That is Really Nice / Это действительно хорошо

Только доктор Мора Айлз могла надеть то, что надела прошлой ночью, золотисто-черноё блестящее платье под золотой пиджак, и при этом выглядеть стильно. Любой другой в этом наряде, даже такого высокого качества, которые, как правило, покупала Мора, выглядел бы так, как будто звонили восьмидесятые и просили вернуть свою вечеринку для сутенеров с наркотиками. Миниатюрный главный судмедэксперт выглядела утончённо, в том числе и для выставки в галерее дочери художника, на которой они присутствовали ранее, просто более праздничная версия изысканного наряда, который она обычно носила. И только она может быть такой бодрой утром после ночи в баре, в котором неожиданно (для неё) появилась её мать и присоединилась к группе за их столом. Она себя чувствовала так хорошо, что приехала на пятнадцать минут раньше на их предрассветную пробежку и подбила Джейн пробежать две дополнительные мили, чтобы просто сжечь лишнюю энергию, которую она вначале списала на желание отработать hors d’oeuvres*, подававшиеся на выставке. К тому времени, как Джейн задыхалась и всерьез подумывала об убийстве / самоубийстве, Мора успокоилась настолько, что вспомнила захватить из машины свою сумку и принести в квартиру подруги, чтобы принять душ после неё, и они могли остаток дня делать то, что хочет Джейн. На самом деле, это был вообще единственный способ, которым Джейн удалось уговорить на пробежку: они не пойдут на лекцию о дифференциации видов у членистоногих, и при этом они не будут слушать камерный хор из BCU, и так же они не пойдут в офис, чтобы тратить свои выходные на бумажную работу, которую можно будет сделать и в понедельник. Они будут, по настойчивым заверениям Джейн, сидеть на этом диване своими счастливыми задницами, наполняя свои животы нездоровой пищей из химикатов и, может быть, яблоком, просто чтобы забить вкус всей той соли, и будут смотреть фильмы или слушать музыку или просто пялиться в пространство. Она отказалась признать даже возможность того, что у какой-либо деятельности будет самая отдаленная возможность сделать кого-либо из них образованным, подтянутым или просветленным. Также они должны были быть неряшливо одеты — Джейн настаивала на том, что «неряшливо» — слишком причудливая форма слова — и не то, чтобы они собирались прогуляться по парижской взлетно-посадочной полосе. — И никакой безумной медитации, Мора. Я серьезно. Если я выйду из этого душа и обнаружу, что ты выглядишь сконцентрированной, я принудительно скормлю тебе целый мешок «Орео» и свяжу тебя на неделю, чтобы ты не могла заниматься спортом. Мора отнеслась к этому серьезно. Однако, она пробралась на кухню, чтобы быстро съесть салат, с тем оправданием, что он приятный на вкус, и разве целью было не наслаждаться, а не уничтожать себя? Она надеялась, что Джейн простит ей этот маневр. Когда они обе, наконец, приняли душ и оделись, а Море понадобилось больше времени, потому что она вообще-то настояла на том, чтобы высушить и уложить волосы, судмедэксперт предстала перед указанным диваном в чистой одежде для отдыха в виде штанов для йоги и эластичной аквамариновой футболке. — Видишь? Я могу в этом спать, и я никогда не надену это на работу или на свидание. Я прохожу контроль? Повернувшись, чтобы посмотреть на свою подругу на кухне (где мисс Деловые штаны готовила чертов салат), Джейн сжала бутылку с водой так сильно, что она вырвалась бы из её руки, если бы это был банан, который она думала взять. Рубашка обнимала Мору во всех нужных местах, подчёркивая изгибы, которых, Джейн была почти уверена, у неё самой даже не было. Она прекрасна. Когда бутылка с водой затрещала, рука детектива рефлекторно открылась, что, конечно, позволило силе тяжести взять верх и направить воду на пол и ноги Джейн. — Дерьмо! — воскликнула Джейн, схватив полотенце для посуды и нырнув за бутылкой, прежде чем та могла закончить разливать воду по всему полу. — Да уж! Ты прекрасно выглядишь! — крикнула она Море, безмерно благодарная, что остров пока что скрывает её лицо, что дало ей время восстановить мыслительный процесс. Это было так несправедливо. — Черт возьми, Мора, это твоя вина, — проворчала Джейн, вытирая пол. Одна карамельно-коричневая бровь изящно изогнулась, словно кошка, потягивающаяся после сна. Голова Моры наклонилась. Интересно. — Извини, — автоматически извинилась фигуристая женщина, а затем спросила, — Но каким образом это моя вина? Дерьмо, подумала