So serious... just for fun!

Ещё вчера вечером, когда Элиот разбудил его звонком и «кстати говоря» сообщил, что парни из клуба Тони тоже собираются приехать на кросс, Сэм понял: грядёт некоторое дерьмо. И, похоже, оказался прав: Патрик не брал трубку. Сэм опустил руку, державшую смартфон у уха, и провел большим пальцем по фотографии на экране вызова, которую поставил на контакт волчонка. Селфи, где Патрик сидел у окна своей квартиры со стаканом в руке и смотрел прямо в камеру с легкой, словно зовущей улыбкой. Вскоре звонок оборвался и экран погас – его мальчик так и не ответил. Тревога нарастала. Сэм перевел взгляд на соклубников Тони. Самого́ бывшего среди них не было, и в этом всё дело: Тони обожал гонять здесь и ни за что не упустил бы возможность. Сэм точно знал. Он слишком хорошо понимал; он бы и сам, если бы его девочка... Нет. Сэм тряхнул головой, отгоняя навязчивую тоску по скорости и азарту преследования, и стиснул зубы: не время раскисать. Нужно найти их, хотя бы одного из них. Потому что, хоть Сэм и не боялся того, что Тони мог наговорить Патрику, но в то же время осознавал: он слишком часто недооценивал ебанутость своего бывшего. К новоприбывшим начали подтягиваться некоторые парни из клуба Сэма. Из тех, кто сегодня не собирался гонять или ждал своей очереди. Они здоровались, заводили разговоры, смеялись: всё-таки хоть клубы и соперничали, это не мешало общаться, устраивать – как сейчас – совместные тренировки и попойки в баре. Даже романы-ошибки. Сэм невесело усмехнулся и поскреб выжженный шрам: хотелось никотина. Чертова зависимость проявляла себя раз за разом и в последнее время всё чаще. Пока он держался. Стиснув зубы, чувствуя, как растет беспокойство и раздражение, но держался. Вдохнуть-выдохнуть. Взять себя в руки и подумать. Вообще-то, Сэм неплохо знал некоторых парней из клуба Тони. В основном тех, с которыми много общался бывший, но и парочку других тоже: кто постарше и с кем Сэм раньше частенько участвовал в заездах. Нужно найти кого-то из них и спросить о Тони. А потом взять у своих байк или машину. Зря, конечно, он не отказал Грегу: если бы они с Патриком приехали на арендованной, сейчас проблем было бы меньше. Зря, но теперь – чего уж? Придется просить помощи. Сэм ненавидел это. *** Волнение подгоняло – Сэм выкручивал газ, – и вместе с тем скорость дарила привычную эйфорию. Доехал он быстро и сразу заметил байк Тони, припаркованный у магазинчика. Других машин поблизости не было – это радовало, лишнее внимание им ни к чему. Сэм затормозил рядом с мотоциклом Тони, в одно отточенное годами движение расстегнул и снял шлем, повесив на ручку руля, и поспешил к зданию. Заглянул внутрь, но кроме болтливой управляющей – все её прекрасно знали – там никого не оказалось. Сэм раздраженно прицыкнул, захлопнув дверь, и по пути к заправке снова набрал номер Патрика. Пошли длинные, невыносимо долгие гудки. Злило. Чертовски злило то, что мальчишка не брал трубку, хотя Сэм предупреждал его! Не хотелось думать, что с волчонком на самом деле могло что-то случиться. – Ну же, отвечай! Где ты! – Сэм нетерпеливо – и без пользы – прикрикнул на смартфон, подождал ещё пару гудков и сбросил. В памяти всплыла последняя встреча, когда Тони умудрился укусить его – чисто назло, – и то, таким бывший бывал на взводе. Черт, этот парень никогда не понимал простого отказа. Матерясь себе под нос, Сэм набрал его номер, но палец замер, так и не коснувшись иконки вызова: что Сэм скажет? Где они вообще могли быть? По большому счету в этой местности негде уединиться: кругом поля. Конечно, есть лесополосы, но деревья в них слишком редкие и тонкоствольные... Понимание прошибло внезапно: вспомнилось, как однажды, ещё в самом начале, они с Тони тискались после общей тренировки. Немного пьяные и на адреналине. Их тогда чуть не запалили, и больше они так не рисковали. Сэм на секунду сжал в руке смарт и огляделся. – Без вариантов, – выдохнул он и поспешил в нужную сторону. Мужской туалет, приоткрытая дверь, голос Тони – привычно ехидные нотки, но слов не разобрать. Уже подойдя