Память

      На востоке забрезжил рассвет, разгоняя ночную темноту. Небо стало приобретать розоватый оттенок, выделяя границы облаков и освещая верхушки деревьев, однако ночная прохлада ещё хранила свою власть над миром вокруг.       А огонь горел.       На самом деле, он горит всегда, не угасая ни на секунду. Пламя поддерживает смесь подожженных трав. Названий этих растений нет ни в одном языке Средиземья, кроме одного. Языке, на котором говорят в глухих деревнях немногочисленные жители человеческой расы Эриадора.       В тот момент в мою голову пришёл вопрос, который я задавала ещё в детстве: "Неужели сами Валар следят за этим огнём?". Взрослые в этом случае просили не нести чепухи, при этом отводя взгляд. Было ли это глупостью в полной мере?       Думаю, именно с этого всё и началось.

***

      — Значит, ты была на кладбище? — догадалась Она.       — Именно, — ответила я и нахмурилась, недовольная тем, что меня прервали.       Девушка заметила это и хмыкнула.       — Что ты там делала?       — Угадай. Мне можно продолжить?       Она вновь хмыкнула и махнула рукой в знак согласия.       — Хорошо. В таком случае, я пропущу тот момент около могилы, никаких уточнений тебе не требуется.

***

      Капюшон не помог мне избежать излишнего внимания, получилось даже наоборот. Если честно, я и не надеялась пройти незамеченной по когда-то родной деревне. Взрослые люди, завидев и узнав меня, брезгливо отворачивались. Дети же всячески пытались заглянуть в моё лицо, некоторые хватали горсть земли и бросали в мою сторону. Этакие маленькие копии своих родителей, которые уже знают, кого они должны унижать. Я лишь вжимала плечи и ускоряла шаг. Смысла возмущаться не было, так как это бы лишь подогрело ненависть к моей персоне. Либо я просто смирилась с таким отношением.       На самом деле, это поселение не отличалось чем-либо от других сёл Северного Эриадора. Блеклые деревянные домишки, порой даже разваливающиеся на глазах. Ни одного дерева — все были вырублены, возможно, ещё несколько столетий назад. Трава под ногами всегда жухлая, в ней отсутствовала жизнь. Поля казались мне серыми, придающими ещё большее уныние этому жалкому месту. Сама природа (или история?) "выжгла" счастливую жизнь с забытых миром северных краёв.       На столбе сидел облезлый кот, он слизывал кровь на лапе. Люди выглядели бедными, измотанными своей жизнью, но от них исходила гордость за самих себя. Чем они гордились? Собственным никчёмным домом, происхождением, историей или, может быть, исключительной культурой? Этого я так и не смогла понять за всю свою жизнь.

***

      — Значит, ничего не изменилось, — задумчиво протянула Она, на что я криво улыбнулась.       — Некоторые вещи никогда не меняются.       Она не ответила, лишь посмотрела в окно. Ещё пробивающиеся лучики заходящего солнца освещали лицо девушки. Я последовала Её примеру. Было удивительно тихо и спокойно. Я понадеялась, что Она забудет о своей просьбе, что мне не придётся рассказывать дальше.       — Я жду продолжения, — напомнила моя собеседница о рассказе, тем самым разрушив мои надежды.       — Я продолжу, если только ты не будешь меня перебивать, — да, я не хотела этого делать, но и отказать Ей не могла.       — Я постараюсь, — захихикала Она, — но ничего обещать не могу.       Устало потерев висок, я продолжила своё повествование.

