Мульти сделка

Pov Author

      Киллер топтался у входа в номер, шуршал, шагал, издавал самые разнообразные звуки, казалось, что он не скелет, а живой оркестр… Но на деле у Мини-босса просто обострились органы чувств из-за испуга. Он пытается прислушаться, точно ли это его бывший подчинённый, а не тот чёртов треугольник… Он заставляет себя начать разговор, заведомо взяв себя в руки и выдавив вопрос.       — Нашёл что-нибудь? — слышится слегка ломаный после никому не ведомого потрясения голос Найтмера, который прячется за своеобразной стеклянной ширмой.       Киллер косится в её сторону без каких-либо дурных намерений, но не видит ничего, кроме размытого силуэта Старшего. Если бы он не знал, что в ванной кто-то сидит, то и не нашёл бы его глазами. Из-за лопающихся малюсеньких мыльных пузыриков в эмалированном белом сосуде и преграды между ними Найт слышал слова непоседливого Убийцы приглушённо, как ему казалось, даже искажённо…       После произошедших событий он ощущал какую-то паранйю по отношению к нему. Билл уже дважды использовал Убийцу в злых целях против Найта, а с учётом недавнего события — мелькающего света, причём абсолютно не естественным образом, он снова засомневался в реальности Правой Руки и происходящего в целом… Шумно сглатывает, прежде чем продолжить выдавливать свой сжатый гортанью голосок. Сильнее сжимались только его руки на собственных коленках.       — Киллер, — скелет с подтёками у глаз хотел что-то ответить, но не смог, не успел, ведь босс его перебил. — Можешь сказать что-нибудь, что знаешь обо мне только ты?       Повисла красноречивая тишина. Убийца с трудом воздержался, чтобы не почесать свой затылок, озадачено хлопая глазницами. Застывает посреди комнаты с раскрытыми широко пустыми глазницами.       — Ничего себе, заказик, — отозвался Килл, смолкая — очевидно, ищет правильный, подходящий ответ.       Этот запрос действительно завел его, одного из Межвселеннских террористов, в ступор. А что знает только он?       — Может быть то, что ты читаешь книги в жанре «романтика», пряча их на самую верхнюю полку, чтобы никто об этом не узнал? — предполагает Киллер, усмехаясь в самой, как показалось Хранителю Негатива, противной манере в мире.       — Ты и туда залезть умудрился, гад? Как ты вообще это сделал? — не без удивления, с большой долей недовольства задаётся действительно волнующим вопросом Найт.       Из ванной слышатся всплески воды, не такие громкие, но заметные — Найт шевелится, беспокоит водную гладь, явно раздражённый ответом горе-спутника.       — Судя по тону, этот вариант не подходит, — Киллер думает ещё, прежде чем продолжить, но быстро сдаётся, не желая больше поддерживать эту странную игру. — Найтмер, я не знаю, что ты хочешь услышать.       Киллер пришел работать к Кошмару раньше остальных. Всё изведанное о нем он разболтал сначала Дасту, а потом и Хоррору, по нескольку раз, ведь в удалённой, пустой вселенной с чернющей землей и красным небом не было ничего более интересного, чем общение с напарниками на обыденные темы, либо по поводу их Начальника.       — Всё, что я о тебе знаю, вроде как, знают и Хоррор с Дастом.       — Надо же, ты действительно подошёл к этому вопросу серьёзно, — удивлённо тянет Найтмер, поворачиваясь к размытой фигуре Килла. — Так сильно привык подчиняться мне? ( арт к этому моменту: https://t.me/bobikcomic/759 )       Ответа не последовало. Кажется, Кошмар случайно задел давнего слугу за живое. Обычно, Ночь бесили последующие тупые шутки на его грубые фразы, но сейчас вызвало раздражение и даже чувство тревоги их отсутствие.       — Ты знаешь, — начал тронутый Малодушный слегка погодя. — Я могу сломать твою шею одной рукой. Может ты, наконец, станешь меньшей занозой в заднице?       Задор всё равно прослеживался в его хрипловатом голосе. Возможно потому, что Килл говорит с улыбкой девяносто девять целых и девять десятых процентов времени? Скорее всего. В любом случае, эта угроза показалась Кошмару слишком родной и даже забавной, не похожей на болтовню из уст Билла.       — Хотел бы — давно бы это сделал, — дразняще тянет Предводитель негативной группировки, заставляя себя свободно подняться — с костей моментально стекают ручьём капли воды.       Сложно не расслабиться в окружении наиболее приближённого лица за все года жизни, особенно когда тот так забавно дуется. Найтмер не смывает с себя пену — ему хватило быстро ополоснуться и распарить косточки, чёрт с ней, с небольшой примесью мыла. Раздражения точно не будет.       Да, сердце подсказывало (вероятно, ложным образом, ведь его не так давно украли), что рядом он, Киллер, глупо давящий лыбу и раздражающий своей рожей большую часть времени, но мнимая, а может и не совсем, угроза всё равно подстерегала где-то рядом и Кошмар чувствовал это каждым крохотным позвонком. Он хватает с крючка белоснежное махровое полотенце, быстро смывая с себя капли и остатки пены, не стёкшие до конца. Небрежно оставляет его на бортике наполненной ванной, случайно окуная кончик в воду и полностью игнорируя это.       — Только не заходи сюда, — буркает мелькающей фигуре за мутным стеклом Старшина — не хватало, чтобы его ещё и разоблачённым видели, его достоинство зароется глубже в землю.       — А так хотелось, — смеётся Убийца где-то в недрах соседней комнаты, а после смолкает.       