Там, где будут услышаны молитвы

Прошло два дня с того случая, как Карин лежала в бараках четвертого отряда. Все это время девушка выполняла свои обязанности капитана, чередуя дела с тренировками. Её напарником по тренировке демонического искусства, что удивительно, была Нанао. Когда женщина узнала, что Куросаки хочет улучшить свои навыки, то вызвалась помочь. Исе была экспертом в этой области, и это было в какой-то степени удачей для Карин. Хотя и поразилась та знатно, узнав, что лейтенант первого отряда может выделить для нее немного времени. Следовательно, их тренировки проходили два раза в неделю. Во вторник и четверг. В понедельник, среду и пятницу — были особенные тренировки. Кенпачи обучал её искусству Кендо, которым сам овладел относительно недавно. Подумать только, Зараки кого-то тренирует. Однако сила, бушующая в Куросаки, будоражила его кровь, словно призывая сражаться с ней. И этот шанс он не упустил, решив сполна повеселиться. В отличии от Кидо, которое девушка практиковала с Нанао, здесь все было жестче. С женщиной они тренировали заклинания в спокойной обстановке, но в одиннадцатом отряде царил хаос. Что было удивительным, так то, что никого не интересовал меч в руке Карин. Это был обычный меч, одолженный в Академии, и не тающий в себе каких-либо сил. Несмотря на такие обстоятельства, их битва каждый раз заканчивалась ничьей. Так как дрались они серьезно, то все поле боя всегда было заляпано кровью, как и они сами. Ребята из отряда всегда приходили понаблюдать за этим зрелищем. Болельщики не делились на два лагеря, как обычно происходит, а лишь восхищенно кричали. Редко увидишь такой захватывающий бой и такого увлеченного капитана. Когда в последний раз мужчина дрался так неистово? Хотя, нет, он вовсе не забыл. Как там, на нижнем этаже Небытия, были скрещены два наполненных желанием меча. Их раны кричали имена друг-друга, заставляли картинки прошлого выбираться из темного уголка, проносясь перед глазами, а горячую кровь бешено циркулировать в теле. Внутри все пылало от жажды долгожданной схватки. Им обоим было до одури весело, однако когда Унохана безжизненно повисла на руках Зараки, с улыбкой взглянув в его глаза — это заставило его содрогнуть стены подземного этажа воплем. После каждой тренировки, девушка без сил падала на пол в своей комнате. Марать мягкую постель кровью, которой она была измазана с головы до ног совсем не хотелось. На стройном женском теле красовались свежие раны, где-то уже заживали синяки и гематомы, оставляя за собой бледноватые круги. Слава богу, что на лице не было серьезных ран. Иначе Ичиго бы убил её и Кенпачи заодно. Сегодня была пятница, значит, впереди у Карин был отдых от практики. За все это время девушка ни разу не пересеклась с капитаном шестого отряда. Словно мужчина намеренно избегал встреч. И как назло, собраний не было, как и возможности взглянуть в эти темно-синие глаза. С каждым днем мысли улетучивались, оставалось лишь желание стать сильнее и вернуть свой занпакто. Касательно этого, Карин постоянно медитировала, пытаясь наладить контакт с внутренним миром. Словно не обращая внимания на неудачи, повторяла все снова и снова. Верила — однажды получится. От плохих мыслей также отвлекали сборы Женской Ассоциации Синигами. Девушка вступила туда совершенно недавно, после одной из тренировок с Нанао. Иногда собрания проходили по каким-то важным причинам и мастер-классам, а иногда просто было застолье. Карин совершенно не удивилась, когда после тренировки к ней подбежала Кусаджиши, которая вместо Уноханы стала президентом клуба. Изначально на эту кандидатуру выдвинули Исе, но она вежливо отказалась. К слову, малышка сообщила, что завтра будет очередная вечеринка, которую затеяла Мацумото. Женщина теперь всегда пребывала в хорошем настроении, однако не завязала со своей страстью к выпивке. Поводом на этот раз было присоединение Карин к ЖАС. Девушка вздрогнула, мысленно представляя что её ждет. Разумеется, она не была против бутылочки саке, но одной бутылочкой там дело явно не закончится. Так как нужно к такому морально подготовиться, та поплелась в душ. Горячие струи смывали кровь с тела, окрашивая воду в свой оттенок. Зная что