Небо Лондона

Когда пришла миссис Флай, Чейз ещё спал, но звук ключа, проворачивающегося в замочной скважине, мигом пробудил его и заставил вспомнить всё: встречу с Холли и поездку в Карп, мадам и её пыточную, даже тревожный знак в чашке. И неясные ночные видения, в которых снова была красная комната и Хавьер, связанный по рукам и ногам, истекающий кровью у него на глазах. К счастью, Лань был рядом, живой и невредимый. Он всё ещё глубоко спал, но полупустой графин с водой на тумбе говорил о том, что тот просыпался под утро, когда Чейза всё-таки сморило. Нужно быть железным, чтобы обнимать спящего любовника в тепле под одеялом, слушать его спокойное дыхание и при этом не уснуть. Выбираться в прохладу спальни не хотелось, но выбора не было – экономка вполне могла заглянуть, чтобы разбудить его и раздернуть шторы. Предугадать её реакцию было довольно сложно. Поспешно натянув брюки и рубашку, Чейз на цыпочках выскочил из спальни и как мог тихо закрыл за собой дверь. Лань, кажется, и ухом не повел, а вот экономка его услышала и окликнула. – Наконец-то Вы привели домой гостью, – сказала женщина, аккуратно вынося вещи из ванной. – Столько здесь живете… – Миссис Флаинг-Джейкоб, – по такому случаю он употребил её полную фамилию. – Дайте сюда эту сумочку. Он расстегнул ее и извлек оттуда немногие вещи Ланя, чтобы убрать их в ящик для перчаток, где сиротливо лежала единственная пара – вторую кое-кто сжевал, потому что думал, будто хозяин оставил его одного навсегда, и очень скучал – и запасной ключ от квартиры. Он сунул сумку обратно в руки недоумевающей экономке. – Можете забрать, – сказал он, отказавшись от идеи запихивать эти вещи в плиту. – Но никаких вопросов. Они были совсем новые. Предприимчивая женщина могла продать и то и другое, а может даже подарить, если выдастся подходящий повод, – вещи были дорогими, не по средствам. – О чем? – опешила экономка. – Что за Золушка оставляет кавалеру туфельки вместе с сумочкой? – Вот именно об этом! – отрезал он недовольно. – Лучше идите приготовьте завтрак. На двоих. Миссис Флай переменилась в лице, но удержалась от дальнейших расспросов. Это могло быть чревато очередной угрозой увольнения. Чейз был очень близок к тому, чтобы дать ей расчет, если она продолжит перебирать сказочных героинь. Пусть только поесть приготовит, и он её выпроводит. – Ангел, – позвал он, сунув босую ногу в ботинок. – Давай, быстро и по делу. Он не хотел надолго оставлять Ланя. Нет, он нисколько не сомневался в его способности выбрать что-нибудь из одежды, открыть и закрыть дверь без ключа. Просто так ему было спокойнее. К тому времени как они вернутся, миссис Флай закончит с завтраком и уйдет по своим делам… Хавьер проснется от того, что на всю квартиру пахнет кофе и специями. Пока Ангел занимался своими собачьими делами, он неспешно размышлял, что и в каких пропорциях положит в турку. Всё равно серьезные и важные мысли Чейз передумал ещё ночью, пока охранял сон любовника, и даже пришел к некоторым выводам. К дому он повернул с ощущением, что заслужил замечательное утро после вечера в гадюшнике. Однако когда они с Ангелом вернулись, дверь спальни оказалась открыта. В первый момент чувство было такое, будто в дом кто-то вломился – почти как в тот раз, когда Лань поджидал его в темноте. Ощущение было не более чем иллюзией. Фабрикант был в ванной, экономка – всё ещё хлопотала на кухне, стараясь поразить гостя чем-то особенно вкусным. Когда он вошел, женщина отвлеклась от плиты. – Мистер Цзян, мистер Лань мне всё рассказал, – женщина улыбнулась, а у Чейза сердце упало. – Мой Джимми тоже, впав в азарт, не может остановиться. Вам нужно следить, чтобы Ваш друг больше не участвовал в таких спорах – человеку его статуса не пристало рядиться в женские вещи. Даже интересно, что этот хитрец наплел бедной женщине, чтобы заманить её в свои сети. Впору было ревновать, она не говорила с таким обожанием о собственных детях. Наверное, ещё и Чейза приплел. И судя по благосклонному настрою экономки, выставил во всей этой ситуации чуть ли не героем. – Поверить