Глава 14
19 января 2022 г., 14:00
Досуг в Лесу и Пограничье издавна предпочитают проводить за упражнениями ума. Перекрестья слов, слоговые шарады, игры на внимательность и математические ловушки известны с доимперских времён, и изначально являлись тайными шифрами, использующимися в военном и научном деле. Сейчас, помимо практической ценности, они в праздности служат пытливому уму каддцев, который нуждается в том, чтобы регулярно бросать себе вызов.
Предисловие к книге шарад и загадок,
любимому изданию королевы Эрны
Свист ветра в ушах и смачный топот рапторских ног ласкал слух короля Мэйриадока. Во весь опор он мчал по королевскому саду, перемахивая через грядки и клумбы под возмущённые крики садовника. Ему было необычайно легко. Так бывает: когда нервы долго натянуты будто тетива лука и вдруг пальцы лучника спускают стрелу, она срывается и летит — и этот короткий миг полёта ценнее всего на свете. Ценнее ожидания, ценнее, чем попадание в цель. «Не хочу помнить, почему я здесь. Не хочу думать о банде Заката. Мне плевать, что Кэол спохватится и погонится за мной. Мне...» — Тр-р-р! Эри, стой! — вдруг воскликнул Мэйриадок, когда вредный ящер проигнорировал первую команду. Раптор всё же остановился и загарцевал на полянке за пределами сада. Король оглянулся. Дом бабушки и озеро перед ним от него скрывала живая изгородь. Впереди начинался лес. «Какой я дурак! Мне нельзя выезжать одному. Чего я добиваюсь? Тешу своё самолюбие?» — Эри, назад. Эри! — сконфуженный, Мэйриадок дёрнул поводья, но зверь поворачивать не захотел. Углядел неподалёку сочную муху и длинным прыжком попытался её нагнать. — Эри!!! «Хорошо, что Нимарэль не видит!» Одной мухой рацион Эри не ограничился: он рванул вправо, выкидывая длинный язык. Очередная букашка стала его добычей. И не последней... — Тебя что, дома не кормят, что ли?! Хватит жрать мух! Назад! Домой! Эри всё-таки виновато пригнул шею и скосил на хозяина выпуклый синий глаз. Мэйриадок только успел произнести: «Вот так-то!», — и как назло из розового бутона пятясь выползло пушистое насекомое. Оно загудело, пытаясь поднять в воздух тучное тело, на что Эри среагировал молниеносно. — Эри, нет! Ящер рванул за жуком по лопухам, взметнул тучу пыльцы и парящих семян-зонтиков Мэйриадоку прямо в лицо. Король зажмурился, зачихал и чуть не выпал из седла, когда раптор вскинул вверх передние лапы. Он вновь куда-то помчался, заставив Мэйриадока прильнуть к его шее и вцепиться в неё мёртвой хваткой. «По крайней мере, пока он так носится, в меня невозможно прицелится!» Однако у него перед глазами тут же встала реалистичная картина: стрела пронзает шею беспечного Эри, и ящер, долю луча назад ещё счастливый от погони за мухой, воет от испуга, боли и будто бы даже недоумения: «Я просто радовался жизни! Меня-то за что?». Мэйриадоку стало не по себе, и он ещё крепче сжал шею Эри. — Стой! Хватит! Назад! Туда нельзя! Нельзя! Вдруг Эри затормозил так резко, что король вылетел из седла и проехался по его шее, чуть не перекувырнувшись через рапторскую голову. Эри мелодично урчал и что-то шумно нюхал широкими ноздрями. Мэйриадок поднял взлохмаченную голову и увидел сначала чужого раптора, а затем, переведя взгляд выше... — Тэ... То есть, Кион! Мальчишка сидел на ящере, которого со всех сторон обнюхивал Эри, и удивлённо осматривал его. — Мой король, всё в порядке? — бесцветным голосом спросил он. — Разумеется. В полном! Я просто... торопился вас встретить. Не хочу отвыкнуть сидеть в седле. А как ты меня так безошибочно нашёл? — Э... По крикам. Тэймарт понял, что вогнал Мэйриадока в краску, и не очень ловко попытался перевести тему: — Надо же, я и не знал, что это самка. Он кивнул на своего ящера, который — которая — вовсю ластилась к Эри и недвусмысленно урчала. — А где Ардарэн? — спросил король. — Сейчас нагонит. Мы долго ехали, и... — А, понял. Давай скорей тогда вернёмся, там Кэол, наверно, с ума сходит. — Ты уехал без разрешения?! — Меня бы никогда не отпустили! — Мэйриадок в сердцах дёрнул вожжи. Эри, увлечённый знакомством с самкой, не отреагировал. — Надо только... вспомнить дорогу. Король перекрутился в седле, пытаясь сообразить, откуда приехал. Точнее, откуда примчал его непослушный ящер. Лес вокруг, на его взгляд, был совершенно одинаков. Чтобы не пасть в грязь лицом перед гостем, Мэйриадок решительно указал в первом попавшемся направлении: — Направо! Тэймарт аккуратно поправил: — Налево, мой король. Мэйриадок посмотрел туда, куда сказал Тэймарт, и действительно разглядел вдалеке изгородь. Однако неподготовленный глаз не увидел бы в этих зарослях художественной композиции — для рядового пустынника это просто очередные ветки и листья. Он повернулся обратно к Тэймарту и изумлённо уставился на него. Как пустынный мальчишка смог так точно сориентироваться в Лесу?! — Откуда ты?.. — Примятая трава. И правда — Эри изрядно потоптался, и свежая хаотичная тропинка вела вправо. Король наконец увидел рапторские следы, но без подсказки ещё долго бы не нашёл их. Мэйриадок даже зарделся от стыда. — Поехали уже, что стоим, — буркнул он и не без труда заставил Эри развернуться. Больше королевский ящер самой благородной породы не порывался умчаться за мухами: теперь ящери́ца Тэймарта занимала всё его внимание. Зато рапторы хотя бы шли рядом, а урчание можно потерпеть. На широкий плотный лист у самой дороги взобралась маленькая ящерка. Она грелась на солнце, не боясь шагающих мимо собратьев покрупнее. Ящерка имела фантастическую расцветку — красные, жёлтые, зелёные и розовые пятна усыпали её спинку и длинный хвост, закрученный в спираль. В многочисленных цветах звенели насекомые. Они взмывали над раскрытыми бутонами и стремительно падали в самые их сердцевины за сладким нектаром. Раскидистые деревья с перекручивающимися стволами оплетали лианы, опутывая ветви так, что пустыннику Тэймарту могло показаться, что кто-то специально завязал растение узлом. Мэйриадок смотрел, как Тэймарт вертит головой, и наконец увидел эмоции на его вечно спокойном лице. Это было наивное удивление, свойственное ребёнку. Впрочем, Тэймарт действительно ещё ребёнок! Король усмехнулся с мальчишеской горделивостью старшего. — Вообще, это не самое удивительное, знаешь, — начал было он. — Тут в Лесу... — Вот это да! — выдохнул Тэймарт, и это были для него очень яркие эмоции. Мэйриадок проследил за его взглядом и увидел, что Тэймарт смотрит на огромный красный цветок — бутон был размером в три его кулака, а листья ощетинились, защищая бутон и стебель, словно зазубренные пустынничьи мечи. Рядом возился садовник, выкорчёвывая сорняки, которые пристраивались к цветку, чтобы «объедать» его корни, забирая из почвы питательные вещества. Роскошный бутон доставал ему до груди. — А, да, это очень редкое растение, — неохотно пояснил Мэйриадок. Он не был искушён в садоводстве. — Я в них не разбираюсь, но конкретно этот — каэлия, цветок королей. Королева Эрна высадила его в честь короля Аргэнда, моего деда. Берегла его как зеницу ока, и всем велела. — Почему здесь, а не в Пограничье? — спросил Тэймарт. — Это бабушкин дом, её территория. Решила уйти подальше от всей этой церемониальщины и выразить так свою искреннюю любовь к деду. У них была фантастическая история любви... — Мэйриадок фыркнул. — После которой на мой род началась охота. Ты ведь знаешь про банду Заката и почему я здесь? Тэймарт кивнул. — Тут всё напоминает о бабушке, и это не самые светлые воспоминания. Она обустраивала это место, когда... слегка помешалась. Приготовься увидеть странности. Тэймарт не успел спросить, какие: они выехали к воде. Озеро сверкало в лучах солнца, пробивающегося сквозь переплетённые кроны и висячие лианы. Пахло влагой и свежестью. — В жизни не видел столько воды... — прошептал Тэймарт. — Всего-то крошечное озеро. Это ты ещё не был в Приморье! Он вспомнил приморок, живущих в Пустыне, и в очередной раз задался вопросом, как можно променять жизнь у огромного водоёма на бескрайние бедные пустоши. — Не хочешь нырнуть? — спросил Мэйриадок. Он уже спешился и расстёгивал рубашку. — Туда?! — А куда ещё? — Король хлопнул Эри у хвоста, отпуская на выгул. Пусть себе вдоволь наловит мух. Однако без новой знакомицы раптор уходить не хотел. — Давай слезай, дай зверям погулять, а сам освежишься. После пустыни нет ничего лучше! Вдруг рапторы встрепенулись, заметались, и Тэймарта захлестнула волна их страха. Мэйриадок недовольно проворчал что-то о трусливых животных, а Тэймарт схватил с земли палку и вскинул перед собой словно меч. Он не знал, от чего придётся защищаться, не чувствовал, откуда придётся удар, но бездействовать не собирался. — Ты чего делаешь? — фыркнул король, и только тогда мальчишки услышали грохот десятка рапторских ног. Из леса вылетела стража во главе с Кэолом. Лицо его застыло в каменной решимости: губы сомкнуты в линию, глаза прищурены, но Тэймарт почувствовал не только страх рапторов — он ощутил и страх Кэола. Увидев Мэйриадока, Кэол резко