Сэм расслышал: – Не прикасайся ко мне, – сказал Патрик, отстранено-холодным тоном. – Волчонок! Сэм влетел внутрь, и оба его любовника – бывший и нынешний – обернулись. – Видишь, я говорил, – Тони перевел взгляд обратно на Патрика и качнул головой в сторону Сэма. А волчонок, нахмурившись, дернул рукой, высвобождая её из хватки чужих пальцев, и потер запястье. Оценив обстановку, Сэм в два шага оказался рядом, загораживая Патрика спиной. – Ты в порядке, детка? – спросил через плечо. – Ути-пуси, Ди! Как мило! Меня сейчас стошнит. – Тони на секунду скривился и застыл со странно задумчивой полу-усмешкой, смотря Сэму прямо в глаза. – Съеби по-хорошему, а? Прямо сейчас. Я не шучу. – А то что? – он тряхнул головой и отвернулся к зеркалу, поправляя шапку. – А то в этот раз точно сломаю нос. – Ауч, – Тони приподнял брови, насмешливо покосившись на Сэма. – Спасибо, как-нибудь обойдусь. Бывай, «детка», – он махнул Патрику рукой, прежде чем выйти, напоследок шарахнув дверью – Сэм скривился от звука. – Так... он любит тебя, – отстранено протянул за спиной волчонок, – или ненавидит? – Блядь, да мне всё равно. – Сэм повернулся к Патрику, высматривая возможные следы драки. – Ты как? И какого хуя не позвонил? Я же сказал звонить мне! Волчонок вскинул брови. – Спокойней, Сэм, ничего не случилось. – Точно. И щека у тебя дергается, потому что всё нормально? – Сэм протянул ладонь, касаясь его лица, и Патрик дернулся назад сам, весь. Отстраняясь. О да, всё просто прекрасно. Волчонок отвернулся к раковине, открыл воду и наклонился, чтобы умыться. Сэм смотрел, как он докрасна трет лицо, как сморкается, потом споласкивает руки и, выпрямившись, зачесывает пальцами волосы. Приводит себя в порядок, неспешно и обстоятельно. Смотрел и чувствовал... вину? Злость прошла, но беспокойство никуда не делось, и на этот раз причиной было странное поведение Патрика. Сэм выдохнул и потер лоб. – Слушай, прости, я не хотел тебя пугать, – Сэм шагнул ближе и обнял его со спины, пристроив подбородок на плече. Продолжил, поймав взгляд в зеркале: – Просто начал волноваться, когда ты не ответил. – Ты не пугаешь меня, Сэм. Но за кого вы все меня принимаете? Я не нуждаюсь в твоей защите. – Волчонок стиснул зубы до заходивших желваков – Сэм обнял его крепче, – затем прикрыл глаза и медленно выдохнул, заставляя себя расслабиться и откинуться Сэму на грудь. – Не спорю, вчера мне понравилось, как ты выступил перед друзьями, но я действительно способен сам о себе позаботиться. – Детка, ты хоть когда-нибудь дрался всерьез? – Нет. Но мне и не приходилось. Это не значит, что ты должен относиться ко мне как к какой-то девчонке. Он так и не поднял взгляд, голос звучал глухо и монотонно. Сэм фыркнул, целуя шею над воротом пальто – Патрик отклонил голову, позволяя, – и сцепил руки в замок поверх его живота. – Слова Джека так сильно тебя задели? – Сэм провел носом за ухом волчонка и шепнул: – Но, по-моему, я ясно дал понять, что точно не отношусь к тебе, как к «какой-то девчонке», м? Патрик развернулся к нему лицом, заглядывая в глаза. Опять искал в них что-то. Сэм приподнял брови и притянул его ближе, сразу – не жалея травмированную губу – засасывая. Волчонок мыкнул и обхватил затылок Сэма, сжимая волосы между пальцев, но вдруг начал отклоняться, словно хотел уйти от поцелуев. Сэм не позволил: потянулся следом, продолжая настойчиво лезть языком в его рот. И вскоре Патрик сдался. Он притерся бедрами, скользнул руками по коже куртки. Затем – ниже. Погладил ягодицы Сэма, стиснул их, сам куснул за язык и ткнулся в нос носом. Засопел, тихонько постанывая на каждом выдохе. Поплыл. Волчонок определенно поплыл. Его твердый, возбужденный член отлично чувствовался, несмотря на разделявшую их одежду. Сэм с трудом переборол соблазн пошутить, не прячет ли Патрик под пальто пушку. Магнум из тех, что с большим стволом. Шутка старая, как его жизнь, и не очень-то уместная в обществе этого золотого мальчика. Сэм оторвался от зацелованных, покрасневших губ, лизнув их напоследок, и Патрик сразу спрятал лицо у него на плече. – Отсосать