That is Really Nice / Это действительно хорошо

Джейн обнимала Мору до тех пор, пока её лучшая подруга не перестала плакать. Она погладила волосы Моры, когда женщина с медовыми волосами жалко всхлипнула от боли. Они сидели на кушетке, время от времени посмеиваясь над доктором, в течение часа, пока Мора, наконец, не утомилась. Именно тогда Джейн заставила её выпить стакан воды и пойти принять душ. - Спасибо, Джейн, - всхлипнула Мора, прежде чем прошаркала (прошаркала) в свою спальню. Перед тем, как включился душ, Джейн услышала удар и стук в спальне и пару гневных звуков. Осмотрев комнату, Джейн не увидела ничего кричащего «Йен», что было хорошо. Настроение, в котором она находилась, вероятно, она порвала бы его на куски. Если я увижу этого парня, я отстрелю ему орешки, подумала она, решив сорвать ярлыки своей матери со шкафов и привести кухню Моры в порядок. Ожидаемо Мора принимала душ очень долго, что позволило Джейн закончить с кухней и проанализировать свои чувства. Она ненавидела Йена всеми фибрами души. Она ненавидела его за то, что он оставил Мору и заставил её плакать, она ненавидела его за то, что он причинял ей боль, но больше всего она ненавидела его за то, что он спал с Морой. Почему он должен был прикасаться к ней и утешать её (что-то, в чем Джейн была намного лучше, спасибо), и видеть, как она улыбается ему ранним утром? Как он мог её ласкать и обнимать? Чувствовать её теплое тело рядом? Наверное, потому что он сказал да, когда она спросила. Или, что более вероятно, потому что он отважился спросить, сам. И это было, будто второй кирпич ударил её в затылок. Я ревную к Йену. Ох. Все эти размышления о том, что означало для Моры находить Джейн привлекательной, хотеть секса втроем с ней и без Джованни (что теперь, когда она думала об этом, звучало не так, как тройничок, а так, будто Мора хотела пойти в постель с Джейн), созревали медленно. Она надеялась, что это просто проходной этап, что Джейн вернется к своей легкой дружбе и так всё и оставит. Но абсолютный гнев, который она испытывала к Йену из-за его любви к Море и ухода от неё, заставил её хотеть бежать в эту заднюю спальню и целовать Мору, пока ей не станет лучше. Так становятся лесбиянками? Была ли Джейн теперь лесбиянкой? Откуда она может знать? Являлась ли она лесбиянкой для Моры? Это вообще имело значение? Она села на стул и выдохнула, её руки дрожали. - О Боже, что теперь? - Спросила она себя и, возможно, Басса, который смотрел на неё. Нервничая, Джейн начала тереть руки. Басс, со своей стороны, открыл и закрыл рот. - Ты голоден, приятель? - спросила она черепаху и залезла в его ящик в холодильнике, чтобы найти свежий салат. Когда Мора вернулась в комнату, она нашла Джейн сидящей на полу и молча кормящей Басса. Ничего не говоря, она прошла в прачечную, чтобы начать загружать простыни. - Спасибо, что заботишься и о нем тоже, - сказала она голосом, который охрип от многочисленных приступов плача, последний из которых она убрала с лица, просто поместив голову прямо под струю из душа. В то время как Джейн посмотрела вверх, женщина поменьше все ещё завязывала халат - мягкую розовую ткань с балетными лентами, которую детектив знала как смесь кашемира и шёлка и шёлковую отделку. Это было само определение комфорта, без большого количества махровой ткани; Мора однажды описала его, как будто она чувствует себя пушистой, как котёнок, или что её обнимают. Из-под скрещенных лацканов халата выглянул едва заметный кусочек мягкой белой ткани, свидетельствующий о том, что она также не забыла надеть штаны, впрочем, это было не долго. Под ними была пара пушистых носков, которые спадали на лодыжки, а не были аккуратно сложены или подтянуты: её версия небрежности. Всё, чего не хватало на этой картине элегантного плохого расставания, - это плюшевый мишка и кружка какао. Медленная, мягкая улыбка расползлась по губам Джейн, когда она посмотрела на свою подругу, - Ты выглядишь немного