So serious... just for fun!

– ...типа ниндзя? Эй! Чья-то рука коснулась плеча и тут же исчезла. Патрик, отвлекшись от айфона, вскинул взгляд на незнакомого черного парня. Довольно молодого – Пат наклонил голову, рассматривая его, – со следами шрамов от подростковых угрей на щеках и выступающим, неправильно выросшим клыком: парень усмехался, так что не заметить зуб было сложно даже в наступивших сумерках. Патрик невольно поморщился, сам не зная почему. Он не считал себя расистом, однако с трудом сдержал желание позвать Сэма и вопросительно приподнял брови. Незнакомец молчал. Стоял, продолжая демонстрировать свои кривые жёлтые зубы, и ждал чего-то. Ответа на вопрос, который Патрик пропустил мимо ушей? – Что? – переспросил Пат, дернув плечами. – Я говорю, что за прикид, чувак? Ты ниндзя? – парень показал на свой рот, видимо, намекая на шарф, и заржал – смехом это было не назвать. Пат снова поморщился, но стянул шарф с лица. – Воу! – парень дернул башкой и, продолжая скалиться, ехидно поинтересовался: – Было больно, ха? Ещё один дурацкий вопрос? К чему он вообще? Патрик стиснул зубы, чувствуя, как нарастает только недавно унявшееся раздражение. – Тебя никогда не били в лицо? – спокойно спросил он, опустив взгляд вниз на чужие стоптанные кроссовки, и сглотнул, стараясь сохранить спокойствие хотя бы внешне. Собственное настроение бесило даже больше, чем соклубник Сэма. Чем все они. Патрик знал причину: ему нужно было поговорить с Сэмом сразу, ещё в номере. А теперь того постоянно отвлекали друзья, будто без него вообще ничего не решалось. Пат был необъективен. Он ревновал и понимал это, однако ничего не мог поделать. Конечно, можно ходить за Сэмми хвостиком, но Патрику совсем не хотелось с кем-либо знакомиться и общаться. И это было проблемой. А вот спать – хотелось. И есть, пожалуй, тоже. – Что-то на удар в лицо не похоже, – продолжил тем временем парень. – А ты специалист? – процедил Пат куда более резко, чем собирался сказать изначально, и заметно напрягся. Чернокожий тоже напрягся: поджал полные губы и нахмурился. Он уже снова открыл было рот, как рядом послышался голос Сэма: – Хэй, что у вас происходит? – Ничего! – так и не представившийся парень вдруг подался ближе и панибратски обхватил Патрика за плечи. Пат тут же вывернулся, отступая подальше, но тот не растерялся: – Просто болтаем, Ди, – сказал, разведя руки в стороны. Сэм смерил его пронзительным нечитаемым взглядом и, посмотрев на Патрика, тихо спросил: – Всё хорошо, детка? Пат дернул плечами – на эмоциях, не успев обдумать ответ – и потёр глаза. Это «детка» здесь и сейчас было чертовски не вовремя. – Рикки, продолжишь зубоскалить в его сторону и рискуешь лишиться пары-тройки зубов, – Сэм говорил вроде бы спокойно, но Патрик никогда прежде не слышал подобной интонации. С явной угрозой. – Боже, чувак! Я не имел в виду ничего такого! Он просто стоял один! – И поэтому ты решил до него доебаться? – Иисус, Ди! Больно надо! Что с тобой не так? – Всё нормально, Сэм, правда, – Патрик, стряхнув внезапно охватившее его оцепенение, влез в их начинающуюся перепалку. – Нет, – Сэм покачал головой и, повернувшись в сторону основной компании, добавил гораздо громче: – Хэй, если у кого-нибудь есть вопросы о моей сексуальной жизни, спрашивайте у меня! По крайней мере я вас, придурков, знаю. Не нужно цепляться к моему бойфренду, окей? Это и тебя касается, Джек, – бородатый мужик вскинул голову, – не думай, что я не заметил. Мужик отделился от своих и пошел прямиком к ним. Ещё несколько человек – Пат узнал из них только Элиота – тоже. – Боже... – шепнул Патрик. Прямо сейчас ему очень хотелось провалиться под землю. – Это была просто шутка и, может, небольшая проверка. Ничего серьезного, Ди, – дружелюбно сказал бородач, когда подошел. – Засунь это себе в задницу, понял? – тихий голос Сэма всё ещё звучал спокойно и опасно одновременно. – Уверен, если бы со мной была девушка, вам бы такое дерьмо и в голову не пришло. – Понял-понял, – Джек – кажется, Сэм так его назвал – поднял руки, показывая открытые ладони, будто сдаваясь. – Я уже извинился перед ним, и