Всё смолкает. Но слышно, как шумит люминесцентная лампа, как лопаются пузыри, как шумит мягкий халат, натянутый на кости, как дует слабый ветерок за окном, тихонько шелестят листья… Чёрт подери, в этом теле улучшился и слух… Все органы чувств стали лучше. И это всё так непривычно, почти дискомфортно. Полноценное зрение вообще убивает… Хочется зажмуриться и не открывать глаза долгое время.       После душа стало легче дышать. Найт почувствовал себя вдруг несколько раскрепощённым и свободным, даже при условии, что он полностью осознает неприятность происходящего — где-то с его магией ошивается враг миров вселенского масштаба, в этом здании находятся его злейший враг Дрим с чёртовым предателем Кроссом, а самое приближенное ему существо — монстр, над которым Найтмер издевался большую часть времени. Но он слишком горд, чтобы бежать и прятаться. Если скоро начнётся конец света — Кошмар встретит его лицом к лицу.       Да, такой маленький, слабый и разбитый. А смысл прятаться? Всё равно найдут, отыщут, прижмут к стенке и убьют. Билл Санс слишком высокоинтеллектуальный, хитрый и подлый противник, плюс ко всему, ещё и грешит чувством наслаждения, когда кому-то плохо. Это Найтмер пёкся о жизни живых существ, потому что напрямую зависел от их негативных чувств. Биллу же терять нечего — сотрёт в порошок и не заметит. Остается только ждать его следующего шага. Странно, что этот садист до сих пор ничего не предпринимает… Нет, он уже делает этот шаг, медлит, чтобы насладиться страхом слоняющихся бесцельно глупых созданий, неведущих о том, в чьи руки сейчас попали. Как Найт может дать отпор? Да никак! В чём смысл пытаться, когда судьба уже предрешена? Остается лишь… отрываться по полной на смертном одре.       Шаг за шагом старший подбирается к дверце — выходу из ванной, высовываясь из-за стеклянной ширмы, будто бы робко и испуганно, ничем не отличаясь от кролика с подрагивающим носиком, выглядывающего из норки. По крайней мере, так казалось Киллеру.       — Ты реально надел самый маленький размер халата из имеющихся, — он усмехается, громко и надменно, вызывая у Найта желание треснуть ему меж глаз.       — А у тебя реально хватило мозгов найти мне одежду? — спрашивает Кошмар, оглядывая кулёчек в руках Киллера, а после делает вывод, что это его, Подчинённого, собственные вещи. — О, нет, скажи, что ты ограбил кого-то, а не притащил мне свои манатки.       Чёрная водолазка, великоватая для тела Хранителя Негатива даже с учётом того, что она растягивается на чужом теле, очевидно, принадлежала убийце. И последний расплывается в широченной ухмылке, высматривая на лице собеседника… что-то. Казалось, что чёрные глаза пронзают Старшего насквозь — Найт затылком чувствовал этот выразительный взгляд.       — Что? Не нравится? Тогда ходи в беленьком халате, — ехидно тянет Правая Рука Кошмара всея Мультивёрса, швыряя небрежно чёрный элемент одежды на кровать, а за ним и какие-то брюки.       Найтмер недовольно вздыхает, приземляясь в неком негодовании на перину, принимая подношение, ведь, как известно, дарёному коню в зубы не смотрят.       — Она в грязи, пыли и ещё каком-то дерьме… — не упускает шанса понедовольствовать этот неблагодарный — как будто бы негатив у него и не забирали вовсе. Вредина, одним словом! — И она рваная на спине… А, я понял, ты мне мстишь, — абсолютно уверенной интонацией заявляет Мистер Негатив, вертя водолазку в руках, ведь действительно, он её Киллеру и порвал самым жестоким образом. — Отыгрываешься на мне…       Убийца усаживается рядом в опасной близости, пожимая плечами, словно происходящее — абсолютная норма. А что? Не порви эту штукенцию Найтмер, она была бы целой.       — Я не собираюсь рисковать своей шкурой ради того, чтобы найти тебе шмотки. Если я сворую что-нибудь из магазина, меня повяжут, сам этим занимайся, или довольствуйся тем, что есть. И вообще, знал бы ты, как у меня всё болит… Билл, ублюдок, пообещал залечить меня, но…       И тут он смолк, потому что знал, как сильно Найт избегал жалобы своих подчинённых и насколько ему, боссу, насрать на самочувствие Килла. Ходить может — и хорошо. Как бы сильно жизнь их не мотала, как сильно их не ранили, помощи от босса они не получали. Ни физической, ни моральной. Медикаменты — ладно. Перевязочный материал — сколько угодно. Но помощь? Ну уж нет. И парни зализывали раны в Дримтейле, иногда выливая нытьё друг другу, хоть и не привыкли в большинстве своём разделять с кем-то свою боль. Просто они, Сансы, такие похожие — Плохие Парни стали достаточно сплочённой командой даже для Злодеев. Килл начал болтовню по глупой привычке.       Тем не менее, Найт заинтересовался и общим состоянием своего мальчика на побегушках, в конце концов, сейчас Килл является его защитником и чуть ли не посредником — нужно убедиться в его целости для собственной выгоды… Такое оправдание он дал своему любопытству. А так же он понимал, что Билл просто так ничего не обещает. Что Килл дал ему за «лечение»?       — Что «но», он сказал, что исцелил тебя… Я сам видел, что… — но слова осекаются на пол пути — Негатив видит потрепанный вид Килла, его колотые раны на руке…       — Э, да, я сам видел, как он избавил меня от ран, даже вещи мне залатал, но… Как видишь. Не знаю, что произошло, не могло же это мне присниться… — он хмурится, не переставая улыбаться, стараясь убедить самого себя в сохранности рассудка.       — Киллер, он демон разума, он играется с твоими мыслями и визуалом. Совсем не удивительно, если ты видел что-то вроде галлюцинации, — глаза босса закатываются по приобретённой довольно-таки давно привычке.       