***

      На самом деле, в деревне мне ничего не было нужно. Её нужно было лишь пройти и напомнить самой себе, что я оставила позади, в "прошлой" жизни. Путь я держала за милю от неё, к старому трактиру, снаружи больше напоминавший сарай. Испачкав сапоги в грязи у входа и зайдя туда, в первую очередь я почувствовала запах чего-то тухлого. Данное заведение особой популярностью не отличалось. Как и поселение, оно было блеклым и вызывало лишь сочувствие к его хозяину: обшарпанные стены, мутные окошки, хлипкие столы и стулья, жуткая грязь на полу кричали о его бедности. У входа спала старая маленькая собачка. Посетителей практически не было, ведь был день, рабочее время, а здесь в эти часы никто не расслабляется, даже дети. Один пьяный мужчина в поношенной и разорванной одежде спал в углу с бутылкой в руках. Ничего с годами не изменилось.       Найдя глазами темноволосую молодую трактирщицу, я показала ей условный знак, дабы убедить её, что я — это я. Она еле заметно кивнула и прошла мимо меня, не удостоив меня и мимолетным взглядом и сунув мне в руку кусочек пергамента. Развернув его, прочитала слова, написанные неказистым почерком:       «Прямо и налева.»       «Правильно “налево”, ну да не важно», — подумала я и последовала указаниям, пройдя в едва заметный проход под деревянной лестницей.       Моё недолгое путешествие по темным и сырым коридорам привело меня в маленькую комнату, в которой не было окон или каких-либо других источников света, кроме практически догоревшей свечи на маленьком столике, залитый воском и противной липкой жижей. За ним сидела фигура, полностью закутанная в плащ. Разобрать, был ли это эльф или человек, не представлялось возможным.       Фигура кивнула головой в знак приветствия и указала рукой на второй стул около столика. Я села на краешек, не отводя взгляда от незнакомца.       — Для тебя есть дело, Эрессе, — без вступления перешёл мужчина (судя по голосу) к делу. Его тембр голоса показался мне смутно знакомым. — Я могу на тебя положиться?       — Всё возможно, однако я понятия не имею, что от меня требуется, — я постаралась сказать это спокойно, но нотка раздражения в моём голосе всё же промелькнула. Я не любила общение с незнакомцами. — Например, я не знаю, кто Вы.       — И тебе не обязательно об этом знать, — жёстко отрезал он и перекатил мне по столу что-то круглое и завёрнутое в ткань. — Доставь это в Ривенделл. Ни в коем случае не смотри, что это такое. Если, конечно, жить не надоело.       — Я так понимаю, выбора у меня нет? — вся эта ситуация невероятно нервировала меня. Но отказаться я не могла, потому что догадывалась, что этот человек опасен. И в этом я не ошиблась.       — Именно. Не иди коротким путём через Арнор. Обогни до Тракта. Заодно выполнишь, — он усмехнулся, — ещё кое-что. Точнее, встретишься кое с кем. Иди пешком, не на лошади, так будет безопаснее… для вещи. Не смею больше тебя задерживать, — он небрежно махнул рукой, показывая, что мне немедленно стоит уйти.       — Хорошо, — холодно ответила я и быстрым шагом направилась к выходу.       — И вот ещё что, — я обернулась и вопросительно посмотрела на него. — Привет от Идригора.

***

      Мой путь продолжался восьмой день. Пейзаж сменился с безжизненных полей на изумрудные леса, полных живности. Тёплое солнце не сильно меня радовало, так как мой тёмный цвет одежды мог привлечь к себе ненужное внимание. К счастью, за эти дни я не встречала никого, кроме птиц и животных.       Стоял поздний вечер. Солнце почти скрылось за горизонтом, на небосклоне зажглись первые звезды. Издалека я слышала голоса, чужой смех и слабый грохот. Опасаясь того, что это был лагерь разбойников, если точнее, "чужих" людей, я шла через лес (так как мой путь лежал недалеко от Шира, он был достаточно густой) как можно тише и быстрее. Но получилось ровно наоборот.       Сначала послышался треск сухой ветки. Я ещё не успела ничего сообразить, как верёвка, спрятанная в траве, стянула мою ногу, потянула вверх и свесила меня головой вниз на пару ярдов от земли. Ловушка сработала великолепно, что, конечно, меня не радовало.       «Неразумная бестолочь, идиотка!» — ругала я себя в мыслях, пытаясь дотянуться до ветви. Не получалось. Потом, раскачиваясь, я попыталась достать рукой до самой верёвки, продолжая яростно бранить себя за собственную глупость и неосторожность. Тем временем мой взгляд становился всё туманнее, в голове появлялась противная тяжесть и пульсация. Паника достигла апогея.       Перед тем, как потерять сознание от притока крови в голову, я услышала шаги в свою сторону.