Певчая пташка

      Тэхен приглушенно стонет и крепче сжимает руками простыни. Он стыдливо отводит взгляд и прикрывает глаза, получая ещё один поцелуй от Чонгука. Тот нависает над ним, сильно кусая шею. Чон держит руки историка, не давая тому вырваться. Ким закатывает глаза от удовольствия, когда его рука спускается ниже и забирается рукой под резинку его боксёров. На улице едва светает. Тэхен мельком глядит на часы. Полседьмого. Да похер. Чонгук двигает рукой, получая сдавленные стоны от парня и затыкая его поцелуем.        — Может быть, — Тэхен вырывается из хватки, затуманено разглядывая чужие губы, покрасневшие от поцелуев, — Пойдём в душ?        — Чем тебе кровать не нравится? — Чон проводит языком по ключице. Резко подавшись вперёд и облокотившись на локтях, Тэ толкает возлюбленного на спину и садится сверху. Он наблюдает за тем, как глаза Чонгука сверкают от возбуждения и хмыкает. Он сильнее его раза в два и может легко скинуть, но заинтересованно наблюдает.        — Я хочу в душ, — тихо шепчет парень в слегка приоткрытые губы. Чонгук не отнекивается. В следующую секунду брюнета подхватывают на руки, неся прямиком в ванную. Тэ прерывисто дышит, крепче сжимая бедра парня своими ногами и стараясь случайно не соскользнуть. Они словно сошли с ума в эту ночь. Сон даже не приходил, вместо него — много вина, фильмы и бои подушками. Ну и всё равно, что сейчас все нормальные люди спят, всё равно, что они прогуливают работу, как какие-то школьники, похуй на всех. С ним он не думал о проблемах и ему это охренеть как нравилось. А ещё ему нравилось, что полчаса назад их как будто переклинило и сейчас они стоят раздетые по пояс в ванной, целуясь, как в последний раз. Тэ слушал тихие стоны со стороны, тёрся бедрами об ткань его штанов и хотел только животного секса и ничего больше. Ещё через минуту они оказались в душе под горячей струей. Чон вжимает его в кафель, быстро забираясь пальцами под намокшую футболку и поглаживая торс брюнета. Тэхен откидывает намокшие пряди волос и приподнимает голову, открывая доступ к шее. Он знает, что Чонгук её обожает и ему это тоже нравится. Тэ хаотично проводит руками по его мокрой спине, намокшим перьям, стараясь не стонать слишком громко. Он хотел его любить сейчас, трахаться так по-животному, что становилось стыдно от своих же мыслей, но низ живота тянуло так, что забывались все стандарты приличия. Единственное, что его бесило, так это то, что Чонгук главный. Ну уж нет. Сегодня он хочет побыть папочкой. Оттолкнув парня, Тэ стянул с себя футболку и, отшвырнув её в сторону, сразу же опустился на колени. От этого зрелища у Чонгука мгновенно встал. Ким заметив характерный бугорок, ловко сняв с него штаны, крепко сжал член у основания. Проведя языком по всей длине, Тэхен обхватил губами головку и, подняв глаза на Чонгука, медленно взял его в рот целиком. Брюнет слушал хриплые стоны и ощущал как низ живота тянет от возбуждения. Тэ не знал, почему так возбуждался каждый раз, когда делал Чону минет. Наверное потому, что каждый раз, когда он смотрел на него снизу вверх, Ким знал, что Чонгук полностью в его власти, пускай и не он стоит сейчас на коленях как последняя шлюха. Тэхен чувствовал, как Чонгук путается в его мокрых волосах, нетерпеливо толкается навстречу, направляя. Тэ прикрыл глаза, устраиваясь поудобнее. Он оторвался и продолжил быстро двигать рукой, чувствуя, как Чонгук впивается пальцами в его плечо и уже не сдерживает хриплые стоны. Ким удовлетворенно хмыкнул и провёл языком по головке, снова беря в рот. Он мог бы ещё и ещё, игнорируя жёсткое дно ванной и крепкую хватку, ведь реакция Чонгука стоило того. Он мог бы ещё и ещё, если бы Чон не потянул наверх. Тэхен покорно встал. Все остатки стыда мигом куда-то улетучились, оставив только сжигающее желание. Чон поцеловал его в лоб и прижал грудью к стене в ванной. Послышался шелест упаковки и запах смазки, которая уже привычно стояла на полке. Политолог вошёл медленно и тягуче, сразу же наращивая быстрый темп, размашисто и крепко сжимая его бедра и выдавливая из парня всхлипы. Тэхен выгибался от удовольствия, переплетая их пальцы и уже не сдерживаясь. Размеренные толчки, тяжелое, сбивчивое дыхание за спиной — всё это слилось в одну большую волну, которая накрывала с головой. Только он, Чонгук и то животное наслаждение, которое они дарили друг другу.

