Потерянный в бою

- Донни! У тебя должно быть чертовски веское оправдание, чтобы не отвечать нам! — слова разрезали воздух, как самые острые ножи, когда очень сердитый Хамато Рафаэль перепрыгнул через турникет и спрыгнул с лестницы, которая следовала сразу за ним. Затем он свернул налево и направился прямиком в лабораторию своего гениального брата. Двое других его братьев следовали за ним по пятам, так же паникуя, как и он, но не так громко. Раф распахнул двери лаборатории и ворвался внутрь, даже не потрудившись постучать. Он был достаточно зол, чтобы пренебречь такими формальностями. Кроме того, он решил, что его крик был достаточным предупреждением о его приближении. Понятно, что три брата Донни были напряжены. Всю дорогу до логова они коротали время, придумывая возможные объяснения тому, почему Донни им не ответил, в том числе такие, как: "Наверное, его телефон не работает". "Он, наверное, так увлекся одним из своих проектов, что просто не слышал наших сообщений или звонков". "Возможно, он принимает горячую ванну с пеной". "Или он придумал что-нибудь, что снова заперло его в гараже". "Может быть, он просто лег спать". Кроме того, Майки добавил в список свой любимый пункт... "ОООООО! Может, он смотрит MTV и учится "Дуги!" За это он заработал подзатыльник. Конечно, все они просто строили догадки, потому что не хотели признавать, что до смерти напуганы тем, что с их гениальным братом случилось что-то плохое. Донни не был похож на того, кто не отвечает на звонки. Они все знали, что случилось в прошлый раз, когда он не ответил на их звонки... - Донни! Где ты, чёрт возьми? - то немногое, что осталось от терпения Рафа, иссякло, и переполнявшая его ярость мешала здраво мыслить. Ему нужно было во что-то вцепиться, и вцепиться покрепче. Он метался по лаборатории в поисках брата и чего-нибудь, во что можно было бы вцепиться. - Я пойду проверю остальную часть логова, - необычная мрачность в голосе Майки выдавала, что что-то сильно тяготило его. Не дожидаясь разрешения старших братьев, он развернулся и поспешил из лаборатории на поиски своего умного старшего брата, выкрикивая его имя на ходу. — Донни! Ответь мне сейчас же, или я тебя как следует отлуплю! Леонардо закатил глаза, подумав о том, как неуместно было со стороны Рафа угрожать Донни после всего, что произошло. Что, если их гениальный брат лежит где-то раненый? От одной этой мысли старшую черепаху чуть не стошнило, но, опять же, Лео было не по себе с тех пор, как Майки сказал ему, что их раненый брат не отвечает на его сообщения. Трое черепах тайно следили за несколькими Пурпурными Драконами с крыши в Чайнатауне, когда Майки сообщил плохие новости. В тот момент Донни не ответил на три сообщения самой младшей черепахи. Подумав, что, возможно, что-то случилось с телефоном Майки или с самим Майки, Лео быстро отправил сообщение своему самому умному брату, но ответа не последовало. Это слегка напугало Лео, но когда его раненый брат не ответил на звонок, «бесстрашный» лидер чуть не впал в истерику. Пока Лео «орал как резаный», как красноречиво выразился Раф, вспыльчивый черепаха решил написать Донни. И снова ответа не последовало. Это привело Майки в бешенство, и в панике он отправил гениальной черепахе ещё два сообщения. По-прежнему ничего. Тогда они решили прекратить патрулирование и поспешить обратно в логово. Пока они карабкались по крышам и бежали по нью-йоркским канализационным трубам в сторону логова, Лео продолжал снова и снова набирать номер Донни. С каждым неотвеченным звонком состояние черепахи в синей маске ухудшалось. Всю дорогу домой он не мог перестать думать о возможных наихудших сценариях. Его мысли возвращались к той ужасной ночи, когда Донни был тяжело ранен. В ту ночь, когда они были так близки к тому, чтобы потерять его. Все они мысленно