йен издает звук, высокий и отчаянный. Его нога напрягается, и Микки становится трудно дышать, но он не останавливается, пока Йен не начинает задыхаться. — Близко. Ебать. Микки отстраняется и кусает Йена за бедро, посасывая острый выступ кости, перенаправляя внимание Йена на другое место. Следы почти сразу же распускаются на бледной веснушчатой коже, и Микки стонет при виде этого. Он облизывает разрез бедра Йена, а затем ниже, игнорируя его член, когда язык скользит по стыку бедра. Йен мучительно стонет, и Микки отстраняется, ухмыляясь. Член Йена протекает, смазка скользит вниз по головке. Микки наклоняется и ловит падающую каплю языком, не сводя глаз с Йена. Он осторожен и не прикасается к члену Йена, когда ползет вверх по его телу, оседлав бедра и снова затягивая в рот его сосок. — Блять, — Йен грубо ворчит, хватая Микки за руки и переворачивая их. Он сильно прикусывает нижнюю губу Микки, а затем раскрытым ртом покрывает горячими поцелуями грудь и живот Микки, прежде чем снять его боксеры и взять его глубоко. Голова Микки откидывается назад, а Йен продолжает сосать. Он чувствует, как его член упирается в горло Йена, но его стон прерывается вздохом, когда Йен скользит в него двумя пальцами. Он растягивается и горит, но он все еще мокрый от того, что было раньше в переулке, так что это не больно. Это чертовски удивительно, и Микки раздвигает ноги шире, молча прося о большем. Йен издает приглушенные звуки с членом Микки во рту, и Микки вздрагивает, как будто он собирается разбиться на куски. Он хочет попросить, умолять Йена трахнуть его, но Йен продолжает замыкать его мозг при помощи третьего пальца, а затем четвертого в быстрой последовательности. Микки ставит ноги на кровать и толкается вверх в рот Йена, желая большего. Вместо этого Йен отстраняется, и Микки задыхается от потери чувствительности. Йен обхватывает рукой основание члена Микки и сжимает его, пока все тело Микки не дергается. Пальцы Йена трахают его сквозь эти ощущения, подталкивая к краю, даже когда сжатый кулак удерживает его от падения. Йен высвобождает пальцы из задницы Микки и протягивает руку, чтобы сжать его яйца. — Т-твою мать. Трахни меня. Йен тянется вверх, его тело скользит по телу Микки, когда он хватает презерватив. Он снова опускается на колени, не сводя с Микки горящего взгляда, когда надевает его. Он наклоняется, как будто собирается снова отсосать Микки, но вместо этого просовывает руки под его бедра, подталкивая его колени к плечам. Йен придвигается ближе, затем направляет одну из лодыжек Микки к своему плечу, чтобы он мог рукой направить свой член к отверстию Микки. Он толкается так, что только головка пробивает вход, а затем снова тянется под ноги Микки, скользя руками вверх и под его спину, оглаживая его ладонями, обнимая за плечи. Его пальцы впиваются в кожу Микки, и он тянет его вниз, когда сам толкается вверх. — Господи Боже, — выдыхает Микки, — черт возьми, Йен. Йен отпускает плечи Микки и хватает основание изголовья кровати, используя его как рычаг, чтобы врезаться в Микки с силой. Каждый толчок заставляет Микки непроизвольно ахнуть, и его пятки впиваются в спину Йена, а руки обхватывают его предплечья. Он не может дышать. Все, что он может сделать, это смотреть на Йена широко раскрытыми глазами. Йен не отводит взгляда, и в конце концов Микки вынужден закрыть глаза, когда трение их тел отправляет его через край. Йен стонет и сильно толкается, погружаясь в Микки, когда кончает. Микки снова задыхается, когда Йен подается вперед, пытаясь вдавиться в него еще глубже. Через несколько мгновений Йен осторожно вытаскивает, медленно отстраняясь назад, чтобы Микки мог вытянуть ноги. Микки глубоко вдыхает, его выдох срывается с дрожью. — Нихуя себе. Йен кивает, снимая презерватив, прежде чем рухнуть на кровать рядом с Микки. — Это было… — Черт возьми. — Да, — Йен поворачивает голову, — я же говорил, что ты устанешь. — Ты сделал всю тяжелую работу, — Микки вздыхает и смотрит на часы, — черт. Черт, — он вылезает из кровати, хватаясь за спинку, когда у него почти подгибаются колени, — черт. — Ты в порядке? — Йен садится, его вид немного отвлекает, — что случилось? — Я должен быть кое-где через двадцать минут. Блять, — Микки копается в их одежде, чтобы найти свою, — мне очень жаль. — Поматросил и бросил, ты такой тип, а? — Йен переворачивается на бок, подпирая голову рукой. — Ты ни хрена не смешной, — Микки садится на край кровати и стонет, чувствуя все, — занят завтра. Послезавтра? — У меня выходной. — Понял, — Микки наклоняется вперед, чтобы надеть ботинки. Йен протягивает руку и проводит пальцами по обнажившейся полоске кожи на спине Микки, где его рубашка задирается. — Все еще можем встретиться, — Йен берет ручку с прикроватной тумбочки и записывает свой номер телефона на внутренней стороне предплечья Микки, — позвони мне. — Позвоню, — Микки кивает и торопливо уходит, заставляя себя не думать о том, как было бы здорово остаться в постели с Йеном. Ему удается поймать такси, и оба его телохранителя ждут его, когда он выскакивает из машины. — Ты опоздал. — Иди ты, на пять минут. Грэг ухмыляется ему, — твоим будущим невестам не понравится, если ты будешь валять дурака. — Я осматривал достопримечательности, — он идет, высматривая своего отца, хотя тот вряд ли будет гулять по саду, — мне нужен один из вас, чтобы купить мне телефон с предоплатой. — У тебя есть телефон. — Господи Боже, — Микки оборачивается и смотрит на них, — кто здесь главный? — Хорошо, хорошо, — Грэг кивает Эвану, — я пойду. Ты заставишь Маленького принца принарядиться. Микки поднимает брови и демонстрирует средний палец. — Если ты пойдешь и потрахаешься, я надеюсь, что ты подцепишь мандавошек.

♚♚♚

(1) Ассоциация Сексуальных Стриптизеров (сокращенно — АСС) в оригинале звучит как «Association of Sexy Strippers», соответственно сокращенно — ASS. А еще «ass» — это «задница». И чуть выше по тексту Йен уже расхваливал зад Микки. Отсюда и ремарка об однобокости мышления Йена. (2) Кровать Мерфи или подъёмная кровать — кровать, которую можно повернуть в вертикальное положение, тем самым освободив пространство помещения для других целей. Как правило, подъёмную кровать можно вмонтировать в нишу помещения или в шкаф, зачастую имеет свой оригинальный корпус, куда может убираться. Состоит из откидной части, в которой матрац закреплён на кроватной сетке. В американской терминологии носит название кровать Мерфи (по имени первого производителя), или кровать у стены (wallbed). Подъёмные кровати очень популярны там, где ограниченны площади: небольшие дома, маленькие квартиры или комнаты общежитий.