Так реагирует, будто бы это общеизвестный факт и каждый в мультивселенной обязан знать это. Килл переводит невидимый чужому взору взгляд на Найта, высматривая в нём нечто важное, возможно, ответ на интересующий вопрос, который выдал секундой после:       — Ты так хорошо его знаешь. Знаком с ним?       Хранитель поднимается, почти срывается с места, словно обжигаясь об этот едкий и терпкий вопросец, неприятный и скользкий… Найт даже не ожидал, что мысль о знакомстве с этим неприятным парнем вызовет у него такую бурную реакцию. Стыдоба! И он когда-то называл себя Повелителем Вселенных? Нет, это жалкое положение совершенно безотрадное и угнетающее. Нужно срочно избавляться от него.       Довольно смешанные чувства поражали его тело каждую последующую секунду, и чувство ненависти, желание отмщения, стыдливость, и ещё нечто болезненно мерзкое… Как вы можете догадаться, места позитиву там не находилось. Его выталкивало буйство из беспросветного негатива.       Самое ужасное чувство, перекрывающее остальные, пожалуй, было беспомощность. Да, полный чувства несправедливости и желания исправить всё, он, вольная птица, взлетал в небо… Но так же внезапно Кошмар осознавал, что сейчас у него нет ничего, кроме слепой ненависти и обиды, падая обратно на землю, повязнув в унынии, как в грязи… У него нет сил и возможности одолеть противника, нет магии, нет его оружия — щупалец, заветного статуса и величия, даже нормальной одежды.       И кстати о ней.       Он снова косится на водолазку, рваную на спине, морщится брезгливо, хватает её и безжалостно швыряет в мусор.       — Пошёл ты, Киллер. Ты мог бы взять мне вещи из другой вселенной, но решил, что тыкнуть мне в лицо тем, какой я говнюк лучшее решение. Спасибо, мудила. Я не буду переодеваться, мне всё равно некуда идти, — буркает сгусток из остатков прошлого могущества, упав на диван, в ручке которого, кстати, находилась выпивка.       Он вытягивает потайной стеллажик крохотных размеров с несколькими бутылочками крепкого на разный вкус и цвет, вытаскивая себе первую попавшуюся. Да, их было не много, но в каждой находилась концентрация высокоградусного алкоголя. Одной рюмки хватило бы, чтобы опьянеть к чёртовой матери.       — О, ты собираешься остаться в отеле, который оплатили на одну ночь? Хорошая идея, но тебя долго здесь не задержат, — Килл почти смеется, понимая, что ему без проблем удаётся втаптывать босса глубже в сыпучие пески. Да, кто теперь жалкий?       Может быть, именно саркастичный гадёныш, активно пытающийся открутить ебучую крышку коньяка, пребывал в ужасном настроении, но Киллу в большей мере было невероятно весело. Он улыбался, глядя на своего босса, непривычно маленького, ничтожно старающегося показать, что его величество ещё здесь, причем не где-то глубоко внутри, а вот здесь, перед глазами, на каждом видном участке кости…       И это правда забавляло.       Найтмер отмалчивается, делая вид, что целиком и полностью занят, безустанно стараясь открутить блядскую крышку. Сдерживает пыхтение, хмурится, раздражается, как пятилетний ребенок, без успеха выпрашивающий игрушку… Убийца наблюдает за этим с замиранием сердца, отчасти даже болея за это смешное существо. Отрывается от мягкого, высокого матраса, принимая в свои руки бутыль дорогостоящего алкоголя под недовольный вздох своего Предводителя.       — Мне не нужна твоя помощь, — заключает Найт, закатывая глаза и складывая руки на груди, наблюдая за тем, как унизительно просто его подчинённый открывает бутылку даже израненными руками.       — Отлично, потому что я наливаю напиток себе, — парнишка мерзко растягивается в привычной улыбке, сияющей, смазливой и такой прекрасной, вытаскивая так же две рюмки и наполняя их доверху с сопутствующим приятным звуком — плесканием жидкости. — Жаль, что без льда… Ну-ка, — он подбирается к мини-бару, точнее, морозилке удивительно маленьких размеров, вытаскивая сосуд с красивым, гранённым льдом. — Бинго!       Сияющие, как алмазы, льдинки, вдруг оказались в рюмках среднего размера.       Найт не знал, как относиться к этому прыгающему настроению его спутника. Было совсем не понятно, друг он ему или враг… Можно ли ему доверять? Эти эмоциональные качели сводили с ума. Поэтому мужчина лишь сохраняет гордое спокойствие, безучастность, и такое чувство, будто Килл сделал что-то должное. Найтмер обозначил, что Санс из вселенной под красноречивым названием «Something new…» обязан ему всем. Это не услуга, это его работа. Нет, Найтмер давно отпустил Киллера, но раз этого придурка с мазохистскими наклонностями прикалывает, когда к нему относятся, как к дерьму, почему Найту вдруг необходимо перестать помыкать им? Привык работать на Найтмера, привык угождать ему, привык ползать в его ногах? Что ж, получай, давись этим положением, сладкий Паршивец.       Более того, положение Найта не исправно, и лучше иметь на своей стороне хотя бы кого-то, даже если этот кто-то — Киллер, наглый, придурошный и неугомонный идиот…       Найтмер гордо обхватывает рюмку тонкими пальчиками, вглядываясь пристально в напиток. Килл наливал коньяк у него на глазах, поэтому Найт был почти уверен, что яда в алкоголе нет. Но кто знает, что Килл мог сделать, пока Кошмар был в отключке. Но, опять же, терять ему уже нечего.       