завтра будет в падлу, намылила голову шампунем с шоколадом, который едва удалось заполучить из генсейских поставок. Тщательно вспенив, мягкими движениями смыла его с волос. Закончив с этим, Куросаки вышла из ванной комнаты, находу укутываясь в белое ночное юката. Расправив постель, девушка улеглась на кровать, почти сразу же провалившись в дрему сна. Утро встретило осенней прохладой. Настежь распахнутое окно, которое Куросаки забыла закрыть, давало о себе знать. Поежившись от холода, она потянулась и вскочила, дабы закрыть его. Старые часы с трещинкой посередине, показывали три часа дня. Поспала так поспала, да уж. До застолья было еще два часа, так что можно было расслабиться. Первым делом девушка разочарованно направилась в душевую, желая понежиться в уютной ванной. Нужно будет сделать заказ при возможности. Настроив воду на горячую, как и обычно, намылила тело гелем для массажа, поддаваясь блаженству. Хоть это были и её руки, каждое массированное место отдавало сладкой негой в теле. Откинув от себя ненужные мысли, поспешила закончить и выйти из душевой. Так как волосы были вымыты еще вчера, сейчас на голове царил хаос. На духовный телефон пришло смс, давая знать о себе ненавязчивым звоном колокольчика. На экране высветилось «Входящее сообщение. Отправитель: Мацумото Рангику» Открыв сообщение, она увидела то, от чего по телу пробежался табун мурашек. Господи, как же была страшна лейтенант десятого отряда. В сообщении было сказано, что если капитан восьмого отряда придет в своей форме и с хвостом на голове, то она будет платить за счет. Ничего страшнее, чем платить за количество алкоголя, выпитого Рангику — не существует. Такому количеству нулей не позавидовал бы даже капитан. Ведь как было известно, жалование лейтенанта меньше, чем капитанское. Поэтому, раздражённо цокнув, девушка поплелась к своему шкафчику и потянула за самый нижний ящик. В нем находилась свободная одежда, в частности, из Мира Живых. Общество Душ получало оттуда множество поставок, включая одежду, книги и множество другого, чего изначально не было здесь. Куросаки нашла в самом дальнем углу кое-что грандиозное и хитро сощурила глаза. Это явно будет не то, чего ждет Мацумото, но тоже воспроизведет эффект. Этим «кое-чем» было черное платье-пиджак, оставшееся со временем выпуска из старшей школы. Его тогда купила Юзу и твердо настаивала, что оно очень идет сестре. Карин, вовсе не любившая платья, смирилась, мысленно ликуя, что цвет хотя бы не розовый. Выглядело очень элегантно и не вызывающе. Рукава были чуть ниже локтя, примерно в три четверти. Так как они будут сидеть в каком-то заведении, о тепле можно не беспокоиться. Еще она обула сапоги, что являлись фаворитами в гардеробе. Замшевые, выше колена, с небольшим толстым каблуком. Сзади были красивые черные веревочки, позволяющие завязать бантик, или просто оставить их так. На ноге они сидели узко, но не сильно в облипку. Волосы пришлось уложить феном, в совершенно обычную укладку, а поверх надеть маленький и аккуратный черный берет. Макияж, всем сердцем нелюбимый, наносить не стала. Лишь обмазала пухлые губы гигиенической помадой и слегка накрасила ресницы. Сейчас, когда Карин смотрела на свое отражение в зеркале, казалось, что вокруг вовсе не Сейрейтей, а она вовсе не синигами. Словно очутилась в своем родном городе, в их с Юзу комнате. Но капитанское хаори, висевшее на стуле, вернуло её в реальность. Девушка позвонила Рангику, так как в голове возник слегка глупый вопрос. Спустя долгое прослушивание гудков, трубку наконец сняли. — Алло? — послышался радостный голос женщины. — Карин? — Здравствуй, Рангику. У меня есть к тебе вопрос. — спросила девушка, слегка колеблясь. — Я тебя слушаю. — внимательно отозвалась женщина, чем-то шурша. — Ничего не произойдёт, если я буду не в капитанском хаори? — Конечно нет, мы все будем одеты иначе, не переживай. — в трубке послышался шум. — Капитан, да сделала я ваши отчеты! Ладно, до встречи, Карин! Выйдя из своей комнаты, она встретила толпу рядовых, которые наводили порядок в небольшом саду. Увидев своего капитана, многие обернулись и застыли в таком положении. Кто-то уронил лейку из рук, кто-то наступил на грабли, но