возвращались к той злополучной ночи, но больше всех — Леонардо. Он не мог не беспокоиться о том, что Шреддер каким-то образом узнал о местонахождении логова. Мастер Сплинтер предупредил Лео, что Шреддер не остановится ни перед чем, чтобы заполучить Донателло теперь, когда он знает, что второй младший черепаха — мозг команды. Возможно, Шреддер просто внимательно следил за ними и ждал возможности нанести удар, как кровожадный хищник, выслеживающий свою добычу. Может быть, всё это время он просто стоял в стороне и ждал, когда семья оставит Донателло одного в логове, чтобы он и/или его последователи могли снова напасть на гениальную черепаху. Как они это сделали в ту ночь, когда Коготь Тигра и Гризгор попытались похитить Донателло. Что, если мы попадем прямо в лапы Шреддера? — спросил себя Лео. Нам не следовало оставлять его одного ... Рычание Рафа, который чуть не сорвал дверь гаража с петель, отвлекло Лео от мрачных мыслей. Повернув голову в сторону открытой двери, Леонардо молча наблюдал, как его вспыльчивый брат ворвался в гараж, сжав кулаки. Синяя черепаха был уверен, что если бы кто-нибудь сейчас вылил на Рафа ведро холодной воды, от него бы в буквальном смысле повалил пар. Конечно, Лео было жаль любого, кто оказался бы настолько глуп, чтобы вылить ведро воды на Рафа. Вспыльчивая черепаха убьет их на месте ... Даже в хороший день Рафаэль был черепахой, с которой лучше не связываться, но Рафаэль, стоявший сейчас перед Лео, был на грани безумия. Все мышцы в теле вспыльчивой черепахи были напряжены, и каждая вена была готова лопнуть от ярости, охватившей его. Раф не умел конструктивно справляться со стрессом. В основном он просто всё ломал. Лео осторожно вошёл в гараж, стараясь держаться на безопасном расстоянии от своего неуравновешенного брата. Старшая черепаха не хотел, чтобы Раф что-нибудь сломал. — ДОННИ! Тащи свою тощую задницу сюда! Было до боли очевидно, что Рафаэль борется с какими-то проблемами, связанными с управлением гневом, и ему очень нужен тайм-аут, но Лео не осмеливался предложить ему это, так как был уверен, что его младший брат расколет его, как грецкий орех. - ДОНАТЕЛЛО! - хотя Леонардо выкрикнул имя своего пропавшего брата с гораздо меньшим гневом, чем Рафаэль, в его голосе было столько же силы и громкости. Черепаха в красной маске был не единственным, кто был на грани паники. С каждой секундой, в течение которой они не могли найти Донни, Лео оставалось жить на час или два меньше. Он чувствовал, как от беспокойства у него сжимается грудь. Прошло несколько минут безмолвного поиска, прежде чем Лео и Раф услышали, как их младший брат вернулся в лабораторию, и чуть не подпрыгнули от неожиданности. - Ребята! Я не смог его найти! А вам повезло? - когда два его старших брата не ответили на его очень простой вопрос, Майки воспринял их молчание как «нет». У самой юной черепашки засосало под ложечкой, как в тот раз, когда он выпил целую упаковку молока, чтобы избавиться от отвратительного привкуса во рту после того, как съел приготовленную им экспериментальную пиццу «Смотри-и-Ешь». Раф поспорил с ним, что он не сможет съесть всю пиццу меньше чем за десять минут. Через восемь минут и сорок три секунды Майки выиграл спор. К сожалению, примерно через одиннадцать минут и одну кварту молока Майки начал отрыгивать, как заправский босс. Это продолжалось три часа подряд, но оно того стоило. Как только Майки снова смог стоять на ногах, Раф, как и обещал, отдал ему последний выпуск «Трупов». Хорошие времена, хорошие времена... Майки сложил пальцы домиком, и его круглое лицо расплылось в озорной улыбке, но вскоре выражение его лица сменилось гримасой, когда он понял, что совсем потерял ход мыслей. Он должен был искать своего пропавшего брата, а не предаваться воспоминаниям. Давай, чувак. Погрузись с головой в