Горе

       Все эти дни я пыталась привыкнуть к собственным мыслям. И они изрядно доставали… За всю неделю Деймона больше не было дома, и я впервые ощутила, что скучаю по нему. Странно, но правда. Не хватало его колких реплик, этих ярко-голубых глаз, да и его присутствия в целом. Не хватало. Вот уже наступила долгожданная пятница, но парень так и не объявился. Не знаю, где и почему он скрывался. И даже понятия не имела, все ли с ним в порядке. Позвонить я не решалась, зато постоянно думала, думала, думала… Услышанное не прошло мимо меня, и я изо всех сил старалась ужиться с осознанием того, какая жизнь была у Сальваторе по-настоящему. Тогда, в своей комнате, он вылепил слишком многое, идя на поводу у своего бешенства и скрытой истерики. А провокатором была я. Отстойно понимать, что я стала кому-то спусковым крючком. Из-за меня Деймон разозлился, выпалил ненужную правду, спрятался где-то. Наверняка он не хотел видеться со мной, чтобы не получить моих вопросов. Может, надеялся, что я забуду обо всём и отпущу ситуацию, и только тогда бы он вернулся, словно ничего не говорил. Мне было сложно прожить эти долго тянущиеся дни. С учебой начинались колоссальные проблемы, на завтрак и ужин получала сухое и немногословное приветствие отца, а Лили будто не замечала меня. Никто ни разу не упомянул Деймона. Словно… Этот человек никогда не жил в этом доме, и его вообще не существовало на этой планете. И я начала осознавать, что наш с парнем план провалился, когда же отец незаметно ликовал. Избавился от назойливого присутствия Деймона, даже не прикладывая особых усилий. Их уже приложила я… И винила себя за это. А еще вчера Кэролайн заметила за мной, что я больше не улыбалась. То ли раздумия так сильно грузили меня, то ли нехватка Деймона сказывалась на мне, но не хотелось веселиться. Даже говорить. Я снова вернулась к тому настроению, какое было до нашей встречи. Смерть мамы, одиночество, грустные глаза. Все это сейчас было во мне. Казалось, что Деймон был подобием антидепрессанта, курс которого я пропила, а потом вернулась к первоначальному горю. Ни смеха, ни шуток, ни издевок. Ничего. Только мой пристарелый водитель, дорога в школу и обратно, болтавшая только про Клауса подруга. И даже в этот вечер пятницы мне крайне не хотелось тащиться на назначенную встречу в элитном клубе. Но согревала меня одна мысль: Деймон может все-таки прийти туда. Мы договаривались пойти вчетвером в «Лайф» еще в начале недели, но сейчас жизнь каждого заметно переменилась. Например, Кэр теперь встречалась с Ником. Официально. Она сообщила мне об этом вчера утром. Они гуляют, целуются, держаться за руки. Мило. Но скучно. Я теряла подругу, которая все внимание направляла исключительно на Майклсона. Тайлер так и не появился в школе, и только Мэтт знал о том, что наш друг еще жив. Локвуда уже стали разыскивать учителя и сошлись на мнении, что подадут на него докладную, если тот не явится на занятия на следующей недели. И кстати Мэтт… Этот парень не упускал возможности куда-нибудь позвать меня. Но я отказывалась, послушно сидела в своей комнате и пялилась в учебник, когда же мои размышления были о другом. Я только и думала о Деймоне, его словах, взгляде… Впервые я так скучала по какому-то человеку. И моя мама не в счет. Никогда еще не чувствовала подобную тягу к тому, кого не было рядом, однако гордость не позволяла позвонить ему и спросить, где и как он. Исчез с радаров. Даже через подругу и Ника я не спросила о нем. Совесть грызла, но нерешительность была сильнее и не позволяла мне хотя бы вслух произнести его имя. Скучала. Хватило бы одной смс-ки со словами «как ты?», но пальцы никогда бы не набрали эти буквы на клавиатуре телефона. Упрямая. Упрямая, гордая и самонадеянная идиотка, которая отрицает очевидное. Я винила только себя за произошедшее в тот день. Деймон был мне нужен. Хотя так и не должно быть. Привычка? Да. Лю… Нет, нет. Нельзя.        