Первый глоток отозвался ничем, кроме горечи и не очень приятного вкуса. Терпкое, колючее ощущение расползлось по гортани, но это специфическое ощущение даже нравилось Павшему Богу. Впечатления от нового… Какие они конкретно? Теплые. Репрезентативный алкоголь разбежался жаром по организму. Он явно созданный руками монстров — ощутима магическая эссенция, нет, она не имеет определённого вкуса — напиток сразу превращался в энергию, как и положено пище обывателей Подземелья, потому что полон магии. Начинают гореть щеки и грудь, разум вкушает дурман, прекрасный и ядовитый, как ему и положено. Через каких-то пять минут, пролетевших невероятно быстро, участилось дыхание.       В комнату из недр отеля доносились музыкальные, спокойные мелодии. Вечерний плейлист от Меттатона. Он желает спокойной ночи, романтики и любви…       — Глупый робот без чувств и разума, откуда у него так много пошлости в музыкальных произведениях? — неопознанная, даже неправильная сонливость от обычно бодрящей еды покоряет организм, что уж говорить о неоправданном смущении.       Найтмер будто бы желает встать после своей язвительной фразочки, вроде как, желая заставить громкоговорители заткнуться, но даже не шелохнулся, напротив, расслабляясь на обивке дивана. Кладёт аккуратно черепушку на спинку дивана, вздыхая. Его халат держался лишь на поясе и честном слове — очень неважно. Его ключица и часть ребёр светилась ярче ламп.       — Что такое? Хорошая атмосфера, тебе не нравится? О, ладно, ради тебя, босс, — Килл отрывается от дивана очень внезапно, рьяно, очевидно, тоже опьяневший, но как-то по своему. Более весело, что ли.       Скелет подходит к плазменному телевизору, хватая с журнального столика пульт и быстро тыкая на кнопку включения. Секундой позднее раздаётся иная музыка, меняющая настроение и общий дух в округе. Тоже песня от всемирно известного Любимчика человечества, чьи произведения слышны даже на краю света. И что они в нём нашли?       — О, нет, выключи это, — говорит без какого-либо расположения Мистер Негатив, складывая ладонь на своём лице.       Килл полностью игнорирует Кошмара, всё же, он теперь не главный и не может наказать за непослушание. Тыкает в слепую на какой-то выключатель на стене, меняя освещение в комнате одним нажатием. Подача певца, может быть, и была похвальна. Но даже в этой песне прослеживалась пикантная нотка, что совершенно не устраивало и не влекло Хранителя, напротив напрягало, в то время, как младший просто разрывался в своей не понятно откуда явившейся радости.       — Ну что за ребячество, — рыкает Найтмер, желая забрать у этого Негодяя пульт от телевизора, но не знает, как это сделать, разочарованно хватаясь за бутылку, дабы обеспечить себя ещё одной порцией напитка.       Не расщедривается на наполнение стакана, отпивая примо из горла — чуть не давится, когда Убийца начинает подпевать и пританцовывать. Что это, эмоциональная разгрузка?       — Ох, Киллер, что ты делаешь, — словно родитель ребёнка доканывает, честное словно… Хотя, отчасти, всё наоборот, именно «родитель» сейчас страдает. — Это танец или конвульсии? Прекрати.       Серьёзность в голосе вдруг исчезает, когда молодец вдруг танцует более раскрепощённо и начинает более яро завывать знакомые песни. И чего он добивается? Сложно сказать, ведь здравый разум давно замылился из-за выпивки. Кошмара пробивает на улыбку, неожиданную для самого себя. Какая же глупость происходит в этой комнате, скрытой ото всех. В этом номере, в этом отеле, здесь и сейчас только они и только они. Скулы начинают болеть от этой непривычной ухмылки уже через какие-то жалкие десять секунд.       — Присоединяйся, чего ты? — внезапно песня прерывается, до слуха Найта доносится отрадное приглашение.       — Откажусь, это унизительно, — Кошмар не отводит смущённый взгляд, пронзает на удивление изящные шаги и движения своего горе-слуги, будто наслаждаясь происходящим. — Я нанимал убийцу, а не шута, перестань позорить моё имя.       — Знаешь, глядя на твоё младенческое личико, я и забыл, какой ты на деле старый, — не без издевки заявляет Наглец, рассекая собой комнату.       Кошмар позволяет себе проигнорировать услышанное, снова отпивая из горла. Горечь уже давно слабо ощущалась, либо органы чувств притупились из-за алкоголя, либо он успел адаптироваться к нему. Пустая голова, отсутствие негатива благодаря выпивке были многообещающими. Приятно, наконец, ощутить себя… свободным, что ли? Не чувствовать тяжесть огромной силы, не прогибаться от фонящих аур миллиардов существ, не чувствовать боль и жажду мести — забыться… Теперь Найт вдруг понял, почему смертные так любят алкоголь, готовы променять на него свои семьи, карьеру, мечты… Ради банального отдыха. Да, это путь слабых. А Найтмер сейчас сильный?       Беззащитный, сломанный и охмелённый, смотрит на то, как бесстыдно кружится вокруг своей оси его глупый подчинённый, попутно смеясь — глупый Киллер. Удивительно, но почему-то привлекательно. То есть, эстетически приятно и вовсе не глупо. То есть, да, по идиотски, но… Как-то знакомо и вовсе не странно. Раньше он, Убийца, раскошеливался только на драки, именно в пылу битвы позволял себе много двигаться, разрезал собой арену, носился по полю битвы безустанно и очень похвально действовал, а сейчас крутится без задних мыслей перед Найтом в каком-то танце. Потому что доверяет ему, потому что не боится больше, потому что ему приятно утирать нос старшему, показывать, что, наконец, освободился от Кошмарного влияния, потому что пьян по самое не хочу, ведь одной рюмкой и у него явно не обошлось.       