Мульти сделка

Pov Author

      — Вы вообще в своём уме?!       Голос бывшего Королевского Стражника звучит не только в большой комнате, но и в ужасно больных, чувствительных головах некогда мирно посапывающих на большой кровати двух скелетов. Даже слишком мирно для Босса и его прислужника. Кажется, этим парням не хватило сил хотя бы ради приличия лечь на отдельные кровати — они завалились в чрезвычайно откровенной позе на одну.       Киллер пластом валялся на матрасе поверх застеленного покрывала, а Найтмер прижимался к нему всем телом, более того, изящно закидывал на слугу коленку. Учитывая то, что у Кошмара и Килла за спиной невероятно огромный список злодеяний, столь умилительное происходящее казалось ещё более странным. Два одиночки, отбитые на голову и ненавидящие друг друга совсем не казались теми, кто способен вот так мило обжиматься в кровати. По крайней мере, так думал сам Кросс, смотрящий на эту «уютнейшую» ситуацию. Любой, кто увидел бы их в подобной романтической обстановке точно решил, что эти двое отдыхают после невероятно бурной ночи. И отчасти это правда, только не в пошлом смысле.       Даже Кросс со своей уверенностью, что Найт слишком горд, чтобы вот так открыто и раскрепощённо прикасаться к кому-либо, засомневался в его ненависти к Киллу. Уж слишком зрелище… Вызывающее! Он смущённо, покрывшись тёмно-фиолетовым сливовым румянцем, отводит взгляд, но упрямо продолжает свою речь.       — Эй! Подъём! Я с кем разговариваю? — конечно, он старался держать строгий и уверенный вид, в конце концов, эти двое в край обнаглели, но чувство внедрения себя самого в чужое пространство наперевес с чувством неловкости совсем не отпускало.       Оно только усилилось, когда он увидел мокрый, распластанный белым, махровым пятном на кафельном полу халат.       Именно поэтому Кросс застыл на месте, как глупый мальчишка, оказавшийся не в то время, не в том месте. Всё выглядело до боли пошло, сложно было подумать о каких-либо других думах, кроме тех, в которых Найт и Килл состоят в отношениях. Но Крест отгонял эти мысли — не его это дело, даже если эти двое голубков ворковали друг с другом всю ночь!       Киллер легко открыл глаза, очевидно, он не спал — довольствовался тем, что имеет прямо сейчас. Нет, серьезно, очень приятно вот так с кем-то валяться без зазрения совести, в обнимку, даже если этот кто-то недавно терроризировал Мультивселенную своим существованием. После нервотрёпки, драк, стрессов всегда хотелось вот так с кем-то отдохнуть. И Килл часто выбирал жертвами для объятий Хоррора и Даста. Да, они убийцы, только вот всё ещё являются одной и той же личностью, понимают друг друга по одному только косому взгляду и совсем не прочь поваляться на кровати после загруженного дня, а может и ночи. Более того, сейчас Найтмер был таким тихим, милым и прелестным, точно ангелочек, парящий в облаках. Кроме желания поваляться с ним тихонько и спокойненько — других не возникало.       Будить его не хотелось от слова совсем. И зачем Кросс снова всё портит? И вообще, Киллу последние несколько месяцев, возможно, даже больше года приходилось ютиться с обшарпанными, холодными стенами замка Кошмара всего Мультивёрса. Имейте совесть, дайте просто отдохнуть в кои-то веки в красивом отеле, в тепле и уюте!       Килл хотел шикнуть на него, заткнуть оскорблением или подняться, чтобы врезать — нечего Кроссу портить его тихое, прекрасное утро! Но не смел позволить себе разбудить мирно сопящего на его плече скелета. Шанса сделать это Кросс ему не дал, справившись в одиночку — Найт приоткрывает свои глаза, ужасно заспанный, уставший, очевидно, в плохом расположении духа из-за вынужденного пробуждения после в большей степени бессонной ночи.       — Ну нахера так кричать… — тянет мини-босс, снова прикрывая глаза и тяжело-о вздыхая.       Ответу Кросса не дали места в этом странном недо-диалоге. Найтмер подорвался в сидячее положение, широко открывая глаза и смотря на свою «подложку» и по совместительству грелку. Киллер абсолютно не шевелился, даже не дернулся, когда его босс подскочил. Он «тюленился» спросонья, лежал, пока ещё не осознавший происходящее, почти зевающий, не вклинившийся в «новый день». Стоит сказать больше — подобная реакция со стороны Найта была более чем ожидаема, и в условиях пробуждения один на один Килл смог бы отшутиться и выкрутиться, но когда рядом лишние «уши»… Чёртов Кросс.       После большого количества алкоголя, тем более тело не желало подниматься с мягкого, нагретого местечка. Оставьте Килла в покое!       Найтмер застыл на некоторое время, но знал, что сказать что-то и выразить недовольство (и перевести с себя стрелки) срочно нужно было! А потому, не заставляя присутствующих долго ждать…       — Ты вообще слышал о СТУКЕ?! Какого чёрта ты делаешь в нашей комнате?       Казалось бы «словечко» он за себя замолвил, но только пуще прежнего залился румянцем, когда понял, что показал этим самым выделенным словечком общность с Киллером. Нет, нет, нет, это не их номер! Его снял именно Найт и именно ему он принадлежит. Слишком много он поощряет своего слугу в последнее время. Почему Убийца вообще находится в его комнате и спит рядом с Найтом на ЕГО кровати? Почему не на коврике у выхода? Совсем распоясался!       Но он не знал, кому сильнее ему сейчас хотелось треснуть — Киллу, за то, что допустил такую ужасную ситуацию или Кроссу, который вторгся в его личное пространство и в наглую качает права.       