игру! Плюхнувшись на синее рабочее кресло Донни, Майки потянулся за мышкой и пошевелил ей, чтобы включить компьютер старшего брата. Он надеялся, что Донни оставил на рабочем столе какие-нибудь улики, которые могли бы указать на его местонахождение. К сожалению, гениальная черепаха ничего не оставил открытым на рабочем столе своего компьютера. Однако он оставил кое-что на своём «рабочем» столе. — Эй, ребята! — окликнул Майки двух своих старших братьев. Когда они не ответили меньше чем через три секунды, он снова попытался привлечь их внимание. На этот раз он сделал это гораздо громче. — РЕБЯТА! Услышав тревогу в голосе Майки, Лео и Раф вбежали в лабораторию, чуть не споткнувшись друг о друга. Две старшие черепахи заметили Майки, сидящего за столом Донни, и быстро подошли к младшему брату. Привлекая внимание братьев, Майки нервно указал на предметы, которые заметил на столе. Как только Раф увидел телефон и перевязь, лежащие на столе Донателло, он окончательно потерял самообладание. Издав гортанный рёв, вспыльчивая черепаха начал бить кулаками по всем предметам в лаборатории, которые оказались на его пути. Сначала он несколько раз ударил кулаком по столу, затем по плакату Донни с черепахой (Testudines) на стене, а затем начал колотить по ближайшему газовому баллону, который, по мнению Лео, был не самой безопасной вещью в лаборатории. Да, потому что если мы все отправимся на тот свет, это точно поможет Донни..,- застонал про себя Лео. К счастью, Раф вскоре перешел к попыткам пробить бетонные стены костяшками пальцев, избавив Лео от необходимости высказывать свои опасения по поводу последствий удара по контейнеру со взрывоопасными веществами. Как только черепаха в красном собрался вцепиться своими покрытыми синяками руками в беззащитную канализационную трубу, пара мускулистых рук обхватила его сзади и помешала его намеренному акту насилия. Раф застонал от раздражения, пытаясь освободиться от рук, но они только крепче сжали его. - Раф... все в порядке, бро. Я тоже очень волнуюсь за него, - Майки изо всех сил прижал к себе второго по старшинству брата, пока, наконец, не почувствовал, что тот начинает расслабляться в его объятиях. Затем Раф опустил голову и обхватил одной рукой предплечье Майки, крепко сжав его. Вероятно, это было самое близкое к объятию, которое Майки мог получить от своего темпераментного брата, поэтому он просто стоял совершенно неподвижно, боясь, что если сделает что-то еще, то каким-то образом испортит момент. - Я не могу пройти через это снова. Я не могу потерять его. Я... я просто не могу, - хотя голос Рафа звучал твердо, он перешел на шепот. Затем он прижал кончики пальцев свободной руки к глазницам, чтобы сдержать слезы, которые не хотел показывать своим братьям. Пытаясь сохранить самообладание, Леонардо отвел взгляд от двух своих младших братьев, чтобы визуально осмотреть лабораторию в поисках улик. На первый взгляд, все было на своих местах, но при повторном осмотре лаборатории выяснилось, что на самом деле нескольких предметов не было там, где они должны были быть. Точнее, они отсутствовали. - Ребята, я, кажется, знаю, куда делся Донни. - Что? Где он? - выдохнул Раф, едва не подавившись словами, и довольно резко оттолкнул Майки от себя. Очевидно, краткий миг братской ласки закончился, и черепаха в красном вернулся к своему крайне агрессивному состоянию. - Его спортивная сумка пропала, как и те камеры, которые лежали у него на столе. Я думаю, он работает над системой безопасности логова. - Но почему он ушел, не оставив записки... или без мобильного телефона, или без перевязи? - Не знаю, Майки, но когда я найду его, ему понадобится перевязь для другой руки! - прорычал Раф, выходя из лаборатории. У него был брат, на которого можно было накричать, и на этот раз это были не Майки и не Лео.