Найт наблюдал за ним почти не отводя взгляд, песни менялись, а с ними и мотив, атмосфера, движения… И старший, слава Великому Тоби Фоксу, вдруг втянулся. Духовно, конечно. Присоединяться в этот танец он не собирался. Ему нравилось чувствовать ритм, прекрасно вписывающиеся в бит телодвижения, удивительно изящные для этого увольня… Нравилось, что сейчас напротив его лиловых глаз, наконец, видно что-то кроме молчаливого, убитого взгляда из-под лобья и печального, испуганного лица.       В какой-то момент, Киллер, замученный происходящим, свалился на кровать, действительно раскрепощённо, словно рядом не его бывший, деспотичный и злой босс, а давний друг.       Найт почти ценил попытку Килла взбодрить его. Тянулся в еле-еле заметной улыбке, тяжко дышал из-за выпивки, наблюдал за отходящим от задора утомившимся Убийцей, с наслаждением подмечая, что его компания не настолько уж и ужасна. Его махровый, белый халат забавно сминается, когда он поднимается, чтобы взглянуть на Килла пристально, вдруг забыв о личных границах и таинственном извечном недовольстве.       Правая Рука Кошмара лишь слегка встрепенулся, повернув на него не особо торопливо голову. Его грудь вздымалась и опускалась. Скелет тоже раскраснелся, приподнимаясь на локтях из какой-то вежливости, всё ещё не теряя радостного выражения лица, граничащего с какой-то язвительностью и интересом одновременно.       Старший не имел понятия, почему пялится на Килла так откровенно и прямо, не скрыто. Очевидно, алкоголь сделал всё как нужно — после этого вечера парням придётся стать дружнее. Килл, в свою очередь, не мог найти причину, почему Найт на него так смотрит, но абсолютно не ощущал неловкости. Ему всё ещё было весело. И он смеётся, сквозь смешки выдавливая краткое:       — Что? — смутился, сам не понял, почему, прекратил свой смех…       За окном тяжёлая ночь. Скрытая от глаз угроза нависала над головами… И Кошмар вдруг понял, что хочет успеть всё, от чего так долго отрекался из-за статуса, отношения к нему со стороны существ… А сейчас, в состоянии отрешённости от реальности из-за градуса внутри, он утерял способность бояться и чего-нибудь стыдиться. С серьёзным выражением лица и горящими азартом глазами, он вдруг заявляет некоторую глупость.       — Пойдёшь со мной прогуляться?

***

      А Киллер… Что Киллер? Каждый приказ босса впивался в надкостницу, проникал под неё, теплился где-то там глубоко внутри. Он привык слушаться, привык следовать правилам, написанным Найтмером, как священной мантре. Да, это был в большей мере не приказ, а вопрос, предложение. И это было совершенно не свойственно его боссу. Просьба? Приглашение? От Найта? Вау!       Он почти не обдумывая соглашается на внезапную авантюру. Прогулка с Кошмаром под руку?       — Какая честь, — смеется Килл, почему-то, не имея сил воспринимать происходящее в серьёз.       Ими движет алкоголь, а также глубокое отчаяние. А что? Они всё равно скоро умрут. Грехи уже отпущены, обиды стёрты, плохие воспоминания не играют более никакой роли. У Килла не хватало сил и желания вспоминать каждую несправедливость, которых в отношениях с Найтмером было довольно-таки много.       Он попал в сети этих отношений, даже не думая о том, что теперь свободен и может в любой момент уйти — никто не остановит его, не поймает, не накажет после отплытия. Он хотел уйти с Коллором когда-то давно, но прогнал его под страхом разгневать своего предводителя и причинить тем самым боль дорогому другу. Его вселенная пуста, сброс он делать не собирался — смысл? Как смотреть брату и друзьям из его вселенной в глаза после содеянного? К кому прибиться, с кем разделить свой путь? Никто в голову не лезет. Даже его питомцы были злостно раздавлены всё тем же Найтмером.       Но уйти… Некуда. Между абьюзивными отношениями и глухим ничем выбирать долго не приходилось. Киллер привык терпеть негатив, привык к тяжёлой ауре босса, привык питаться болью и страданиями. Да что уж там, он почти верил, что теперь Найт другой. Он потерял свою силу, потерял мощь, величие, а вместе с тем свою чёрствость и корысть. Верил, что теперь спутник целиком и полностью зависел от сопровождающего его слуги. И надеялся, что теперь всё изменится. А что? Прямо сейчас он выпивает в его компании, сидят рука об руку, в него не летят тяжелые предметы и почти не оседают оскорбления на макушке. Всё хорошо. Правда? Хорошо ведь.       И почему он должен отказываться от столь лестного предложения? Всяко лучше, чем в одиночестве тухнуть в комнате, да и вообще, его старик даже ванную с трудом наполнил водой без помощи. Вдруг он не догадается, как открыть входную дверь? Нельзя пускать его одного. Так ещё и пьяного и такого дряхлого.       Сколько бы оправданий он себе не надумал вместо того, чтобы просто признать своё желание держаться вместе с Найтом, итог остаётся один: эти двое уже выходят из своего номера. Абсолютный моветон, конечно, что один из скелетов идёт по общему коридору в отельных халате и тапочках, но, честно говоря, всем глубоко насрать.       И вообще, темень на дворе, все спят. По крайней мере, большая часть присутствующих.       — И куда мы? — не скрывая свою увлечённость происходящим задаётся вопросом младший, стараясь угнаться за внезапно бодрым Хранителем Негатива.       Огибает коридоры, игнорируя выжигающие глаза лампы-прожекторы, направленные на них с каждого края отеля. А за кем ещё следить этим ярким, цветастым глазам? Да, они были приглушёнными в честь ночного времени суток, но легче от этого, поверьте, не становилось, особенно на контрасте темной комнаты и этих уменьшенных солнц в каждом углу. Шагает ускоряясь вместе с даже не взглянувшим на перила, перескакивающим через лестницу на нижний этаж боссом.       — Эй! — смех безжалостно настигает Килла.       Его окружение кружится перед глазами, к горлу будто подбирается тошнота. Кажется, вот-вот, и он свалится от утомления, но нет, происходящее только сильнее разожгло пыл неугомонного парня.       Вы и представить не можете, насколько Найт был доволен чужим согласием сопровождать его этим вечером. Конечно, Килл мог просто отказаться, и Страж Отрицательных Эмоций не смог бы предпринять абсолютно НИЧЕГО, чтобы заставить своего бывшего слугу последовать за собой. Но тот следует. Удивительно, но Найта внезапно начало пугать одиночество. Точнее, возможность, где ему придётся снова лишиться присутствия кого бы то ни было… Или конкретно Киллера.       — Ну, скажи, — запыхался из-за головокружения и движения младшенький, игриво упрашивая своего внезапного партнёра по прогулке.       Вместо того, чтобы честно сказать «я не знаю», Найтмер улыбается, активный в ночное время суток и в окружении своего Неофита, следует своему неясному и неоправданному желанию… Идти. Пройтись в его компании, позаниматься чем-нибудь, узнать ещё что-нибудь новое. Как ему, гордому существу, сказать, что действительно просто хочет прогуляться? Следует своему слепому желанию, не оглядываясь на запыхавшегося Килла.       Ступенька за ступенькой, и вот они уже на первом этаже. Всё вокруг слилось в ненужную, неразличимую мерцающую массу. Люди спали, на первом этаже лишь охранники, косящиеся на неподобающий вид одного из гостей этого отеля — низкорослого скелета в чёртовом халате и отельных тапочках. Монстры в частности ходят вообще без одежды, Фроггиты, Плакселоты и Минижеллы передвигаются в чём мать родила, последние вообще ещё и сексуально покачиваться умудряются на всеобщее обозрение, поэтому грех донимать пьяных мирно прогуливающихся по отелю монстров. Не дебоширят и ладно.       Килл словно загипнотизированный поддался задору своего предводителя. Он в хорошем настроении, значит всё хорошо. Конечно, это не так, но будучи глубоко не трезвым, поддаваясь въевшемуся в разум желанию избавиться от грёбанного огромного уровня кортизола, Убийца желает что-нибудь сделать такое «этакое», дабы получить эмоциональную разрядку.       Рабочий персонал убирает комнаты до приезда новых клиентов, посещение этого места у которых является чуть ли не сопровождающим каждый прием пищи обрядом. Отель с лицом кумира — да! Поэтому полного отсутствия народа в этом месте заполучить не удалось бы и не удастся. Если только не закрыть двери и не обчистить всё это чёртово здание. Но это слишком энергозатратно и чрезмерно бесполезно прямо сейчас. Негативными эмоциями питается не Найт, а, вероятно, Билл.       — Если у нас нет плана, давай сходим в бассейн? Я видел его из окна, он огромный, — предлагает Килл, выжидающе пытаясь получить положительный ответ.       Босс почти лениво, то есть, замедленно переводит взгляд на Килла, обдумывая предложение.       — Я уверен, что за сегодня там поплавало дохуя людей и монстров, мне мерзко. Да и вряд ли они ушли, — отрицательно машет головой миниатюрный скелетик.       Киллер обдумывает полученную информацию, усмехается не громко, выдавая следующее, позволив себе наглость наклониться к самому ушку своего Лорда:       — Мы можем стащить ключи от номера на самом высоком этаже, там тоже есть бассейны… — зазывающе шепчет проказник, не стирая с лица свою хорошенькую улыбку.       Найт вспыхивает и без того румяный из-за алкоголя, старается совладать с эмоциями даже в этом состоянии, прислушиваясь к красивому басу подчинённого с замирающим дыханием. Точно-точно, будь у него сердце — сто процентов участило бы биение. Ужасающая близость, с какого-то чёрта, совсем не отталкивала, а влекла. Они шушукаются как близкие напарники, Килл совсем не боится босса, забыл о субординации и уважении, начал давать прямые предложения, не переживая об отказе. Отказать-то ему совсем не могут.       Тем не менее, Найт, как бы приятно ему не было болтать в этом положении, чувствует неловкость. С ним ещё никто и никогда так себя не вёл. Он чувствовал, что происходит что-то неправильное, не позволительное, но тонул в наслаждении, вкушая сладкий запретный плод.       — Сдалась тебе эта лужа, — тянет снисходительно, почти насмешливо старший, двигаясь напрямую к ресепшену.       Килл удивленно вскидывает брови, и почти отходит на шаг назад от неожиданности. Что этот Найтмер задумал? Неужели он настолько отрезан от общества, что не знает, как должно проходить воровство? В тихую, так, чтобы этого никто не видел! А ты, Начальник, что делаешь? Хочет напрямую, под камерами и чужими взглядами утянуть их прямо из-под стола?       Прислуга Кошмара срывается с места вслед за своим Предводителем, пытаясь остановить того, но босс не позволяет себя трогать, вырывая свою руку из внезапной хватки младшенького. Сначала горячий, а потом и холодный пот берёт Килла. Он не знает, что делать, чтобы остановить происходящее. Судорожно думает, как прервать эту сущую глупость. Собирается объявить всем в зале, что его друг пьян, схватить его в охапку и утащить обратно в номер, пока вся охрана не окружила их и не увезла в участок.       И Найт, внезапно, говорит что-то пареньку на стойке администратора:       — Дайте мне ключ от номера с бассейном на балконе.