лучше, - заметила она, медленно поднимаясь на ноги. Джейн подошла к шкафу, где Мора хранила самое дорогое в мире какао, и достала коробку, - У тебя есть какой-нибудь бессмысленный фильм, сохранённый на DVR? Что-то глупое и безмозглое, которое не потребует от тебя особого внимания? - спросила она, начав нагревать не молоко, а сливки Моры, которые хранились в холодильнике. Глядя на бедную, милую, умницу Мору, Джейн почувствовала себя разделенной на три части. Была Джейн, которая хотела арестовать Йена (может быть, совет Интерполу завтра был бы кстати), Джейн, которая хотела схватить Мору на руки и целовать её, пока она не почувствовала себя лучше, и та, кто разумно собиралась сделать всё от неё зависящее, чтобы Мора чувствовала себя любимой. Она не нуждается в романтическом моменте прямо сейчас, указала Джейн себе. Ей просто нужно знать, что я забочусь о ней. Несмотря на её подозрительно покрасневший нос и глаза, из-за чего она выглядела так, будто у неё был как насморк, так и похмелье, Мора кивнула, направляясь прямо к дивану, забившись в угол, прижав колени к груди, когда как руки держали её собственное туловище, не совсем сжимаясь. - Документальный фильм о влиянии африканских племенных религий на практику христианства, - бездумно предложила она. Это была её мозговая конфета? Умница, действительно. - У меня также есть красивый художественный фильм на японском языке. Я думаю, что смогу заставить его отображать английские субтитры, если это будет проще. - Если это проще? Если? - И у меня есть Netflix. Размешивая какао, Джейн слегка вздохнула и надеялась, что звук затеряется в её готовке. Африка, на вкус Джейн, казалась слишком близкой к Йену. - Есть что-нибудь от Куросавы? - спросила она, надеясь хоть немного поразить Мору своими знаниями, - «Семь самураев» не слишком расслабляющий фильм, правда? Упоминание об Акире Куросаве действительно удивило Мору, и она обернулась на диване, чтобы посмотреть на Джейн широко раскрытыми глазами. Когда детектив назвала не только знаменитый «Семь самураев» и его американскую версию «Великолепная семерка», но и классического «Йоджимбо», она прищурилась. - Ты пытаешься впечатлить меня, Джейн Риццоли? - Впечатлить? Может, отвлечь, - усмехнулась Джейн, - Я бы предпочла посмотреть художественный фильм, если ты сможешь заставить работать субтитры, в противном случае тебе придется переводить для меня, - она опустила взгляд на шкафчик с ликером, но решила не делать этого. Алкоголь был депрессантом. Она проводила здесь слишком много времени. Джейн присоединилась к Море на диване с двумя кружками какао и сняла обувь, прежде чем закинуть ноги на кофейный столик. Приняв свою кружку, Мора держала её в руках, не отпивая; казалось, тепла и запаха для начала достаточно. - Я могу, но мой голос может помешать тебе оценить ритм интерпретаций актеров, - сказала она тупо, автоматически. Слишком тихо. - Если хочешь, можешь выбрать всё, что понравится, из того, что ты видишь на полке. Я на самом деле не… - она замолчала с легким вздохом, - Я должна попытаться быть более заинтересованной, не так ли? Вот так я обычно выхожу из-под Йена. Я имею в виду то, что я чувствую после его ухода. Что-то происходит, что-то, во что я вкладываюсь, и мои эмоции куда-то уходят. Может быть, я должна провести выходные в волонтерстве для P.U.K.E. Сейчас проходит сбор средств. Её намерение точно произнести каждую отдельную букву, а не использовать неудачную аббревиатуру, на самом деле не помогло; Джейн всё ещё слышала синоним регургитации.* Сморщив нос, Джейн схватила пульт видеорегистратора и просмотрела сохраненные передачи. В мой последний плохой разрыв, я думаю, я смотрела свою копию Бакнера до тех пор, пока видеомагнитофон не сломался, и съела столько Chunky Monkey*, что я собирался вернуться к тому, чтобы стать Роли Поли Риццоли* - серьёзно, Мора? Ты записала «Взгляд»?