Он всегда возвращается.

- Где ты был? - неожиданный вопрос прозвучал за спиной Джина, пока тот, повернувшись лицом к входной двери, снимал обувь. - Господи, Джун-а. Ты напугал меня, - воскликнул Джин, от неожиданности, хватаясь рукой за сердце. Он обернулся на голос брата, стоящего в двух метрах от него, - разве можно так тихо подкрадываться? Вид у Намджуна был мрачный. - Где ты был, хен? - нетерпеливо повторил младший. Поза его тела со скрещенными на груди руками и сведенные к переносице брови требовали ответа и ответ нужно было дать незамедлительно. Джин всегда думал, что Намджун умеет читать мысли по выражению его лица, и прекрасно зная об этой его особенности прокручивал в голове возможные варианты лжи, боясь выдать себя истеричными неврозами, что случались с ним в напряженный момент. - Гулял, - сглотнув вязкую слюну и как можно более ровным тоном солгал Джин, стягивая на ходу кофту с плеч и не смотря в глаза Намджуну, пока в его собственных не улегся страх от неожиданной встречи, - А ты почему дома? - задал он встречный вопрос направляясь в глубь дома и старательно игнорируя недовольный прожигающий взгляд. - Где гулял? - настаивал донсен, сердито двигая челюстями. - О, Боже! К чему этот допрос? - Джин остановился, успев поставить одну ногу на первую ступень лестницы и повернулся в полкорпуса, - Я гулял в парке в соседнем квартале. Сквер в нашем районе надоел до зубного скрежета, вот я и решил пройтись в другом месте. Разве мне для этого необходимо твое разрешение? - спросил он, приподнимая одну бровь. Джин и представить себе не мог, сколько сил ему понадобится сохранить бесстрастное выражение лица и не выдать обман с потрохами. Он даже попытался улыбнуться, стараясь свести к минимуму накал между ними, в ожидании следующего вопроса. Так просто донсен не оставит его в покое. - Почему твой телефон недоступен? Я звонил несколько раз. - Прости, я не заметил, что батарея разрядилась, - Джин, посмотрел на Джуна и пожал плечами, снимая с себя ответственность и не убирая маску напускного спокойствия, - Надеюсь, я ответил на все вопросы и теперь могу узнать, почему ты не на работе в это время? - Заскочил за кое-какими документами, сейчас уже уезжаю, - медленно проговорил младший, одаривая долгим, ничего не выражающим взглядом, - В следующий раз проверяй заряд телефона перед выходом. - Не надо так за меня беспокоиться. Я давно не ребенок, - ответил Сокджин отвернувшись и продолжая путь по лестнице вверх, цепляясь за перила пальцами, как за спасательный круг. Дверь за его спиной хлопнула, и пропищал автоматический замок, оповещая о том, что Джин остался в квартире один. Добравшись до спальни, он, не переодеваясь, рухнул на постель, раскидывая конечности звездочкой. Теперь можно подумать о сегодняшней встрече с Тэхеном, о том, что произошло в кафе и решить, как действовать дальше. Сокджин не сомневался, что не сможет удержать себя в узде, чтобы не назначить следующую встречу. Он слишком хотел увидеть его снова, может даже коснуться невзначай, и сердце трепетало от одной только мысли об этом. Глупое сердце. Неожиданно раздумья вернули его в прошлое, но вспоминать о трудной юности хотелось меньше всего и он дернул головой, вытряхивая застрявшие там непрошеные мысли. Возможно, если помыслы Тэ чисты, то он смог бы простить ему былые ошибки и от осознания этого факта, на лице расцвела глуповатая довольная улыбка. Трудно было припомнить, когда Сокджин был так счастлив в последний раз, если не брать в расчет последние полтора часа, которые он провел в компании Тэхена, гуляя по парку и поедая купленное ими дешевое мороженное у мальчишки-лоточника. Сейчас, сидя на лавочке и скрываясь в тени ветвей широколиственного каштана, они разговаривали обо всем и ни о чем, словно старые приятели, которые давненько не встречались и темы для обсуждения не иссякали. Они поглощены разговорами, увлеченно беседуют, понизив голоса и перескакивая с одной темы на другую. Это была не первая их обеденная прогулка, поэтому несуразность поведения и неуклюжие разговоры почти перестали существовать, уступая дружескому настрою. Но только лишь дружескому? Джин не пытался обмануть самого себя. Иногда он застывал, разглядывая лицо Тэ или его руки, теряя связь с окружающим миром и нить разговора. Старался запомнить каждую эмоцию, отпечатавшуюся на красивом лице собеседника. Мозг, как губка впитывал полученную информацию, создавая новые