Найт чувствует себя разоблачённым перед посторонним, даже тронутым за живое. Он не хотел ничего хватать и прикрываться, чтобы случайно не показать Кресту свою неуверенность и смущение, а потому застыл в непонятках, хмуро пялясь на пришельца в ожидании его ответных слов.       Костяшки Найта были укутаны в великоватую и мешковатую одежду — шорты и футболка… И откуда они только взялись? Подумать об этом времени не дали — Крестик продолжил свой говор:       — О, я всё знаю о приличии, в отличие от вас двоих. Что вы устроили здесь, вообще? — Кросс собирается с усилиями и всё же обращается к этим двоим напрямую, больше не отводя взгляд, игнорируя присутствующую тяжёлую интимную обстановку. — Вы перевернули за пару часов всё здание! Чёрт подери, кому из вас в голову пришло повесить парня на ресепшене на вешалку за капюшон? Какого хрена горничные обходят ваш номер через другой этаж, что вы с ними сделали? Нахрена вы свернули статую на фонтане? Вы в курсе, что вас до сих пор не выселили только потому, что вас, идиотов, перед охраной отмазал Дрим?! Вы всех отдыхающих перебудили и поставили на уши весь отель!       Страж сам выглядел не шибко выспавшимся — ночные похождения лишили его возможности нормально вздремнуть. Да, эти двое были абсолютно, безвозвратно пьяными вчера. Они ничего не помнили, судя по прищуренным у одного и широко раскрытым у другого глазам.       Почему Кросс ворвался в их комнату? Ну знаете, после бессонной ночи, где сначала ему пришлось проснуться от криков и шума, чуть ли не вталкивать этих придурков в их комнату, потому что оба противились, а Киллер и вовсе пытался пару раз пырнуть Кросса ножом и другими вещами, которые попадались под руку, так ещё и оставшуюся ночь вместо того, чтобы спать в уютном номере, Кроссу и Дриму пришлось разбираться с учинённым дерьмом, которое выдали ОЧЕНЬ «Плохие Парни».       — Чего? Да мы с ним вообще-то… — и Найтмер смолкает.       А что ему ответить? Как создать этим двоим алиби? О, мы с Киллером просто вместе пили, он танцевал, пока я на это смотрел. Потом он делал нам коктейли… А ещё мы веселились в бассейне!       Любая фраза зарывала Найтмера с головой и как злодея, и как предводителя. Его эго безвозвратно рушилось всё сильнее с каждым днём. Казалось бы, куда сильнее? Лишился сил, магии, места на троне, короны, могущества, даже признанного всеми и каждым злодейского лика в виде кошмарной жидкости, способной просочиться в любой дом через самую крохотную щель и добраться до каждого живого существа. Но нет! Чем дальше, тем хуже. Казалось, он уже на дне, но снизу, блять, постучали.       Да нет же! Найт совсем не помнит ничего подобного со вчерашнего дня! И вообще, вы его видели? Да каким, сука, образом, он мог хоть что-то провернуть этими ручками, которые, кстати, сломаны?       Вместо того, чтобы оправдываться тупыми фразами, было намного проще принять тот факт, что Найтмер перевернул весь отель с ног на голову, даже в этом хлипком состоянии. Всё лучше, нежели пытаться оправдаться «милым времяпровождением с Килли, оав!»…       — Радуйся, что я хотя бы никого не убил, — спасительно фыркает Килл, перекрывая своими словами неловкое молчание босса, после чего принимая сидячее положение на розовых оттенков кровати.       Кросс на секунду впадает в ступор, потом, почти всплеснув руками, возмущённо фыркает и отвечает:       — Да ты никого не убил, только потому что Я тебя остановил! Несколько раз!       — Ну не надо брать на себя больше, чем ты того заслуживаешь, — тянет Киллер не растерявшись, зевая, но (слишком энергично) подрываясь с кровати, чтобы уйти в ванную. — И вообще, чего ты ждешь от нас? «Спасибо»? О, Крисс-Кросс, спаси-и-ибо, что, как и обычно, разрушил всё веселье, зануда! — мерзко протянув парочку словечек, почти пропел из ванной комнаты Килл.       Судя по уверенным ответам, Килл либо помнил все происходящее вчера и творил всё это преднамеренно, либо ни о чём не жалеет, потому что нихрена не помнит. Ну а что? Даже если он угнал машину, он был пьян! У него есть твёрдое оправдание.       Стражник уже забыл о существовании Найтмера, что не удивительно. Когда он работал на Кошмара, он почти никак с ним не пересекался, поэтому не трогал его… Но невероятно часто, даже больше, чем того хотелось, «тусил» с Киллером. Спорил с ним, не без драк и травм, и будто бы по привычке, под руку с инерцией, он прошмыгнул за ним, снова начиная болтовню, тем самым позволяя Найту, пока никто не видит, забиться в угол в поисках отходных путей и более удобной для передвижения одежды. Эта с него почти сваливалась. Блин! Тупое маленькое тело…       А её здесь было обалдеть, как много. Разного покроя, фасона, цвета… Рубашки, брюки, водолазки… Платья. А это что, свадебное? О, с каждой секундой в голову Найтмера врывается всё новое и новое воспоминание о вчерашнем дне. Кучу шмоток Киллер притащил сразу же, как обещался это сделать ещё там, в бассейне. Видимо, без проблем обойдя сигнализацию с помощью магии телепортации, уволок из какого-то магазина несколько безделушек. Да, да, точно! Не без издёвки, он старался впихнуть найту самые странные, отталкивающие наряды. Горошек, сетка, клеточка… В этой куче ткани найдётся что-то более подходящее и не постыдное?       Что и находилось, было велико… Аргх! Глупый Киллер. Почему Найтмер сейчас обязан рыться во всем этом (не ясно, кто вообще мерил эти вещи!), как сурок в грязи? Ну почему так сложно было просто принести то, что ему, БОССУ, необходимо? Подождите! В голову снова ударяет воспоминание!.. Или ему это приснилось? Но, как будто бы, что-то полезное Килл приносил. Значит это что-то было отложено в сторону… Только вот в какую?       — Ты просто не исправим! — крики из ванной ни на миг не заглушались, и это радовало — Найт мог спокойно пройтись по комнате в этих стрёмных вещах и даже переодеться без зазрения совести — до него всё равно никому нет дела. — Почему так сложно понять, что ничего не вертится вокруг тебя? — вырывает из контекста фразу Кошмар, который, в попытках облачиться уже хоть в тоже одеяло, лишь бы прикрыть срам в виде спадающих брюк, забыл о необходимости прислушиваться к двум идиотам в ванной.       Отложенные вещи он нашёл, только вот… Удивительно, но это вещи Дрима. Видимо братец навещал его вчера, решив поделиться вещами — размер-то у них один. Но нет, нет, и ещё раз нет! Может быть величие Найта и кануло, но его разум — не-а. Не станет он натягивать на себя вещи врага. Даже трогать не станет.       — Ах, я бы не сказал, милый, даже ты сейчас вертишься вокруг меня, — очередная ехидная фразочка со стороны скелета, полного иронии, сарказма и, конечно, главенствующей над остальными наглости, ударяет по Кресту.       Оба злятся, только… По своему. Киллер как-то не заметно. Будто бы ему даже нравится происходящее. Никакого секрета нет — он просто знал, как легко Стражника вывести из себя и открыто пользовался этим.       Правда, сейчас что-то изменилось. Кросс бросался в драку после первой неудачной фразы Килла, а сейчас… Стойко терпит, дискуссирует, выслушивает даже самые неприятные фразочки Убийцы. Это не просто удивляло, даже бесило! Дрим вдохнул в Монохромного это… Это… Как же это назвать? Покладистость? Обходительность? Белость и пушистость? Да, что-то подобное, но одним словом…       …Доброту?       — Я мог бы просто пустить ситуацию на самотёк, но тогда пострадали бы не только невинные жители, но ещё и вы двое, — старается вбить в голову Убийцы такую простую истину Крест.       В большом городе суматоха из-за какого-то отбитого бандита или террориста в лице скелета с черными подтёками под глазами привела бы к встрече с копами, задержаниям, крикам, убийствам и прочему, чего достигать не хотелось бы. И вообще, в этом мире главенствует общность монстров и людей, где первые недавно вышли из подземелья и добились признания человечества долгими переговорами и трудом — если какой-то из монстров настолько колоссально взбунтуется, это вызовет ненависть «Поверхностных» ко всем монстрам, поэтому нечего Киллеру баловаться, когда на кону столько жизней.       — И я не прошу признательности, я прошу простого понимания. Ты был зачинщиком всего происходящего, поэтому я умоляю тебя, Киллер, просто держать себя в руках то время, пока мы сотрудничаем.       От былой вспыльчивости Стража осталось только хмурое личико. Настолько хмурое, почти обиженное, что заставляет Килла сдаться в этом споре и сказать:       — Умоляешь? — он усмехается неприветливо, отворачиваясь после второй фразы. — Только не заплачь!       Убийца полностью игнорирует действительно имеющие смысл для добряков слова под недовольство, красноречиво выраженное на лице Кросса и тихое ликование Кошмара. Приятно осознавать, что твой некогда слуга столь уверен и непоколебим в своих принципах.       У этих двоих бывших соратников, у Крестика и Биполярного, были странные отношения. Они, вроде как, должны были быть напарниками, но у них даже рука об руку в команде не выходило ладить друг с другом. Слишком уж Кросс, справедливый, серьёзный и ответственный, разнился по характеру с хулиганистым, наглым и нестерпимым Киллером.       Когда Кросс ушёл из банды, сбежал с Дримом, у Килла развязались запястья — теперь можно было ненавидеть Белоснежку в открытую, не притворяясь, что они напарники и всё у них хорошо. У Креста была немного иная модель поведения, но суть одна — Килл тоже не являлся лицеприятным парнем в разномастных глазках Рыцаря в доспехах.       Сейчас, в атмосфере, в которой Кросс занимает устойчивую роль покровителя и защитника этих двоих, он будто бы почувствовал себя… Сильнее, чем когда-либо. Занял позицию того, кто сильнее. А потому не пытался что-то доказать. Ему не нужно было, чтобы Плохие парни поняли, что их действия «плохие» и перестали неподобающе себя вести. Хоть и наставление на путь истинный было бы приятным бонусом. Нет, Кроссу хотелось, чтобы было достаточно сказать: «Так нельзя!»… И всё, странные типы в лице Убийцы и Кошмара поняли, что нужно остановиться, даже если ощущают, что они правы.       Зачем? Не думайте, Крестику не хочется занимать роль лидера. Он привык выполнять приказы, сначала от своей королевы, потом от Найтмера, сейчас от Дрима… (Последнее не совсем приказы, скорее собственное желание Кросса следовать добру и примыкать к Мечтателю, прислушиваться к нему и все прочее.) Поэтому он не нуждался в тоталитарном контроле. Но он нуждался в выполнении своей задачи и достижении своей цели — защищать всех и каждого, не смотря на возраст, ориентацию, расу, пол и прочее — и к сожалению или счастью, этих придурошных в том числе. А они стояли у него на пути, пытаясь навредить кому-то другому, соответственно, становились препятствием, от которого нужно либо избавиться, либо подавить. Сейчас имело место быть только второе, потому что Найт является братом Дрима и он беззащитен. Агрессия здесь совсем не помощник.       Главная проблема — подстрекатель на весь ночной пиздец — Киллер.       — Итак, я пытался решить всё мирным путём, в следующий раз мы будем разговаривать с тобой на другом языке, — очевидно, Страж имеет ввиду всеми знакомый язык боли. — Поэтому будь уверен, Киллер — ещё одна подобная выходка, и я…       — Ты что? — перебивает его Килл, явно не воспринимая угрозы в серьёз. — Отшлёпаешь меня? — смеется, складывая руки на груди и выжидающе приподнимая свою бровь.       Крестик никак не отреагировал на это, но задержал на бывшем напарнике свой пристальный взгляд, и слов не нужно было — всё было предельно ясно, если сторонник зла начудит — мало не покажется. И никакой Найтмер защитить его не сможет, потому что нет его, Найтмера.       …Нет, серьёзно, где он?       Кросс с слегка напряжённого состояния переключается на не скрыто нервное сразу, как не сумел найти взглядом братца своего партнёра в следующей комнате. Он явно не настолько уменьшился с их последней встречи!       Килл тоже напрягся, когда услышал то, как Крестик мешкается у двери ванной. Быстро умывается, чтобы проснуться и выходит следом за Белоснежкой. Найта действительно не оказалось в поле зрения. Куда делся? Неужели слишком серьёзно воспринял последние слова своего горе-приспешника?       Невольно Убийца переглядывается с сверлящим его обвиняющим взглядом. Крест словно ждал получить ответ от глупо моргающего перед собой, как будто бы именно Килл виноват в пропаже Найта, но, разочаровавшись, фыркает и злобно надвигается к выходу. Не то, чтобы у него было задание приглядывать за Найтмером, да и вообще, последний волен ходить куда захочет и когда захочет. Но что сказать Дриму? «Ну, Найт ушел, пока я болтал с вторым нарушителем. Что? У него сломана большая часть костей? О, ну извини, Дрим, я не счёл нужным следить за ним и просто отпустил.» Прекрасно. Настолько, насколько гениально.       — Как же вы мне дороги! — тянет чуть ли не с рыком Крест, выдвигаясь на поиски.       Килл не тратил время ни на одевание, ни на вытирание мокрой после водных процедур черепушки, ни на завтрак — поскакал вслед за Крестом.       Теперь действительно придётся сотрудничать.       

***

Pov Nightmare

      Скрыться от осуждающих, отчасти полных презрения и непонимания глаз не было сложно — стоило всего лишь выйти за пределы чёртового отеля. Я действительно не помню большую часть событий после того, как вылез с Киллером из бассейна, но что-то явно происходило, причем не то, чем можно было гордиться… Хоть кому-то в мире. Что такого я мог натворить вчера, что сумел стать знаменитостью в этом месте? И представить страшно. Неприятно и на секунду принять те слова Кросса о «моих» похождениях. Я чувствую себя так, будто бы попал под клевету или газлайтинг. И лучше бы это правда было так.       Мне часто приходилось слышать о помутнениях разума из-за выпивки, но я полагался на то, что это всё больно гиперболизированно и личность вроде меня сможет избежать таких последствий. Но нет, я был слишком самоуверен и не дальновиден, что расстраивает.       Я не знаю, что конкретно сподвигло меня на побег. Присутствие Кросса (чужака) в месте, подразумевающемся личной комнатой для отдыха? Возникшие между мной и Киллером чрезмерно близкие, странные, неприемлемые отношения? Понимание того, что теперь в этом здании меня все презирают чёрт знает по какой из самых мерзких возможных причин (очевидно, в состоянии помутнения я мог сотворить то, о чём Кросс может не знать, или то, о чем он решил не рассказывать)? Или даже мимолётная мысль о том, что мне придётся увидеться со своим младшим братом? Причём не в роли верховного и великого, а в роли побитого и загнанного в угол.       Последнее предположение вызвало просто неописуемых размеров табун из мурашек по телу, из-за чего я участил шаг. Куда конкретно я иду? Туда, где смогу найти нормальное облачение. Восстанавливаться нужно постепенно. И начну с внешности, прежде чем перейти к своему моральному состоянию. На мне сейчас какие-то балахоны, судя по размеру, которые болтаются и путаются под ногами, а также «оверсайз» футболка, которая норовит свалиться с плечей.       Как можно чувствовать себя хорошо, когда ты выглядишь так потрёпанно? Нужно взять себя в руки.       Мне не хотелось идти по одной дороге с шагающими по своим делам людьми и монстрами всех мастей. Они то и дело задевали меня какой-нибудь из частей тела, причиняя мне какую-никакую боль. Но мне было просто необходимо скрыться в толпе. А потому я терпел, слившись с волной из всяческих существ. Попутно нашему пути, я поглядывал на вывески, чтобы не пропустить ближайший магазин с всякими шмотками.       Одежда нужна была не просто комфортная, не свисающая и не болтающаяся, но и такая, что сможет скрыть мои раны, трещины и прочие недостатки, чтобы хоть немного предать уверенность своему виду.       Который час? Неизвестно. Не то, чтобы это было слишком важно. То, что сейчас раннее утро — это понятно на все сто. По ощущениям, часов семь — все стремятся на работу, кто-то просто гуляет, кого-то ведут в детсад, везут в школы… А я иду… Чёрт знает куда и зачем, на самом деле… Ну удастся мне найти куски ткани по размеру, а дальше что? Я не понимаю даже какой сегодня день недели, что уже говорить о будущем, запятнанном и неопределённом? Самый очевидный вариант — Билл всех уничтожит. Сложно быть таким потерянным. Вы даже не представляете, насколько.       