продолжал глядеть. Звуки отовсюду были разные, и брюнетка удивленно замялась, водя мыском сапог по деревянным дощечкам. — Доброго дня, капитан Куросаки! — собравшись, хором протянули рядовые и согнулись в поклоне. — Добрый день, ребята. — уголки губ слегка поднялись. — Сегодня же выходной, отправляйтесь отдыхать. — Нет, капитан! — послышался режущий уши крик. — Мы наведем здесь порядок. — Ой. Хорошо-хорошо. — нервно хихикнула девушка, поражаясь выдержке тех, кто стоял рядом с этим парнишей. — Капитан Куросаки, эм, — откуда-то послышался елейный девичий голосок, а среди мужских тел выглянула макушка с рыжей шевелюрой. — Э-ээ... — Ребята, ну пропустите девочку. — выдохнула Карин, пододвигаясь ближе к толпе. — Что случилось? Из этой кучи еле-еле выбралась девочка, от силы лет шестнадцати. У неё были притягивающие взгляд огненно-рыжие волосы, собранные в два пучка на макушке, и голубые, как небо, глаза. Такое сочетание придавало ей свою изюминку, заставляя пораженно вглядываться в этот образ. Руки девушки были перебинтованы от локтя, до кистей. На поясе был красно-голубой ханамусуби — узелок удачи. Сзади был закреплен занпакто. Небесного цвета ножны, белая гарда в виде завитка и рукоять, выполненная в цвет ножен. На аккуратном носике виднелась россыпь веснушек. До чего же милое создание то. Девчушка очень низко поклонилась, ойкнув от резкой боли в спине. После чего сразу выпрямилась и опустила глаза в свежую траву под ногами. — М-меня зовут Симидзу Наоко. Я прибыла сегодня утром, назначена третьим офицером вашего отряда. — голос дрожал, а губы то и дело нервно поджимались. — Приятно познакомиться, Наоко-чан. — девушка успокаивающе коснулась её плеча, и голубые глаза удивленно взглянули на неё. — Что-то случилось? — Лейтенант Ичимару просил вас зайти к нему. — уже спокойно прошептала рыжеволосая и улыбнулась, показывая ямочки. — Спасибо, можешь идти отдыхать. — офицер мялась на месте, чего-то смущаясь. — Сегодня у всех выходной, Наоко-чан, тебе нужно освоиться здесь. — девушка поражалась собственному теплу, что таилось в словах. После недолгих обсуждений милого офицера, и очаровательного капитана, мужской пол разошелся кто куда, а Куросаки облегченно выдохнула. До сборов ЖАС оставалось два часа, так что она поспешила в кабинет к Гину. Мужчина заполнял какие-то бумаги, а перед ним было еще стопки три таких. Тихонько затворив за собой седзи, Карин подошла ближе. Но лейтенант был погружен в свою работу, сосредоточенно выводя что-то на отчетах. Лишь когда брюнетка хлопнула его по спине, он резко вскинул голову и округлил свои лисьи глаза. — Вот это да, капитан! — беловолосый окинул её взглядом. — Кого приворожить собрались? — Это секрет. — не могла же просто так сказать, что его любимая снова устраивает пьянку. — А я вот заполняю какую-то ерунду. Ей богу, в мое время столько письменной ерунды не было. — Я помогу, у меня еще в запасе есть время. Давай, проваливай. — спихнув мужчину со стула, она села на нагретое местечко, и пробежавшись глазами по бумагам, начала заполнять. — Какая Вы любезная, не могу. — хмыкнул Ичимару, устроившись на диване. — Чуть не убили меня. — О, Гин. Если бы я захотела тебя убить, я бы сделала это не таким обыденным способом. — не отвлекаясь от работы, девушка ухмыльнулась. — И да, сними с себя это арранкарское хаори, раздражает. — Все таки заметили. Но я так не хочу ходить без хаори, бли-и-н. — мужчина лениво протягивал фразы. — Сними его, и закрепи лейтенантский шеврон. Как можно быстрее, иначе нас вызовут на «чай» к главнокомандующему. — сухо кинула девушка, уже заполнив одну стопку. Так и пролетело оставшееся время. Стопки постепенно пропадали со своего места, кочуя в угол заполненных отчетов. Ичимару давно задремал и сейчас мирно сопел, развалившись на диванчике. Девушка закончила с последним листком и, потянувшись, встала с насиженного места. Ноги затекли от столь долгого пребывания в одной позе, а руки, казалось, вообще не хотели слушаться. Двигая обмякшими кистями, она пыталась привести себя в порядок. За окном уже темнело, слышался гул пьяных синигами. Потирая шею, девушка потушила свет и вышла наружу. В её бараках было более менее тихо, что не могло не