***

      — О-ху-еть, — взволнованно восклицает протяжно Киллер, осматривая обалденно огромное помещение, больше их собственного номера, ну и, очевидно, дороже в несколько раз.       Он и забыл, что всё время пребывания в команде Найтмера именно вышеупомянутый оплачивал им все необходимые аспекты их существования. И магической валюты у мужчины, терроризирующего вселенные несколько сотен лет, накопилось много.       Цветовая гамма всё ещё фиолетово-розовая, но стен в этом помещении стало больше. Только, хах, плевать на эти стены, взгляд приковывала любопытная, большая дверь, ведущая на террасу под открытым небом.       Давно забыв о боли, Килл вылетает на гигантский балкон, не боясь поскользнуться на, возможно, мокром кафеле, пока Найт ищет ещё один мини бар по округе. Должен же быть где-то здесь. И нашёл. Только не мини. Внушающих размеров холодильник, полка с множеством бокалов и барная стойка явно намекали на несколько бутылочек крепкого в этом месте.       — Ещё? Да ладно, — удивляется Прислужник, но быстро переключается. — Давай я сделаю тебе коктейль? Он не будет горьким, напротив…       — Не можешь прожить и минуты без того, чтобы угождать мне? — растягивается в хитром оскале босс, но в этот раз Убийца не обижается, уже забегая за барную стойку.       — Предлагаю перейти к классике — мохито!..       Найтмер заинтересованно улыбается, расслабляясь. Он позабыл о том, что ему могут нанести вред. Потому что прошло уже два полных дня, а он до сих пор жив. Более того, за ним активно ухаживают.       Он подстраивается под очередную новообразованную игру, почти ролевую, в которой является посетителем в баре, усаживаясь за стойку и с неким упоением наблюдая за действиями своего, почему-то, совсем не бывшего слуги.       В руках Работника уже материализовывается его излюбленный нож с хорошо наточенным лезвием. Он обходительно протирает влажной салфеткой, предоставленной отелем, сияющее при свете ночных фонарей на улице и цветной подсветки, усыпанной в этой комнате, прежде чем нарезать красивыми слайсами лайм. Мяту он очень-очень быстро, изящно поднимая и опуская руку, измельчил на маленькие кусочки, забрасывая все нарезанные продукты в стакан. Заливает на треть какую-то прозрачную газировку с присущей ей еле заметной горчинкой, доливает на две трети ром, в априори сладкий алкоголь не без терпкости, и…       — Но чтобы не так скучно, пусть напиток будет виноградный, — …и ягодный сироп, быстро размешивая всё длинной ложкой. Да, каждый из напитков, которыми воспользовался Килл, были приобретены из холодильника, но, не смотря на их прохладу, всё равно добавил льда. — Вуаля! Приятного.       Всё ещё не вырвиглазная подсветка в номере почти на каждом предмете мебели, успокаивающая и манящая, присутствовала и в сосуде на балконе, встроенном ниже уровня пола. Найтмер принял коктейль, делая небольшой глоток. В обычное время, он бы сказал, что напиток чересчур приторный, атмосфера слишком нежная и пикантная, а улыбка его сопровождающего слишком уж наполнена удовольствием. Но не в этом состоянии.       Всё это здесь и сейчас было странным и непривычным, а потому, пожалуй, и притягивало. Причём, обоих. Найтмеру удивительно ощутить что-то новое, необычное и вовсе не плохое, такое нормальное, для его-то обыденности. Килл, пожалуй, был рад освободиться из оков деспота-начальника, наконец, отдохнуть от жестокости, боли, страданий… Происходящее — что-то сродни отпуску. Килл чувствовал, что не угомонится, если не возьмёт от этого дня всё. Ему хотелось оторваться, избавиться от осадка. Как, оказывается, хорошо, что его предводителя свергли, на миг подумалось Убийце, но он не успел толком разжевать эту мысль, не ухватился за неё, отвлёкшись на красиво переливающуюся чуть ли не перламутром воду в слабом освещении.       — Пойдём искупаемся! — зазывает младший, стягивая с себя белую футболку, услужливо одолженную Хоррором не так давно.       Кошмар не поспевает за столь открытой активностью подчинённого.       — Нет, я мылся буквально пол часа назад, — усмехается неожиданно даже для самого себя, не то, что для бедного, искалеченного судьбой слуги тот, но подбирается ближе, усаживаясь на краю мраморного берега, опуская ноги в воду.       Найту очень понравилось состояние, в котором можно забыть все невзгоды, честное слово. Кошмар ощущал полное блаженство без намека на тоску, стыд или страх… Погрузился в полное согласие с собой, вкусил сладкую эйфорию здесь и сейчас, отдыхая один на один с собой… А Киллер… Что Киллер? Находится рядом, как предмет обихода. Потому что привык быть рядом. Должен быть рядом. Идти всё равно некуда.       Либо, потому что ему хотелось быть здесь и сейчас. Кто же знает. Он просто ощущал, что ему хорошо, вот и всё.       