***

Становилось все труднее и труднее слышать приближающиеся шаги за оглушительным стуком собственного сердца. Он почувствовал, как от волнения у него перехватило горло, а тело покрылось холодным потом. Придумай что-нибудь, гений! Собрав остатки своих умственных способностей, он быстро перебрал множество оправданий тому, почему он покинул логово. Десятки причин пронеслись у него в голове, но ни одна из них не была достаточно правдоподобной, чтобы спасти его от неприятностей. Если только логово чудесным образом не сгорело дотла, пока его не было дома, никакие отговорки, которые он мог бы придумать для своей маленькой экскурсии, не смогли бы спасти его панцирь. Его братья будут вне себя от ярости. Конечно, они выбрали именно этот вечер, чтобы вернуться домой пораньше... Донателло вздохнул и на мгновение прислонился затылком к бетонной стене туннеля. По крайней мере, он еще раз почувствовал вкус свободы, прежде чем его посадят под домашний арест пожизненно. А ты должен быть самым умным... Приближающийся звук всплеска отвлек его от уничижительных мыслей, и он смог лучше сосредоточиться на своей неминуемой гибели. Он снова поднял голову и внимательно прислушался к нюансам в поступи своих братьев, пытаясь понять, в каком порядке они передвигаются, чтобы знать, кто бросится на него первым. Будет ли это его старший брат, идущий впереди? Или Майки и Лео отошли в сторону и позволили Рафу выйти вперед, зная, что если они этого не сделают, он в конце концов просто уберет их с дороги, чтобы добраться до своей главной цели? Что ж, если во всем этом и есть светлая сторона, так это то, что Раф выбьет из меня все дерьмо, и это будет приятной сменой всего этого снисходительного похлопывания, - подумал Донателло, сохраняя горький оптимизм. Пытаясь найти в этой ситуации золотую середину, он продолжал прислушиваться к приближающимся шагам. Проблема была в том, что он не слышал тонких различий, которые должны были бы быть, если бы это действительно были его братья. Ни один из шагов не был заметно громче других, что указывало бы на Рафа и/или Майки, и ни одна пара шагов не была значительно тише и проворнее, что указывало бы на Лео. Именно тогда гениальная черепашка понял, что нет ничего, что отличало бы их шаги друг от друга, как если бы это были три его брата, которые двигались к нему навстречу. Именно тогда гениальная черепашка, наконец, понял, что это были не его братья. На мгновение Донни почувствовал безудержное облегчение, когда узнал, что его братья не раскрыли правду, но его незаурядному уму не потребовалось много времени, чтобы сообразить, что это новое открытие не обязательно к добру. Если к его позиции приближаются враги, у него не было особых шансов выстоять против них, имея только одну работоспособную руку и ногу. О, и не забывай, что ты решил действовать в одиночку, без оружия и без возможности связаться со своими братьями! Гениальный способ все продумать! Он подавил рычание, которое так и рвалось наружу, решив, что в данный момент, вероятно, важнее сохранить его присутствие в секрете, чем рычать. Поразмыслив секунду-другую, он решил, что в данный момент наилучшим вариантом действий было бы как можно скорее скрыться из виду. Он быстро начал осматривать подземный туннель в поисках возможных путей отхода или укрытий. Поблизости не было видно ни крышки люка, ни выхода на поверхность, поэтому он сразу же исключил возможность бегства наверх. Однако он заметил проход через туннель недалеко