мы разобрались, правда, приятель? – бородач посмотрел на Патрика, и Пат кивнул. – Видишь? Остынь. Никто здесь не сделает твоему мальчику ничего плохого. – Я и не кипятился, – Сэм мотнул головой, сунув руки в карманы косухи. – Просто предупредил, – он выделил слова, – не портить нам уик-энд. Дебильные гомофобные шуточки тоже считаются. Черт! Патрик покачал головой, пряча нижнюю часть лица под шарфом и надеясь, что его пылающих щек в полутьме видно не будет. Он опять не мог разобраться во всем, что чувствует. Стыд? Благодарность? Восхищение и страх? К тому же тело начала бить странная дрожь, пока еле заметная, но всё же. Нервы. Он медленно выдохнул ртом, наблюдая за тем, как Элиот неловко хлопает Сэма по плечу, ловит ответный взгляд и отходит ближе к Пату, затем сплевывает себе под ноги. – Помирились? Держите, – подошел ещё какой-то парень. Он передал Сэму и Джеку цветастые жестяные банки и, поймав взгляд Патрика, улыбнулся. – Тебе тоже, – сказал и плавно подкинул точно такую же банку в сторону Пата. Несколько неловко, но Патрик смог её поймать и сам себе удивился: учитывая, как он обычно лажал при Сэме. А тут ещё вся эта ситуация... – Спасибо, – прохрипел Пат в ответ и сжал холодную банку в руках. – Нет проблем, – парень снова улыбнулся. – Элиот, Рик, будете? – О, алкогольный голос мира!.. *** Сэма снова утащили. На этот раз готовить мясо – вроде как у него получается самое вкусное. Патрик только фыркнул: он и не сомневался. Элиот остался рядом. – Так что, ты снова в роли моей няньки? – ненавязчиво уточнил Пат. У Элиота дернулись мышцы рядом с глазом. Нервный тик? А может, он на секунду прищурился или что-то вроде того – понять было сложно. Элиот достал из куртки пачку сигарет и, так и не взглянув на Патрика, сказал: – Давай отойдем подальше. Разговор есть. Пат напрягся, но кивнул и пошел следом за ним к деревьям. Практически шаг в шаг. Адреналин уже отпустил его, и Патрик чувствовал себя опустошенным и отстраненным, будто наблюдал за происходящим через толщу воды. Будто всё вокруг было нереально, подернуто серой дымкой. Устроились они так, чтобы видеть спину Сэма. Сэм обернулся, и Пат помахал ему рукой. Элиот тем временем достал из пачки сигарету – сразу сунув её в рот – и зажигалку. Но не спешил подкуривать: стоял и раз за разом вышибал небольшой огонек. Гасил, вышибал, гасил. Словно передавал кому-то тайное послание азбукой Морзе. Патрик следил за его рукой. Огонек в вечерней темноте казался очень ярким. Это гипнотизировало, и не хотелось думать. Совсем ни о чем. Выдохнув, Пат сжал в руках всё ту же – так и не открытую – банку и сполз вниз по стволу дерева. Поправил пальто, прежде чем сесть на холодную землю. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль о том, что, когда он вернется в Нью-Йорк, придется отдать вещи в химчистку. Успеют ли там отчистить пальто до того, как нужно будет идти на работу? Патрик поморщился и дернул за ушко банки; сразу послышалось шипение углекислого газа. Он отхлебнул напиток, и это, на удивление, оказалось не пиво, а какая-то химозная сладкая дрянь, напоминающая энергетик. Алкогольный энергетик. Пат фыркнул. – Как он вообще? – спросил вдруг Элиот, и Патрик вскинул на него взгляд. – Что ты имеешь в виду? Элиот не стал спешить с ответом: всё-таки подкурил, глубоко затянулся и, опустив руку с тлеющей сигаретой, медленно выдохнул дым тонкой струйкой вверх, в небо. – Не хочу лезть в ваши отношения... – начал было он, но Пат, не сдержавшись, хохотнул, и Элиот сразу замолчал. – Прости. Нервы. – Патрик покачал головой. Затем снова отхлебнул, чувствуя, как спирт начинает щипать губу, и легонько потрогал запекшуюся ранку подушечками пальцев. Губа, конечно, всё еще была заметно распухшей. Вспомнились вроде бы шутливые слова Сэма и то, как Элиот посмотрел на него, когда Пат подошел к ним. – Ди здесь ни при чем, если что. Я случайно прокусил. Кожа тонкая, вечно маюсь с синяками. Элиот кивнул и снова затянулся. – Так о чем именно ты хотел поговорить? Он шумно выдохнул дым, и мышцы на его лице опять дернулись. – Ладно. Выглядит так, будто у вас двоих всё довольно