Я попал в то самое состояние, когда оказался чертовски одиноким, даже когда рядом есть преданный слуга и даже братец, вернуться к ним повода не находилось. Киллер не пропадёт. А Дрим…       Всё настолько плохо, что я начал бояться встречи со своим младшим братом. И почему? Из-за гордости? Я ведь привык быть сильным… Нет, это не то чувство. Горькое, расползающееся по груди… Тянущее… Это что?! СТЫД?!       Нет, нет, нет, не в коем случае я не опущусь до того, чтобы испытывать что-то вроде такого по отношению к нему! И речи… Нет! И МЫСЛИ не допущу по этому поводу!       — Эй, осторожнее! — вырывается у парня, которого я слишком сильно, даже неожиданно для себя пихнул в плечо. — Ну и дети нынче пошли!       Я полностью игнорирую это тупое высказывание, как минимум потому, что не хотел нарываться на драку в этом состоянии — чересчур уж исход не сложно предугадать. Как максимум, потому что меня назвали ребёнком и это поставило меня в неловкое положение. Тупой человек.       Я чувствую себя совсем не проснувшимся. Судя по тому, что у меня этой ночью были «дела», лёг я вообще чёрт знает во сколько. Так ещё и… меня самым неприятным образом разбудили!.. Влияют ли эти факторы на бодрость монстров или нет? Я не уверен. Мне давно не приходилось «спать», как обычным монстрам. И режима у меня, как такового, нет… Есть ещё предположение, что я энергичнее ночью, а не днём. По крайней мере, все мои вылазки в прошлом теле были только по ночам, утром на задания ходили только Киллер, Даст и Хоррор. А значит чувство усталости должно сопровождать меня на протяжении всего дня. В теории, конечно же.       Кстати, о двух моих бывших слугах… Я давненько их не видел. Где они могут быть? Не то, чтобы меня должно это волновать, они больше никем мне не являются. Пожалуй, долгое время контроля над ними даёт о себе знать — меня не покидает странное желание понимать, где они находятся и что с ними происходит. Ни слуху о них, ни духу. Живы ли они, вообще не известно. Вчера Килл навещал Даста и, вроде как, находил его, если не лжёт. Ему и не за чем, а значит… Всё «хорошо»? Лишь бы Билл на них не нарвался…       Вот чёрт, Билл! Почему я не видел его в своём сне? И Киллер ничего не сказал. Но и я его не спрашивал. Ему ничего не снилось? Билл не влезал в наши головы? Как-то странно для этого парня. Что, ему больше не интересны наши личности? Или он не смог внедриться в наш разум, потому что мы были под «шафе»? Неприятно это осознавать, но я должен спросить Килла о его сне. Только вот… возвращаться так не хочется. Ни к Кроссу, ни к… Дриму.       По телу снова пробегают мурашки от малейшей мысли о встречи с братом. Что это вообще со мной происходит такое?       Я остановился посреди мелькающих мимо меня людей. Это, поверьте, не обрадовало никого. Недовольство от того, что я стал препятствием на пути многих выразилось на лицах сразу нескольких существ — пришлось забиться в проём между домами, чтобы не мешать их ходьбе. Застыл, оглядел мусорные баки, парочку котов, обгладывающих какие-то помои, поёжился, сгоняя с костей неприятное ощущение. Не ясность причины, из-за которой мне не хочется видеть своего «члена семьи», вызывала пасивную агрессию и другие смешанные чувства…       Усталость так и норовила сбить с ног — ещё и ноги болят от вчерашних похождений и недостатка отдыха. Я прошёл какие-то метров пятьдесят от отеля, понимал, что останавливаться — себе дороже. Не хочется пересекаться ни с Стражником, ни с Киллером, ни с… кем-либо ещё.       Сегодняшние утренние небеса намекали на пасмурный день. Слегка сероватые облака накатывали на город с предупреждениями о дождике. Не ливне, но намокнуть всё же глупым жителям этого городка придётся. Солнце скрывалось за тучками, лишь частично проливая свой свет через них на этот город, а потому на улице совсем не было жарко. Дышалось легко и почти желаемо. Только вот… Это утро не слишком радовало — зевки всё ещё так и напрашивались.       Прижимаюсь к обшарпанной, кирпичной стене, косо поглядывая на проходящих. Размеренно дышу…       И вдруг в этом одиночестве, вдали от переживаний стало спокойно. Я снова ощущаю себя мальчишкой, который что и делал, так это прятался. Но в прошлом этот маленький мальчик оставался в тени древа, не имея возможности уйти и сдвинуться хоть на миллиметр, обрастал мхом, покрывался пылью, утренней росой и новыми, новыми ранами. А сейчас… Сейчас уже я, повзрослевший, ухожу от проблем, а не терплю их. И не просто ухожу, я их пытаюсь решить. Какое приятное чувство… свободы. Меня больше не сдерживают оковы в виде корней древа… меня не гложет чувство желания воинствовать, завоёвывать… На меня не давят миллиарды аур… Я больше не хранитель и на мне больше нет никакой ответственности. Теперь я никто. Полный ноль. И это кажется не таким плохим, каким выглядело в первые минуты моих потерь… Нет, не потерь. Я не потерял силу… Я освободился от неё.       И людям вокруг совершенно плевать на меня. Подумать только, я скелет с разбитыми костями, в каком-то тряпье явно не по размеру, казалось бы, если посмотреть со стороны — остро нуждающийся в помощи… Никто не испытывает ненависти или жалости, всем просто абсолютно всё равно.       Моя скованность постепенно сходила на нет — сложно было не ощутить это блаженное расслабление напряженным до этого телом на контрасте. Я там, где меня никто не тревожит, я никому не нужен даже в толпе людей.       