рванул вожжи. Сердитая решительность сменилась изумлением, когда глава стражи осознал, что король не один. Тэймарт не нашёл ничего лучше, чем по-пограничному поклониться. Палку он всё ещё сжимал в руке. — Как вы успели добраться так быстро? — Кэол переводил взгляд с короля на Тэймарта и обратно. — И проскользнуть незамеченными? — Только не надо отчитывать своего короля при дорогом госте, Кэол, — проворчал Мэйриадок. — Мы... э-э... Кион заплутал и въехал не через главный вход. Пришлось перехватывать его, чтоб не заблудился. Тэймарт раскрыл рот и повернулся к Мэйриадоку, чтобы что-то сказать, но наконец смекнул, к чему тот клонит, и промолчал. — А где генерал? — Голос Кэола зазвучал строже. — Ему понадобилось... — Тэймарт неуверенно взглянул на короля. Пустынные рамки допустимого почти наверняка отличались от норм остальной Кадды. — Ну... — Я уже! Что стряслось? Ардарэн махал издалека. Всё это время он двигался за Тэймартом с Мэйриадоком на достаточном расстоянии, чтобы и видеть их, и не мешать общаться наедине. Кэол придирчиво вскинул бровь, хоть слова генерала и успокоили его. — Мы увезли короля сюда, чтобы он чувствовал себя в безопасности, — сказал Ардарэн, — но не для того, чтобы он и шагу ступить не мог в одиночку. — Ардарэн, я сам разберусь, — проворчал Мэйриадок. — Тоже так считаю. Так что пойдём разбирать погреб, лесное вино не из тех, что хорошеет с годами — это вам не приморское. Кэол тронул раптора вслед за Ардарэном, и отряд последовал его примеру. Стража скрылась в зарослях, но Тэймарт чувствовал, что кое-кто остался поблизости. За ними всё равно будут следить, придётся быть к этому готовым. Тэймарт опустил «меч». Мэйриадок скептически проследил за его жестом. — Ладно, пошли поплаваем, — сказал он и направился к озеру, на ходу скидывая лёгкую прогулочную одежду. Сандалии он сбросил, пинком отправив в полёт. Вмешательство стражи заставило Тэймарта забыть о большой воде. Он вновь посмотрел на блестящую гладь, напоминающую зеркало. Вроде тех стёкол, что сейчас вставляют в новые дома, где бегущая рябь слегка искажает отражение. Помедлив, Тэймарт разжал пальцы, и палка упала обратно в траву. Он отвёл ящери́цу отдыхать в тени под деревом. К ней тут же подбежал Эри и закрутился, пытаясь поймать собственный хвост. Ящери́ца представление не оценила и задремала, спрятав голову в передние лапы. Эри, поуркивая от скуки, начал обрывать листья и рыть лапами землю. — Эй, ты чего медлишь? — окликнул король. Он уже разделся и заворачивал в рубаху фамильный кинжал. — Я... Я сейчас! Пока Тэймарт раздевался, Мэйриадок снял кольцо Солнца с указательного пальца и переодел на большой, чтобы сидело плотнее. — Надеюсь, не слетит... — Можешь оставить здесь, — предложил Тэймарт, кивнув на безупречно сложенную стопку своей одежды. — Ни за что! Эри и кольцо сожрёт! Это главнейшая реликвия Дайериэлов, сделанная ещё самим Мэйраном, и я не хочу лишиться первого атрибута власти, когда он застрянет в чьём-то желудке! — Мэйриадок погрозил зверю кулаком. — Эри — это мой дурной раптор, приятно познакомиться. Тэймарт впервые за встречу не смог сдержать смешок. Он сделал два уверенных шага по илистому дну и замер как вкопанный. Низ живота скрутило в паническом страхе. Перехватило дыхание, и точно не от холода. Под водой невозможно дышать — это он прекрасно усвоил, раз за разом окунаемый в ведро: сначала дедом, потом Арцэйлом. Вода причиняла боль. Вода заставляла сознание сжиматься от холода. Воду можно было пить, водой можно было обливаться, сцеживая ценнейшие капли насосом — но погружаться в неё с головой когда-нибудь снова... Озеро уходило вперёд тёмным пятном. Там, должно быть, ещё холоднее, а вода ещё больнее рвётся в глаза, нос и уши... «Никто не пытается меня топить. А погружаться в ванну в Гхавэре было даже приятно», — говорил себе Тэймарт, медленно рассекая воду коленями. Удар пришёлся между лопаток. Ладонь легла на затылок, и лицо Тэймарта ухнуло в тёмную воду. Сходни, отброс Сумрака! — глухо хохотал Рэгн над водой. Тэймарт двинул ему локтём под дых. Рука сползла с затылка, и он смог вскинуть голову, чтобы вдохнуть. Лёгкие обожгло болью, вода полилась с волос в рот. Тэймарт поймал чужое запястье и крутанул со всей силы, заламывая эту руку. К своему удивлению, он смог. Только когда противник заорал голосом короля, Тэймарт опомнился. — Прости, прости! П-п-плохая шутка! Тэймарт ослабил хватку, и Мэйриадок вывернулся, шипя и потирая плечо. — Обычно это весело, — пробурчал он. — Прошу прощения, мой король. — Тэймарт склонился по-пограничному, так низко, что Мэйриадок увидел его затылок, за который хватался. — С моей стороны это было пустой агрессией. — У тебя отличная воинская выучка! — вымученно улыбнулся король. Хлопнул Тэймарта по плечу здоровой рукой и тут же отдёрнул её, опасаясь, что тот не оценит дружеских тычков после случившегося. Вдаваться в подробности своей реакции Тэймарт не стал. — Мне казалось, ты уже давно плаваешь. Видел, как ты заходишь в воду. Где ты прятался? — Вот здесь! — Мэйриадок указал на крошечный «мысик», нависающий над водой. Там она была особенно тёмной. — Достаточно глубоко, чтобы погрузиться с головой. Но это на самое весёлое, что можно делать с этой штукой. Пойдём! Мэйриадок вскарабкался на возвышающуюся часть берега. Тэймарт последовал за ним. Король уже схватился за длинный толстый стебель, свисающий откуда-то сверху, из кроны. Тэймарт запрокинул голову, но так и не увидел, где он заканчивается. — С лиан здорово прыгать. Давай на раз-два? — Мой король... я пустынник. — Ну да, я знаю. — Мэйриадок нетерпеливо накручивал лиану на руку и разматывал обратно. — И что? — У нас нет водоёмов. — Вот именно! Наслаждайся! Мэйриадок отошёл назад, чтобы лиана натянулась, и замер перед разгоном. — Кион, бери давай эту висячую штуку — и прыгай! Новое имя хлестало Тэймарта как позорный бич. Однако не помогало. Он нашёл силы признаться только зажмурившись, а когда открыл глаза, Мэйриадок уже нёсся к обрыву берега. — Я... не умею плавать... — Что? Он попытался остановиться, прежде чем улететь на лиане до середины озера, и на самом краю поскользнулся. Вцепился в лиану, но сила инерции несла его вперёд и вверх. Чтобы не удариться о берег, Мэйриадок отпустил лиану, резко разжав пальцы. В воздухе что-то блеснуло солнечным лучом и коротко булькнуло, прежде чем король неуклюже плюхнулся в озеро, окатив Тэймарта волной брызг. — Сумрак! — воскликнул Мэйриадок ещё до того, как его голова оказалась над водой: он захлебнулся и яростно закашлялся. Мэйриадок поднёс левую руку к лицу и посерел. Он сгибал и разгибал большой палец, на котором от массивного кольца теперь остался только след. — Кольцо Солнца... — произнёс король жалостливо и стыдливо. — Какой я дурак! Позорище рода Дайериэлов! Да я это дно всю оставшуюся жизнь обшаривать буду! Кольцо отлетело далеко — Тэймарт видел, куда упало что-то блестящее и золотое. Мэйриадок заныривал так, что торчали пальцы его ног, а кое-где и вовсе исчезали. Выныривал, отфыркивался, снова нырял. Он только отдалялся от того места, куда упало кольцо. — Проклятье! — Нырок. — Скоро оно там зароется, и я никогда его не найду! — Нырок. — Ну же, ну же, найдись, быстрее! Тэймарт не знал, сколько времени нужно, чтобы что-то исчезло в воде навсегда. А вот король, кажется, понимал, что счёт идёт на доли луча. И объяснить ему, где утонуло кольцо, будет невозможно, ведь тут даже нет никаких ориентиров — одна вода... Он продолжал буравить взглядом то место, куда упала реликвия короля. Если только добраться туда... Тэймарт сделал шаг к воде и чуть не задохнулся от ужаса. Если над ним сомкнётся вон та чернота вдалеке — сможет ли он выплыть? Мэйриадок же выплывает. Но Мэйриадок — не пустынник. Тэймарт даже не представляет, как двигать руками в этом густом пространстве. «Разберёмся». Тэймарт собрал остатки мужества, разбежался и сиганул в воду. Ощущение полёта длилось недолго, но это было что-то невероятное. Сердце, казалось, остановилось вовсе. А время — замерло. В воде он на мгновение различил своё отражение, прежде чем плюхнулся прямо на него. В уши ворвался страшный грохот, в нос обжигающе ударила вода, и Тэймарт вынырнул, чтобы откашляться, отчаянно дёргая руками и ногами под водой. — Эй, ты что... Тэймарт не дослушал, что пытался сказать король. Набрав в грудь побольше воздуха — он ощутил, как о себе дали знать недавно зажившие рёбра, — пустынный мальчик, никогда доселе не видевший озёр, занырнул под воду. Было больно открыть глаза, но он пересилил себя и стерпел, когда их защипало. И тут же почувствовал, как на глаза наползает третье веко. Вместо сине-зелёной озёрной мути Тэймарт различил очертания тянущихся со дна водорослей и камешков, зарытых в ил. Он заработал руками, разводя их в стороны, и почувствовал, как уходит всё глубже под воду лицом вниз. По его прикидкам, до того места, куда упало кольцо, было шагов десять, но плыть — это не идти... А дно всё отдалялось, озеро