Джейн. Я сказала это вслух. Хотела ли она сейчас сказать Море сейчас, что последние несколько недель думала о том, что её лучшая подруга любит её? Что она задалась вопросом по поводу своих собственных чувств к указанной лучшей подруге? Нет не сегодня. — Ты такая активная, когда я устала. Бьюсь об заклад, я засну во время фильма, — Джейн кинула полотенце в грязное бельё, — Я хочу посмотреть «Принцессу Невесту». Сосредоточенно Мора размышляла, что она отметила на лице своей подруги. Ей потребовалось всего четыре секунды, и затем, удовлетворённая, она отвернулась к DVD, чтобы найти нужный фильм и вставить его. Джо Фрайдей, выгулянная и накормленная ранее, скуля и вытанцовывая маленькие круги вокруг её ног, отвлекла её от того факта, что Джейн еще не вернулась из задних комнат. — Хорошо, Джо, — пообещала женщина собаке, — Ты можешь посидеть на моих коленях, пока мы смотрим это. Впрочем, я его раньше не видела, так что ты должна быть спокойной, хорошо? К тому времени, как Джейн вернулась, Мора прошла через всё меню опций и проиграла предупреждения о пиратстве. На экране был заголовок, и всё, что нужно было сделать, это нажать на «play» и взять горстку какой-нибудь ужасно нездоровой закуски из пакетов, которые Джейн уже открыла и поставила на кофейный столик. Сразу, как её лучшая подруга села и забрала у неё пульт (Мора иногда в шутку называла его раковиной, говорящим посохом или скипетром, намекая на абсолютную власть человека, который держал его в тот момент, и почти всегда это была Джейн, даже в доме Моры), она спросила, — Я виновата в том, что ты устала, в том, что я активна, или в том, что ты сломала и уронила бутылку с водой? — Да, — ответила Джейн, вытянув ноги на журнальный столик, — Все вышеперечисленное. — Она накормила Мору двойным печеньем «Орео», сунула его в рот судмедэксперта и зажала его, потому как она, по-видимому, начала исправлять (или возражать) утверждение Джейн. Она смотрела, как Мора жует и гудит, пока сладкое и жирное совершенство не начало таять у неё на языке. — Лучше, чем пиво 18-го века, да? — Усмехнулась Джейн. — М-м-м-м-м-м, — провозгласила Мора, когда Джейн заставила её прожевать и проглотить. Только сделав это, выглядя, будто ей за себя стыдно, она повторила, — Я тебя ненавижу. Ненавижу тебя сильно. Раздался смех, и Джейн снова взяла пульт, — Неправда, — второе двойное печенье было взято, и Джейн насмешливо помахала им Море, а потом сунула в рот. — Ммммм! — заявила она и нажала кнопку воспроизведения на пульте DVD, — Я знал, что тебе понравится, так же, как твоя мама любила этот молочный коктейль. Мора не ответила, за исключением слегка недовольного шума, но они обе увлеклись «Орео», попкорном и другими безумно кошмарными продуктами, которые принесла Джейн. Это было не так ужасно, как сначала показалось Море, и фильм был не таким длинным, как другие. Пообещав не разговаривать во время фильма, Джейн сочла невозможным не разговаривать с актерами, поскольку она давно запомнила почти каждую сцену. Её переживание смерти Виззини заставило Мору рассмеяться так сильно, что Джейн пришлось сделать паузу. К концу фильма вкус сахара на самом деле испортился, поэтому Джейн не стала спорить с предложением Моры о салате. — Я даже позволю тебе выбрать следующий фильм, — добавила она, зевая. Вернувшись к полке с DVD Джейн, Мора нахмурилась над коллекцией боевиков. Ни один из них не казался подходящим для расслабленного дня дома. — О! Кинофильм о трюке, — она вытащила «Одиннадцать друзей Оушена» и подняла его на одобрение Джейн. Они откинулись на диване, на этот раз Джо, к большому удивлению Моры, запрыгнула между ними. Однако менее чем через полчаса фильма Джо спрыгнула назад и убежала, чтобы грызть мяч, а глаза Джейн начали закрываться. Сначала Джейн просто прислонилась к плечу Моры в удобной и дружеской манере, как они часто делали. Но затем её голова скользнула вниз по руке и груди женщины, приземлившись на колени, где Джейн счастливо вздохнула. — Это не может быть удобно, — вздохнула Мора, и отодвинулась, чтобы предоставить длинным ногам Джейн больше места на диване. С тихим хныканьем Джейн двигалась вместе с Морой, удерживая голову на её бедре, но перемещая свои ноги до тех пор, пока не втиснулась на диван, продолжая крепко спать. Мора улыбнулась, глядя на спящую женщину. Спящий детектив выглядела намного моложе и спокойнее. — Ты великолепна, моя подруга, — прошептала она и осторожно откинула волосы Джейн с её лица.