картинки для склада памяти и раскладывая их по полочкам. Вот, Тэхен улыбается и множество мелких морщинок лучиками расходятся в разные стороны от уголков глаз, или опускает глаза и тень от длинных ресниц падает на скулы, или, как, когда немного нервничает, раскидывает волосы на затылке, изящной крепкой рукой, или часто облизывает обветренные губы, обнажая юркий и блестящий кончик языка. Каждый незначительный для других момент, имеет огромную ценность для Джина здесь и сейчас. И так хотелось, чтоб эти «здесь и сейчас» не заканчивались. Он не мог перестать думать, а что если бы они стали друзьями еще в школе и не пришлось проходить через тернии тихого саморазрушения все прошедшие годы, и может, если бы Тэхен дал ему шанс, хоть на призрачную надежду взаимности чувств, как бы все могло повернуться в его настоящем. Это было нелогично, потому что они были теми, кем были. Дети из различных слоев общества редко могли стать друзьями, а шансов, что неказистый подросток сможет заинтересовать популярного мальчишку еще меньше. И все же оказалось что такое возможно. Раньше Джин утешался тем, что Тэ не смог бы полюбить его «так», но это утешение исчезло, потому что он любил… и было больно за возможное и упущенное совместное. Когда-то он ненавидел Чонгука, ненавидел себя, ненавидел жизнь в целом, и иногда даже Намджуна, но никогда не чувствовал ненависти к Тэхену, хотя должен был. - Я никогда не спрашивал… Ты сейчас встречаешься с кем-то? - неожиданный вопрос вырвал Джина из прострации. Он сморгнул пелену задумчивости и слегка покраснел, когда понял, о чем спросил Тэ. Тэхен смотрел на Джина с простодушным любопытством, словно не понимал, что его вопрос мог оказаться бестактным и смутить. - Можешь не отвечать, если я спрашиваю о чем-то слишком личном, - предложил Тэхен, все же, заметив конфуз на лице Кима и отвел глаза в сторону семейной парочки, мерно прогуливающихся и толкающих коляску с ребенком впереди себя. - Нет, не встречаюсь, - чуть помедлив, ответил Сокджин и грустно улыбнулся. Слишком часто приходилось говорить неправду с недавних пор. Хотя, может частично это и не неправда. О сексуальной связи с братом он не признался бы даже на смертном одре. - А ты? - Сейчас, я тоже одинок… но, знаешь, я был женат. - Оу, правда? - удивился Джин и выронил зажигалку, которую крутил в руках, не решаясь закурить, - Почему был? Вы развелись? - он нагнулся, чтобы подобрать ее с земли и, разогнувшись, опять покраснел, ведь теперь его вопрос был бестактным, - Прости, я не должен был спрашивать. - А, ничего… - отмахнулся Тэ, отхлебывая газировку из банки, - Этот брак был ошибкой и не принес счастья никому. Мы не любили друг друга. Наши отцы скрепили свои договоренности нашей свадьбой. Мне нечем было возразить и, в конце концов, незачем. Этот абсурд продлился четыре года, не принеся плодов. Детей мы не родили, наши отцы не смогли договориться и разошлись каждый своей дорогой, поэтому продолжать брак не имело смысла, и развод был логичным исходом. Разговор на откровенную и неприятную тему заменил искрящуюся улыбку Тэ на горькую ухмылку и как бы неосмотрительно это не было, Джин не смог сдержаться и накрыл его ладонь своей в качестве поддержки. И сердце екнуло от такой близости. - Мне жаль, - произнес он ласково, боясь задеть гордость Тэ. - Все нормально. Это уже в прошлом, - ответил Тэхен, вытаскивая руку из ладони Сокджина и переплетая их пальцы, - Не хочешь выпить? - и вероятно устыдившись своей вспышки, он промямлил что-то невнятно себе под нос, взглянул в сторону и опять улыбнулся, так и не отпустив чужой руки. - А, как же твоя работа? Ты больше не собираешься туда ехать сегодня? - удивился Джин, борясь с собственными сомнениями. - На сегодня я свободен и если ты не против, я знаю хорошее место. И ты, возможно, не заметил, но, кажется, начинается дождь. В подтверждение слов Тэхена, первые тяжелые капли упали на пешеходную дорожку, окрашивая светло-серый асфальт темными кругами. - Бежим к моей машине, иначе промокнем до нитки, - возбужденно скомандовал Тэ. Рука Джина была в его руке и они, как влюбленная парочка побежали на выход из парка, среди таких же застигнутых внезапным ливнем людей. Дождь усилился, барабаня по листве деревьев, намочив их насквозь, и оба Кима продирались сквозь быстрый поток воды, несущийся с неба на землю, как маленькие колючие истребители. Серые низкие тучи, наконец, разверзлись и выстрелили