становилось глубже с каждым гребком. Тэймарт выпустил из носа несколько пузырей воздуха. Лёгкие вновь отозвались болью. Стараясь не вдохнуть, чтобы не нахлебаться, Тэймарт крепко стиснул зубы и нырнул ещё глубже, к самому дну. Он коснулся руками ила. Щупальца водорослей погладили руки и обвились вокруг запястий... Тьфу, наваждение! Тэймарт шарил пальцами по дну, натыкаясь на гладкие камешки. Каждый раз ему казалось, что вот он — солнечный металл, но нет... А лёгкие тем временем стало нещадно жечь. Тэймарт нашёл кольцо совершенно случайно — или оно его нашло: тонкий палец сам проделся в кольцо, покоящееся на мягком дне. Под собственной тяжестью оно зарылось в водоросли, и зрением Тэймарт никогда бы не обнаружил его. Он сжал руку в кулак, всё ещё чувствуя кольцо на пальце и, оттолкнувшись ногами от вязкого дна, взмыл вверх. Мир вернулся к Тэймарту громким всплеском, когда он вынырнул на поверхность в холодный воздух и наконец-то услышал звуки — всё это время в ушах лишь шумела вода. — Тэйма... Тьфу ты, Кион! — донёсся до него голос короля, и Тэймарт завертелся в воде, отчаянно и неумело держась на плаву. Он изо всех сил старался не разжимать кулак. Мэйриадок висел в воде чуть ли не на противоположной стороне озера. Тэймарт поднял вверх руку с кольцом. Оно сверкнуло на солнце, и Мэйриадок что-то прокричал, но мальчик не услышал — прекратив грести, он вновь ушёл под воду. Кое-как выплыв на мелководье, Тэймарт наконец-то смог идти. Он выкарабкался на берег и тяжело опустился на траву. Переводить дух было больно, но сдерживать глубокие вдохи он не мог — очень хотелось наглотаться воздуха будто бы впрок. «Никогда не ценишь, что дышишь, пока не почувствуешь, как это бывает больно», — подумал он, вяло наблюдая, как Мэйриадок стремительно плывёт к нему. — Ты нашёл его! — Король поднял голову, затем сделал ещё несколько гребков. — Тэймарт, кольцо у тебя! — Мэйриадок снова вынырнул, будто не веря своим глазам, взглянул на мальчика и поплыл дальше. — Как тебе удалось?! Тэймарт не мог ответить. Раз так больно дышать, каково будет говорить... Король буквально взлетел на берег, подтянувшись на руках, и опустился на землю рядом. Его холодные влажные руки обхватили запястья Тэймарта. — Покажи мне его! Кион, покажи, это оно? Тэймарт наконец разжал кулак и положил кольцо на свою ладонь. Он ожидал, что король тут же схватит своё сокровище, но... Мэйриадок тупо смотрел перед собой, на ладонь Тэймарта, будто не веря в то, что видит кольцо Солнца. Чтобы взять его, король протянул дрожащую руку и осторожно поднял фамильную реликвию двумя пальцами. — Сумрак, ты же мог утонуть! — выдохнул Мэйриадок и серьёзно взглянул на него. Тэймарт всё ещё не мог ответить либо возразить. Он не хотел показывать королю, что такой заплыв не обошёлся без последствий. Нужно как-то унять пожар в лёгких... — Какой я дурак! — Мэйриадок стукнул себя по лбу кулаком, в котором сжимал кольцо. — Ладно кольцо, но ты мог пойти на дно вместе с ним. Ты же пустынник! — Да, — наконец выдавил Тэймарт вместе с водой. — Пустынный воин. Поэтому я так и поступил. — Он откашлялся, едва справляясь с болью в рёбрах. — К тому же это не просто кольцо. Реликвия Дайериэлов. Символ законной власти над Каддой. Его нельзя потерять. — Снимать его мне тоже нельзя. Так я потеряю его быстрее. Тэймарт немного помолчал, подумал. — Повесь на шею. Судя по выражению лица Мэйриадока, он искренне изумился, почему это не дошло до него за год. Чтобы развеять неловкость, он сказал: — Что ж, похоже, ты теперь самый плавучий пустынник в Солнечном мире! — И самый... замёрзший... Тэймарт криво улыбнулся. Его начинало трясти от холода, и мышцы ему не подчинялись. Да и повторять заплыв ему не очень-то хотелось. — Проклятье! Ну-ка, сиди! «Куда ж я денусь...» Мэйриадок подбежал к верёвке, на которой развевался десяток свежих полотенец. Король сорвал два — верёвка опасно натянулась и, когда её отпустили, задёргалась, хлопая полотенцами, — и набросил одно Тэймарту на плечи. — Откуда... — Я частенько купаюсь, потому тут всё оборудовано. Я совершаю обычно десять заплывов, вот и полотенец здесь столько же! — не без гордости отметил Мэйриадок. Тэймарт обтёр тело и взъерошил полотенцем волосы. Отложил его и подставился ласковым лучам солнц, пробивающимся через кроны. В отличие от Пустыни этот жар был приятным и не вызывал болезненных чесоточных пятен. Мэйриадок посидел немного и внезапно сказал: — Надо всех пустынников обучить плаванию. И вообще, пусть вы научитесь плавать, а лесные и пограничники — быть такими же мощными и выносливыми. Можно подумать, нам тоже не нужно защищать Кадду? Нет, вы, конечно, отменные воины, но для нас вечно прятаться за чужие спины — несправедливо выглядит, не находишь? У Тэймарта кружилась голова — то ли от усталости после заплыва, то ли от пыльцы и аромата цветов, густо стоящих в воздухе. — Так исторически сложилось, — вяло ответил он, думая, что король не станет развивать тему, но тот только распалился. — Вот именно! И это как раз нечестно! Сколько талантливых пустынных умов мы проглядели, закрыв им путь в университеты Леса и не построив их собственные? А какие из некоторых лесных превосходные воины, как те же легендарные Тамиэли! Они не одни такие. И их может быть ещё больше, если мы позволим каддцам самим выбирать стезю, как было при первых королях. Если бы у Мэйриадока была эмпатия, его энергия не просто вдохновляла — сбивала бы с ног. Тэймарт и без этого чувствовал, насколько мощен его запал. Наверное, так и выглядит прирождённый лидер. А он прирождённый — глава Кадды по праву наследования, десятый Дайериэл, кхай-тэ Мэйрана и его же новое воплощение. Если Мэйриан был таким — а Тэймарт в этом не сомневался, — неудивительно, почему Тхаймар пошёл за ним. — Э? Ты чего так на меня смотришь? — Как? Мэйриадок попытался подобрать слова, но в описании чувств он был слабее, чем в пылких речах. — Как будто... будто... ждёшь от меня каких-то немедленных политических свершений. При том ещё и мудрых. Чтобы развеять обстановку, Тэймарт огляделся и наконец увидел, что сидит посреди светящегося ковра: светлячки таились в круглых головках цветов, и их было бесчисленное множество. Разве днём они не должны спать? Тэймарт хлопнул ладонью рядом с цветком, пытаясь вспугнуть и понаблюдать их полёт, но цветы покачнулись и так и остались светиться. — Это не насекомые. Это цветы. Их называют «сумеречными звёздами», — пояснил Мэйриадок и закатил глаза: — Принцесса от них без ума. Тэймарт осторожно взял один за стебелёк и повернул к себе светящийся шарик. На ощупь тот казался невесомым. — Это ты ещё плотоядных лиан не видел, — усмехнулся Мэйриадок. На восхищённый взгляд Тэймарта сказал: — Утром можем попробовать скормить ей часть нашего завтрака. — Она... ест? — Это называется... как его... внешнее пищеварение. Видел когда-нибудь, как змея душит жертву? Ну, ваша какая-нибудь, песчаная? У нас так лиана делает: обвивает, пускает яд, разлагает... а затем пожирает, что осталось! — Ого, — отреагировал Тэймарт, пытаясь вообразить себе эту картину. — И вы их используете? — Используем? Для чего? — Ну... в бою. Мэйриадок рассмеялся. — Не-е-ет! Это должны быть войны с ленивцами, чтобы такой лианой кого-нибудь покалечить. Тэймарт выглядел озадаченным. — А что она ест? — Эй, ну я откуда толком знаю? Насекомых, там. Многоножек... наверное. — Мелких ящеров? — Да кто её знает! — Ты не видел? — Это в Пустыне вся природа будто бы создана, чтобы тебя убить, а тут Лес! — А если ею руку обвязать, она укусит? — Я не знаю! И проверять тоже не буду! Хочешь узнать — иди в книжки по травоведению. Глаза Тэймарта загорелись. — О, а такие есть? — Разумеется, моя бабка однажды замахивалась на меня одной такой, ух, вот это томище!.. Стой, что? Ты правда хочешь пойти читать про цветочки?! Тэймарт поморгал. — Ла-а-а-адно! Ты же мой гость, а в Пограничье слово гостя — закон... в пределах разумного. Но найдём про лиану — и с меня хватит, идёт? Они торопливо оделись и повели рапторов в вольер. Рапторицу Тэймарта разморило, и она вяло огрызалась на неутомимого Эри, весело скачущего вокруг. Совсем отчаявшись добиться внимания, Эри сунул морду в кусты и вытащил оттуда какой-то квадратный предмет. — Мои пятнашки! — воскликнул Мэйриадок. — Я и забыл о них! Отдай! Рапторы сабур не едят! Он попытался отнять свою игрушку у Эри, но, кажется, раптор присвоил её себе. Рычал, отводил морду и кружился на месте. Тэймарт подошёл, положил руку на шершавый бок Эри, и тот замер. Вопросительно проурчал и склонил голову набок. — Верни, малыш, — ласково проговорил Тэймарт и протянул ладонь. Раптор помедлил, но всё-таки выпустил игрушку из пасти. Это оказалась деревянная дощечка с рядами кубиков со случайно расставленными числами. Кое-где кубиков не хватало. — Похоже, какие-то потерялись... — разочарованно сообщил Тэймарт, передавая дощечку королю. Мэйриадок оглядел её, сдвинул пару кубиков. — Да нет, всё на месте. Или ты про свободные клетки? Так и должно быть, иначе в чём смысл игры? Это прозвучало как что-то очевидное. Тэймарт только пожал плечами. Мэйриадок вздохнул. — Ну, смотри: нужно так двигать отдельные кубики или ряды, чтобы собирались логические комбинации. Например, все числа простые. — Он пощёлкал дощечкой, сдвинув кубики с числами. — Или все делились на два. — Из-под его пальцев вышла половина новой комбинации. — Раньше это использовали в практических целях, но сейчас все перешли на механизированные счёты, и эта умная штуковина стала нелепо называться «пятнашками». Её любят в Лесу и Пограничье. Ардарэн говорил, в Пустыне, зайдя в тупик, их надевают кому-нибудь на голову. Ладно, плохая шутка. Идём.***
