Омут

      Гермиона конечно и раньше замечала что Рон Уизли не славится большим количеством серого вещества в голове, но до сегодняшнего дня она думала что он дотягивает хотя бы до уровня третьекурсника. Но как оказалось нет, ибо только Рон мог забыть (!) сделать работу на два свитка по трансфигурации и вспомнить об этом только вечером, спустя три дня. — Трансфигурация завтра первой парой! — Стонал несчастный, сидя на диване в окопе из учебников. Гермиона делала вид, что ее это не касается ни коим образом, продолжая читать. Гарри бросил на нее укоризненный взгляд и пересел к другу, но и их совместные усилия почему-то не приносили никакого результата. Воцарилось подозрительное затишье, прерываемое только тихим хихиканьем девчонок, сидящих в дальнем углу гостиной. — Вы сейчас прожжете во мне дыру! — Не выдержала Грейнджер, вскидывая голову и натыкаясь на предсказуемо-щенячьи глазки приятеля. — Гарри, ты что, тоже не готов?       Поттер слегка растерянно глянул на нее и и взъерошил челку: — Ну… Да! Дашь нам списать? — Как можно быть настолько безалаберными? — Возмущение просто било через край. — Только и выезжаешь за счет списывания, Рон! — Ну ведь для этого и нужны друзья! — Друзья… — Она тяжело вздохнула и полезла в сумку, выложила на стол свою работу и пододвинула к мальчишкам. — Только поэтому я тебя еще не придушила…       Рон расцвел и начал быстро строчить, Гарри по-прежнему выглядел сконфуженным — он довольно редко прибегал к списыванию чужих работ. — Ладно, не забудьте положить потом в сумку! — Она встала из-за стола и собрала наспех волосы в хвостик. — А ты куда? — Синхронно спросили оба. — Пользоватся привилегиями старост! — Хихикнула Гермиона. — А точнее, их ванной!       Рон прыснул и чуть не посадил кляксу. Гермиона постаралась ретироватся побыстрее, чтобы не видеть этого варварства. Взяв с собой любимый шампунь (который к ее разочарованию почти закончился), махровое полотенце и расческу, она сложила все это в маленькую сумочку, расшитую бисером. Чары незримого расширения работали на ней на сто процентов. Рон проводил ее взглядом и сказал вполголоса Гарри: — И все-таки она зануда, я не представляю себе человека, который женился бы на ней! — Мне почему-то кажется что он должен быть старше и умнее ее. Тогда ей будет с кем вести все эти невыносимо-научные беседы. — Ответил Гарри, не отрываясь от работы. — Умнее Гермионы? Кто в Хогвартсе умнее Гермионы? — Фыркнул Уизли. — Потому я и говорю, что кто-то старше. Хотя, когтевранцы и сейчас такие же зубрилы как и она…

***

      Гермиона вошла в просторную комнату, из белого мрамора, посередине которой находился прямоугольный, довольно глубокий бассейн (тоже из белого мрамора), по краям его было расположено около сотни золотых кранов, украшенных самоцветами, а у ближнего края возвышался трамплин для ныряния. Великолепная люстра с горящими свечами давала теплый мягкий свет на окна с льняными занавесями почти до пола и картину в золотой раме, изображающую светловолосую русалку на скале. Закрыв дверь ванны старост на задвижку¹, Грейнджер быстро разделась до нижнего белья и взмахнула палочкой. Из сотни кранов тотчас хлынула вода с пеной для ванн: из одного крана — розовые и голубые мыльные пузыри размером с футбольный мяч, из другого — густая белоснежная пена, из третьего — душистые лиловые облака, а ещё из одного — лёгкая струя из пузырьков, которая, едва касаясь воды, взлетала в воздух и застывала высокими арками. Это было чудесно даже по меркам Хогвартса и Гермиона была в восторге уже второй год от этого преимущества, которое даровал значок старосты факультета. Скинув черный бюстгальтер и атласные трусики такого же цвета, она легко впорхнула в бассейн и поплыла, уже не касаясь ногами дна нырнув посередине. Выбравшись с другой стороны, она устроилась на мелком, по пояс месте под портретом русалки и выбрала кран с белой пеной. Когда ее стало достаточно, она закрутила кран и с наслаждением погрузилась в белые облачка, откинув на бортик голову. Шум воды стал не навязчивым, а приятно-журчащим, Гермиона снова переплыла бассейн, за шампунем и вылила остатки в ладонь, взбив на волосах густую пену. Смыв шампунь, она с сожалением поставила баночку на бортик, и прищурившись, посмотрела на нее — маленькая и длинная, она немного расширялась к низу. «Да и черт с ним, все равно никто не видит!»  — Подумала она и опустив бутылку под воду, начала массировать клитор удобной круглой пробкой. Это были конечно не умелые пальцы Снейпа, но тоже приятно. Однако Гермиона чувствовала, что так просто она удовольствия не получит и тихонько подтолкнула узкий край бутылочки ко входу. Он проскользнул так легко, что Гермиона даже удивилась. Сделав несколько легкий толчков, она прикрыла глаза, представляя Мастера зелий, которого уже три дня видела только на завтраке и обеде в Большом Зале. Ее стон отлетел эхом от высокого сводчатого потолка и замер, где-то в пустоте над бассейном. Она двигала внутри себя узкой бутылкой все сильнее, и почти измученно всхлипнула: — Северус…       На миг ей показалось что на мокрые плечи легли чьи-то руки, и она взвизгнула, обернулась и увидела совершенно невозможное зрелище:       Профессор Зельеварения сидел на коленях у края бассейна и ухмылялся, глядя на нее. — Как вы сюда попали?! — Честно скажу, я не планировал, но заметил тебя в коридоре, и нетрудно было догадатся куда ты идешь вечером на шестой этаж. — Он произнес в полголоса заклинание, и его одежда исчезла, как и в прошлый раз, но Грейнджер успела заметить, что она появилась позади него. С легким всплеском он соскользнул к ней и схватил за запястье руку, которая сжимала пустой шампунь: — Так у тебя ничего не выйдет, моя девочка.       Гермиона прильнула к его груди, обвивая в воде ногами его колени и прижимаясь животом к горячему члену. Снейп смотрел ей в глаза и слова сами сорвались с губ, против ее воли, нет она бы никогда не смогла сказать такое! — Я так скучала по тебе, Сев! Наконец-то ты пришел… «Что?! Как я его назвала? Что я несу? Кретинка-а-а!!!» — Тотчас мысленно взвыла она. Снейп казалось опешил на несколько секунд, а потом склонился и поцеловал ее нежно и мягко, не подчиняя как обычно, как будто был действительно ЕЁ мужчиной. Подведя Гермиону под кран, он открыл его, и белая пена вновь начала окружать их. Встав так, что она оказалась на маленьком возвышении, в то время как Северус остался поглубже, что позволило чуть компенсировать разницу в росте, Снейп нанес на плечи и грудь гриффиндорки приятно пахнущие пузырьки и прижал ее спиной к своей груди. Тщательно проведя намыленными руками от шеи до сосков и повторив процедуру, он задержался на несколько мгновений, уместив ее груди в ладонях и массируя большими пальцами соски. Гермиона откинула голову ему на грудь и почувствовала горячее дыхание на мокрой макушке. Оказавшись в кольце его рук, она ощущала себя одновременно защищенно и беззащитно. Вся ее душа верила и тянулась к этим чувственным пальцам, к этим черным, как омуты глазам и от этого кожа еще острее реагировала на касания. Он прикусил мочку уха, пососал ее, затем его язык скользнул ниже, к шее и чуть шерховатые губы сомкнулись на пульсирующей жилке. Гермиона вцепилась в его руку, которая намыливала ей живот и застонала, прижимаясь все сильнее спиной к груди Снейпа. Его напряженные, каменно-твердые руки стиснули ее в ответ и она охнула, когда неожиданно почувствовала, как его ладонь скользнула под водой по ягодицам и раздвинув их, коснулась ануса. Гермиона расставила пошире ноги и чуть прогнулась в пояснице, не желая отстранятся далеко от него. Каменная горячая эрекция теперь упиралась ей прямо в попку, а пальцы Северуса уже хозяйничали между ног, аккуратно растягивая анус, указательный палец скользкий от мыла, проник внутрь и начал несильно толкаться вперед-назад, а еще два раздвинули складочки и вошли во влагалище, задав единый темп с указательным. — Это… Так… Ай!. — Взвизгнула она, когда он согнул пальцы во влагалище и потер шерховатую переднюю стенку внутри. — Как? — Прорычал он над ухом, вколачивая в нее три пальца. — Скажи, девочка, каково это, когда тебя имеют в три дырочки? — Три?! — Она не успела пискнуть как указательный и средний пальцы его второй руки оказались у нее на губах, проводя по ним медленно и чувственно. Она всхлипнула, полуоткрыв рот и они тотчас наполовину оказались там, лаская нижнюю губу изнутри. Она облизала их, чувствуя чуть горьковатый привкус пены и Снейп задвигал ими так же, как и другой рукой. Его член оставшийся без дела, болезненно ныл, упираясь в мягкие полушария задницы этой чудесной гриффиндорки, но неимоверным