Вздрагиваю, опуская глаза вниз: одна из кошек бесшумно подкралась на своих пушистых лапках, начиная тереться о мои ноги. Я не знаю, как реагировать. Раньше меня бесили прикосновения монстров, людей, животных и других существ. И кошки, эти милые животные, такие мерзко хорошенькие, всеми любимые — скулы сводит от такой прелестно-сладкой бредятины. Но это, почему-то, сейчас не вызвало злости. Скорее неловкость… По какой-то причине в состоянии потерянности во всех смыслах, это поглаживание моськой и шерсткой на маленьком туловище о мою ногу успокаивало. Даже удивляло в некоторой мере — раньше все существа избегали меня из-за моей всепоглощающей негативной ауры, а сейчас совсем меня не страшатся…       Коты в кофейне Чино постоянно смешно убегали сразу, как я появлялся на горизонте, забиваясь в каждую щель, лишь бы быть подальше от меня. А этот глупый комок шерсти, будучи совершенно бессовестным, продолжает выпрашивать ласки.       Я не знаю… Не знаю… Рука сама потянулась к пушистой, бело-чёрной макушке, робко, чтобы не навредить, оглаживая уши представителя рода кошачьих. Кошка вбилась в мою ладонь, наконец, получив желаемое… Эта потребность в заботе у безмозглого существа невероятно удивляла. Слух задевает тихое шарканье — поедание шершавыми языками пищи. Животные в куче мусора лакали что-то из небольшой мисочки. О них явно кто-то заботится, раз у них есть еда, пусть большая её часть настолько давно лежит в этой пластмассовой чашке, что частями присохла к её стенкам.       И вот, я уже на корточках, стал ещё ближе к бездомному питомцу. А ведь мы правда похожи. Забытые, около помойки, потрёпанные жизнью… И вероятнее всего скоро прогнёмся под тяжестью жестокого мира… Ты даже не в курсе, что в любой момент тебя могут загрызть собаки или сбить машина. А твою еду затопит водой от скорого дождя.       Кошка с выгоревшей шерстью, плешивая от старости, совсем не похожа на котят из кошачьего домика Чино, громко мурчала. В кофейне Бариста все они невероятно пушистые, с шелковистой шёрсткой, здоровые, вычесанные, обласканные со всех сторон…       Всё, пора продолжать свой путь, больше прохлаждаться времени нет.       В последний раз оглянув комок шерсти, я тяжело поднялся, почти карабкаясь по стене. И когда все эти раны уже пройдут? Нужно подлечиться какой-нибудь едой. Если трещины вообще удастся убрать… Шрамы, наверное, всё равно останутся. Слишком тяжелые травмы. Про дыру в черепе вообще сложно хоть что-то сказать.       А ведь раньше я был простым мальчишкой… Ни о каком могуществе и речи не шло. Что же пошло не так? Никогда не мог подумать, что когда-нибудь я дойду до этой точки. Размышления, всё новые и новые, мешались в голове. Но на них нет времени.       И снова слившись с толпой, я иду по тротуару, продолжая выглядывать магазины. Наконец, на пути их становилось всё больше и больше… Рядом с огромным Отелем в честь МТТ сияли брендированные вывески от того же производителя. Бакалеи, булочные, обувные, кондитерские — куча производств было лицом здешнего Меттатона, который смог «расфорситься» до недосягаемости. Бытовую технику, химию, одежду Робот не обошёл стороной, о чём говорили большие наклейки на стёклах витрин с изображением монстров и людей в шмотках с «водными знаками» Метта. Девушки и мужчины (ну и другие) от кроликов до людей позировали, показывая разнообразные наряды для любых климатов. От шуб до нижнего белья. Вульгарные, открытые фасоны притягивали взгляд многих, но не мой точно. Я явно не фанат голых плечей, бёдер и спин.       Мне нужно что-то такое, что наоборот будет неприметным и не привлекательным, чёрного цвета. Без бретелек, лент, рюшечек и прочего дерьма. Что-то строгое. То, что будет прикрывать мои раны (нельзя выглядеть слабым в чьих-либо глазах), но при этом не сковывать мои движения. И, желательно что-то похожее на мою прошлую одежду, когда я был сгустком негатива… М-да, желаний много, и чем больше их становилось, тем меньше был шанс найти что-то подходящее.       В столь известном магазине, очевидно, было бы огромное скопление людей. Ну, как было… ОНО ЕСТЬ! Людей настолько много, что даже не понятно, как проникнуть в здание и не стать при этом жертвой пресса из живых существ. Заходить совсем не хотелось. Поэтому я установился у самой стеклянной двери, осматривая помещение, в надежде, что сейчас внутри появится чёрная дыра и всосёт в себя всех присутствующих.       До меня из гаммы из голосов, свиста машин и топота сапог долетает знакомый голос откуда-то по близости, вытаскивая из мечтаний:       — Сэр, вы не видели здесь небольшого скелета? — голос, похожий на голос Киллера, но с учётом невероятной обходительности — это Кросс. Он смолк на некоторое время, но после я услышал его снова. — Мэм, извините, вы не видели…       Дослушивать, в надежде, что меня найдут, мне не захотелось, а потому я, превозмогая недовольство, ринулся в толпу в магазине, желая скорее спрятаться от разноцветных глаз Стража. Его здесь не хватало!       В данной ситуации присутствие большого количества народа было мне на руку, конечно. Но как же социум давил на меня. Здесь, в месте, где люди никуда не торопятся, я словно магнитом притягивал лезвие взглядов окружающих. Ещё бы, у меня половина черепа нет. Но это отсутствие тактичности сводило с ума. Мне ужасно не уютно, хватит пялить!       