* К её чести, Мора покраснела. - У них был ученый НАСА, который говорил о мышьяковой форме жизни*, найденной в… - она остановилась, - Ты меня дразнишь. - Я пытаюсь заставить тебя улыбнуться, - призналась Джейн, немного приблизившись к Море, - Боже, все твои записи – научные, - она переключилась на Netflix и просмотрела доступные фильмы Моры, - Ага! «Маппет шоу»! - Хорошо, - согласилась Мора, хотя выражение её лица ясно указывало на то, что она понятия не имела, о чём может быть этот фильм. - Это мюзикл. Тебе понравится, - твердо сказала Джейн и нажала на «плей». Спустя 95 минут фильма, плюс около двадцати минут остановок здесь и там, чтобы разогреть какао и объяснить диалог, используя сленг или культурные отсылки, незнакомые девушке, которая провела свои детские и юношеские годы во Франции, Мора засмеялась. Не громко или с энтузиазмом, но достаточно для того, чтобы Джейн почувствовала уверенность в том, что внезапные приступы слёз закончились или, по крайней мере, были на пол пути к этому. - Лучше? - спросила она, похлопав Мору по колену, и получила кивок в ответ. - Спасибо. - На этот раз именно женщина в халате встала, чтобы отнести их кружки в раковину, чтобы помыть, и теперь могла, по крайней мере, выполнять механические действия по возобновлению жизни. - Думаю, пройдет несколько дней, прежде чем я снова почувствую себя собой, но это лучше, чем недели. Хотя, на этот раз будет сложнее. И проще. Откинув голову на спинку дивана, Джейн наблюдала за фигурой Моры, пока она мыла кружки. - Да, я вроде как понимаю, - призналась Джейн, - Ты хочешь поговорить об этом? - Правда, Джейн не хотела. Она хотела найти Йена и пару раз сбить его своей машиной. Ревность была уродливым, уродливым чувством. - Нет, - вяло ответила Мора и затем продолжила, опровергая свое собственное заявление, - Просто на этот раз он действительно ушёл. Я имею в виду, ушёл ушёл. Он не вернётся. Йен будет пополнять свои запасы в другом месте. Этим всё сказано, не так ли? Доктор без границ - или, по-видимому, без уважения к границам и законам о пересечении границы - получал бы свои медикаменты через другие каналы. Но слова о том, что он вообще не вернется, означали, что он также не вернется за Морой. Он использовал её всё время, собирая лекарства и получая готовый и надежный звонок от кого-то, кто никогда не скажет «нет». Джейн не могла ничего с этим поделать, - Боже, он просто мудак. - В ту секунду, как она это сказала, Джейн замерла и сама бы пнула себя, если бы это было возможно. - Я имею в виду, то есть я вернусь за тобой. – Джейн не была полностью уверена, что это намного лучше, и, когда лицо Моры снова сожмурилось, она пулей подскочила с дивана. – Прости, прости, я засуну себе в рот свою ногу, обе. Мы можем посмотреть другой фильм? - Джейн, - простонала Мора в плечо более высокой женщине, но не с упрёком, а с мольбой. Слезы не падали, но её глаза были прижаты настолько плотно, что на мгновение ткань рубашки Джейн зажалась между складками кожи на внешнем углу одного глаза, так же, как и крепкий захват её рук, скомкавших ткань на пояснице. Ей потребовалось много времени, чтобы вернуться к привычному контролю, чтобы отойти, словно говоря, что она могла бы справиться и сама. – Прости, - хрипло прошептала она, снова звуча так, будто кашляла уже несколько дней. - Я знаю, это не может быть легко для тебя. Не после того, как я всё это скрывала, и теперь ожидаю, что ты просто будешь здесь для меня. Я не… - Стыд пронзил её лицо, заставив вздрогнуть. - Я чувствую, что использую тебя так же, как Йен…, - она сделала паузу, не очень желая формулировать это, - Так же, как Йен использовал меня. Не позволяй мне этого делать, Джейн. Непроизвольно, часть мозга Джейн пела, О, позволь мне быть использованной, как Йен! Джейн пнула эту часть своего мозга. - Мора, ну что ты. Ты была там со мной со всей этой глупой хойтовской чушью. И когда я выстрелила в себя. Я хочу быть здесь с тобой. Она медленно отвела Мору обратно на диван, где они могли сесть и