тебе? Конечно, сортир – не лучшее место, но... – Ум-м-м... Нет, Сэм. Я справлюсь. Просто постой так, – волчонок жарко выдохнул в его шею, обнимая выше талии, и развернулся, чтобы не касаться пахом. – Ах, молодость, – протянул Сэм чуть насмешливо, с ностальгией, и погладил Патрика по спине. – Сэм? – Да, детка? – Это целиком и полностью твоя вина, – волчонок отстранился, хмуро смотря ему в глаза. – Поэтому заткнись. Сэм рассмеялся. Уж что-что, а незапланированный стояк эти отношения как-нибудь переживут. *** Когда они вышли на свежий воздух – всё же туалет, хоть его и старались держать в чистоте, оставался «сортиром у заправки», – мотоцикла Тони уже не было. Это радовало, однако Сэм понимал, что бывший ещё не раз за сегодняшний день попадется им на глаза. Оставалось надеяться, что не станет провоцировать. Сэм вздохнул, глядя вверх в чистое, безоблачное небо и пытаясь справиться с эмоциями: его не покидало ощущение грядущего пиздеца. И всё ещё ужасно хотелось курить. Он сжал руку, надавливая на шрам ногтем указательного пальца, и почувствовал, как волчонок касается её своей. Сэм обернулся, ободряюще улыбаясь ему, и сплел их пальцы в замок. А затем потянул Патрика к парковке. Шел тот молча. Они почти добрались до одолженного у Грега байка – оставалось буквально несколько метров, – как волчонок резко замер. Сэм обернулся. Патрик смотрел в сторону магазинчика, задумчиво покусывая губу. – Тебе что-то нужно? – уточнил Сэм. – Хочешь зайти? Волчонок качнул головой и перевел рассеянный взгляд с витрины на него. Вдруг он фыркнул, шагнул ближе и закинул руки Сэму на плечи, одной обнимая, другой начиная перебирать волосы. – Знаешь, пока этого еврея не было, а ты смотрел гонки, я успел пообщаться с управляющей, – поделился Патрик игриво-интимным тоном, – и даже пообещал ей держаться от вас подальше. – М-м-м... – Сэм прикрыл глаза, запрокидывая голову и наслаждаясь неожиданной лаской. Вот так: на улице у дороги, где их мог увидеть буквально кто угодно, ещё и трезвым – да его волчонок рос над собой на глазах! Сэм улыбнулся и протянул не менее игриво: – Ох, правда? Держаться от нас подальше? И почему это? – Почему? Чтобы не быть ограбленным, убитым и изнасилованным, очевидно, – Патрик явно передразнивал управляющую, и у него получалось совсем даже неплохо. – Вы чудовищны, чтобы ты знал. Держите в страхе всю округу, творите разврат и насилие. Пьянствуете и употребляете наркотики. И мусор за собой не убираете. Последнее особенно возмутительно. Сэм рассмеялся и, щурясь, посмотрел на него, приобнимая за талию. – О, да. А прямо сейчас я на её глазах совращаю невинного гетеросексуального мальчика. Кто-нибудь, позвоните в полицию. – Эй! – возмутился волчонок, упираясь ладонями в его грудь. – Это я тебя совращаю! – Все почести всё равно достанутся мне. – Сэм потянул его ближе, и Патрик, фыркнув, начал извиваться, будто пытался вырваться. Но он совсем не прилагал усилий, только развернулся спиной и сразу замер, когда Сэм крепче прижал его к себе и шепнул на ухо: – Смирись. Волчонок положил свои холодные ладони поверх его и повернул голову. Сэм потерся щекой об его щеку и усмехнулся: учитывая, что сегодня оба они не брились, творилось настоящее насилие. – Это так иронично, детка. Особенно про наркотики. – Сэм почувствовал, как волчонок сразу напрягся, и поцеловал его в шею, успокаивая. Продолжил шепотом: – Учитывая, что мой максимум – травка и естественные, «открывающие сознания» галлюциногены типа мескалина и сальвии. Маленький факт о моей жизни. Только для тебя. – Правда?.. Сэм не смог разобрать тон его голоса и отпустил. Патрик повернулся лицом. Он опять впился взглядом в глаза Сэма, внимательно и жадно. О чем, черт побери, они с Тони говорили, что волчонок продолжал так странно и недоверчиво себя вести? – Думаешь, у тебя есть повод сомневаться в моих словах? – Нет, – быстро ответил Патрик и, немного помолчав, добавил: – Я так не думаю. Правда. – И правильно. Поехали, детка, пока нас не потеряли и не отправили на подмогу кого-то ещё. Волчонок фыркнул, кивнул и сам взял его за руку.