от того места, где стоял. Он был почти уверен, что этот туннель вел к более широкому участку канализации, в котором, если память ему не изменяла, находился ряд подвесных дренажных труб. Если он действительно был прав в своем предположении, это означало, что на участке, к которому вел разрез, были подвешены по меньшей мере две большие трубы – отдельные трубы для сточных и ливневых вод. Эти трубы могли бы обеспечить ему столь необходимое укрытие и, возможно, скрыть его от тех, кто был с ним в канализации. Конечно, если бы у того, кто это был, хватило ума просто посмотреть вверх, гениальная черепаха, по сути, стал бы легкой добычей... Ну, технически, я думаю, я был бы сидячей черепахой, - поправил Донни свои собственные мысли, не слишком ловко подстраивая старую идиому под свои цели и обстоятельства. Будем надеяться, что они не посмотрят... Нервная гримаса пробежала по лицу Донателло. Конечно, это был не самый удачный план, который он когда-либо придумывал, но не то чтобы у него было множество других альтернатив, из которых можно было выбирать. Он мог пересчитать возможные варианты по пальцам одной руки, плюс-минус несколько пальцев другой. Лучшим вариантом для него было использовать трубы. Сделав глубокий вдох, он попытался собраться с мыслями. Он знал, что сейчас крайне важно сохранять сосредоточенность. Тем более, что переключение в режим полной невидимости было не совсем возможным, учитывая его нынешнее физическое состояние. Он не мог бежать. Он едва мог ходить. Он не мог драться. Все, что у него было - это его сообразительность, костыль и спортивная сумка. Ему определенно не нравились его шансы. Пришло время выбираться из игры. Чтобы выиграть время, Донни решил отказаться от использования костыля. Хотя нагрузка на его сломанную ногу была не идеальной, ходьба без костыля позволила бы ему быть более подвижным в случае, если ему придется защищаться. К тому же, в случае необходимости, он мог использовать костыль как оружие. Стиснув зубы от боли, раненый черепаха сумел почти беззвучно добраться до развилки. Как только он оказался внутри туннеля, любопытство взяло верх над ним. Он медленно высунул голову обратно в туннель, из которого только что вышел, чтобы посмотреть, не следует ли кто за ним. Он вздрогнул от увиденного и быстро спрятался обратно в туннель, пока его не заметили. За ним следили фут-боты. Если быть точным, их было четверо. Я когда-нибудь смогу передохнуть? Неужели я слишком многого прошу? Донни съежился. Возможно, "отдых" был не лучшим решением, о котором стоило просить прямо сейчас. Это просто должны были быть фут-боты... Если бы за ним гнались обычные солдаты Фут, у раненой черепахи, возможно, был бы небольшой шанс справиться с ними, но фут-боты были гораздо более умелыми и продвинутыми, чем люди-последователи Шреддера. фут-боты были специально разработаны крэангами для Шреддера. Роботы-ниндзя обладали способностью приспосабливаться к любому замеченному движению в течение нескольких секунд. О, канализационные огурчики! Так быстро и бесшумно, как только позволяли его ноги, Донателло, наполовину спотыкаясь, наполовину вприпрыжку, двинулся по узкому проходу. Чем скорее он доберется до секции подвесных труб на другой стороне развилки, тем больше у него будет времени, чтобы составить какой-нибудь план. Донни подавил вздох. Есть дни, когда просто не стоит вылезать из постели, в которой он редко спал. Это был один из таких дней. Ему следовало просто остаться дома...