Мэйриадок с Тэймартом поднялись по скрипучей деревянной лестнице наверх, где под самой крышей целый огромный зал Эрна Дайериэл некогда отвела под библиотеку. Летний дом королевы Эрны давно пустовал — только сад приводили в порядок садовники да наведывались домохозяева из Пограничья, чтобы дом не ветшал. Его особенно тщательно подготовили к приезду короля Мэйриадока, но библиотеку, и правда, никто не трогал уже давно. — Если бы я ездил куда-то отдыхать, меньше всего мне хотелось бы окружать себя книжками... — пробурчал Мэйриадок. Тэймарт восхищённо огляделся: он сравнивал книгохранилище королевы со скудной библиотекой в Старом форте и тихо завидовал. — Бабушка очень любила цитировать всякие сказания и труды. И загадывать мне загадки. О Сумрак, в моём детстве она обожала эти шарады и заставляла обожать их меня! Ловила меня на озере или снимала с седла, сажала на веранде и засыпала меня витиеватыми фразочками. Даже когда я вопил: «Сдаюсь!», она не говорила ответ, а посылала меня сюда, чтобы я сам искал его. — Находил? Тэймарт присел на корточки, чтобы рассмотреть корешки толстенных фолиантов на нижней полке. У него перехватило дыхание, когда он вгляделся, и он перебил Мэйриадока, который хотел ответить: — Мой король! Все эти книги обшиты мэйронитом! — Ага, — буднично отозвался Мэйриадок. — Ещё одна бабушкина причуда. Она очень любила королевский металл, считала его чуть ли не оберегом. — Последнее слово Мэйриадок сказал очень тихо, памятуя о «Пакте о молчании». — Когда я был маленьким, она рассказывала мне небылицы о том, что в древности мэйронитом сражали чудовищ... Но все знают, что чудовища — нидэмские выдумки. — А «Пакт о молчании»? — прошептал Тэймарт. — Это же сказки. Кто принимает их всерьёз? — Пожалуй, — согласился Тэймарт и перевёл тему, начав зачитывать заголовки книжищ: — «Политическая история Кадды», «Механика и энергетика», «Экономика земель под Солнцем», «Теория верований»... Мэйриадок выразительно покашлял. — Мы пришли за этим. Тэймарт поднял голову: король взял с верхней полки такой же массивный бирюзово-золотой том, лежащий почему-то поверх простых книг, а не внизу. Мэйриадок взвесил книгу в руках, затем кое-как устроил на локте и начал листать. — «Травоведение», — прочитал он, глядя снизу вверх. Затем встал, чтобы заглянуть в книгу, и увидел схемы и условные обозначения, которые Мэйриадок пролистывал, не вглядываясь. — Видишь? А ты думал, тут всё про плотоядные лианы или бегающие кувшинки? Если бы! Вся эта садовая мишура да сельское хозяйство! Пока он листал, Тэймарт углядел во второй половине книги кусочек большой картинки. Наконец он не выдержал и, остановив руку Мэйриадока, перелистнул на эту страницу. Именно в это место была втиснута пергаментная закладка-ляссе — это был слоговой указатель, раскрытый на разделе «ка». — «Каэлия», — прочитал Тэймарт заглавие с краю страницы и распознал на крупной иллюстрации цветок, который видел в королевском саду. Над ней от руки был нацарапан список с числами, но Тэймарт не успел вглядеться. — Закладка? Не думал, что кто-то вообще когда-либо открывал эту книгу! — удивился Мэйриадок, аккуратно вытащив закладку. — Даже моя бабушка... — Не просто открывал, но и что-то писал, — заметил Тэймарт и ткнул в рукописный текст с цифрами. — О, бабушкин почерк! — узнал Мэйриадок. Хором мальчишки прочли заголовок странного списка: «Чай из каэльевых лепестков». — «Сорви четыре лепестка. Подогрей семнадцать ложек воды на прямом огне. Разрежь лепестки на две части каждый. В течение тринадцати лучей вари, помешивая, в котелке из сабурового дерева...» — прочитал Тэймарт, прежде чем Мэйриадок перебил его: — Никакого чая из каэлии не существует! Его лепестки вянут тут же, если их сорвать. Неаппетитный получится чаёчек. — А что с сабуром? В деревянной посуде разве готовят?.. Мэйриадок вскинул руку с кольцом Солнца, и Тэймарт замолк. Король поводил пальцем по числам в заметке. — Четыре, семнадцать, два, тринадцать... Это числа «детской» комбинации пятнашек! А они сделаны из сабура! — Детской комбинации?.. — Самой простой, классической. Её я лет с трёх собираю на раз-два. Но зачем это здесь? В рецепте несуществующего чая?.. — Сообщение? — предположил Тэймарт. — Нас учили подавать сигналы определённым количеством жестов. Сумеречники, правда, так и не научились... Мэйриадок всё буравил глазами текст, словно слоги и числа должны были сдаться под этим взглядом и встать в нужном — логичном — порядке. — Похоже на шифр вроде военного, — добавил Тэймарт, и король ухватился за эту мысль. Он достал пятнашки из-за пазухи и начал звонко щёлкать деревянными кубиками, бормоча под нос. — Не отвлекай! — предупредил он Тэймарта, когда тот раскрыл рот. Тэймарт закрыл рот обратно и стал наблюдать за манипуляциями короля. Он едва отслеживал, как пальцы Мэйриадока бегают по деревянному полю. Он даже цифры не успевал читать. — Есть! — Последняя «пятнашка» заняла своё место. — Так, и что дальше? В ответ Тэймарт развёл руками: — Приготовить каэльевый чай? — Не глупи, — нахмурился Мэйриадок. — Если это шифр, то от чего он? Я собрал пятнашки — но дальше что? Тэймарт огляделся, словно пытался увидеть что-то, к чему получилось бы приспособить шифр. — Королева Эрна учила тебя искать ответ самому... — И ты будешь повторять за ней? Какой-то сговор пустынников! — ...А куда обычно она отправляла тебя за ответом? — В книжки. — Мэйриадок скривился. — Но я не знаю, какую из этих книг взять. Что-то про головоломки? Про армейские шифры? Но я такого не вижу... Он отложил книгу, заложив страницы собранными пятнашками, и на всякий случай прошёлся вдоль полок. — Вот ты любишь книжки, так помоги мне искать, — обратился он к Тэймарту. — Эй? Пустынник смотрел на страницу со статьёй под заголовком «Каэлия», на которой лежали пятнашки. В пустые окошки хорошо просматривались слоги. Он чуть-чуть сдвинул пятнашки вниз и увидел другие символы, всё такие же бессмысленные. — Кион! — огорошил его Мэйриадок. Тэймарт вздрогнул от чужого имени. Король лез на верхнюю полку за огромной книжищей, карабкаясь по стеллажу. — Ты собираешься помогать своему королю? — Кажется... я нашёл. Посмотри. Король спрыгнул со стеллажа, подняв тучу пыли, и подошёл, зажимая рукой нос и рот, чтобы сдержать кашель. Тэймарт двигал пятнашки по странице, останавливаясь на каждом сочетании, пытаясь прочесть что-то осмысленное. Мэйриадок вполголоса озвучивал его попытки. — «За... рой... ся... в кор...» Постой-постой, вот оно! — воскликнул король, и Тэймарт остановил дощечку. — «Заройся. В. Корни. В них. От Сумрака. Избавленье». Когда Мэйриадок дочитал, в библиотеке ещё долго стояла глухая пыльная тишина, нарушаемая лишь учащённым дыханием мальчишек. — В какие корни я должен зарыться? — прошептал Мэйриадок. — Я и так никогда не предаю память семьи. Я всегда помню, что я Дайериэл... — Возможно, твоя бабушка говорила о настоящих корнях. Почувствовав на себе непонимающий взгляд Мэйриадока, Тэймарт уточнил: — Как думаешь, она могла что-то спрятать в земле под цветком? Зрачки Мэйриадока сузились. — Ты что, понял фразу «заройся в корни» настолько буквально?! — Но ведь всё сходится. — Пустынный мальчишка продолжал стоять на своём. — Закладка попалась именно на статье о каэлии. Королева Эрна выдумала несуществующий рецепт странного чая, который нельзя приготовить, не навредив цветку. Шифр твоей детской игрушки... — Это не детская игрушка, а интеллектуальная! — Хорошо, мой король. Шифр указал на корни, в которых нужно искать избавление от Сумрака. Речь идёт о тебе. О десятом Дайериэле, которому суждено спасти Солнечный мир... — Сомневаюсь. — Мой король, что? — Ничего. Продолжай. — Собственно, всё. Твоя бабушка сказала то, что хотела. Мэйриадок долго смотрел на Тэймарта. А если мальчик прав?.. Он ещё ни разу за всё это короткое время не заставил Мэйриадока усомниться в себе. Даже когда врал в Старом форте — это была ложь во благо. — Мой дедушка, отправившийся в Свет к великим умам Кадды, не простит мне такого кощунства. Да и Ардарэн... Когда он узнает... Понимаешь, каэлия не выживает, если потревожить её единожды! Цветок неминуемо погибнет! Мэйриадок говорил тихо и в библиотеке никого не было, но ему всё равно чудилось, что его голос громом прокатился по залу. Голос Тэймарта зашелестел в тишине: — Если твоя бабушка сочла нужным передать тебе что-то именно таким способом — надо исполнить её волю. Ради её светлой памяти в Лучшем мире среди славных воинов. Это очень важно, если она так зашифровала послание и пошла на такую жертву. — Ладно, допустим, мы даже внезапно правы. А если нет? Как мне сказать Ардарэну? Я буду выглядеть как последний болван. Такой же параноик с бредовыми идеями, как моя бабушка! Ну и позор. Тэймарт долго молчал, а затем решительно захлопнул книгу. — Тогда скажешь, что это сделал я.***