серьезно, – сказал Элиот, кивнув в сторону Сэма. – Ну, я надеюсь, – Пат печально улыбнулся, опустив голову и бездумно покачивая банкой из стороны в сторону. – И вы проводите много времени вместе, – продолжил Элиот, – третьи выходные, как минимум. Банка замерла. Действительно? Получается, они знакомы уже месяц. «Всего» или «ещё только» – как посмотреть, но... Месяц. Захотелось сделать какую-нибудь глупость вроде устроить Сэму месяцщину. Патрик снова хохотнул, но тут же прижал ко рту ладонь и глянул на Элиота снизу-вверх. К счастью, тот спокойно докуривал и, похоже, не стал принимать смех на свой счет. Сомнения порождала усталость. Усталость, избыток самых разных впечатлений и выпивка. Точно. – В общем, я подумал: кому, как не новому бойфренду Ди, знать, как тот держится. Верно? – Элиот поморщился, туша сигарету о шершавый ствол «своего» дерева, и щелчком отбросил окурок в сторону кустов. Мэри Энн бы не оценила. – Я всё ещё не понимаю, к чему ты клонишь. Элиот выругался себе под нос и встал напротив Патрика, загораживая обзор. Пришлось задрать голову. – Без байка, я имею в виду. Без гонок. Ты, блядь, такой цивил, – Элиот усмехнулся, но необидно, по-доброму. – Может, и к лучшему, учитывая, чем закончился его прошлый роман, но, – он посмотрел мимо нахмурившегося Патрика, – не понимаешь элементарных вещей. – Тогда объясни мне, – Пат поднялся с земли и, засомневавшись, не прозвучало ли это слишком требовательно, добавил: – Пожалуйста. Элиот шумно шмыгнул носом, отхаркнул и сплюнул сгусток слизи в сторону. Покачал головой и достал новую сигарету, сразу подкуривая и затягиваясь. – Как я могу объяснить? – он выдохнул дым, расфокусировано глядя перед собой. – Ты можешь представить, что такое скорость? Каково гнать на пределе, маневрируя между препятствиями и обгоняя других? Какой это драйв, какая сила, чистый адреналиновый кайф. – Он сжал в пальцах сигарету, и та сломалась. Элиот выругался, выкинул её и отряхнул руки, потом, всё же посмотрев на Патрика, добавил веско: – Словно сама жизнь смотрит в твоё лицо. А ты говоришь мне «объясни, каково это». Он вдруг рассмеялся. А отсмеявшись, спросил: – Что ты вообще знаешь о Ди? – Э-э-м... Вопрос поставил в тупик. В голове замелькали не слова – образы, но эти образы были так или иначе слишком личными, чтобы рассказывать о них. – Уточню, – усмехнулся Элиот, – я точно не хочу слышать о вашей сексуальной жизни. – Да боже мой! – Патрик фыркнул, закатывая глаза, и покачал головой. Посмотрел в небо, прижимаясь затылком к дереву: звезды, не затмеваемые никогда не спящим городом, сияли здесь необыкновенно ярко. – Знаешь, Ди довольно известен в определенных кругах. Не в большом спорте, нет, его темой были уличные гонки. Где нет правил и пригляда, самый хардкор. Для отбитых на всю голову. Сейчас с такими вещами стало сложнее, да и он подуспокоился, я думаю. Хотя, – Элиот сунул в рот очередную сигарету и щелкнул зажигалкой; выдохнул дым, – хотя Ди всё равно тот ещё псих. Он крут, он всегда даст дельный совет и опыта у него больше, чем у многих. Клубу повезло, что он с нами. Но, блядь, видел бы ты, как он гонял с Тони, понял бы, о чём я. Жестяные бока прогнулись под пальцами, и Пат чудом не облился сладкой гадостью, выругался и отдал банку Элиоту – тот протянул за ней свободную руку. Патрик молча смотрел, как Элиот пьет, как дергается его кадык, и – Черт! – не мог сформулировать ни одного нормально вопроса, словно мозги заклинило. – Кажется, я уже слышал это имя. – Конечно, слышал. Вы же виделись, разве нет? Такой вихрастый, – Элиот помахал над головой рукой с зажатой между пальцами сигаретой и затянулся, – вечно в черной шапке. Ебаный Вилле Вало* в молодости и на минималках. – Кто? Элиот насмешливо приподнял брови и, улыбаясь, покачал головой: – Я даже не буду это комментировать. Тони мудак, вот что. Из другого клуба. И я реально не понимаю, что в нем можно было найти, но... как и сказал: не хочу лезть. – ...