Чтобы не акцентировать на себе внимание, я переместился в галантарею — там людей было меньше всего. Галстуки и украшения, встретившие меня, совсем не интересовали, а вот перчатки, услужливо разложенные на столах могут пригодиться. И прикрывают трещины, и будут полезны при использовании каких-либо предметов — стягивают разломанные кости. По тому же принципу я приглядел себе водолазку и лосины (На манекенах чаще всего встречался латекс, но я к такому морально не готов, поэтому выберу что-то более… не сияющее). Но чрезмерно обтягивающая ткань, позволяя разглядеть каждый участок тельца как на ладони, совсем не радовала. Более того, в этом я буду похож на своего тупого братца, этого ещё не хватало. Нужно найти что-то поверх этой фигни.       — Здравствуйте, вам подсказать что-нибудь? — любопытствующе спрашивает меня работающий здесь парнишка, представитель рода монстров-собак в изящной брендовой одежде, подбираясь ближе.       Мне не хочется напрямую посылать кого-то, чтобы не нарваться на драку лишний раз, но при этом и разговаривать с кем попало тоже не являлось привлекательным.       Поскольку я стоял спиной к явно не собирающемуся отступать парню, решил, что будет намного проще посмотреть на него и испугать своим видом. Даже слов не потребуется, чтобы прогнать его.       Стоило мне с злобными намерениями обернуться, как Пёс прикрыл рот, сомкнув челюсти с забавным стуком зубов. Мне еле-еле удалось сдержать улыбку, чтобы не показывать своё злорадствие. Выкуси и проваливай.       Но не тут-то было. Щенок показал себя с довольно похвальной и профессиональной стороны, игнорируя мой изъян. Чёрт его дери за это, конечно, но спасибо, что хотя бы не ткнул моим уродством мне в лицо.       — У вас довольно маленький размер, — подмечает Щенок, пока я считываю его имя на бейджике без причины — «Джеки».       — Да что ты говоришь, — совсем не удивлённо тяну я, уже по базе выплёвывая сарказм.       Пёс моргает, рассматривая меня некоторое время, а после заявляет, указывая куда-то в сторону:       — Детская одежда находится там, — он активно дышит, почти вытаскивая из пасти язык.       Монстр не обращает внимание на сарказм, возможно, потому что даже не понимает его. Такой продавец-консультант, вероятно, является всеобщим любимчиком у покупателей из-за своей обходительности и преданности. Клянусь, что если бы ему давали по пять центов за те моменты, когда его трепят по голове или чешут за ушком, он бы давно здесь не работал и отдыхал в Маями.       Меня цепляет очередное оскорбление в свою сторону. Так и хочется сказать, заявить всему миру: «Я не ребёнок!»… Но смысла в этом нет, не за чем кому-либо что-то доказывать, а также у меня нет для этого времени — за панорамным окном витрины, за манекенами и постерами мелькнуло лицо Бывшего Королевского Стражника по имени Кросс. Тело невольно дёргается, норовит сорваться с места.       — Замечательно, покажите, где именно, — прошу я, лишь бы скрыться из этой комнаты, торопливо шагая в сторону, противоположную выходу.       Убежать в одежде, которая не спала с тебя только потому, что тебе приходится поддерживать ей рукой, будет сложно. Поэтому, чем быстрее я переоденусь, тем будет лучше… И для меня, и для работника, которого я случайно обязал помогать мне с поисками. Если бы я ринулся без него, увидев что-то или кого-то в окне, это было бы странно для всех — слишком сильно привлекло бы внимание, а так мы спокойненько, синхронно, считай под руку, пошли к нужному отделу, не заставив никого бросать на нас глаза, чем не приманили Кросса — тот прошёл мимо здания.       Ха, он дезориентирован! Ещё бы, я хоть и узнаваем донельзя, но люди не обращают внимания на простых прохожих, когда куда-то идут. Никто ему не подскажет моё место положение. Ну ничего, пусть побегает. Это полезно.       Не удивительно, но полок в новой комнате хоть и не стало суммарно меньше, но меньше они стали, точнее, ниже. Манекены маленьких размеров под детские мерки уже заставляли ебало скривиться, а одежда на них с всякими яркими принтами не радующими взор (примечательно мой) только усугубляли положение. Нет, мне не нужна футболка с лицом Меттатона… Ещё и розовая! Моему существу хоть и ниже некуда (во всех смыслах), но опуститься НАСТОЛЬКО я не готов.       — Что конкретно вы ищите? — интересуется Джеки, как его обязывает делать начальство и кодекс консультанта.       Вопрос четкий, не сложный, не требующий долгого раздумья… Обычно. Но у меня вызвал. Я ведь не знал, чего именно, кхм, КОНКРЕТНО хочу. И как объяснить необходимое этой глупой псине рядышком? Да и помощь принимать не хотелось вовсе. Только вот… раз уж я сам его невольно пригласил, теперь нужно отвечать. Но надо говорить как есть — чем быстрее мы найдем требуемое, тем быстрее я свалю отсюда.       Немного помедлив с ответом, всё же заставляю себя высказать речь, более длинную, чем мне бы того хотелось:       — Я не уверен… Что-то, что будет закрывать всё моё тело, кроме глаз… Не пестрящее, не блестящее, без лишних деталей, без тупых надписей и рисунков, без кружев, желательно однотонное и в лучшем случае чёрное.       Уверенно закончив, я почти с вызовом глянул на загруженного продавца. Но нет, ему хоть бы хны. Внимательно послушал и бесшумно пошагал по полу своими ухоженными лапками, подушечки которых ни раз на дню увлажняют лосьоном, а коготки обстригают, покрывая каким-то невзрачным лаком. Только шелест его одежды, замшевых пиджака и брюк слышались во время поиска. Он виляет между полочками, вешалками, сотнями вещей, иногда задавая мне наводящие вопросы вроде, нравятся ли мне животные или роботы (чтобы впихнуть мне что-то с рисунком), а после, через какие-то секунд пятнадцать, приносит мне набор из найденных вещей.       