Тэймарт посмотрел вверх — лестница на сторожевую башенку терялась в кроне. — Если страшно — я сам поднимусь, — прошептал Мэйриадок. Тэймарт решительно мотнул головой. — Я пустынник. — Именно потому, что пустынник, я и говорю, что тебе не обязательно... Вместо ответа Тэймарт ухватился за перекладины и вскарабкался на высоту примерно роста Ардарэна. — Не смотри вниз! — посоветовал Мэйриадок и полез следом. Тэймарт пялился только на свои руки, перебирающие ступени. Листья шлёпали по лицу. Где-то внизу ловко карабкался король. Когда макушка Тэймарта показалась над настилом башенки, двое стражников выхватили кинжалы. — Это я, Кион! — воскликнул мальчик и чуть было не оторвал руки от перекладин в сдающемся жесте. Вместо этого поднял одну. — Что ты здесь делаешь?! — рявкнул стражник и шагнул к нему, чтобы схватить за волосы. — Мы просто лезем посмотреть на Лес сверху! — донёсся снизу голос короля. — Да чтоб... — начал второй, но осёкся. — Ладно, раз король хочет — смотрите. Только осторожнее. Тэймарт влез сам, а Мэйриадока втянули в башенку, хоть он и сопротивлялся. Перед ними простиралось зелёное море. Где-то темнее и гуще, где-то прореженное зданиями, водружёнными на ветви, — Лес был населён куда плотнее, чем кажется. Однако любоваться красотами мальчикам было некогда. Тэймарт отметил прохаживающихся по периметру стражников: двух — у озера, одного — на дороге, откуда они приехали. Именно туда им нужно, чтобы добраться до каэлии. Густые заросли начинались много дальше — если пробираться по ним, придётся давать большой круг, но это единственный путь. Садовник шагал к хозяйственному домику с вилами на плече. На веранде дома Ардарэн разливал из бочки лесное вино по фужерам стражников. Кэол что-то рассказывал, и время от времени компания взрывалась смехом. — Ну как тебе вид? — спросил Мэйриадок, ткнув Тэймарта в бок. — Впечатляет, — привычно ответил он, думая о другом. — Ладно, пойдём, этот пейзаж тебе быстро приестся, — небрежно сказал король и потянул Тэймарта за локоть. Спускаться было тяжелее, чем подниматься. Когда Тэймарт наконец почувствовал под ногами твёрдую землю, его качнуло. — Итак, — заговорщицки прошептал Мэйриадок, не дав ему оправиться, — каков план?***
В хозяйственном домике было темно и прохладно. Тэймарт оглядел приспособления, назначения которым не знал — ему все они казались разновидностями лопаты, только тут была лопата и с зубьями, и с крюком. Хорошо, что ему требовалась обычная. Помимо приспособлений для ухода за садом, в чём Тэймарт ничего не смыслил, он увидел на стене лук и колчан с парой стрел. Пустынному мальчику потребовалось усилие, чтобы справиться с соблазном стащить его со стены и попробовать пострелять. Беспокоило даже не то, что он возьмёт чужую вещь, а то, что его, пустынника, увидят с лесным оружием. Ардарэну это крайне не понравится. Но всё равно интересно, как эта штука ощущается в руках... Лук висел на высоте стандартного роста лесного мужчины, и пришлось потянуться вверх, чтобы коснуться гибкого дерева, задеть звонкую тетиву. Тэймарт наполовину высунул стрелу и провёл рукой по оперению. Он почувствовал приближение, вдвинул стрелу обратно и обернулся, когда садовник стоял в дверях. — Что ты здесь делаешь? — проворчал тот, поправляя косынку, сползшую на лоб. — Король послал меня за лопатой, — правдиво ответил Тэймарт. — Для чего? — Садовник недоверчиво приподнял бровь. Тэймарт подумал, что у Мэйриадока получилось бы соврать куда убедительнее. — Копать. — Ясное дело! Копать что? — Э-э... Червя. То есть, червей. Мы идём порыбачить. На озеро. Тэймарт надеялся, что ничего не перепутал. Садовник фыркнул себе под нос, залез в ящик и вынул оттуда две миниатюрных лопатки. — Ну, на червя-то только с лопатой и идти, а ещё лучше — с крюком. На червячков — и совок сгодится. У нас в Лесу тут всё не такое... огромное и кровожадное. — Благодарю, — пробормотал Тэймарт. Он не был уверен, что совки подойдут, но выбора не было. — И не забудь это! — Садовник впихнул ему деревянное ведро. Пришлось обхватить его двумя руками. Пока шёл, обняв ведро с совками, Тэймарт чувствовал, как садовник смотрит ему в спину.***
Мэйриадок на ощупь пробирался по кустам уже в сумерках. Последний раз он видел Тэймарта у озера объясняющим стражнику, что король отправил его пройтись одного, поскольку устал от прогулок, а пустыннику хочется посмотреть как можно больше. Лопат у Тэймарта не было — это плохо. Король надеялся, что он этим озаботится или придётся выдумать что-то ещё. Он не удержался от удовольствия покривляться в спину дежурившему у дороги стражнику, который его не почувствовал. Впрочем, когда тот дёрнул ухом, Мэйриадок предпочёл скрыться в зарослях. Чтобы попасть в королевский сад обратно, пришлось перелезть через изгородь. Мэйриадок предусмотрительно утянул волосы в пучок и оделся в самую простую рубаху, которую нашёл, чтобы не оставить пучок волос или кусок ткани где-нибудь на ветке. И именно сейчас король чувствовал себя живым — как днём, на рапторе, скача в неизвестность. Однако беспокойство напоминало о себе, настойчиво стучало в мозгу, и внутренний голос, похожий на голос отца, то и дело спрашивал: Ты уверен, что понял всё правильно? Или это Кион-Тэймарт надоумил тебя?.. В таком настроении Мэйриадок и встретился с ним. Тэймарт сидел в паре шагов от цветка, облокачиваясь на ведро, из которого торчали рукоятки совков. Бутон каэлии уже собирался закрыться на ночь. — Я же просил лопату! Ведро тебе зачем? — Садовник всучил. И вместо лопат дал это. — Тэймарт помахал совками. — Ладно, сойдёт. Правда, возиться будем дольше. Тэймарт вручил совок королю и собрался встать, но Мэйриадок дёрнул его обратно. Тот изумлённо уставился на него. — Погоди немного... — Мой король, ты передумал? Это обожгло его огнём. — Вот и нет! Просто... — Он помедлил. — Мы ведь совершаем кое-что плохое. Предаём память моего дедушки. Разве не так? Тэймарт пожал плечами. — Мы исполняем завещание королевы Эрны. Это — жертва, которую нужно принести, чтобы пойти по завещанному пути. Пустынный мальчик сказал это так твёрдо, что Мэйриадоку стало не по себе. — Если каэлия погибнет напрасно... — Тэймарт задумался. — ...Можешь наказать меня. — Не буду я тебя наказывать! — воскликнул Мэйриадок и тут же зажал рот рукой: следовало быть тихим. — И вообще, хватит разговоров, пойдём копать уже. В подтверждение своего решения он выхватил у Тэймарта совок, подошёл к цветку и решительно воткнул совок в землю. Тем не менее, он всё равно осмотрелся — не оставила ли Эрна подсказок у цветка. Впрочем, если бы и оставила — садовник давно всё уничтожил своей тяпкой и удобрениями. Они присели на пятки и принялись копать влажную лесную землю. Характерно запахло сырой почвой. Копали молча, уже не споря и не сомневаясь. Сердце Мэйриадока стучало не то от усилий, не то от волнения. Он не представлял, что они должны найти. И найдут ли вообще. «Каэлия ещё жива... Может, ну его? Если мы действительно дураки и всё только испортили, в Лучшем мире бабушка мне этого не простит...» Король почувствовал, что его бросило в холодный пот. Он огляделся, словно почувствовал, что за ним кто-то следит. Тэймарт заметил и напрягся: он даже с эмпатией ничего не ощутил. Одним движением ушей он как бы спросил: что? Мэйриадок повёл плечом и вновь взялся за совок. Тот уже скользил в его влажных ладонях, на рукоятку налипла земля. «Мы ошиблись. Ошиблись. Оши...» Совок Мэйриадока обо что-то звякнул. — Эй! — громким шёпотом позвал он. — Кажется, я что-то... — ...