Вечер пятницы обещал быть веселым, но мое ужасное настроение убеждало в обратном. Кое-как Форбс уговорила меня надеть что-нибудь приличное и позаботиться о внешней привлекательности, хотя за час до выхода я уже хотела отказаться от клуба и остаться дома. Но всё было против этого. Представить сложно, но даже отец был не против этой поездки. Говорил, что повеселиться с подругой — святое дело. Знал бы он, что к чертям собачим мне не нужно это святое дело. Забавно звучит. Наверняка от Деймона научилась. Однако мне стоило наконец-то вытащить его из своей головы и я подумала, что в этом сможет помочь как раз-таки вечеринка. Теперь исход мог представлять для меня два варианта, любой из которых был бы прекрасен. Первый. Сальваторе все-таки мог прийти в «Лайф», и там бы я его поймала и расспросила. Второй. Этого наглеца там не будет, зато я смогу расслабиться и забыться. Отдохнуть уже от всего…        Из-за моей лени, недовольства и ворчливости платье было выбрано на вкус Кэролайн. Лаконично белое и короткое. Но оттого не менее красивое и утонченное. В нем не было чего-то вызывающего или броского, но подходило оно мне прекрасно. И даже завить локоны удалось на редкость красиво. Сборы были мне в тягость. Дорога на уже знакомой мне машине Клауса оказалась томительной и долгой. Но оно того стоило…        Грохот музыки. Яркие, часто моргающие вспышки света. Извивающиеся в толпе тела. Всё намного лучше, чем в «Кайсе». Всё намного громче и многолюднее, чем вечеринка Ника. Басы разрывали огромное здание, которое находилось чуть дальше центра города. Проезжая ранее мимо этого кирпичного строения, я не находило в нем ничего примечательного, дорогого и изысканного. Но просто я не бывала внутри… Льющийся рекой алкоголь тут продавали абсолютно каждому без предъявлений всяких документов. Во-первых, спросить удостоверение личности у какой-нибудь важной персоны в этом месте было бы унизительным оскарблением. Во-вторых, если тут и находились малолетки, то очень богатые и влиятельные малолетки, отказ которым был равен казни. Поэтому даже мне на баре продали шампанское, которое сначала я планировала растянуть на весь вечер. Но Деймон не пришел. И это значило, что разговора не будет, а я выбрала плохой, но хороший путь. Как такое возможно? Так. Смотря для кого выбор плох, а для кого хорош. Отец будет не рад пьяному ребенку, но мне в кои-то веки захотелось сорваться, расслабиться и натворить глупостей. Точнее… Глупостей я уже натворила достаточно. Поэтому и хотела забыться. Среди шума музыки и чужих голосов снующих по гигантскому танцполу людей было возможно это сделать. Незнакомые пьяные лица мельтешили вокруг, проходили мимо. Плотные толпы двигались в безумном, но ритмичном такте под звуки диджеевских миксов. Темно-синие стены в совокупности с приглушенным синим освещением и вспышками давал шанс успокоиться и расслабить зрения. Казалось, словно я оказалась посреди шумного, волнующегося моря, волнами которого были движущиеся в танце люди. Барная стойка была полностью стеклянной, что мне очень понравилось. И я задержалась, оседлав высокий стул и приказав милому молодому бармену налить мне еще шампанского. Забавно, но я совсем не чувствовала опьянения. Головокружения не было, и не ощущала я себя слабой и ничтожной. Хотя Кэр с предостережением одергивала меня, когда я заказывала очередную порцию алкоголя. Она и Ник пританцовывали возле меня, что было не самым лучшим. Постоянные объятия, лобызания… Фу. Конечно, для них эта близость была невероятным раем, но мне смотреть на них совсем не хотелось. Клаус постоянно держал блондинку в объятиях, целовал ее, перемещался к шее… Иногда мне хотелось подскачить с барного стула и крикнуть им, чтобы проваливали обжиматься куда-нибудь подальше от меня. Но молчала. Собственно, как обычно. Допив уже пятый фужер шампанского, я вдруг одумалась, что пора бы заканчивать. Синие переливы цветов клуба, все эти мерцания и шумы смешивались в единую массу, которая немного кружилась перед глазами. Я кое-как слеза со стула, бросила на стойку чаевые милому бармену, чем-то напомнившему мне Донована, и поплелась ближе к танцполу, чуть шатаясь и нелепо улыбаясь.        — Елена… Заканчивай с выпивкой. — пытаясь перекричать музыку и чьи-то вопли, сказала мне Форбс в самое ухо. Неужели? Вот дела… Она смогла все же отлепиться от парня и переместить внимание на меня. Но мое ликование было недолгим, потому что Майклсон снова приблизился к блондинке и, подойдя к ней сзади и обняв ладонями ее талию, увлек девушку в медленный, несуразный танец, который иногда прерывался на долгие поцелуи. Я чувствовала себя лишней. Подобно одинокому маленькому существу среди всех этих крупных куч людей я растерянно стояла и оглядывалась по сторонам. Пока не заметила продвигающуюся к Майклсону компашку, что-то кричащую и присвистывающую. Они на ходу танцевали и что-то пили, и один из толпы толкнул Ника в плечо, смеясь и подмигивая.        — Оставь девчонку уже в покое. — продолжая усмехаться, проговорил темноволосый и довольно-таки симпатичный парень. Он одобрительно кивнул Клаусу, рассмотрев Кэролайн и подловив ее лучезарную улыбку, а потом кинул оценивающий взгляд на меня. И его любопытство в глазах не исчезало, из-за чего парень таращился на меня долго и заинтересованно. — А кто это с вами?        — Елена. — уверенно проговорила я, стараясь скрыть свое легкое опьянение от друзей Майклсона. Вопрос будто был задан не мне, но прям-таки хотелось заявить, что я здесь и сама могу представиться. Парень, до сих пор держащий Клауса за плечо, довольно хмыкнул и двинулся ко мне.        — Энзо. — как-то чарующе проговорил он. Имя было каким-то знакомым, словно уже приходилось его слышать, но вспомнить этого человека никак не могла. Потому что видела впервые эти темные глаза и неоднозначную ухмылку, которая так напоминала о… О том, про кого я старательно пыталась забыть, чтобы совесть не догрызла меня. Энзо, явно выпендриваясь, безмолвно попросил моей руки и пожал ее в знак приветствия и знакомства. — Милая девочка.        — Деймон вроде говорил про нее. — неясно послышалось от кого-то из стоящей рядом с нами толпы. Я не сразу поняла, кто выкрикнул это, но потом этот парень сам вышел вперед. — Ты его новая сестра, да?        — Оу, он не говорил про такую красивую сестру. — не унимался Энзо, чем только отталкивал меня. Не нравилась мне его настойчивость с примесью вежливости. Он словно был жалкой пародией Деймона. Но отличался самым главным: если Сальваторе и был напористым, то никогда не желал показаться вежливым.        — Мы не родные. — отговорилась я, и тон моего голоса был достаточно резким. Ясно дав понять, что эти люди мне вовсе неинтересны, я в одиночку ушла на танцпол. Не выдерживала всех этих кричащих сквозь музыку голосов и изучающих взглядов. Не хотела быть поводом их обсуждений, поэтому уступила место для Кэр, которая окрыленно знакомилась с каждым другом Клауса. Тот принимал шутки и поздравления, что наконец-то нашел вторую половинку, а подруга цвела и лыбилась, получая множество комплиментов. Что ж, ей это было понраву, а я… Это все не для меня. И многолюдный клуб с богатенькими посетителями, и быстрые вспышки света, и алкоголь, и знакомства… Всё не для меня. И начиная неумело вклиниваться в эту атмосферу, я теряла себя и свое здравомыслие. Отстой.        Продолжая немного пошатываться, я прошла в глубь танцпола. Мне хотелось скрыться в этой толпе, спрятаться за чужими телами и движениями. Вокруг были незнакомые мне люди. Кто-то просто шел мимо, кто-то задевал меня плечами или локтями, кто-то стеснительно жался в стороне. Но я решила наплевать. Сегодня я выбрала единственный путь: выбросить из головы всякие мысли и поддаться своему желанию. Здесь и сейчас. Чего же я хотела? Танцевать. Красиво, ужасно, ритмично, нелепо, в одиночку, в толпе… Это было не важно для меня, и я просто нашла себе место на танцполе, прикрыла глаза и позволила музыке проникнуть в мое сознание, пронзить каждый сантиметр тела. Я улавливала басы, пыталась подстроиться под них и совершенно забыла обо всем. Для меня существовал лишь шум, мигающий свет и тесная толпа вокруг меня. Все проблемы исчезли сами по себе, я плохо различала что-то перед собой и просто скакала в