усилием воли профессор сосредоточился на кончиках своих пальцев, которые были в каждой дырочке Гермионы. Она приглушенно стонала, обхватив красиво очерченным ротиком его пальцы и посасывая их так сладко, что пришлось отвести глаза, чтобы не смотреть в ее, доверчиво поднятые на него снизу, ибо ему это грозило эякуляцией на месте. Грейнджер насаживалась на его пальцы все более неистово, чувствуя скорую разрядку. Снейп начал трахать ее обоими руками все быстрее, и она выпустив его пальцы изо рта, закричала, изгибаясь в его руках, стенки внутри запульсировали, сжимаясь вокруг его пальцев и она зажмурилась, когда волна удовольствия обожгла ее от живота до кончиков поджатых пальцев на ногах. Северус подхватил ее на руки, в воде она совсем мало весила и покачал ее легонько, пока пена и вода омывали ее. Гермиона обняла его за шею и опустила ноги на дно бассейна. Встав к нему лицом, она настойчиво толкнула профессора к бортику и положив руки по бокам от его бедер, встала на цыпочки, без труда нанизавшись на уже слишком заждавшийся член. Снейп охнул, и в тот же миг подхватил ее под ягодицы, входя до конца, сильно и болезненно. Гермиона поморщилась, но он не обратил на это внимания и шагнув поглубже, прижал ее к стенке бассейна, так что вода доходило ей до грудей, которые он так хотел бы поймать губами, но обвившиеся вокруг поясницы ноги Грейнджер снесли начисто крышу. Сжимая до синяков ягодицы девчонки он стал вбиватся в нее по самые яички. Но вода все же мешала, не позволяя как следует входить и сглаживая резкость. В отместку Гермиона запустила ему руку в волосы и сжала так, что если бы не дикое возбуждение, Снейп бы вскрикнул, но неожиданно, это движение, ее руки на шее и голове, побудили его кончить гораздо раньше, чем он предполагал. С недовольным рычанием, пополам с облегчением, Снейп кончил, прижав Гермиону так, что она не могла дышать. Немного отойдя, он опомнился и разжал руки, отойдя от стены и поставил на дно бассейна свою ношу. — Прости… Прости… — Прошептал он, оглаживая ее плечи и повернул, разглядывая синяк на спине. — Жадный дурак… — Ну что ты такое говоришь… — Гермиона удивилась его поведению, хотя и синяков на ней тоже раньше не было. Видимо профессор увлекся на этот раз не на шутку, и теперь его внимательные черные глаза оглядывали ее, на сколько позволяла вода. Очистив бассейн от вытекшей спермы и смазки, он пронес ее на руках до ступенек и помог выбратся из воды. Когда он снова невербально наложил осушающее заклятие, Гермиона уже хотела что-то спросить о его необычном умении, но он быстро обмотал вокруг бедер полотенце и применил Энгоргио к другому. Разложив ставшее гигантским полотенце на полу, он сел на него и потянул Гермиону за собой. Заставив ее лечь лицом вниз, Северус встал над ней на коленях и начал нашептывать неизвестные ей заклинания. Синяки на заду и спине начало покалывать, Гермиона опустила подбородок на руки и с удивлением поняла что Снейп применил Амортизирующие чары, поэтому лежать было так мягко, не смотря на то, что под махровым полотенцем был кафель. — Что вы делаете, профессор? — Спросила она. — Ты опять сбиваешся с «ты» на «вы»! — Заметил Снейп, проводя ладонью от шеи через ягодицы и до бедер. — Называй меня пожалуйста по имени, когда мы вдвоем. — Можно?! — Искренне улыбнулась она. — Северус, так что ты делаешь?       Она не видела его лица и было немного неловко лежать так по-домашнему, голой перед ним, и не видеть что он делает над её спиной. — Такое тело не должен портить никто. Я бы не задумаясь выпустил Круциатус в того, кто пытался бы тебя обидеть. Ни я, ни кто-то другой не имеет на это права, Гермиона. — Сказал он очень серьезно и прилег рядом с ней. — Я убрал твои синяки полностью, не замаскировал, а именно заставил «рассосатся» кровь и подлатал ткани. — Спасибо… — Она перевернулась на бок и спрятала лицо на его груди. Его слова были так неожиданны и приятны, что защемило сердце. Снейп несколько секунд гладил ее по голове, а потом вдруг задал самый наистраннейший вопрос в своей жизни, который он никогда бы и не подумал задавать никому, а уж тем более гриффиндорской заучке Гермионе Грейнджер: ¹Прим: Ванна старост действительно закрывалась на задвижку в каноне. Почему не заклятием, а простой железкой которую можно вскрыть банальной «Алохоморой» — непонятно