Нашёл? — В голосе Тэймарта даже послышалось изумление, хотя и сдержанное. — Угу. — Мэйриадок полез рукой в выкопанную яму — Тэймарт едва успел убрать свой совок, чтобы не попасть по его пальцам. — Что-то... стеклянное. Рука путалась в корнях умирающего цветка. Они тут и там больно затягивались на запястье и врезались в пальцы. Мэйриадок болезненно шипел. — Мой король, позволь мне! — воскликнул Тэймарт, кидаясь на землю рядом с ним. — Не мешай, я почти у цели! — Мэйриадок шлёпнул его по протянутой руке. Ломая корни — мальчики слышали, как они натягиваются и трескаются, выпуская исцарапанную руку короля, — Мэйриадок извлёк из ямы стеклянную колбочку. Она легко помещалась в его мальчишеской ладони. Даже в сумерках король заметил, как побледнел смуглый Тэймарт. — А? Каково? — усмехнулся Мэйриадок, не веря собственным глазам. — Нашли! Ну вот, а ты сомне... Мальчишка кинулся на него. Заставил согнуться, прижавшись к земле. Сам навалился сверху. — Тэй... Кион! Какого?!.. — прошипел Мэйриадок, а затем услышал то, что заставило Тэймарта закрыть короля собой. Кто-то уверенно пробирался сквозь сад прямо к ним. Тяжело мял траву, перемахивал через клумбы и тяжело дышал. Мэйриадок похолодел и вцепился в Тэймарта, который лежал прямо на нём. Он вспомнил, как закричал нидэмский посол и толкнул его прочь. Как упал ему на ноги и стонал от боли, истекая кровью. Как Ардарэн и двое нидэмских воинов кинулись в погоню через сад, исчезая за стеной дождя... «Я не хочу этого вновь!» — отчаянно подумал он, и в ту же долю луча прямо около его уха опустилась чья-то нога. Или лапа. — Тр-р! Стой! Стоять! — закричал Тэймарт. — Тише, тише! Мэйриадок отпихнул его и выглянул из-под его локтя. — Эри! — У короля отлегло от сердца, когда он увидел своего раптора, как ни в чём ни бывало ловившего языком светлячков. — Какого Сумрака ты здесь делаешь?! Глупый ящер! Мэйриадок шлёпнул его по объёмному боку, но раптор только забегал вокруг выкопанного цветка, охотясь за сумеречными насекомыми. — А ну, выходи! — услышали оба голос садовника из его каморки, и облегчения как ни бывало. — Хочешь добраться до короля или монарших цветов? Ничего из этого не получишь, кроме стрелы в задницу! Послышался звон натянутой тетивы. Садовник бежал прямо к ним. Мальчишки едва успели нырнуть в кусты вместе с совками и ведром: его Тэймарт в последний момент втащил за собой. Садовник притопал с луком наизготовку и наконец разглядел в сумерках нарушителя спокойствия. — А-а-а, это ты! Упрямая скотина! — Ящер трусливо взвизгнул и заметался вокруг убитой каэлии. — Того, кто так плохо тебя привязывает, пора выпороть поводком! Король болезненно повёл плечами. — А это что... Каэлия Эрны Дайериэл! На лице садовника отразилась мука, сравнимая с горем утраты любимого человека. В тот же миг он злобно осклабился, вскинул лук и натянул со всей силы. — Жизнь за жизнь, мясная тварь! «Эри...» — беззвучно прошептал Мэйриадок. Тэймарт вынырнул из кустов и шлёпнул раптора по боку. Тот взвизгнул и одним прыжком умчался прочь в сумерки. — Проклятье! — Садовник опустил лук. — А ты здесь какого... — Раптор не при чём, — тихо, но жёстко сказал Тэймарт. — Это сделал я. — Что?.. — Я выкопал цветок. Очевидно, для того и искал лопату. Садовника затрясло от бешенства. Тэймарт с опаской взглянул на лук в его дрожащих руках. — Ты!.. Уничтожил драгоценный цветок рода Дайериэлов на глазах у короля! Прекрасное создание, само совершенство! Ты, своими грязными лапами, вонючий пустынник! Тебе не сбежать! Садовник метнулся к Тэймарту, чтобы вцепиться ему в ворот, но Мэйриадок перехватил его руку. — Не трогай его! Это не он, а мы! Он посмотрел на такую же грязную руку Мэйриадока и теперь уже непонимающе перевёл взгляд с него на Тэймарта и обратно. — Каэлию не вернуть. Не знаю, что здесь случилось, но я отведу вас к министру Ардарэну и расскажу всё, что видел. Пусть разбирается с твоим драгоценным гостем! Мальчики переглянулись. Тэймарт казался по-прежнему невероятно спокойным. А король Мэйриадок нервно стискивал в правой руке заветную колбочку, выпачканную землёй.***
Ардарэн с Кэолом в компании стражников почти прикончили третью бочку лесного вина, когда мальчишек затолкали на террасу. Точнее, затолкали именно Тэймарта, короля всего лишь завели под локоть. — Вот, министр, полюбуйся! — чуть не плача воззвал садовник. Ардарэн, едва раскрывший рот, чтобы выдать стражникам очередную армейскую шутку, повернулся к нему. Следом — все остальные. — Светлый король утверждает, что они вместе с мальчишкой уничтожили каэлию! Каэлию Эрны Дайериэл! Было страшно видеть лицо Ардарэна в этот момент. Глаза обратились в стекло, от лица отлила краска. — Постой, постой, — он поднял руку, — давай по порядку. — Да какой уж тут порядок?! Светлый король покрывает мальчишку, вырвавшего каэлию с корнем! Цветок уже погиб!.. — Помолчи! — крикнул Мэйриадок. — А то орёшь, не разобравшись! Ты вообще чуть не застрелил моего друга! — Ты про кого, про раптора? — Садовник яростно раздул ноздри. — Или этого... этого... Ардарэн стукнул чашкой по столу. — Я всё ещё ничего не понимаю. Друг мой, мне нужно поговорить с мальчиками наедине, — обратился он к садовнику. — Кэол?.. Тот понял без слов. Стражники отставили фужеры и покинули террасу. — После такого, — бросил садовник Тэймарту напоследок, — тебя надо вывезти обратно в твой Старый форт в кандалах! Ардарэн дождался, пока терраса опустеет, и поманил мальчиков к себе. — Итак... Почему вы решили выкопать именно каэлию Эрны Дайериэл? Вы же знали, что это святыня. Отодвинув Мэйриадока, Тэймарт решительно приблизился. — Мой генерал, — уверенно, но с почтением заговорил он, — это было исключительно моё предложение. Я убедил Светлого короля в том, что именно в корнях... спрятано то, что ему нужно. — Что спрятано, Кион? — спокойно, но холодно спросил генерал. — Он тут не при чём, Ардарэн! — Мэйриадок отпихнул Тэймарта и протиснулся вперёд. — Хоть ты-то должен знать! — Я и знаю, мой король. Я знаю. — Ардарэн отпил немного солнечной воды и снизу вверх взглянул на мальчишек. — Но всё же хочу услышать вашу версию. И то, что вы там искали. — Но так и знай, что Тэймарт ничего не сделал! — продолжал настаивать Мэйриадок. — Он мне помогал! Просто выполнял мой каприз! В гибели цветка виноват только я! Всё это время Ардарэн смотрел только на Тэймарта. И тот, вздохнув, спокойно заговорил: — Мы нашли послание от королевы Эрны. Она придумала хитрый шифр, но, кажется, мы смогли его разгадать. Там говорится: «Заройся в корни, там ты найдёшь избавление от Сумрака»... Да, возможно, мы ошиблись. А я настоял, что ответ нужно искать в корнях каэлии. — Помолчи, Тэймарт! — прошипел король и уверенно вскинул голову. — Бабушка же сама так завещала! Наконец генерал посмотрел и на него. — Завещала выкопать и уничтожить её цветок, высаженный в память о её муже? Она так и написала: «Откопайте каэлию, и там будет ответ»? Мальчики переглянулись. — Ну... Нет, мой генерал, — признался Тэймарт. — Но мне показалось, именно это она и имела в виду. — Тебе показалось? Или ты был уверен? — Мы были уверены! — с жаром воскликнул Мэйриадок. — Тогда поподробнее, мой король, — поторопил Ардарэн, переводя взгляд с Тэймарта на него и обратно. Мэйриадок глубоко вздохнул и вытащил из-за спины руку, в которой скрывал находку. Ардарэн увидел его поцарапанный, весь в крови и земле, кулак. Король разжал его, и Ардарэн, сузив зрачки, разглядел в его ладони маленькую скляночку. — В корнях мы нашли вот это, — пояснил Мэйриадок. — Бабушка оставила послание в книге по травоведению. Так что это была полностью её воля, и Тэ... Кион трактовал её правильно. Он долго сомневался, но я убедил его. Ардарэн протянул руку и поманил пальцами. Король подошёл и остановился перед ним, всё ещё держа колбочку при себе. — Подойди, — велел он Тэймарту, не дожидаясь, пока Ардарэн потребует находку второй раз. Мальчик сделал три тихих шага и встал чуть позади Мэйриадока. Ардарэн продолжал протягивать руку, но король проигнорировал её и сам вскрыл скляночку. В затянувшейся тишине Мэйриадоку показалось, что пробка вылетела с оглушительным хлопком. Он высыпал содержимое в ладонь не с первого раза — что-то застряло; он потряс колбочку, пока наконец ему в руку не вывалился сложенный листок пергамента. Тэймарт повернул уши и вытянул шею, силясь разглядеть их общую находку. Мэйриадок развернул листок и прочитал: — «На перепутье не сбейтесь с пути — вам башню высокую нужно найти». Что?! Ещё одна загадка?! — В голосе Мэйриадока слышалось настоящее отчаяние. — Может, там есть что-то ещё? — предположил Ардарэн. Они ещё долго смотрели на стихотворные строки, пока те не начали расплываться перед глазами. — Похоже, мы ничего больше из этого не выжмем, — подытожил Мэйриадок, подняв глаза на Ардарэна. Тот всё это время сидел молча, напряжённо повернув уши к королю. — Никаких очевидных подсказок. Втайне король надеялся, что Тэймарт или Ардарэн придумают какую-нибудь невероятную разгадку, но оба пустынника молчали. — Что бы это могло значить? А, Ардарэн? Ардарэн?.. Генерал в задумчивости смотрел в одну точку. Пришёл в себя, лишь когда Мэйриадок помахал запиской у него перед лицом. — Не могу даже представить, мой король, — медленно произнёс он. — Королева Эрна ничего не говорила мне насчёт послания... — Вероятно, потому что оно предназначалось мне, — хмыкнул Мэйриадок. Ардарэн ощутил иррациональный, глупый укол ревности. — А вдруг это... безадресное завещание, для тех, кто обнаружит его и решит исполнить волю королевы? — пробормотал он. — Там было про избавление от Сумрака. Именно потому я подумал... вдруг это ключ к моему излечению? Вспомнив о Тэймарте, Мэйриадок повернулся к нему. Его взгляд был полон отчаяния. — Я не говорил тебе, но ты должен знать. Я... — Я знаю, мой король, — поспешил сказать Тэймарт. — Ты не обладаешь эмпатией. Мне