в наши отношения? Ты имеешь в виду... – Как я и сказал... – Да ладно, Элиот, уже поздно! – Патрик фыркнул, пряча руки в карманы. – Нельзя вот так заинтересовать и ничего не рассказать в итоге. Но я не буду ревновать Сэма к мудакам и затевать разборки, – добавил, видя всё то же насмешливо скептическое выражение лица, – обещаю. – Хорошо. Я не знаю, что именно произошло между ними, но как-то раз, когда Сэма не было в баре, Тони подвалил ко мне и начал прикапываться. Типа, уж не трахаемся ли мы? Почему часто вместе и всё такое. В его стиле: нагло, с наездом. Ну, я подумал, что он просто нарывается на драку, и предложил выйти, но это ссыкло слилось. – Элиот поморщился и сплюнул себе под ноги. – Я понятия не имел, что Ди по мальчикам. Узнал, когда рассказал ему о том случае. Молчал, конечно, но сплетни пошли и... что ж, было очевидно, кто источник, – он пожал плечами, растоптал окурок и присосался к банке. Пат нахмурился. – Так что? Что было дальше? – Дальше? – Элиот приподнял брови. – Ничего, насколько знаю. Хотя я бы за такое отпиздил. А Ди просто перестал ездить с ним, у Ди свои принципы, – он усмехнулся. – А в клубе как отнеслись? – Ну, ты и сам видишь: подтрунивают немного, но, – Элиот пожал плечами. – У Ди всё же репутация. И другие знают, что мы за него. Никому не нужны разборки, даже клубу Тони. – Даже так... – задумчиво протянул Патрик и тряхнул головой. – Отвечая на вопрос: думаю, он неплохо держится. Сэм не казался мне напряженным или типа того. То есть, когда мы только вдвоем. Знаешь, что? – Пат расстегнул пальто, достал из внутреннего кармана визитницу и протянул одну визитку Элиоту: – Возьми. На всякий случай, мало ли. Да и просто, если что-то понадобится, а я могу помочь – звони. Помогу. Элиот взял, посмотрел на визитку – хотя вряд ли он смог разобрать в темноте, что там написано – и кивнул. *** Патрик умудрился подойти незамеченным и обхватил Сэма со спины, прижимаясь и устраивая руки на его животе. Сэм, конечно, дернулся от неожиданности, но Пат только крепче обнял его, и тот, фыркнув, расслабился. – Я думал, на людях ты стесняешься, – тихо заметил Сэм. – Пошло оно всё, – буркнул Патрик, уткнувшись в его плечо и закрыв глаза. Куртка холодила щеку. – Что Элиот наплел тебе? – Ничего. – Ничего? – прозвучало насмешливо и недоверчиво. – Ничего важного, – Пат пожал плечами и поглубже вдохнул: пахло ванильным гелем для душа, кожей и – сильно – мясом, готовящимся на углях. В животе громко и голодно заурчало. Патрик привстал на цыпочки, чтобы положить подбородок Сэму на плечо. Стейки выглядели очень аппетитно. – Окей, на этот раз поверю. Проголодался, волчонок? – спросил Сэм ласково. – Будешь с кровью или прожаренный? – Прожаренный. Я подожду, – Пат потерся носом рядом с его ухом и улыбнулся. Шепнул: – Это было круто, кстати. То, как ты вмешался. Спасибо. – Не за что, щеночек, – усмехнувшись, Сэм повернулся к нему лицом – пришлось разжать объятия, – а затем погладил тыльной стороной ладони по щеке. У его глаз собрались легкие смешливые морщинки. Патрику они нравились. Он любил это выражение лица, любил, когда Сэм искренне улыбался, любил... Пат выдохнул, чувствуя, как зачастило сердце, и потянулся за поцелуем. Лизнул губы Сэма – сладкие после той алкогольной гадости из банки, – обхватил его шею сзади и, закрыв глаза, толкнулся языком в рот. Сэм отвечал совсем легко, даже лениво, не пытаясь перехватить инициативу. Хотя иногда покусывал язык и улыбался, ощутимо улыбался – это сводило с ума. Губа пульсировала и горела, отдавала нотками боли, но отстраниться, перестать казалось невозможно. Хотелось больше и ближе. Патрик поцарапывал его шею – совсем легонько, – прижимался всем телом и с трудом сдерживал пошлые, совершенно неуместные стоны. Сколько это продолжалось, трудно было понять. В какой-то момент послышались свист и хлопки, а затем кто-то крикнул, что такими темпами Ди точно спалит их мясо. Сэм хохотнул – прямо в поцелуй, – отстранился и, крепко обхватив Пата рукой за талию, показал в сторону говорившего фак. Наверное, узнал по голосу. Патрик облизнул губу и неожиданно для самого себя рассмеялся. Рассмеялся и, улыбаясь, ткнулся Сэму в плечо. Стоило перестать волноваться, и всё начало казаться не таким уж плохим. Совсем не плохим. Очень даже веселым.