танце, чтобы истратить все свои силы, эмоции и даже боль. Будто и правда очищалась от всего груза, свалившегося на мои хрупкие плечи. Звук. Громче. Тела. Ближе. Глаза. Закрыты. Свет. Вспышка. Синий. Белый. Удар локтем. Прыжок назад. И всё по кругу. Расслабление прошлось по моему телу, хотя напряжение сковывало уставшие мышцы. И казалось, что уже никогда я не останавлюсь, и эти танцы были каким-то странным наркотиком для меня. Но мне пришлось остановиться, когда я почувствовала, что кто-то подошел сзади… <tаb> Чье-то сбивчивое, горячее дыхание обожгло мою шею. Кто-то вплотную подошел ко мне сзади и взял мою руку в свою ладонь, вынуждая застыть на месте и даже немного испугаться. Отпрянуть? Зачем. Закричать? Не услышат. Я просто позволяла чьей-то теплой ладони гладить мою руку и прижимать меня ближе к себе. К своему крепкому напряженному телу. Оставшись в объятиях незнакомца, лица которого даже не видела, я шумно выдохнула и почувствовала странное, но очень нужное и приятное тепло. Только один раз в моей жизни такие объятия смогли успокоить, и я вздрогнула от этой мысли. Прижимающийся ко мне парень, видимо, почувствовал мою дрожь и медленно стал разворачивать меня к себе. И я была более, чем шокирована, когда сразу разглядела дотошно знакомые голубые глаза. Чуть прищуренные. Хищно смотрящие на меня. И меня вновь затрясло, и даже колени немного подкосились от волнения. Не было сил сдвинуться с места, и я просто застыла посреди танцующих людей и нелепо таращилась на этот взгляд передо мной. Я только что позволила Деймону облапать меня. Позволила. Деймону. Такт бешенно скачущего сердца отдавался в висках, и внутри что-то резко сжалось в узел от одного осознания, что я мгновение назад почти растаяла в объятии Сальваторе, прерывисто дыщащего в мою шею и зарывающегося носом в мои каштановые волосы. Шок? Однозначно. Растерянность? Сто процентов. Я не могла говорить, двигаться и делать что-либо еще. А Деймон словно копировал меня и так же неподвижно стоял напротив, не решаясь вновь подойти ближе. Будто я за эту минуту превратилась в колючий ком, и касаться меня отныне было нельзя. Но признаться честно, я снова хотела почувствовать все эти касания. Его тепло. И осознавала я, что полностью обезумила. Деймон. Я. Тепло. Такое просто немыслимо. И тем временем, в этом гомоне чужих голосов и музыкальных басов мне хотелось кричать. Хоть я и не могла. Мне столько всего хотелось выговорить этому парню, столько спросить и сказать… Но я просто молчала. Пока он снова не сделал шаг ближе ко мне, собираясь что-то произнести.        — Прости. — меня вновь пробила дрожь, вызванная удивлением и обжигающим дыханием. Хриплым шепотом Деймон сказал мне это у самого уха, чуть склонившись и положив одну ладонь на мою талию. Он не делал резких движений, но казалось, что слегка притягивал меня к себе. И это правдо заставляло сходить с ума. В прямом смысле. Я плохо верила в происходящее в этом клубе, и даже брюнет казался мне нереальной фигурой в этом мраке. Особенно его извинение… За что? Почему? Как он вообще произнес это слово? Наверное, стоило пить меньше… И с этой мыслью пришло озарение. Пить. Деймон был пьян. Не сильно, чтобы падать и буянить. Не слабо, чтобы контролировать свои потаенные мысли и слова. Мы были примерно одной кондиции, поэтому не сразу я распознала то, как от опьянения окосели его ярко-голубые, смотрящие исключительно на меня глаза.        — Что ты такое говоришь?.. — едва смогла вымолвить я, нервно закусив губу и чуть смутившись под тяжестью немигающего, скользящего по мне взгляда Деймона. — Простить… За что?        — За то, что наговорил тебе всякое. Не надо было. И что свалил. Тоже не надо. — хрипло отозвался он и уверенно положил на мою талию уже вторую руку, вынуждая меня находиться в плену его крепкого объятия. Слишком теплого и сильного в этот момент… И оказавшись рядом с ним так близко, я учуяла терпкий запах алкоголя, который исходил от него. И табака. Наверное, он выкурил немало сигарет, раз пропах ими полностью. Но этот странный аромат мне нравился. И это пугало. Очень.        — Все нормально. — вроде бы убедительно ответила я, но мой голос разлетелся по танцполу и был задавлен шумом музыки. Словно Деймон его вовсе не слышал. Лишь криво усмехнулся и сделал еще один шаг ближе ко мне. Слишком смелый. Между нашими телами не оставалось и сантиметра, и даже лица были в опасной близости. Сердце уже намеревалось выскачить из груди, когда же парень напротив был абсолютно спокоен. Его запах, его взгляд, его кожаная куртка… Я только сейчас яро осознала, как сильно это пленило меня. Не хотелось вырываться, кричать или звать на помощь. Напротив, всем своим разумом желала, чтобы этот момент длился как можно дольше. — Где ты был раньше? — снова пробормотала я, и отсутствие дистанции позволило Сальваторе расслышать меня. А я усмехнулась тому, как же двусмысленно прозвучала моя фраза.        — Понял кое-что. — совсем севшим голосом отозвался он, и его льдисто-синие глаза на миг опустились на мои губы. Меня пробил электрический разряд, когда я видела эти чуть прикрытые веки и вздрагивающие ресницы. Я не до конца разобрала его слова. Они никак не вязались к моему вопросу, но я решила оставить это. Не самое важно дело, если учесть, что с какого-то черта я обнимаюсь с Деймоном и разрешаю ему сжигать меня своим сиплым голосом и участившимся дыханием. Мне было плохо, правда. Я не знала, что делать и куда бежать от этого невыносимого тепла и красивого парня напротив. Однажды Сальваторе уже подходил так близко, когда мы чуть ли не… И снова дрожь. Удивительно для меня самой, но я хотела этого. Здесь. Сейчас. Впервые. И брюнет словно в очередной раз прочел мои мысли, чуть подавшись ко мне и сблизив наши губы. Пару миллиметров, не больше. Но что-то все равно нам не позволяло сделать это, и мы вновь застыли, смотря друг на друга.        — Не умеешь? — почти шепотом спросил Деймон. Дрожь так и не унималась, и даже ладони немного вспотели от волнения и незнакомого жара во всем теле.        — Нет. — несмело проговорила я, боясь даже пошевелиться, потому что любое наше движение могло вызвать соприкасновение губ.        — Хочешь научу? — еще тише произнес Деймон и заглянул в мои глаза. Я лишь согласительно моргнула, не способная что-либо ответить. — Боишься? — и снова лишь мой безмолвный ответ… — Да я и сам боюсь.        — Дей… — точка невозврата. Которая по счету. Всего доля секунды изменила мою жизнь. Я произнесла отрывок его имени на выдохе, и он подхватил это тихое слово своими губами, оставив легкий поцелуй. Мимолетный. Всего лишь нежное, медленное соприкасновение губ. Совсем детское. И мы чуть отпрянули друг от друга, чтобы перевести дыхание. И снова легкий поцелуй. А после этого Деймон крепче сжал меня в кругу своих рук и ближе прижал меня к себе, захватывая мои губы своими и выпуская теплое дыхание. Словно пытаясь укусить меня, он ловил мои губы, снова оставлял легкие прикасновения, и только потом каснулся кончиком языка моей нижней губы. И я поддалась ему. Ответила тем же. И тогда нас действительно унесло в какую-то странную реальность, где не было место ничему другому, кроме нас двоих и слияния наших губ. Нежно, мягко, медленно. Он целовал меня, немного углубляясь. Наши языки сплетались, и я испытывала что-то новое, совсем незнакомое мне. Волнение не проходило, но приятное тепло прошлось по моей коже. Внутри словно взрывались фейерверки, и мне было мало Деймона. А ему меня. Мы сжимали друг друга в объятиях, углубляли наш долгий поцелуй. Скользя ладонями по моей спине, брюнет терял всякий контроль, и вся наша осторожная нежность мгновенно обратилась неуемной страстью. Теперь я поняла, почему люди любят поцелуи. Однако на какой-то миг мне показалось, что люблю сейчас я вовсе не их… Мы так и целовались посреди танцпола, игнорируя все вокруг. Иногда отстранялись, всего на секунду, жадно хватали воздух, а потом снова целовались… И не было в моей жизни момента лучше, чем этот. И я понимала, что свершилось нечто странное и уже непоправимое. Алкоголь шутил над нами. И я поддавалась, глупо радуясь его уловкам.