известно ещё со Старого форта. Мэйриадок в ужасе застыл. После ошарашивающих слов Тэймарта он не видел смысла больше владеть эмоциями — теперь о его недуге знают оба пустынника. — Но я думал, я хорошо скрывал! — Скрывал хорошо, мой король, — кивнул Тэймарт. — Я бы не догадался, если бы не был приближен к тебе в форте. Прости, если узнал слишком много. «Узнал — и завладел мной, моими мыслями, моим стремлением иметь друга», — подумал Мэйриадок. — Ты догадался — или это генерал рассказал тебе? — Я не рассказывал, — помотал головой Ардарэн. — Считал, что ты сам должен решить, кому стоит об этом знать. Мэйриадок вздохнул и обратился к Тэймарту: — Теперь ты знаешь, что я эмоциональный калека, как ещё называют — «рождённый в Сумраке». И что я брежу тем, чтобы найти излечение. Некогда я умел чувствовать, но у меня отняли эту способность. Быть может, бабушка наконец нашла способ... — И сделала это тайной? — поднял бровь Тэймарт. — Почему? — Вероятно, чтобы никто посторонний не узнал о недуге короля Кадды, — рассудил Ардарэн. — Потому не сказала ни мне, ни тебе? — фыркнул Мэйриадок. — Глупости! — Она говорила мне... — тихо произнёс генерал, и мальчишки повернули к нему уши. — Увы, не про излечение. Но говорила, что опасается многого. Когда мы останавливались здесь с ней, она часто ходила проведывать цветок. Убеждалась, что всё в порядке, и я чувствовал, какое облегчение она испытывала, пусть лишь на время. Теперь очевидно, что каэлия для неё была больше, чем данью памяти мужу — она была сигналом, что никто не покушается на сохранность её тайн. — В таком случае гибель каэлии — не просто жертва, — решительно продолжил Тэймарт его мысль. — Должно быть, она спрятала послание в корнях цветка, чтобы подать знак, если кто-то осмелится тронуть его: я успел узнать, что каэлию невозможно выкопать без последствий — она умирает, если её единожды повредить. Увидев выкорчеванный цветок, садовник забил бы тревогу, и вы бы узнали о вероломстве. Тем самым королева Эрна хотела удостовериться, что её послание попадёт в нужные руки. Мэйриадок с Ардарэном изумлённо уставились на него. Тэймарту впору было смутиться под их взглядами, но он уверенно смотрел обоим в глаза. — Но... если это загадка, то я не представляю, как её разгадать. — Мэйриадок вздохнул. — А бабушка наверняка рассчитывала на то, что я сумею... Пичкала-пичкала меня этим в детстве, а я так ничему и не научился! Вот я тупица! Он смачно хлопнул себя по лбу. — Постой, мой король, — заговорил Ардарэн. Он будто смотрел в себя. — А может... это вообще никак не связано с лечением и предназначалось твоему отцу, королю Аэрику? А проклятие Сумрака — это то, что он сотворил с Каддой? Мэйриадок вспыхнул. — Моя бабушка ничего бы не доверила моему отцу! Она считала его самодуром и никогда бы ему не доверилась! — Тем не менее, он её сын и законный король... — Я знаю свою бабушку! Король Аэрик — последний, кому бы она что-то оставила! Мне, даже тебе — только не ему! Он чуть не погубил Кадду, он повинен в создании сумеречников, это всё он! Сумасшедший маньяк, пускавший стрелы в живых людей чаще, чем машет крылом белокрылка! Он мечтал вырастить меня таким же — я не хочу, чтобы у него получилось!!! — Мой король, прошу тебя. — Ардарэн примирительно поднял руки. — Не будем ругаться при госте, уважающем королевскую семью... Мэйриадок резко взглянул на Тэймарта: в этот момент и он, и генерал раздражали одинаково. — Заткнись, Ардарэн. С меня довольно. Сжав колбочку в одной руке, пергамент — в другой, король рванул с террасы в дом. Несмотря на всю холодность Тэймарт выглядел растерянным. Он знал, как реагировать на побои, но совершенно запутался в сумбурных эмоциях короля и не понимал, что делать с тем, кто только что разругался с собеседником, в чьём присутствии он теперь остаётся. — Мой генерал... мне стоит пойти за ним? — осторожно спросил Тэймарт. — Не торопись. Пусть его разум прояснится. Эмоции властвуют над ним, и ему нужно время, чтобы обуздать их. Знаешь, что, — Ардарэн поднялся, подставил на вечерний костерок котёл с водой, — посиди погрейся, пока отвар приготовится. А позже, чтоб порожняком не ходить, отнесёшь королю чай.***
«Быть может, то самое “нужное время” уже прошло?..» Тэймарт помедлил перед последней дверью в этом доме, которую ещё не отворял в поисках короля. Он возвращался в библиотеку, заглядывал в спальню, стучался в другие комнаты, но не искал только в зале, в который вели массивные двойные двери, обшитые мэйронитом. Набравшись смелости, Тэймарт постучался свободной рукой: второй он держал чашку с отваром. Он не надеялся, что почувствует присутствие короля, но по всей видимости тот мог быть только здесь... если не сбежал через окно. А он умеет, Тэймарт прекрасно знал. — Кто? — всё-таки отозвался глухой голос Мэйриадока. — Кион. — Он буквально заставил себя выдавить это имя сквозь зубы. Король не отозвался. Тэймарт уже подумал уйти и не навязываться, но тот наконец позвал: — Ты ещё там? Заходи. Юный пустынник взялся за дверное кольцо. Его сжимал зубами суровый шипастый мэйронитовый ящер. Тэймарт не удержался и провёл по его лбу подушечкой пальца, прежде чем потянуть кольцо на себя. Дверь отворилась, и зал дыхнул на Тэймарта деревом и краской. Зрачки, попав в полумрак, тут же расширились. Мальчик шагнул в комнату по скрипнувшим под ним половицам и закрыл за собой украшенную древним ящером дверь. Мэйриадок сидел скрестив ноги у дальней стены, спиной к двери. Он не повернулся, когда вошёл Тэймарт, и всё продолжал смотреть на полноростовой портрет королевы Эрны, прислонённый к стене. Король сидел между двух фигур на портрете: своей бабушкой и силуэтом, густо замазанным чёрной краской. Тем не менее, через неё всё равно проступали очертания тела. Эрна на картине была не в королевском одеянии, а в пустынной военной форме: с обнажёнными плечами под наплечниками, тугим пучком белых волос на макушке, глазами, очерченными чёрными клиньями. Она придерживала рукоять меча — ещё не адросского, обычного. И улыбалась. На вид ей было лет двадцать. Кроме портрета — и пыли — в комнате не было ничего. Ставни — плотно заперты несмотря на то, что уже давно стояли сумерки. — Бабушка никогда не пускала меня в этот зал, — сказал Мэйриадок. Тэймарт подошёл и подал ему чашку с отваром. Король принял её и устроил в ладонях на скрещённых ногах. — Я думал, вот тут-то какие-нибудь тайны и загадки, но... как видишь — ничего. — Только картина. Мэйриадок кивнул и заговорил не сразу. — Когда-то она висела в королевском дворце. Когда суд Кадды велел вымарать с неё второго человека, бабушка пыталась спасти её, но не успела. По слухам, её лучшее платье было безнадёжно испорчено чёрной краской, когда она закрыла собой портрет. Все считали это легендой, а вот... Сердце Тэймарта дикой птицей забилось в больных рёбрах, как в клетке. Неприятный ком застыл в горле, не давая вдохнуть. — Я знаю, кто там, — прошептал он. — Моя мать, Эйлленн Эвин. Мэйриадок отставил чашку и встал, серьёзно взглянув на Тэймарта. — С тех пор как я узнал, кто ты на самом деле, во мне что-то переворачивается, когда я называю тебя Кионом. Это не то имя, которое ты должен носить. Тэймарт отступил. — Теперь я Кион. — Я всё равно знаю, кто ты. — Забудь. Я Кион. — Ты — десятый Эвин. — Десятого Эвина больше нет! Тэймарт стиснул зубы, чтобы больше не повышать голос на короля. Однако лишь это заставило Мэйриадока одуматься. — Если у тебя был на меня какой-то план — лучше откажись от него, — процедил Тэймарт. — Меня отправили в Старый форт, чтобы я не был предметом чьих-то манипуляций. И это меня устраивает. — А если так суждено? Если пророчество о десятых говорит именно о тебе? — Оно говорит об Эвине. Первенец в десятом поколении мёртв. — О первенце оно, вот, не говорило. Тэймарт замолчал, уязвлённый. — То, что я знаю, кто ты, не влияет на моё отношение к тебе как к другу. Будь ты действительно Кионом — всё осталось бы так же. Тэймарт недоверчиво поднял бровь. — Когда я ехал в Старый форт, я встретился с главой одного города, — продолжил король, — и он сказал мне, что я теперь совсем один, Дайериэл без своего Эвина. Но я ответил ему, что я не одинок — со мной мой народ. А значит, кто угодно может стать моим «десятым». Хоть Кион, хоть Тэймарт. Если, конечно, того захочет. — Ты узнал обо мне слишком много, чтобы теперь можно было судить. — Ты обо мне тоже. — Когда Тэймарт поднял бровь уже вопросительно, Мэйриадок шёпотом пояснил: — Ты знаешь, что я без эмпатии. Как там говорят?.. «Мы квиты»? Мэйриадок в порыве чувств сжал руку с кольцом Солнца в кулак. — Если есть шанс излечить меня — я буду его искать. Я перерою весь Солнечный мир, столкнусь лицом к лицу с бандой Заката, но верну то, что у меня отобрали. Один или с кем-то. Ведь я — десятый Дайериэл, кхай-тэ великого Мэйрана, и я добьюсь того, за что сражаюсь! Упоминание главного врага рода Дайериэлов заставило Тэймарта вздрогнуть. — Я не оставлю тебя одного. Эвин должен