Цена желания - 2. Цена решения.

      Всё шло по плану. И это было плохо.       По своему богатому опыту Таски знал, что НИЧЕГО и НИКОГДА не идет по плану. И гораздо лучше, когда не по плану всё начинает идти с самого начала. Тогда можно с чистой совестью начхать на все планы и импровизировать. В этом он был силён. Но пока всё шло по плану. ***       Выскочив из-за ящика для денег, Таски бросился к типу с пистолетом и выбил оружие у него из рук. Кость хрустнула под ударом сложенного тессена, пистолет взлетел. Таски его схватил и перебросил Таке. Тот поймать сумел, но так неловко и суматошно, что Таски разочарованно цокнул, подумав, что, пожалуй, придется всё же разбираться им тут вдвоем с Нурико. Количество нападавших его не пугало, они привыкли сражаться с превосходящим противником, и десяток бандитов, вторгшихся на храмовый двор, скорей действительно оскорбляли своим малым числом.       Таски не мог оценить, правильно или нет действует противник. В здешней тактике боя он не разбирался, и это его напрягало. А еще ему не нравились глаза бандитов. Они не выглядели испуганными, возбужденными боем или одурманенными наркотиком. Скорее, они казались… отсутствующими.       Два бандита откололись от группы и побежали за угол центрального святилища. Таски, парируя веером замах короткого клинка, хмыкнул.        Пять, четыре, три, два… Бабах!       Сначала из-за поворота, словно бильярдный шар, вылетел бандит, врезался в другого, они отрикошетили в стену, а потом, довершая сходство, показался длинный бамбуковый шест, которым Нурико орудовала, словно кием, загоняя своих противников в лузу. Девушка заулюлюкала, и третий мужчина сам попятился, пытаясь скрыться от неё. Но тщетно.        Уложив своих оппонентов, Нурико крикнула:        — Тебе помочь?        — Обойдусь, — Таски позволил мечу скользнуть по всей длине тессена, а потом резко открыл его, взрезая острой кромкой руку врага. Клинок выпал из ослабевших пальцев. Таски попытался поймать его на носок сапога, но не сумел, и меч отлетел куда-то в сторону.       Со стороны ворот донесся шум. Быстро бросив туда взгляд, парень заметил еще десяток бандитов. Нурико пока держала своих противников на расстоянии, разгоняя и охаживая их бамбучиной, но на Таски насели сразу трое. Остальные суетились вокруг, пытаясь подобраться ближе, однако Таски умело отгораживался от них их же подельниками, успевая еще и выглядывать Таму, но того видно не было. Видно, Така взял верх.        Таски отбил выпад ножом, ударил противника в грудь, а когда тот отшатнулся, сам скользнул вперед и вниз, пытаясь сбить его ударом ног. Бандит увернулся и попытался достать парня сверху, получил каблуком в пах, упал, сложился и замер постанывающим клубочком. Другой попробовал повторить прием товарища, но Таски вскочил, схватил его за рукав и, используя его же инерцию, закрутил, подставляя под удар третьего, которого добил, подпрыгнув и впечатав подошву в грудь.       Подтянулись еще двое из новой партии. Чувствовалось, что эти привыкли работать в паре и атаковали синхронно. Таски шарахнулся от них к энгаве, не останавливаясь, взбежал на несколько шагов вверх по столбу, прыгнул и оказался за спинами нападавших. Отклонился, и мечи просвистели над грудью, заблокировал руку одного, врезал другому, поймал клинки на тессен вкрест, и в этот момент его атаковал третий. Становилось весело.       Толчком подкинув вражеское оружие, Таски сам бросился навстречу третьему, схватил его за грудки и с разворотом вмазал в стену храма. Повторил тот же трюк со вторым, но кинул его не в здание, а, придав ускорение пенделем, в напарника. Получилась куча-мала.       