выдохнуть, чувствуя себя немного более комфортно. - Мы, ну, ты знаешь, такие партнёры. Равные. - Если бы поменялась местами в подобной ситуации, Джейн знала, что не хотела бы оказаться ни у кого в руках (платонически!), кроме Моры. Она взяла Мору за руки и постаралась быть как можно более искренней, - Ты моя лучшая подруга, Мора. Все, что ты захочешь, я получу. Сидя настолько осторожно, насколько это возможно, как будто она болеет или ушиблена и нуждается в осторожном обращении, Мора снова втянулась в себя, хотя на этот раз она сидела ближе к центру дивана, чем к углу, где она ранее свернулась, как краб-отшельник, отступивший в раковину. - Ты действительно так сделаешь, не так ли? – спросила она хотя и твёрдым тоном, в предложении содержался вопрос, - Я бы хотела, чтобы ты могла дать мне ответы. Я не понимаю, как любовь может быть односторонней, и я действительно не понимаю, как она может быть односторонней всегда. Если меня не привлекают на одну сторону, чтобы кто-то другой мог делать более важные дела, я - та, у кого просто нет ничего, чтобы дать кому-то, кому это нужно от меня. Я в стороне. Слегка пожав плечами Джейн не стала спорить насчёт первого вопроса. Или не вопроса, а чем это было. - Я не думаю, что я кто-то, кто может раздавать советы по отношениям, Мора, - простонала она, прислонившись к дивану, - Может быть, мы просто встречаемся не с теми людьми или по неправильным причинам. Посмотри на Джо Гранта? К слову об одностороннем, - Джейн вздрогнула, - Или Хорхе. – Мысленно пройдя вдоль этого поезда Джейн уловила образец. - Боже, я всегда встречаюсь с парнями, которые не считали меня мной, но ... вещью. Идеальная Джейн Риццоли, и тогда им не нравится, когда я – это я, и убегаю за плохим парнем. Рассеянность Джейн, которую ты пыталась побороть всё утро, наконец, вырвалась наружу. Мора ухватилась за «неправильную вещь», вещь, с которой она была не согласна, вещь, которая привлекла её внимание, просто слегка «выключенное». - В самом деле? Это странно. Я бы подумала, что ты, будучи тобой, была бы самой привлекательной часть в тебе, даже больше твоей внешности. Я имею в виду твою приверженность долгу и справедливости, а не только твою храбрость, потому что это обычно сопровождается волнующими, раздражающими вспышками безрассудства. Лицо Джейн мгновенно озарилось мягкой улыбкой. - Раздражающие вспышки безрассудства? В самом деле? Ты думаешь, это моя проблема? Я думаю, что я просто неподходящая девчонка для их круглых лопаточек. Может быть, слишком много раз ударяли меня лопаточкой по голове, - добавила она в качестве запоздалой мысли. Отпустив руки Моры, Джейн развернулась, вытягивая длинное тело, пытаясь устроиться с большим комфортом. Она не осознавала, насколько её напрягал весь этот беспорядок. Несмотря на все ещё расстроенные чувства, Мора тихо хихикнула, - Нет, я не думаю, что твое безрассудство - это проблема. Я думаю, проблема в том, что это просто плохая пара. Они на самом деле не... Это будет звучать ужасно, поэтому, пожалуйста, прости, как это будет выглядеть, но они не до... Они не... Боже, это действительно звучит плохо, в любом случае, я попытаюсь это выразить. Хорошо. Они не достаточно хороши для тебя. Ты нуждаешься и заслуживаешь того, кто может полностью принять, кто ты есть. Джо Грант хотел, чтобы ты была горячей девушкой. Хорхе хотел, чтобы ты была сильной девушкой. Кейси хочет, чтобы ты была доступна, когда он вернется в город, точно так же, как хочет Йен. - О, Боже, нет, это не то, что я хотела сказать! - она замолчала, переходя прямо от умиротворенного вида к несчастному, - Нет, нет, нет. Я уверена, что это совсем другое. Это совсем не так... Просто, пожалуйста, забудь, что я это сказала. Брови Джейн подпрыгнули от удивления. Если бы Мора сказала бы что-то подобное шесть месяцев назад, было бы больно. Либо она слишком привыкла к неловким фразам Моры, либо правда была слишком очевидной, чтобы её игнорировать. - Я не