***

Вскоре после начала поисково-спасательной операции, которую Майки метко окрестил "Операция "Дон пропал"", Леонардо решил разделить команду спасателей. Не только потому, что он хотел охватить большую территорию, но и потому, что пытался защитить своего младшего брата от их вспыльчивого собрата. По какой-то причине Майки не смог удержаться от того, чтобы не замурлыкать мелодию "Миссия невыполнима", и это явно действовало Рафу на нервы. Лео не сомневался, что его вспыльчивый брат был на грани того, чтобы избить Майки до потери сознания первым же тупым предметом, который попался ему под руку. И вот, ради блага Майки и здравомыслия Рафа, Лео воспользовался своими лидерскими привилегиями и разослал своих братьев в красной и оранжевой масках в противоположных направлениях. В настоящее время Майки бродил по западным туннелям, а Раф - по восточным. Лео нерешительно отправил Майки их единственный набросок расположения камер наблюдения, полагая, что младшая черепашка, скорее всего, заблудится и ей понадобится карта. С другой стороны, Майки также был склонен отвлекаться и складывать карту в гигантский бумажный самолетик просто для собственного развлечения... Оглядываясь назад, Лео, вероятно, следовало отправить Рафу удивительно подробную, нарисованную от руки схему Донни. Особенно в свете того факта, что Раф был единственным, кто меньше всех знал о сложной системе безопасности, которую их гениальный брат так тщательно спроектировал. Это потому, что темпераментная черепаха на самом деле никогда не удосуживался выйти и помочь Донни с системой безопасности, как это неоднократно делали Лео и Майки. Всякий раз, когда его брат-умник просил его о помощи в каких-либо технологических делах, Раф без обиняков заявлял, что ему неинтересно то, что делает Донни. В определенный момент гениальный черепаха просто перестал просить его об этом. Теперь, когда Раф блуждал по восточным туннелям в поисках своего раненого брата, он почувствовал укол сожаления, обжигающий его изнутри. Возможно, если бы Раф уделял больше внимания Донни, вместо того, чтобы грубо нападать на него или высмеивать каждый раз, когда он просил его о помощи в чем-то, он, возможно, знал бы, где расположены камеры видеонаблюдения. Скорчив гримасу, второй по старшинству черепаха подумал о том времени, которое он проводил, бездельничая на диване или в мягком кресле-качалке, смотря телевизор, читая комиксы или журналы, играя в игры или слоняясь по своей комнате, в то время как он мог бы помочь своему самому умному брату. В большинстве случаев он убеждал себя, что его дела гораздо важнее, чем какие-то скучные дела, которые делает Донни. Какие-то скучные дела, которые Донни делает, чтобы помочь нам... Впервые за долгое время Раф попытался представить, каково это, быть его умным младшим братом – перегруженным работой, перенапряженным, переутомленным и, что хуже всего, недооцененным. В то время как остальные предавались своим хобби или бездельничали перед телевизором, Донни вкалывал над каким-то проектом, доводя себя до предела. Донни всегда старался изо всех сил ради своей семьи и редко обращался к кому-либо из них за помощью. И неудивительно, почему он не обратился за помощью к своим братьям. Всякий раз, когда он это делал, они обычно придумывали какой-нибудь неубедительный предлог, чтобы уйти, например, им нужно было выполнить свои ката (оправдание Лео), они обещали Кейси, что проверят какую-то подозрительную активность в доках (оправдание Рафа), или они должны были вымыть панцирь, а потом вздремнуть (Майки). Да, у них у всех была невероятная способность увиливать от помощи Донни. Раф был самым виноватым из них, а Майки был на втором месте. Младший черепашка не так быстро говорил "нет", как его брат в красной маске, но если только задача, с которой Донни просил помочь, не включала в себя чтение комиксов, катание на скейтборде или игру в видео / аркады / пинбол / карманные / настольные / карточные / ролевые игры. Внимания Майки было в лучшем случае недостаточно, и он быстро превращался скорее в обузу, чем в помощника. Обычно это приводило к тому, что он проваливал важные эксперименты или ломал предметы, что, в свою очередь, создавало еще больше работы для гениальной черепашки, потому что ему приходилось убирать беспорядок, который устроил его младший брат. Другими словами, Донни было бы лучше, если бы Майки с самого начала просто сказал "нет", как Раф. Видишь? Я просто оказываю Донни услугу, постоянно говоря "нет".., - Раф поморщился от собственных мыслей, прекрасно