Chaos

Тот, кто спасает одну жизнь, спасает весь мир.

      Ноги проваливались в снег и намокали, а сильный озноб сковал всю её маленькую, хрупкую фигуру. Всё тело девочки содрогалось от холода и внутренней боли, которую принесла неожиданная смерть отца. Его отрубленная голова и стекающая кровь отпечатались в памяти, что она едва не кричала от перенесённого ужаса. Эстер спускалась по холму, даже не глядя под ноги, не разбирая, куда, собственно, бежала. Разве можно было скрыться от этого жестокого мира? Девочке хотелось прямо сейчас исчезнуть, но, увы, её желания никто и никогда не слушал. Она видела кошмар наяву, который её детский мозг просто не мог вынести.       Звон в ушах не заглушался, а лишь усилился, даже когда она попыталась зажать их руками. Где-то на задворках сознания хохотал ужасный голос, который с самого рождения не оставлял её в покое, нашёптывая ей страшные, мерзкие вещи. Девочка постаралась зажмуриться, и это стало очередной ошибкой. Она споткнулась о корень дерева, который, из-за белоснежного покрова, совершенно не был заметен. Эстер кубарем покатилась вниз: снег попал под одежду, на волосы, и она пару раз задела выпирающие корни. Девятилетняя девочка готова была зарыдать ещё сильнее, но голос решил не оставлять ей ни единой возможности себя пожалеть:       «Неуклюжая дура», — безжалостно прогоготал тот, ехидно посмеиваясь.       Эстер уже скатилась и лежала прямо на снегу, не в силах подняться. Она была слишком истощена: сначала смерть отца, а теперь все её мышцы отказывались работать так, как этого требовалось. Эстер хотелось пошевелиться, но она ощутила такое сильное сопротивление в душе. А зачем ей двигаться? Намного проще было уснуть прямо тут, а потом, может, и мама с папой придут… Девочка медленно переставала чувствовать кончики пальцев, что на ногах, что на руках.       «Ты так и продолжишь лежать? — спросил уже без издёвки мужской голос в голове. — Неужели хочешь умереть?»       Эстер дрогнула, а глаза с ужасом ещё сильнее распахнулись. Где-то внутри она действительно этого желала. Ей было сейчас слишком больно думать о будущем, о том, как жить дальше без любимой мамы и сильного папы.       «Поднимайся», — требовательно произнёс голос.       Девочке казалось, что в этот момент, даже если она не поднимется — это не будет иметь значения. Папа и мама мертвы… Она так сильно хочет увидеть их, чтобы они обняли её и забрали все печали с собой, чтобы защитили её от этого мира.       «Раз твои родители умерли, значит, такова их судьба. Жалеть мёртвых бесполезно — они уже никогда ничего тебе не скажут», — эхом раздалось в голове, причиняя знакомую боль девочке. Эти слова жестоки, но правдивы в том, что она действительно больше не увидит родителей. Все свои переживания и мысли следовало говорить тогда, когда они ещё были живы.       Однако Эстер не хотелось соглашаться с ужасным голосом, как бы он ни был сейчас прав. Она попыталась протестовать, но нужных слов так и не смогла найти. Не будь девочка в данный момент в таком состоянии, возможно, что-то и смогла бы вставить.       «Забудь о них, — приказал тот, что рассердило темноволосую девочку. —Подумай о себе. Ты умрёшь жалкой и бесполезной, хотя можешь столько всего сделать. Я чувствую в тебе великий потенциал».       — Какой потенциал? — вопрос был таким тихим и еле различимым, что, казалось бы, в этом белоснежном лесу её никто не услышит. Кроме этого злополучного голоса. Она не совсем понимала, к кому обращалась, ведь, по сути, общалась с самой собой. Но за столько лет Эстер осознала, что этот голос никак не может быть её.       «Ты несомненно должна выжить, — неопределённо сказал тот.— Судьба, девочка, странная вещь. Но ты ещё слишком-слишком слаба. Ты не готова к тому, чтобы слушать. Поэтому сейчас же поднимись!»       В голове взорвалась звуковая бомба, которая в этот же момент заставила её подняться на трясущиеся ноги. Но как бы сильно Эстер ни хотела встать, её силы были на исходе. Так, поднявшись, втянув воздух в ноздри, она сделала усилие, но ноги её неумолимо подкосились, не выдержав веса тела. Теперь малышка готова была снова упасть в снег, что вновь принял бы её в холодные объятия. И наверняка бы унёс жизнь бедняжки. Однако судьба или, может, что-то ещё к ней благоволило, а потому ей не дали упасть.       Кто-то тёплый и высокий поймал Эстер, пока та не упала лицом в белый покров. Девочка обнаружила, что её бережно подняли на руки, а ноги оказались в один момент в невесомости. Кто-то держал крепко её на руках, а сама она глядела беспомощно вниз на снег, которого так и не коснулось её тело. Эстер, у которой плыло всё перед глазами, наконец подняла взгляд на спасителя. Сначала она подумала, что её держит чистый и невероятно тёплый свет, словно солнце само спустилось с небосвода и решило поднять её в воздух. Но потом девочка разглядела в этом свете человека, а именно мальчика, что был по ощущениям чуть старше её. Он сильнее обнял Эстер, чтобы поскорее её согреть, ведь она так сильно дрожала, что это не могло не обеспокоить незнакомца. От прикосновения мальчика в голове прекратился ужасный шум, а внутри вдруг странно потеплело. Холод начинал отступать, словно сейчас на улице совсем и не зима.       — Солнце, — пролепетала девочка, не совсем находясь в сознании.       Мальчик сразу же прыснул, а его смех был таким же прекрасным и тёплым, как и он сам.       — Меня, конечно, по-разному называли, но так ещё никогда, — голос неизвестного ласкал уши. — Не волнуйся, мы позаботимся о тебе.       — Мы? — дрожащим голосом спросила девочка, пока находилась в сознании. — Кто ты?       — Зови меня Рай, — а потом чуть подумав, прибавил: — Рай Скайуокер.       Эстер обессилено прижалась к мальчику и потеряла сознание. Кем бы он ни был, она была бесконечно благодарна ему за спасение. Никакие голоса в руках этого молодого человека её больше не тревожили.