***

Отряхнув волосы от лишней влаги, Тэхен откидывает мокрые пряди назад и вглядывается в зеркало, стараясь не замечать опухшие губы и следы зубов на шее. Он неуклюже отводит ворот футболки в сторону и морщится, смотря на синяки и множество алых засосов, которые дорожкой рассыпались по всей груди и спине. Он зажмуривает глаза и старается не сгореть от стыда и неловкости. Какого черта он вообще захотел так? Ему никогда не нравился жесткий секс, но для Чона он готов был сделать исключение и… Он действительно сейчас думает о трахе? Влюбленные все такие странные? Закатив глаза, парень шарится по мокрому полу и, найдя его шорты и натянув, несмело выходит из ванной. Тихо зайдя на кухню, он замирает. Чонгук стоит с голым торсом. У него мокрые волосы и крылья, с которых стекают капли воды. В руках сигарета и сизый дым, струйкой льющийся по воздуху. Тэхен переминается с ноги на ногу. Почему, когда Чонгук выглядит так, будто собрался на фотосессию, Ким смотрится как намокший бомж? Парень фыркает и, подойдя к Чонгуку, щелкает его по носу.        — Почему ты такой красивый? — Тэхен скрестил руки на груди и гордо задрал подбородок. Чонгук тут же поперхнулся дымом и закашлялся.        — Это был комплимент или претензия?        — Считай, и то, и другое, — Тэхен наигранно закатывает глаза и обнимает его со спины, уткнувшись носом в перья.        — Ну уж извините, что я родился таким красавцем.        — Красавец с родинкой на попе в форме сердечка?        — Как ты вообще это увидел?! — Чонгук возмущенно хрипит и хочет развернуться к парню всем корпусом, но Тэхен только злобно смеётся и крепче сжимает его в объятиях.        — А ты поменьше сверкай своей задницей по утрам! В этот момент где-то из квартиры доносится едва знакомая песня. Ким внимательно вслушивается в слова и впервые в своей жизни благодарит строителей за такие тонкие стены и хороший вкус. Тэхен как-то по-детски смеётся и, не обращая внимание на попытки вырваться, целует его в шею. И пусть этот чудак со смешной родинкой на попе ещё пол часа назад грубо вдалбливался в него и прижимал к стене, зато сейчас они вместе встречали рассвет на кухне, босые и намокшие, где витал запах от сигарет и играла знакомая песня. Ты запустила руки под мою футболку, Расстегнула мой лифчик и сказала эти слова: «Малышка, ты такая красивая, почти до боли» Прижала меня к стене, Скинула мою одежду на пол, «Малышка, ты готова к чему-то большему?»*        — О Боже, ты серьезно слушаешь такие песни? — Чонгук загибался в три погибели, наблюдая за кривыми попытками Тэхена петь. Причем ещё, на таком же кривом английском.        — Во-первых, классная песня, — Ким важно загнул палец, — А во-вторых, я случайно услышал её у одной моей студентки. И, в-третьих, я у голожопых не спрашивал.        — Сейчас этот самый голожопый тебя и отшлёпает, — Чон хмыкнул, вслушиваясь в слова. Наверное, это и вправду со стороны выглядело забавно. Преподаватель по истории, закончивший бакалавр и магистратуру, человек, которому почти тридцать, поет песню про девушек лесбиянок в шортах не по размеру и с чайником в руке. Позвонить тебе было плохой идеей, Настолько плохой, что теперь я ещё больше запуталась. Думать, что я смогу остановиться, было плохой идеей, Настолько плохой, что мне нужно ещё. Тэхен коряво подпевает, пока ставит чайник на плиту и достает из холодильника тосты. Ему всё равно на то, что с английским он на «Вы» и ему всё равно, что он не заканчивал музыкальную школу. Зато сейчас он изо всех сил пытается попасть в ноты, зная, что