понимая, что намеренное игнорирование собственного младшего брата никогда не может быть истолковано как достойное восхищения поведение. И вот, все эти годы эмоционального насилия и пренебрежения, в конце концов, заставили Донни закрыться от них. Они оттолкнули его... Даже любимец сенсея, Леонардо, был виновен в плохом обращении с их самым умным братом. У "золотой черепахи" были определенные качества, которые неизменно брали верх над проектами Донателло. Лидер в синем мог быть таким же эгоцентричным, как и все остальные, если не больше. Он мог избегать встречи с черепашкой-гением, как настоящий профессионал. Просто он был более деликатен в этом вопросе. Он всегда спрашивал Донни, как идут дела, но редко предлагал свою реальную помощь. Не дай бог, если Лео на несколько минут оторвется от тренировок или просмотра "Космических героев", чтобы помочь Донателло в работе над изобретениями/устройствами, на которые они все привыкли полагаться. Над тем, что постоянно помогало сохранить их панцири в безопасности... Нет, Лео и близко не был таким идеальным, каким он себя считал, или, по крайней мере, не таким идеальным, каким Раф его считал. Бесстрашный иногда может быть таким же придурком, как и я... Уголки рта Рафа приподнялись в усмешке. По какой-то причине, убедив себя в том, что Лео в равной степени виноват в травме их младшего брата, Раф почувствовал себя немного лучше, но только на мгновение. Затем он понял, что был абсолютным эгоистом. Он не должен был зацикливаться на том факте, что его напыщенный старший брат облажался. На чем он должен был зацикливаться, так это на том факте, что он сам облажался. Он причинил боль Донни. Он отталкивал своего брата-умника, снова и снова. О, Донни, кого я, черт возьми, обманываю? Мне следовало уделять тебе больше внимания, младший брат. Раскаяние сильно задело Рафа. Испытывая отвращение к самому себе за то, что он так жестоко упустил из виду, что у Донни были чувства, и эти чувства было гораздо легче задеть, чем его собственные, Раф покачал головой из стороны в сторону. Необходимость найти пропавшего брата внезапно стала гораздо более насущной, чем раньше. Не только потому, что он чувствовал вину за свои действия, но и потому, что его нервы начинали сдавать. Черепаха в красном, возможно, и не был экспертом по системе безопасности, но он знал, что чем дальше он удаляется от логова, тем больше вероятность того, что он окажется вне зоны действия камер наблюдения. Что, если предположение Лео о том, что Донни просто работал с камерами, было ошибочным? Как бы Рафу ни нравилось, когда его старший брат в чем-то ошибался, в этот раз он отчаянно хотел, чтобы Лео оказался прав. Потому что, если Лео ошибался, это означало, что они понятия не имели, где Донни. В голове Рафа начали прокручиваться воспоминания об их тщетных поисках на свалке в ту ночь, когда был схвачен Донни. И, как и в ту ужасную ночь, вспыльчивый черепашка снова поймал себя на мысли, что кто-то уже должен был найти Донни. Его охватила паника, и Раф ускорил шаг, чтобы соответствовать учащенному сердцебиению. Он подавил непреодолимое желание выкрикнуть имя своего брата-умника, желая сохранить элемент неожиданности, пока не поймет, с чем имеет дело. Яростные зеленые глаза Рафа как раз осматривали тускло освещенный изогнутый проход канализации, который простирался перед ним, когда он услышал что-то вдалеке. Он инстинктивно прекратил движение вперед и вцепился в рукояти своих саев, продолжая прислушиваться к странному шуму. Это звучало как какой-то сигнал тревоги или, может быть, сработал таймер, что немного озадачило Рафа. Это не был обычный шум канализации. Это больше походило на какую-нибудь штуку Донни, что стало некоторым облегчением, но черепаха в красной маске не терял бдительности. Пока он не найдет своего пропавшего брата. Держа саи наготове, Раф осторожно начал двигаться в направлении слабых, пронзительных звуков, которые раздавались в виде трех звуковых сигналов, за которыми следовало мгновение тишины, а затем цикл повторялся. Бип– Бип–Бип... Бип– Бип –Бип... Как раз в тот момент, когда Раф начал всерьез раздражаться из-за этого писка, раздался другой звук. От этого звука, казалось, задрожала земля и вспыльчивый черепаха на время оглох, не говоря уже о том, что у него чуть не случился сердечный приступ. Оправившись от первоначального шока, Раф со всех ног бросился на звук, который все еще отдавался в его ушах. Это было гораздо страшнее, чем писк, который он слышал раньше. Это прозвучало как... Взрыв! ДОННИ!