не могу: тот самый Лань - из газет! А я дала ему от ворот поворот… – продолжала та и всплеснула руками, сокрушаясь. – Такой вежливый молодой человек, и игрок. *** Первый раз Хавьер проснулся, как всегда, рано утром и первым, что он увидел, был спасительный графин с водой, и только потом светлые волосы спящего рядом мужчины. В этот момент он любил Чейза как никогда с тех пор, когда детектив его задержал. Хорошо же они отметили это событие… Он давно не напивался так, чтобы весь предшествующий вечер расплылся сплошным белесым пятном. Лучше бы таковым он и остался… Проснувшись во второй раз, Лань, конечно, всё ещё чувствовал себя не самым лучшим образом, однако куда сильнее не особо выдающегося похмелья его грызла тревога. Любовник исчез, оставив его одного. Сколько бы Лань ни успокаивал себя, это было бесполезно, пока он сам не удостоверится, что с Чейзом ничего не случилось. Накидывая его халат на плечи, он уловил неясный шум с кухни. Прислушавшись, он решил, что это – уже знакомая ему экономка. Значит, лучше вернуть халат на место и выбрать что-то более подобающее из вещей Чейза. Он уже проникал сюда без ведома любовника, но ничего не трогал, считая это недопустимым вмешательством в частную жизнь. Теперь, открывая шкаф и выдвигая ящики, он невольно чувствовал себя вором. Но в то же время мысль о том, чтобы примерить одежду, которую носил Чейз, вызывала волнение вполне определенного толка. Все эти вещи пахли своим владельцем, соприкасались с его телом и это никак не давало ему сосредоточиться. Не удержавшись, он остановил свой выбор на том самом темном костюме, в котором Чейз был двадцать третьего апреля. Хотелось бы примерить его кожаное кепи для полноты ощущений. Хотя ощущений как раз хватало. Пиджак был только вычищен сухой щеткой, его не застирывали. В нем Ланя буквально окутали запахи полицейского участка и тот особенный, трудноопределимый. Если закрыть глаза, можно было представить, что Чейз никуда и не уходил. Экономка сразу вспомнила его. В этот раз Лань представился и, даже ни словом не солгав, состряпал историю о том, как он пил со старым знакомым – хоть это и была Мелисса. И о том, как Чейз пресек этот маскарад и буквально спас его самого и его репутацию. Экономка заверила, что завтрак будет готов с минуты на минуту и к тому времени мистер Цзян, как обычно выгуливающий Ангела, непременно вернется. Лань с удовольствием поболтал бы с ней ещё немного, но это становилось опасно. Помнится, вчера он сам просил Чейза одолжить ему одежду, и только теперь понял, каким суровым испытанием это может оказаться. Пришлось весьма поспешно уединиться в ванной комнате. Он долго боролся с искушением и плескал в лицо холодной водой, но в конце концов сдался и подошел к мутноватому зеркалу на комоде. В нем отражался он сам в непривычной одежде… в одежде Чейза. То и другое доставляло несказанное удовольствие. Расстегнув верхнюю пуговицу на рубашке, как это любил делать детектив, он приспустил штаны и провел по всей длине возбужденного члена. Вот так просто. Возможность быть застигнутым за этим занятием ещё больше будоражила. Чейз скоро вернется. Какое у него будет лицо? Он попробовал представить, что продолжает прямо у Чейза на глазах. Неспешно, слишком медленно, следя, чтобы движение пальцев красиво смотрелось со стороны. Чейз бы непременно выругался, увидев, что Лань устраивает из рукоблудия шоу специально для него, за которым и сам наблюдает почти заворожено. – Сука-а, – расслышал Лань приглушенный голос детектива, донесшийся через закрытую дверь. Только интонация была не та. Хавьер и не заметил, как тот вернулся, а теперь его точно ледяной водой окатили. Возбуждение, как рукой сняло, грёза рассеялась и на него навалился страх. Что, если прямо сейчас Йен здесь? Что, если он следил за ними от самого Карпа и, дождавшись ухода экономки, проник в квартиру? Сделать это не составляло труда – замок, да и дверь, никуда не годились. – Только попробуй выкинуть какой-нибудь фокус, мелкий паршивец, – гремел Чейз, который застал налетчика на месте преступления. – Я