Кошмар оглянул открытые косточки Киллера, идеальные, симметричные, как в книжках по анатомии, изученных Королём Негатива вдоль и поперёк. Снова откуда-то появилось приятное наслаждение из-за навитых воспоминаний, сладкого напитка в руках, сделанного верным слугой, и обнятых прохладной водой ног. Почему-то, и неловкость ушла на второй план. Осталось только… что-то лёгкое внутри.       Даже когда гадёныш прыгнул в воду бомбочкой с глупым криком, окатив брызгами старшего, тот ничуть не расстроился, хоть и выдал какое-то недовольство ради приличия краткое «блять, Киллер!». В ответ получил ничего, кроме широкой, гаденькой улыбки.       Бокал, залитый сомнительной водой, отставили в сторону.       Киллер выныривает из-под толщи воды, вздохнув полной грудью и тщательно проморгавшись от хлорированной жидкости.       — Я надеялся, что ты утонешь, — говорит Найт с не менее гаденькой лыбой, чем у его напарника, закидывая ногу на ногу.       Киллер, конечно, оценил шутку, но решил напомнить старшему, что в его-то состоянии нужно следить за своим языком, медленно подплывая ближе.       — Эй, что ты.! — договорить ему не дали, злостно окунув с головой в воду прямо в халате.       Пояс халата зацепил и бокал, уронив его в бассейн с несчастным «бульк!». Кусочки лайма распластались по дну бассейна, словно взяв пример с Кошмара, которого утащил в воду всеми известный Посредник Ночи.       Произошедшее совсем не испугало Киллера, он засмеялся в голос, держась на плаву, в отличие от второго скелета.       Белая махровая ткань быстро впитала в себя толщу влаги, потянув пьянющего монстра на дно не особо глубокого сосуда — всего два метра глубины, но для полторашки достаточно, чтобы распрощаться с жизнью. Задор Убийцы пропал уже спустя секунды две, как только его спутник не смог выплыть. Он занырнул за ним, поднимая потяжелевшее тело, утягивая на себя.       Оба уже выбрались на поверхность, всё ещё посреди искусственного озера, но хотя бы на поверхностью воды. Найтмер откашливается, злобно рыкая на своего слугу, да, блять, бывшего! Теперь он ему явно никем не приходится, кусок дерьма. Пусть он является единственной поддержкой прямо сейчас, и по жизни, и в бассейне прямо сейчас, но это не отменяет того, что Найт теперь обижен. Его самолюбие снова задевают.       — Да пошёл ты, Киллер! — Найт обхватывает его шею, хватаясь за чужие кости, как за спасательный круг, наперекор собственным словам.       Найтмеру никогда не приходилось плавать на его памяти. Кажется, теперь его тупой слуга ненароком развил у него талласофобию.       — Ты не умеешь плавать! — задор не на секунду не покинул Убийцу, он, наоборот, сделал очень весёлое открытие для самого себя, которым можно потыкать Найта в ближайшем будущем несколько десятков раз.       Кошмар всё ещё держался за Киллера, совсем не смущённый близостью. Ему хотелось придушить сопровождающего и он мельком поглядывал на его шею, очень хмуро смеряя взглядом его лицо.       — Что такое? Снова мокрый из-за меня? — грязно шутит наглец, обнимая Найтмера, всё это время двигая ногами, чтобы держаться наплаву вместе с партнёром.       — Идиот, отнеси меня на сушу! — теперь смущённо и почти панически требует старший, оцарапав предплечье Подлого засранца под собой.       — Ауч, — сквозь смешки проронил Убийца, чья душа всё ещё не приняла форму мишени — красное сердечко не собиралось покидать его, наравне с желанием пошалить. — Попроси вежливее.       Король Кошмаров вспыхнул румянцем от злости и от положения, в котором оказался. Беспомощность, настигшая врасплох, угнетающе сказывалась на нём. Он не собирался умолять Киллера помочь, но и понимал, что приказы сейчас бесполезны, застыв в чужих вынужденных объятиях. Смотрит на противного сверху вниз, но это совсем не делает его выше. Краснеет сильнее, понимая, что не имеет никакого тканевого покрытия на себе, кроме чертового халата, завязанного лишь на поясе, а Киллу хоть бы хны.       Чтобы удержать равновесие, Убийца отпускает талию Старшего, помогая держаться на воде ещё и руками. Балласт же впился в тело своего недо-спасителя крепче, удручённо зажмурив глаза и сведя брови на переносице.       Убийца молчит, понимая, что продлиться происходящее может ещё долго, послушно передвигаясь с тушей, сжавшей его чуть ли не всеми конечностями, ближе к кафельному бережку.

***

      Отдышка, почему то, связала по рукам и ногам обоих. Микро-босс обиженно отвернулся от Киллера сразу же, как ощутил опору под собой в виде крепкого пола, отрезвев от адреналина.       — Больше не будешь разговаривать со мной из-за маленькой шалости? — фыркает Килл с долей смеха, но настроив себя на серьёзный лад.       Ответа он не получил, а значит, оказался прав. Что ж, пора устроить достойные извинения.       — Ладно, я найду тебе нормальную одежду. Хорошо? Свистну что-нибудь из другой вселенной и дело с концом.

End pov Author