спала с Кейси, Мора. Я имею в виду, я как бы хотела, но я думаю, что использовала бы его, как... Я была бы Йеном. - Джейн с прискорбием потерла ладони. - Это то, что происходит, когда ты говоришь мне, что я должена заняться сексом, чтобы освободить моих эндор-кингов. Слово было «эндорфины», и Джейн знала это, но она держала лицо, как могла. - Эндорфины, - автоматически поправила Мора, - но это шаг вперед по сравнению с эндельфинами, о которых ты говорила в прошлый раз, когда мы обсуждали это. И ты, вероятно, должна, ну, знаешь, или, по крайней мере, чаще ходить со мной на йогу. Упражнения так же хороши, как и сексуальная активность, для высвобождения эндорфинов, окситоцина и некоторых других химических веществ, генерируемых мозгом, и физических процессов, которые они вызывают. Когда… Осознавая с почти тем же весельем, как обычно, уровень пустоты в глазах Джейн, когда она углублялась в науку, которой она всегда без промедления хотела поделиться, женщина прервалась со смехом, почти легким, почти её обычным звуком, - Тебя это совсем не волнует, не правда ли? - Однако она не дождалась ответа. - Это была даже не та тема, к которой я хотела обратиться. Я собиралась сказать, что ты не такая, как Йен. Я могу признать, что то, что привлекает меня к нему, - невысказанное «и к тебе», тем не менее, парило под её словами, когда карие глаза подняли краткий взгляд на лицо Джейн, чтобы найти подсказки относительно приближающегося беспокойства, - Это его приверженность тому, что он считает своим призванием. Но все остальное всегда будет для него второстепенным. Он благороден и восхитителен. Его волнует социальная несправедливость, злоупотребление властью и истекающая кровью толпа, но нуждающийся друг? Любовник? Для него это массы, которые нуждаются в нем и то, что он может сделать для большинства людей. Физические лица не имеют значения. Я не имею значения. Не в общей схеме вещей. Басс, проходя мимо дивана по одному из своих полурегулярных маршрутов, остановился, чтобы сообразить, как обойти ноги Джейн, не врезавшись в ножки журнального столика. Мора потянулась вниз, постучала по ноге Джейн и одновременно подняла и опустила кофейный столик, чтобы облегчить ему путь. - Это то, что я поняла, когда он собирал свои запасы перед тем, как уехать. Йен всегда будет приходить, если я дам ему медикаменты, и пока он здесь, он всегда захочет меня. Когда он снова уходит, я разрываюсь на части несколько дней или недель, пока не найду что-то, на что можно было бы потратить энергию и снова поправиться. У него нет этого чувства. Он просто счастлив вернуться к своей реальной жизни. Я не его настоящая жизнь. Если бы я была, он бы остался здесь со мной ... или, хотя бы раз, попросил бы меня вернуться с ним. Мудро Джейн позволила Море пробежаться по её страницам текста, прежде чем попытаться вмешаться. Удивительно спокойно, она указала, - Он просто не заботится о тебе. Следующее предложение умерло на её языке. Я забочусь о тебе, подумала Джейн, наблюдая, как Басс обходит вокруг дивана. - Я как бы понимаю, - не очень-то охотно призналась она, - Легче испытывать чувства к массам, чем к одному человеку, - она махнула рукой миру, - Будучи копом, я не думаю, что смогу делать или быть кем-то еще, кроме этого. Мама ненавидит это не потому, что в меня стреляют, а потому, что я всегда ставлю себя на чужое место, чувствую людей и заставляю их умирать. Не так депрессивно. - Но если бы я не делала этого, если бы меня не было рядом с людьми, думаю, это уже не была бы я. Боже, ты понимаешь это. Даже Джо не понял, что глупо, он же чертов коп, - Джейн сердито покачала головой, - Он лучше бюрократ, чем коп. Он никогда не чувствовал это правильно. - Но ты здесь, - тихо прервала Мора. То, что это было непохоже на Йена, осталось невысказанным. – Спасибо, - она потянулась и положила руку Джейн на колено. Ответная улыбка её итальянской подруги была легкой и согревающей сердце, - Всегда, Мора.