Тем временем подвалил новенький и, занеся меч над головой, с воплем напал. Таски решил, что это идеальный момент. Он подставил тессен, позволил клинку скользнуть между пластинами веера, и крутанул, надеясь вырвать оружие из рук врага. Но полотно клинка лопнуло. Он неожиданности Таски занесло. Он зло ругнулся, недоумевая, как в таком продвинутом мире может быть такая говняная сталь, и тряхнул тессеном, сбрасывая обломок. То, что он, отлетев, вонзился в ногу еще одного врага, было уже чистым везением.        Лишившись оружия, бандит, вместо того, чтобы ретироваться, решил продемонстрировать свое знание рукопашного боя. Таски не собирался играть в благородство и буквально на третьем ударе покончил с ним, вонзив в шею припрятанный до этого момента в рукаве нож.       Пока он этим занимался, враги окружили его. Приходилось крутиться волчком, отбивая сыплющиеся со всех сторон удары. Кираса спасала — мечи задевали её, но пробить вываренную кожу громяка не могли.       Таски располосовал кромкой тессена грудь одного бандита, пнул другого, парировал выпад третьего, потом четвертого, и понял, что на пятого не успевает. Отчаянно рванулся, пытаясь хотя бы подставить защищенную спину, а не руки и голову, но даже со своей легендарной скоростью не справился…       Грянул выстрел. Бандит сделал еще шаг и шлепнулся оземь. Таски подрезал одного из оставшихся противников и только после этого оглянулся.       Тама стоял, бледный и решительный, поводя зажатым в вытянутой руке пистолетом.       Именно выстрел, казалось, прочистил мозги нападавшим. Бросив убитых и раненых лежать, оставшиеся откатились за ворота, а защитники храма снова собрались за ларем для пожертвований. ***        — Цела?        — Целей тебя, — проворчала Нурико, разглядывая прорехи на рукавах куртки Таски. Почти все они задевали только ткань, но кое-где были окрашены кровью. — Какого хрена ты наручи себе не сделал?!        — Давай именно сейчас обсудим недостатки в моей экипировке! — закатил глаза Таски и повернулся к Таке. — Спасибо! Ты спас меня.       Юноша оторвал взгляд от пистолета, который разглядывал очень пристально, и вымученно улыбнулся:        — Не за что. Даже удивительно, как такая… штука может убивать, да? Я… я должен извиниться, — он чуть подался в сторону и опустился на колени. — Я замешкался, и тебя чуть не убили!        — Да ла-а-адно! — отмахнулся Таски. — Не убили же! — поколебавшись, он добавил: — Я, по чесноку, вообще не надеялся, что вы, там внутри, вместе сумеете что-то сделать.       Така-Тама ничего не возразил, а вместо этого спросил:        — Что теперь?        — Без понятия, — отозвался Таски. — Вы заметили, что они словно… словно… — он покрутил рукой, подбирая слова, — не в себе были?        — Ага, — кивнула Нурико. — Их бьешь, а им хоть бы хны! Обычно мои противники или ухмыляться начинают, когда девушку видят, или в ступор впадают, когда понимают, что эта девушка им жопы дерет, а эти словно со столбом говорящим дрались. Даже обидно!       Таски продолжал сравнения:        — Они, как… свора, вот! Смотрите, — он выглянул, — шестеро остались валяться. Из них трое точно трупы. Така, не дергайся! Ты хотел бы, чтобы это я там лежал?! Нет? Какой добрый мальчик! Так вот, их даже не попытались забрать. Даже раненых. Точно как науськанные животные. Хозяин свистнул, они и убежали. Прикажет, опять атакуют. Как безмозглые игрушки.        — Атакуют? — поежился Така.        — Атакуют, — подтвердил Таски. — Там, ты еще скольких можешь убить?        — Что? — замер Сукунами.        — Ну, сколько у тебя в этом, — Таски ткнул в пистолет, — этих, как его, ну, блин! Зарядов, короче!        — Сам блин! — Така прижал пистолет ко лбу. — Сколько там зарядов и скольких я могу убить, это очень разные вещи, Таски!        — Давай не будем углубляться в экзистенцианальную философию, — голос Таски опять похолодел. Така вытаращился на него. С ума с этим типом сойти можно! Тут ему в голову, а точней, Таме-в-голове, пришел на ум вопрос:        — Слушай, а чего ты тессен в ход не пускал? Ну, я имею в виду огонь! Сжег бы их одним махом!        — Какой ты кровожадный, когда это не тебя касается! — усмехнулся Таски. — Зачем последний козырь предъявлять? Мы и так справились, верно? ***       Ни за какие коврижки Таски бы не признался, что волшебный веер был еще одним источником его головной боли. Он не работал. Верней, не так. Он работал, но…       В первую ночь их прибытия Таски пустил тессен в ход, не задумываясь. Так, как он привык делать все эти годы, и на нервах и адреналине не заметил разницы. Только позже, в спокойной обстановке, пытаясь доказать Таке, что они с Нурико действительно пришельцы из другого мира, для чего заклинанием подпалил веер, он понял, что не так.       Тессен тянул из него силы. Так, в какой-то степени, было всегда, но раньше Таски чувствовал себя словно труба, по которой течет магическая энергия, питающая пламя. Это утомляло, конечно, но было, если не перенапрягаться, терпимо. Да и восстанавливался он быстро. Теперь же эта «труба» как будто забилась, и чтобы создать даже малюсенькое пламя, приходилось выкладываться, как раньше для напряженного боя. Таски в такую подставу не поверил, сдуру решил проверить и, дождавшись, когда Така уйдет на учебу, пульнул с балкона полноценным залпом. Что уж там подумали соседи, демон их знает, а вот Таски чуть не сдох. Он с трудом, цепляясь за всё на свете, добрался до туалета, где его полоскало долго и основательно, оставив после себя дикую слабость. Упрямство подвигло его еще на несколько экспериментов, которые закончились столь же плачевно. Парень не знал, в чём дело — в нём, в тессене или в этом мире, но никому ничего не сказал.       Так что сейчас огонь оставался на крайний-прекрайний случай. ***       Нурико, которая всё это время молчала, подала голос:        — Ты сказал — как игрушки?        — Ну, — подтвердил Таски.        — Мне это не нравится, — решительно заявила девушка. — Очень, очень не нравится! Как ни крути, а всё это, — она ткнула в направлении храмового двора, превратившегося в поле боя, — как-то связано именно с нами! А если плясать именно от этого, тогда… — она поежилась. — Я даже думать о таком варианте не хочу!        — Ну-ка, ну-ка, — прищурился Таски. — А поподробней? Этот куромаку связан именно с нашим миром, это факт, но я его точно ни разу не видел, значит…        — Не видел, это не значит, что не знаешь, — мрачно сказала Нурико, глядя в сторону.        — Слушайте, давайте спрячемся внутрь, и вы мне все растолкуете, а? — жалобно попросил Така. — Ни я, ни Тама не врубаемся, что вы в виду имеете!        — Да, давайте, — согласилась Нурико, но у неё были свои резоны. — Сидим тут потные на ветру. Я с вами так цистит заработаю!        — Что заработаешь? — не понял Таски.        — Так я тебе и объяснила! — Нурико решительно впихнула парней внутрь молельного зала и тут же застыла. ***        — Я уже заскучал вас ждать!       Высокий мужчина, сидящий на полу лицом к алтарю, гибко поднялся и обернулся к вошедшим, и стало видно, что одной рукой он удерживает Миаку, а другой прижимает к виску девушки пистолет.        — Миа-а-а-ака! — застонал Таски. — Я же говорил, я же просил!        — Но… но это был Така! — пролепетала девушка.       Настоящий Така со сжатыми кулаками шагнул к куромаку, который зацокал:        — Но, но, но! Стойте на месте! И ты тоже, — последнее относилось к Нурико, которую он оглядел с явным сожалением. — Ну надо же! Тогда это так в глаза не бросалось! Такой был симпатичный мальчик, а стал заурядной девкой!        — Да кто ты такой?!! — взорвался Таски.        — Ты его действительно не узнал? — процедила Нурико, с ненавистью сверля куромаку взглядом. — Это же ублюдок Тома!