радовать. Теперь уже пора выдвигаться, ведь еще предстояло найти заведение. По описанию Мацумото все было предельно легко, но Карин не до конца освоилась здесь, что слегка тревожило. Для начала нужно было найти магазин «Серебряная стрекоза», от него двигаться прямо и при первом же повороте повернуть налево. После чего найти вывеску «Оясуми», и маршрут завершен. Так и начался её путь к ресторану. Как назло, вокруг не было ни единой трезвой души, чтобы узнать дорогу, поэтому пришлось довериться интуиции. И как бы не хотелось, чтобы та подвела. Улицы сменялись одна за другой, постепенно количество синигами на них сводилось к минимуму. Вывески магазинов с товарами из Мира Живых сменялись одни за другой, предоставляя свое разнообразие. Также виднелись небольшие заведения, наподобие баров и кафе. Когда девушка проходила мимо первого, оттуда вывалились лейтенант шестого, девятого и третьего отряда. Все трое держали друг-дружку под руки, напевая какую-то незамысловатую песню. Все шло хорошо, пока лейтенант девятого не поднял свой взгляд, смотря на человека перед собой. Карин мысленно хлопнула себя по лбу, потому что позволила задержаться на этой улочке. После того как один из них замолчал, остальные двое также подняли взгляд. — О! — громко воскликнул Шухей. — Это же к-капитан Ку... — язык парня заплетался, не позволяя договорить фразу, на что он раздраженно цокнул. — Добрый вечер. Не подскажете мне, где находится ресторан «Оясуми»? — вежливо попросила девушка, надеясь на лучшее. — Или хотя бы «Серебряная стрекоза»? — И-ик. Я! Я знаю где это, пойдемте. — более менее трезво ответил Абарай, периодически разбавляя шум своей икотой. Оставив лейтенантов третьего и девятого отряда позади, парень шел впереди Куросаки. Иногда он опасно пошатывался, заставляя её шагать чуть ближе, в случае предотвращения падения. Спустя пару кварталов они дошли до того самого поворота, который описывала Мацумото. Ренджи уже было хотел свернуть туда, но Карин остановила его за плечо. — Дальше я дойду, лейтенант Абарай. Спасибо за помощь. — подняв уголки губ, она похлопала его по спине и проводила взглядом отдаляющуюся спину. — Боже, надеюсь и он дойдет. Брюнетка покачала головой и завернула за тот самый поворот. Впереди поблескивал свет двух фонарей, что располагались возле ресторана. С виду он был похож на обычное поместье в японском стиле. У входа в заведение стояла компания женского пола, и Карин подошла поближе, разглядев в них ЖАС в полном составе. Одеяния каждой были по-своему необычны. Нанао была в традиционном китайском платье синего цвета, c золотыми вышивками. Иссиня-черные волосы были убраны в аккуратную прическу на затылке и заколоты шпилькой с цветком. На ногах красовались черные туфли на небольшом толстом каблуке. Сбоку от неё стояла Сой-Фон, облаченная в кожаный байкерский костюм, цвета хаки, и с черной кепкой на голове. Громоздкие ботинки на шнуровке и кожаные перчатки без пальцев дополняли образ. Йоруичи слушала свою ученицу, игнорируя взгляды мужчин, направленные на её одеяние, состоящее из оранжевого топа и юбки с прорезями, на которой висели позвякивающие цепи. Часть лица была прикрыта тонкой вуалью. Она явно была танцовщицей, но как ей только не холодно? Котецу и Кионе оделись в скромную форму медсестер, бело-розового цвета. Хинамори сидела на ступеньках, в длинной коричневой юбке, и пиджаком цвета охры, накинутым на обычную белую водолазку. Волосы были собраны в одну косу, с вплетенной белой лентой. Малышка Ячиру бегала вокруг всех, одетая в теплый розовый верх и юбку, что едва виднелась под огромным свитером. Кучики стояла неподалеку от всех, со своим просторным серым платьем, прикрывающим горло, и руки. Оно было в пол и не стесняло её уже приличных размеров живот. Было удивительно, что та явилась сюда. Более ожидаемо, что девушка бы отлеживалась в покоях. Заметив Куросаки, все помахали ей рукой, а Рангику подняла большой палец вверх, оценив наряд. Сама женщина была в полицейском одеянии, из которого вот-вот норовили выпрыгнуть груди. На макушке даже покоилась фуражка, а на боку звеняще побрякивали наручники. Лишь сейчас Карин поняла, как сильно влипла и какой буйный вечер предстоял компании.