Чон за ним внимательно наблюдает и улыбается. А, может быть, даже и смеётся. Вся неловкость и стыд мигом испарились, оставляя только самую настоящую эйфорию. И Киму, противнику слюнявой романтики и тошнотворных мыльных опер, было всё равно даже на то, что сейчас они как будто находились в этой самой комедии. Хотя, он уже давно это заметил и не раз говорил, что пускай её все ненавидят за розовые фильтры, зато здесь есть милая песня про запретную любовь и полуголый Чон Чонгук. Ему и этого достаточно. Встретиться так поздно было плохой идеей, Настолько плохой, что теперь я мыслю словно пьяная. Привести тебя домой было плохой идеей, Настолько плохой, потому что мне лучше быть одной.        — Тэхен, я, конечно, понимаю, что ты сегодня метишь на Melon Music Awards*, но по-моему, у тебя горит мой хлеб, — Чон заливисто смеётся и облокачивается на спинку стула, следя за тем, как Ким, не отрываясь от пения, бежит к тостеру вынимать угольки. Достав кимчи и какие-то маринованные овощи, парень накрывает свой стол, приговаривая, что готовит третий раз в своей жизни и не терпит критики. Они завтракают в самой непринужденной обстановке, не стесняясь чавкать или ронять кусочки на пол, потому что смысл им кого-то из себя строить? И пускай их закидают учебниками по этикету и дисциплине.

***

       — Если честно, — Тэхен закатывает глаза и легонько толкает Чона в бок, — никогда не думал, что буду когда-нибудь выгуливать собаку с парнем в парке. А где же все эти клубы, тусняки, парки, крыши и сладкая вата? Мы смотримся как старики. Это не модно. Луи, будто услышав эти слова в свой адрес, громко тявкает, несясь вперёд и со всей силы дёргая поводок. Ким беззлобно фыркает и оглядывается. Они гуляют в парке с собакой, наворачивая уже сотый круг. Вообще, они бы сидели дома, если бы не забыли о щенке, который решил их не дожидаться и смело сделал все свои дела под креслом. Из-за этого им ещё и пришлось побыть грёбанными уборщицами. Тэ устало выдыхает и подставляет лицо под лучи холодного осеннего солнца, которое нихрена не грело. Ещё и Сокджин. Он позвонил им через час после завтрака, сообщив, что ректор подал в суд и сейчас идёт подготовка к нему. Когда Тэ снова хотел идти бить стену, адвокат его успокоил и сказал, что у них всё получится, если не будем паниковать и устраивать шумиху из ничего. Ким решил не мучить себя волнением и вспомнил слова старого друга Намджуна, который не раз говорил, что если нельзя решить проблему, то расслабься и плыви по течению реки. А если и можешь решить, то тем более.        — Ну и что, что старики? — подал голос Чон, резко дернув за поводок, — Я уже слишком стар, чтобы устраивать вечеринки на всю катушку.        — А как же последняя в пятницу?        — Ладно, — картинно цокнул языком парень, — Больше одной тусы раз в полгода. Они тихо смеются, стараясь не потревожить священный покой бабушек, сидящих на лавочках и кормящих голубей. После этой шутки, Чонгук возмущенно толкает историка в бок, за что тут же получил ответный удар в виде щипка за таз. Они гуляют долго-долго, совсем не замечая косых взглядов и того, что Луи обнюхал уже каждый камень и ветку в этом сквере. Они могли молчать по десять и по пятнадцать минут, не испытывая никакой напряженной тишины. Чонгук уже давно спустил собаку и она радостно виляла хвостом-бубликом, догоняя их каждый раз, когда на что-то отвлекалась. Пока они разговаривали обо всём на свете, уже становилось холоднее. Тэхен как раз собирался войти в очередной глупый спор, когда Чонгук неожиданно переплёл их пальцы. И в этот момент что-то резко сломалось. Хотя пару мгновений это походило на счастливую сказку. Ким растерянно оглядывается по сторонам и, вздрогнув, грубо убирает руку в карман и виновато опускает взгляд под ноги. Он слышит как Чонгук останавливается на месте. Политолог вопросительно склоняет голову в бок и подходит ближе, собираясь обнять парня, но Тэ снова отходит на пару шагов.        — А знаешь, я тут вспомнил одну историю, — со слишком большим энтузиазмом и со слишком неестественной улыбкой, Тэхен хочет двинуться дальше по тропинке, но Чонгук берёт его за запястье.        — Тэхен? Что-то не так? — Чон упорно делает ещё одну попытку обнять, но Тэ не выдерживает и останавливает его.        — Мы же даже не соулмейты. А вот и та фраза, которая не сулила ничего хорошего. Абсолютно.        — В каком смысле?        — Это выглядит странно, — Тэхен, заметив рекзие перемены в лице друга, морщится, — Хотя, давай не будем об этом, я…        — Нет уж, раз начал, то говори, — Чонгук скрещивает руки на груди, — В каком это месте странно? Началось. Ким виновато кусает губу, понимая, что ссоры не избежать и глубоко выдыхает, жалея, что убрал руку.        — Я имею ввиду, что это просто непривычно. Мы не соулмейты, а гуляем, целуемся и за ручки держимся. Что на это люди подумают?        — А какая к чёрту разница, что скажут люди?        — А ты хочешь, чтобы нас засмеяли?        — То есть, по-твоему мы выглядим смешно? — Чон щурится, внимательно разглядывая историка. Тэхен кривится, чувствуя, как его это начинает подбешивать. Они просто смотрятся вместе странно. В чем проблема? Не похожи, разные истории, разное воспитание. И они даже не соулмейты. Ким хотел подать голос, но после этой мысли тут же осекся. А он для Чонгука вообще кто? Временное развлечение? Или он что-то к нему испытывает. Почему-то все эти воспоминания с готовкой, прогулками, приобрели совсем не тот оттенок. Это логично. Они не должны быть вместе. У него своя пара, у Тэхена её нет. А если Чон и в правду что-то испытывает, то насколько сильны эти чувства и сколько продлятся по времени? По сути, они несовместимы. И, если так посмотреть, то они только трахаются и клёво проводят время. Тэхен закусил губу и задумчиво отвёл взгляд.        — Тэ? — Ким настолько завис, что не заметил как Чонгук подошёл вплотную, придерживая его за талию. Парень вздрогнул от этого прикосновения, — Давай я тебе ещё раз скажу, что…        — Кто я для тебя? — Ким нервно зажевал внутреннюю сторону щеки и поднял голову на политолога, напряженно ожидая ответа.        — В смысле, кто? — Чон непонимающе отстранился.        — В прямом. Кто я для тебя? Ты ко мне что-то чувствуешь или я так? — Тэ сжал кулаки в карманах пальто. Почему-то от своих же слов становилось противно, — Временная побрякушка? Следующей реакции он никак не ожидал. Он ждал чего угодно. Что он его обнимет, успокоит, скажет что-нибудь в его стиле и они вместе пойдут в какую-нибудь кафешку выпить кофе. Но никак не того, что Чон резко отстранится.        — Тэхен, это звучит очень обидно, — Чонгук оглядел его резко переменившимся холодным взглядом, — Я пытался все выходные тебе доказать, что это не так, но ты до сих пор косо смотришь на меня, — Ким растерянно хлопнул глазами и нахмурился, пытаясь возразить, но его грубо перебили, — Это во-первых. А во-вторых, я очень сильно расстроен, что тебя волную не я, а мнение каких-то зевак. И что для тебя наши отношения выглядят смешно. Если ты такого об мне мнения, то мне очень жаль. Луи! Щенок быстро побежал к хозяину. Тэхен стоял на месте, вцепившись взглядом за удаляющуюся фигуру. Он как будто выплыл из пространства на несколько секунд. Парк был не очень далеко от дома, так что поступок политолога даже некрасивым нельзя было назвать. Ким покашлял от холода и вдруг почувствовал себя самым большим идиотом в этом дурацком парке, который без Чонгука стал серым и противным. Двинувшись прочь, он обдумывал слова парня, пиная маленькие камни, попадавшиеся по дороге. А ещё он жалел о том, что у него нет сигарет. Он ждал другой реакции от Чо. И совсем забыл о том, что Чонгук не рыцарь на белом коне, а обычный человек, у которого тоже есть чувства. И их так же можно задеть. И от этого становилось гадко. Тэ расхаживал по улицам, не замечая того, что идёт в сторону его дома. Он просто боялся того, что это неправильно. Никогда он не слышал о том, чтобы человек? Да ещё и с певчей пташкой? Что за бред? Пнув урну, он поднял голову вверх. Да что за ёбаный бред? С какого хрена любовь должна быть правильной? С каких пор нужно любить такого-то человека, а не того, ради которого ты готов сжечь дотла? Ким с улыбкой вспомнил все эти моменты, которые хранились в его сердце как драгоценные изумруды и ему стало стыдно за свои слова. Чонгук действительно старался. И действительно хотел этого всего. И они не просто трахаются. О Господи, что же за глупые слова? Тэхен не замечает, как ускоряет шаг и на автомате забегает в магазин, думая, что можно ему купить в качестве извинений. Они не просто трахаются. Они любят. Проводят время вместе, разговаривают до потери пульса, смеются до боли в животе и дарят так много нежности, что не верилось. А Тэхен — конченный нервотик, которому нужно постоянно сомневаться. Быстро оплатив белое вино — любимое вино Чо — быстрым шагом выходит из магазина, направляясь по знакомой улочке. Тэхен — идиот, который обижал Чонгука не один раз, но всегда просил прощения и думал, что его обязательно поймут и простят, но нет. У него тоже есть чувства и Тэ давно пора понять, что такие слова всё портят. И, чёрт возьми, он хочет устроить ему самый лучший вечер понедельника: с извинениями, сладостями и каким-нибудь фильмом. Поднимаясь на нужный этаж, брюнет чувствует, как его пальцы холодеют от волнения и напряжения. Ким переигрывает в голове столько разных фраз, как правильно найти слова и подступить к Чону, чтобы окончательно всё не испортить. «Чонгук, прости, я перегнул» «Чо, я просто хочу все сделать правильно и не ошибиться» «Чон, я не хотел тебя обидеть, я не всерьёз» Выдохнув перед уже такой родной дверью, Ким долго стоит, стараясь успокоить сердцебиение и бабочек в животе, которые больше походили на когтистых цикад. Взглянув ещё раз на пафосную бутылку с алкоголем, Тэ, обнадежив себя, тянется к ручке двери, но замирает. Не заперто. Странно. Слыша какой-то незнакомый голос из квартиры, Тэ хмурится и открывает дверь. Может быть, Сокджин решил заглянуть? Хотя, адвокат обещал зайти завтра. Вслушиваясь в неразборчивые слова и громкий смех, он разувается, тихо проходя на кухню. И в этот момент что-то в нём раскалывается на две части. Чонгук сидит на столе, держа кружку с кофе, с интересом слушая чей-то быстрый разговор. Ким проводит взглядом по его крыльям, которые стали больше раза в два и топорщились во все стороны. Что?        — Чон? На хриплый от холода голос Тэхена оборачивается не только Чонгук. Ким наконец может разглядеть какую-то девушку, на которую упал свет. Сидящую на стуле и постукивая маникюром по столешнице. Она приветливо улыбается, но, не увидев реакции, в недоумении переводит взгляд с замерших парней и поворачивается к Чону всем корпусом. Крылья. Чёрные, вороньи крылья. Длинные. И такие же красивые. Такие же, как у Чонгука. В душе от той большой трещины расходятся ещё одни. Стекло сыпется куда-то вниз. Тэхен отчаянно смотрит на Чона, но тот даже не поднимает на него взгляд, стыдливо держа девушку за руку.        — Тэхен. Это Соён, — Ким видит как Чонгук крепче сжимает её тонкое запястье, — Это мой соулмейт. Мы встретились около подъезда. Тэхен непонимающе смотрит то на девушку, то на Чонгука. И тут до него доходит смысл этих слов. Он стоит, не веря и мысленно умоляя Чо поднять на него взгляд. Хотя бы на секунду. Хотя бы на мгновение. Он хочет увидеть в нём Чонгука. Его Чонгука. Который улыбнётся только глазами. Тот поднимает голову. Но никаких тех эмоций уже нет. Чонгук смотрит на него виновато, огорченно, даже не говоря ни слова. Пожалуйста, нет. Пусть он скажет, что все объяснит, что они найдут выход, что всё будет хорошо. Хоть слово. Ким не замечает, как делает шаг назад, вцепившись в бутылку вина и лихорадочно бегая глазами по полу. И в один момент понимает, что это всё. Что он тут явно лишний. Чонгук больше не собирался ничего говорить. И его глаза сказали больше, чем сотни отговорок. В эту секунду обрывается тонкая нить. Нить счастья. И рвётся она так резко, что концы больно бьют по коже. Парень срывается с места, натянув кроссы и выбегая на лестничную площадку. Тэхен несётся вниз, не слыша за собой никаких просьб остановиться и от этого ещё хуже. Никто за ним не побежит и не остановит. Он уже никому не нужен. Он вылетает из подъезда, несясь по улице. Спотыкается, чуть ли не падает в грязь, но всё равно бежит. Внутри больно и Тэхену насрать, болят ли легкие, или сердце, которое он отдал и его выбросили. Он мчится по незнакомым улицам, наплевав на светофоры и машины. Неважно куда и как далеко, главное подальше. Подальше от Чонгука. Подальше от крыльев. Подальше от боли и от себя. Чонгук нашёл своего соулмейта, нашёл чёртового соулмейта, у которого такие же крылья. Блять, он бы всё отдал, чтобы пришить их к себе. Сука! Это было ошибкой. Глупой ошибкой, которая разделила его жизнь на до и после. И ничего уже не вернуть обратно. Тэхен бежит, не видя перед собой ничего, толкает людей в толпе, пока не останавливается посреди перекрёстка, не в состоянии видеть. Перед глазами только воспоминания, которые стали кошмаром. Пары, первая встреча, капучино, страсть, поцелуй, игра, поцелуй, вечеринка, песни, завтрак. Он растерянно осматривается, не зная, где он и что с ним. В глазах всё плывёт, а голова кружится, теряясь в ярких вывесках и неоновых огнях. Ким зарывается руками в волосы, пытаясь разрыдаться. Чонгук нашел Соён. Нашел ту, с которой проведёт свою жизнь. А Тэхен был временным. Как и думал. Они с ней встретились. Как и было правильно. Тэхен не замечает испуганные лица прохожих, спрашивающих, всё ли с ним в порядке. Тэхена использовали. Тэхена забыли сразу же в тот момент, когда увидели знакомое оперение. Черт! Если бы не было Кима, всё было бы правильно! Он не кричит и не плачет, но в душе его рвёт на куски. Ему было больно так только один раз. Когда он впервые посмотрел на свою спину. Всё не так, всё неправильно, всё гадко. Он теряется в огнях города, стараясь скрыть от всех себя. Он неудачник, который взлетел, но цепи рывком потянули его на самое дно. Соулмейты связаны и никто не в силах их разорвать. Вырезать бы это в сердце.