слежу за каждым твоим движением, я знаю, что у тебя на уме… Внутренне холодея, Хавьер вышел из ванной комнаты, уже представляя любовника, вооруженного револьвером. Нельзя, чтобы Чейз справлялся со всем один. Если с ним что-то случится… Он слишком хорошо знал, насколько опасен и порой безрассуден этот человек, чтобы стоять на месте, цепенея от ужаса. Обычным людям оружие внушает уважение, если не трепет, но только не Мэйсону. Он мало рассказывал о своем прошлом. Несмотря на деньги, которые присылал отец – или некий мужчина, полагавший себя таковым, но предпочитающий оставаться анонимным, – юность Йена нельзя было назвать благополучной. Ему повезло устроиться на работу к мистеру Чаттеру, а потом… случилось всё то, о чем писали в газетах. Нет, оружия Мэйсон не боялся, как и того, кто держит его на мушке. – Я вижу, как ты хочешь сбежать, – продолжал Чейз, почему-то не спеша вязать проходимца, а играя с ним, как кот с пойманной добычей. – Но даже не мечтай, пока я на страже закона в этом городе. Нет, Чейз был на кухне… один. Хавьер даже заглянул под стол, когда не увидел никого, кому бы тот мог угрожать. Призрак Йена всё ещё маячил в воздухе, Лань слышал собственное сердце, стучащее где-то в горле. Как же ему хотелось бежать из Лондона вместе с братом, но он понимал, что нигде, даже на краю света, не будет безопасного места, пока этот человек на свободе. – И сейчас именем закона я упеку тебя прямо в чашку, – закончил Цзян, переливая кофе из джезвы. Он повернулся к столу и наконец увидел зрителя. Одного этого хватило Чейзу, чтобы впасть в краску. – И давно Вы тут стоите, Лань? – С самого начала, – объявил тот и добавил в голос игривые нотки, чтобы скрыть недавний испуг. – Вы так мило проводили… задержание опасного преступника, офицер, я не смел мешать… Он подошел вплотную, наблюдая за реакцией Чейза, который снова напустил на себя злой вид и прожигал его взглядом своих невозможных тёмных глаз. И все же Лань улавливал в них интерес. Чейз находил его привлекательным в собственном костюме. Это очевидно. – Смотрю, Вы уже чувствуете себя превосходно, – уколол Цзян и совершенно неожиданно включился в начатую игру: – Пейте кофе, мистер Лань, если Ваш рот не будет чем-то занят, мне придется задержать Вас. Прозвучало как приглашение. Как очень соблазнительное приглашение, устоять перед которым было практически невозможно. Поэтому он потерся пахом о задницу Чейза, когда тот ставил чашки на стол. Тревоги были на время позабыты, а в голове уже рисовался сценарий дальнейших событий. – По-моему ты что-то напутал, Чейз, – произнес он вкрадчиво и примерился, не укусить ли снова за шею, на этот раз сзади. – Чеснок и розмарин хороши к мясу. – Вы сначала попробуйте, – он уклонился, почувствовав готовящееся покушение, развернулся, но Лань его не выпустил, прижимая к столу. Лапая эту самую задницу, он прикинул, удастся ли усадить Чейза, не пороняв чашки за ним и не смахнув накрытые салфетками тарелки с завтраком. Потянул вверх, подталкивая сесть на стол, встал ещё ближе, вынуждая развести колени. – Какого хрена Вас тянет к долбанным столам, Лань? – возмутился вдруг Чейз и в его голосе послышались странные нотки, хотя Хавьер вовсе не собирался напоминать ему их ссору. Или всё дело было в опасно заскрипевшем столе? – Это у Вас считается хорошим ебатоном? Лань склонился ниже, уже не рискуя опереться на коварный предмет мебели, и провел языком по следу недельной давности, ещё заметному на шее детектива. А потом послушно отступил назад и, как ни в чем не бывало, расположился на одном из стульев. Чейз перевел дыхание и сел напротив. Спокойствие его длилось недолго… Лань об этом позаботился. Когда он поднёс чашку к лицу и с осторожностью пригубил ароматный напиток, Чейз ожидаемо посмотрел на него, гадая, сумел ли удивить. Убедившись, что всё внимание детектива приковано к нему, Хавьер медленно и чувственно провел кончиком языка по губам, слизывая с них горьковато-пряную капельку. – Лань!!! – застонал Чейз. Тот ответил самым невинным взглядом, на какой только был способен.