молнией под оглушительный грозовой раскат. Казалось, что даже воздух посерел, оседая прохладной дымкой на легких. Когда беглецы добрались до машины, сухого места на них не осталось. Запрыгнув в салон и плюхнувшись на кожаные сидения, они смеялись, как дети, стряхивая с волос воду. Легкая одежда прилипла к их телам, обрисовывая каждую выпуклую мышцу. Тэхен, трясущимися от напряжения и чуточку от холода руками, включил кондиционер на обогрев и схватился за руль. - Кажется, поход в ресторан отменяется. Боюсь, нас не впустят в таком виде, - он улыбался, но покрасневший кончик носа семафорил, информируя о необходимости срочно согреться. Джин тоже не выглядел лучше, он обхватил себя руками, на автомате притягивая колени ближе к телу и отстукивая зубами барабанную дробь. - У меня есть предложение. Я живу неподалеку, давай заскочим? Высушишь одежду и горячий кофе не помешает, - Тэ сосредоточенно осматривал Сокджина, делая выводы, - Хэй, не волнуйся, мы ненадолго. Как только согреемся и высохнет одежда, я отвезу тебя, куда скажешь, - продолжил он, хлюпнув носом и заметив нахмуренные брови мужчины в соседнем кресле. Кондиционер нагонял теплый воздух в салон, и Джин позволил себе немного расслабиться, но дрожать не переставал, ну хотя бы, уже не скрючивался в три погибели. Холодные капли все еще падали с волос на лицо, оставляя неприятный мокрый след. - Ладно… хорошо, поехали к тебе. Мне до дома довольно далеко ехать. Не хочу заболеть, - сдался он, соглашаясь со здравым смыслом слов Тэхена, кивнув несколько раз, - Надеюсь, в твоей машине найдутся сигареты? Мои промокли. Не то, что бы Джин хотел курить, больше хотел отвлечься и немного согреть пальцы. - Тогда едем. Воздух в квартире Тэ был пропитан ненавязчивым запахом какого-то ароматического средства, Ким сразу почувствовал его, как только переступил порог, но аскетичность жилища вызвала недоумение. Просторная прихожая была почти пуста, впрочем, как и гостиная и огромный белый диван, стоявший посередине, казался айсбергом, дрейфующим в водах Атлантического океана. Все вокруг было белым: стены и высокий рельефный потолок, двери и подоконники не завешанные шторами, только мраморная плитка пола блестела бежевым. Джин остолбенел, осматриваясь вокруг себя, но глазу не за что было зацепиться. Квартира напоминала чистый холст художника, а он сам себе показался большим грязным пятном на белоснежном покрывале. - Проходи, не стесняйся, - сказал Тэ, подталкивая Джина в спину, - Ты же уже знаешь, что я недавно вернулся в Корею, еще не успел обжиться. Скоро дизайнеры наведут здесь марафет, а пока так, - развел он руками и сняв обувь пошлепал мокрыми босыми ногами через гостиную куда-то направо, - Сейчас я тебе выдам сухую одежду, иди в ванную переоденься, а потом выпьем долгожданный горячий кофе. Через полчаса они сидели на мягких сидениях высоких стульев, напротив друг друга, каждый со своей стороны кухонного острова и пили капучино с мягкой молочной пенкой. Тэхен разогрел в микроволновой печи кексы, найденные в холодильнике, и поставил на стол. - Кажется, в моем доме из съестного есть только это, - сказал он с виноватой улыбкой. Джин невольно улыбнулся в ответ. - Думаю, кексов и кофе достаточно. Скоро одежда высохнет и я вызову такси, чтобы не обременять тебя, - ответил Сокджин и поднес чашку к губам, делая новый глоток. - Ты не обременяешь меня никоим образом. Я даже мечтать боялся, что когда-нибудь ты будешь сидеть на моей кухне и пить кофе, который я сварил для тебя. Тэхен потянулся через стол и большим пальцем правой руки, вытер оставшуюся пенку с уголка губ Сокджина, а затем поднес к своим губам, облизывая подушечку. Провокационные действия Тэ выбили дух из тела Джина, превращая внутренности в кисель, казалось, что даже кровь загустела, мгновенно останавливая сердцебиение и дыхание. Вся его любовь и одиночество достигли такой концентрации, что переполнили сердце жаром страсти, готовым выстреливать молнии, как недавно тучи над их головами. Он сидел неподвижно, только грудь высоко вздымалась, пока наблюдал, как Тэ встал со стула и походкой хищника обходил стол. - Можно? - спросил Тэхен, останавливаясь рядом с Джином и аккуратно приподнимая его голову за подбородок. Ответом послужил легкий кивок. Их губы слились в поцелуе, возрождая новые чувства из осколков разбитой любви. Их языки извивались, сплетаясь в единое, рассказывая кто они такие. Они – влюбленные.