быть с Дайериэлом. Мэйриадок опешил. Он не надеялся, что Тэймарт передумает после всего, что пришлось вскрыть. — Ты серьёзно? — с сомнением спросил он, не способный считать его эмоции. — Я — кхай-тэ Тхаймара, — наконец произнёс Тэймарт. — Раз так решил десятый Эвин — моя сестра, — дав мне имя в его честь, так тому и быть. Укрыть от предназначения меня не смогли. То, что я сошёлся с тобой, даже под личиной Киона, не могло случиться просто так. — Так ты... всё-таки поверил в свою роль в пророчестве? И... — Мэйриадок сглотнул. — Ты действительно считаешь, что нам суждено будет защищать Кадду от неизвестной угрозы с севера? Тэймарт ответил не задумываясь: — Это пророчество, и оно начало сбываться. Так тому и быть. Мэйриадоку бы хотелось, чтобы кто-то его переубедил. Но Тэймарт прав: убежать от предназначения не выйдет. Придётся рано или поздно встретить его лицом к лицу. И главное — не в одиночку. — Я не знаю, о чём именно говорится в нём, о какой «северной угрозе», — продолжил Тэймарт. — Может, мы поймём позже. Но, пока я рядом, я помогу тебе найти лекарство от твоего недуга, даже если придётся положить на это всю жизнь. Я стану частью твоей стражи и никогда не подпущу к тебе этих заговорщиков. И с тобой Кадда объединится и расцветёт вновь. — Это что... клятва? — упавшим голосом спросил король. Тэймарт помедлил, а затем кивнул. Грудь Мэйриадока стала тяжело, но быстро вздыматься, на лице выступили капельки пота. — Теперь ты тоже серьёзно? — переспросил он. Король Мэйран с развевающимися белыми волосами... Коленопреклонённый Тхаймар... Горячий ветер носит пепел... — Да. — Как Мэйран и Тхаймар? Братья не по крови, а по духу? — едва слышно прошептал король. — По крови мы тоже родня. Я — твой троюродный дядя. — Ну-у, это слишком далеко. Есть родство поважнее кровного. Мэйриадок говорил уверенно, но его рука всё равно дрожала, когда он потянул из ножен фамильный клинок. — Скажи мне только одно, Тэймарт, — он наконец назвал его истинным именем, — готов ли ты по-настоящему? — Готов, — хрипло отозвался Тэймарт. — Хорошо. Мэйриадок вытащил кинжал, расслабил левый рукав и закатал его. Повернул руку ладонью вверх. Тэймарт тоже вытянул левую руку и начал разматывать ткань, которая берегла ладони от жёсткой рукояти меча. Виток за витком... В это время Мэйриадок заговорил: — Ещё кое-что... Ты прав: есть тайны, которые лучше хранить до конца. Я знаю, что ты Эвин, а ты знаешь, что я болен. Это будет нашим большим секретом. Твой дед... На этого человека не могли найти управу даже мои предшественники. Так что пусть для всех ты останешься Кионом — кроме меня. А уж я умею скрывать. Самое главное — что я знаю, кто ты. — Это часть клятвы? — уточнил Тэймарт, заткнув обмотку за пояс. — Да. Он протянул королю ладонь — шершавую, мозолистую ладонь пустынника. Как у Ардарэна. И у бабушки. Мэйриадок занёс над ней кинжал, и... Страшная картина с расходящейся раной и кипящей кровью встала у него перед глазами. Он замер в нерешительности. — Не бойся, мой король, — спокойно сказал Тэймарт, глядя на то, как мечется над его ладонью остриё. — Я же не сумеречник. Как считает мой дед. — Ладно. — Мэйриадок глубоко вздохнул и тихо произнёс: — И предки будут нам свидетелями... Он взял сухую и горячую руку Тэймарта в свою — влажную и холодную. — ...Под светом Обоих Солнц. Лезвие коснулось кожи, и Тэймарт, напряжённо прижав к голове уши, смотрел, как алые капли выступают на ладони, рисуя на ней первый незамкнутый круг. Король мельком глянул на Тэймарта — и не увидел, чтобы мальчишка выказал, что ему больно. Кроме, может, прижатых ушей. Спокойным взором Тэймарт следил, как остриё вычерчивает узор на его огрубевшей ладони. Второй круг — в обратную сторону, чуть ниже — Мэйриадок повёл смелее. Тэймарт даже не дёрнулся, когда лезвие снова впилось в кожу. — И предки будут нам свидетелями, — повторил он за королём, принимая из его руки обагрённый своей же кровью клинок, — под светом Обоих Солнц. Нежная белая рука Мэйриадока дрожала, когда Тэймарт поднёс к ней кинжал Дайериэлов. Ледяной ужас сковал его сердце, помешав дышать. «А что, если я — сумеречник?! — пришла ему в голову шальная мысль. — Лишён эмпатии — прямо как они...» А вот Тэймарт был абсолютно уверен в том, что они делают. Багровые капли окрасили ладонь Мэйриадока двумя переплетёнными незамкнутыми кругами — такими же, как у Тэймарта. Струйка крови побежала вдоль линии на ладони, но Мэйриадок вовремя сжал кулак, оскалился, перетерпливая боль. Затем разжал его и протянул ладонь Тэймарту. Мальчишки сцепили руки, чувствуя, как скользят окровавленные пальцы. От прикосновения свежие раны вспыхнули огнём. — Лишь Солнца ведают наш союз, — произнесли хором Тэймарт и Мэйриадок, тихо и хрипловато, — и прочнее него не бывает.***
В нидэмских сумерках светлячками плыли два световых кристалла. Их мерцания едва хватало на то, чтобы освещать путь, зато издалека не было видно даже держащих светильники рук. Тем не менее, едва заметные силуэты — на фоне серого неба они скорее были контурами — уверенно двигались к темнеющим неподалёку каменным руинам. Стоило им приблизиться, из-за наполовину обвалившейся стены кто-то выпорхнул, коротко прошуршав плащом, и издал натуральный птичий клёкот. Путники с кристаллами ответили тем же; снова взметнулся, будто вспорхнув, плащ, и «светлячки» исчезли вслед за ним в тёмном зеве руин. Только в подвале обнаружился свет: кристаллы пульсирующе блестели в старых держателях для обычных огненных факелов. Один из путников — тот, что шёл впереди — сбросил капюшон и тут же спросил в пространство по-нидэмски: — И почему хотя бы здесь нельзя было установить нормальные факелы? Он взъерошил пятернёй короткие белые волосы, замявшиеся под капюшоном. Его и без того бледное лицо лесного каддца в холодном свете кристаллов казалось мертвенно синим. Их провожатый резко повернулся к нему — а точнее, повернулась: нидэмская девушка с острыми жёлтыми глазами. Половина её лица была потемневшей, сморщенной, некогда изуродованная пламенем. — Огонь опасен для груза! — Вот оно что? Я слышал, это и есть сам огонь. Ядро самого Солнца. Нидэмка чуть не фыркнула. Подошла к ящику у дальней стены, откинула расшитый ковёр, щёлкнула замками на крышке. Та поддалась, но нидэмка придержала крышку, положив на неё ладони. — Всему своё время, — прошипела она. — Подойди. — Можно, я тоже? — спросил лесного каддца его спутник — земляк, мальчишка лет десяти. — Стой здесь! — остановил его каддец вскинутой ладонью. — Не натвори глупостей. — Твой сын, Антэлис? — не удержалась нидэмка. В её голосе уже не было прежней строгости. — Если бы. Мой сын сейчас исполняет свой долг перед родом со своей сестрой. Моей дочерью. Глаза нидэмки блеснули. Она прикусила губу, затем выпустила её и сказала: — Желаю скорых плодов роду Аирэ. — Благодарю, — произнёс Антэлис, будто сплюнул, и подошёл к сундуку. Содержимое выглядело так, словно кто-то спрятал в ящик ночное небо: абсолютно чёрное, оно тут и там звёздами поблёскивало в свете кристаллов. Антэлис запустил в него руку и поглядел на горстку чёрного песка на ладони. Поднёс к лицу, шумно, шевеля носом, понюхал, затем подцепил на язык. Покатал во рту. — Знать не знаю, что это, — остатки он высыпал обратно в сундук, — но на вкус кислая дрянь. Однако если оно действует так, как мне пели нидэмские разбойники... — Действует! — заверила его нидэмка, тыча в обгоревшее лицо. — Ещё как действует... Она даже подтянула рукав плаща и поднесла обожжённую руку поближе к лицу Антэлиса. Тот долго молчал, затем отвёл эту руку ребром ладони. — Остальные погибли! Все погибли. Их было десять. Все, кто стоял рядом, погибли. А я отбежала. — Десять? — не дослушав, переспросил Антэлис и выгнул тонкую бровь. — За один раз я смогу расправиться и с королём, и с этим проклятым пьяницей-генералом, и престарелыми министришками? Нидэмка серьёзно кивнула, пряча изуродованную конечность обратно в рукав. — Только если тебе хватит вероломства проникнуть в Пограничье, когда все твои цели окажутся во дворце. — Значит, не будет тогда королевского дворца. Исчезнет вместе со старой династией Дайериэлов в Сумраке. В конце концов, власть должна иногда меняться, не так ли? Антэлис не удержался и зачерпнул чёрное сокровище обеими руками. Глядел, как оно сыплется сквозь его унизанные перстнями пальцы. — Генерал Ардарэн ответит мне за гибель моей возлюбленной сестры и жены, — говорил он, будто заклиная волшебный чёрный песок. — За то, что ей ничего не осталось, кроме как принять яд и отправиться к Солнцам так рано. За то, что ей пришлось оставить нашу мать и наших детей. За то, что пришлось оставить меня! Он захлопнул крышку и упёрся в неё лбом, пытаясь унять дрожь. — Если есть способ разом покончить со всем этим, я готов. Видят Солнца — я готов!
Примечания:
Вот и закончились приключения юных Тэймарта и Мэйриадока. Через пару месяцев, после интерлюдии, мы встретимся с ними уже на несколько лет старше в эпицентре интриг.