Чёрная кофта в узенькую, белую полоску, чёрные джинсы, худи с короткими рукавами чёрного цвета… Но с каким-то рисунком на грудине, который не слишком располагал к себе…       — Как я уже упоминал — это отдел для детей, — начинает Щенок, аккуратно держа вещи в руках за вешалки, чтобы не измять ткань. — У вас очень маленький размер, обычно маленькие взрослые покупают одежду на заказ с индивидуальными мерками… И вы тоже можете сделать заказ в дальнейшем, а пока приобрести то, что есть из нашего ассортимента. Ассортимент для маленьких редко отличается тёмной, тусклой одеждой, более того без принтов на ней. Я постарался найти то, что больше всего подходит описанию.       Он ожидающе смотрит на меня — ждёт вердикта.       Я поднимаю глаза на щенка спустя некоторое время разглядывания этих вещей. Вздыхаю. Не идеально, но…       — Сойдёт, — кивок вырвался сам по себе.       Пёс, в отличие от вообще не располагающего к себе клиента вроде меня, был довольно терпелив, заинтересован, влит в мою ситуацию и желание помочь неизвестному человеку. Причем было видно, это не только потому, что он должен это делать, ведь это его работа. Он был добр и внимателен к моим просьбам, утончённый и профессиональный в своём деле, потому что хороший сам по себе. И я не заметил, как успокоился и поддался его терпению, точно так же заинтересованно вливаясь в происходящее.       Мне хотелось пойти к кассе, чтобы всё оплатить, но Джеки меня задержал.       — Вы не будете мерить? Вдруг не подойдёт…       Вежливость к моей персоне была понятна — это базовый социальный этикет. Но почему-то это всё равно было приятным.       По магазинам с целью приобрести портянки я не ходил… пожалуй, никогда. Да, мне приходилось покупать медикаменты и еду своим приспешникам, но одежду — не-а. Почему-то такая логичная вещь, как возможность примерить вылетела у меня из головы.       Еда для приспешников… Интересно, Хоррор научился пользоваться телепортацией? Он может попадать в Фармтейл за провизией? Я помню, насколько для него это было важно… Так. Стоп. Лишние мысли в сторону. Это не моё дело.       Переняв вещи из рук Пёсика, оглянулся вокруг — родители с их спиногрызами в дальнем углу, мужчина с мелкой девочкой за руку посреди здания, на входе слышна болтовня других покупателей… А…       — …Где переодеваться-то? Прям здесь? — смущённо, и даже нахмуренно спрашиваю я.       Что за бредятина? Не думаю, что люди и монстры настолько сблизились здесь, на поверхности, что у них теперь является нормой переодеваться друг перед другом.       Щенок повернул голову на бок, непонимающе глянув не меня, а после, тихонько тяфкнув, как будто бы пытаясь насмешливо фыркнуть, направился куда-то идти.       — Нет же, пойдёмте, я проведу вас в примерочную.

***

      — Ну…? — тихонько спрашивает Джеки, наблюдая за тем, как я уже около минуты молча смотрю на себя в новом одеянии в зеркало, которое открывало вид на меня с ног до головы. — …Вам… Нравится? — как будто бы робко спрашивает он, стараясь мне угодить, наверное.       Вещи плотно сидели на мне, не болтались, но и не ужимали. Принт на груди в виде облаков и месяца даже вызывал чувство, будто бы так и должно быть, как будто бы это что-то символичное. Одежда хоть и смотрелась непривычно, но не вызывала отвращение. Лучше, чем со спущенными шортами, которые хрен знает где раздобыл Киллер. (Я их, кстати, выбросил в ближайшую мусорку при первой возможности).       Главное, что удобно.       — …Да, — отвечаю я кратко, снова кивая.       Джеки активно замахал своим хвостом, когда услышал чёткое «Да», сразу же меняя свой курс в сторону кассы.       — Хорошо, тогда давайте подойдём к оплате, — пригласил он меня за собой, но резко остановился, повернувшись ко мне снова. — Извините, — говорит он по какой-то причине, а после, поднимая свои руки (сам пёс был размером с меня), отцепляет этикетки и карточки с моей новой кофты, понимая, что я сейчас в ней пойду на улицу.       Для полноты образа я взял ещё и перчатки, а также балаклаву, полностью закрывающую нижнюю часть лица и затылок — чем меньше видно моих ран, тем лучше для меня, и обувь — черные сапоги, достигающие моих колен и плотно прижимающиеся к ноге — помогали не развалиться, ха-ха. Их длину всё равно не видно за достигающими щиколоток джинсами, но удобство сапог от этого меньше не становилось.       За все эти вещи мне пришлось отдать кругленькую сумму, но деньги для меня не так важны. Одежду не приходится поправлять тысячу раз во время ходьбы, обувь не норовит слететь с моих ног, комфорт сиял ярче солнца, которое за всё моё пребывание в магазине успело выбраться из-за туч. Пока я искал себе одежду — дождик уже успел пройтись по этому миру. А потому тротуар был темнее — мокрый. Как и ожидалось, скорее всего, кошачье блюдце с каким-то сомнительным содержимым залило водой.       Кросс ушёл в неизвестном направлении, вероятно, предупредив Дрима о моей пропаже. Значит и Дрима нет на месте — ищет меня. Но где находится Киллер? Ладно, вернусь в отель, там будет виднее. Они не настолько тупы, чтобы не понимать одну простую истину — без их помощи далеко я не уйду. Поэтому, в теории, должны будут вернуться рано или поздно.       Глаза упали на забившийся в угол шерстяной комочек, напуганный из-за дождя в том самом проёме, в который я прошмыгнул несколько минут назад… Сейчас хотелось только лишь поесть, чтобы избавиться от чувства сонливости, а точнее… Точнее, выпить чашечку кофе. (Арт к этому моменту: https://t.me/bobikcomic/821)