***

      Девочка беспрепятственно открыла тяжёлые очи, ощущая, как приятно всё тело покрывает мягкое… одеяло. Она нахмурилась, а потом чуть приподнялась, не совсем понимая, что происходит. Эстер показалось, что вся окружающая обстановка — это сон. Вот рядом с ней стоит какая-то самодельная тумба, а всё помещение сделано не из привычного гнилого дерева, но из железа или какой-то стали. Она не могла определить точно, ведь никогда раньше не пребывала где-то кроме особняка и своего дома. Здесь не так много вещей, но сразу видно, что за порядком бдят неустанно. Ну не может же быть, чтобы она лежала на комфортабельной койке с подушкой, накрытая одеялом. Ведь в жизни девочки ещё никогда не было удобных кроватей, от которых не ломило на следующий день шею. Пока она пыталась понять, что в данный момент смущает её больше: наличие в помещении нормальной кровати или собственное негодование от происходящего, одиночество девочки было нарушено.       Эстер наконец свесила ноги, быстренько оглянулась на дверь, которой не придала никакого значения, и охнула — перед ней был тот самый мальчик, что не дал ей умереть в том лесу. Его имя сразу же запомнилось и завертелось на языке, даря столько положительных эмоций, а некоторым из них даже не было названия. Рай был одет в широкий коричневый плащ с капюшоном, а под ним имелась строгая серого цвета роба и высокие сапоги. Сейчас он выглядел ещё старше и намного выше, чем на первый взгляд. У него были русые короткие волосы, но около шеи были заплетены несколько маленьких косичек. Но что больше всего поразило девочку, так это яркие голубые глаза, в которых будто бы существовал ещё один небосвод. В светлом лице отражались доброта и отзывчивость, и вообще то, что редко увидишь в окружающих. В мгновение ока она перестала дышать, чувствуя, как сердце начинало биться быстрее, сильнее и чаще. Молодой человек действительно обладал приятными чертами, которые, несомненно, позже, когда он чуть подрастёт, сделали бы из него красавца.       — Видимо, тебе по душе пришлась моя комната, — его мягкий голос привлёк внимание девочки. Она вдохнула и почувствовала, что комната пропахла орехами, а ещё свежестью.       Возможно, Эстер слишком долго на него пялилась, чем вызвала ослепительную улыбку у парня. Он присел рядом с ней на кровать, очень внимательно оглядывая её со всех сторон.       — Я очень рад, что ты смогла немного отдохнуть, — его голос был наполнен искренними переживаниями, которые не могли не тронуть что-то в душе девочки.       Эстер хотела что-то сказать, но горло её затянула боль, которая медленно распространялась, как паутина по поверхности. Она немедленно дотронулась до шеи, и взгляд её тёмных глаз заволокла пелена. Девочка смогла согреться, но на душе было совсем не тепло. Сразу же она вспомнила обо всех событиях, что произошли.       Рай заметил эту перемену в настроении и немного растерялся. Но потом он поставил перед ней какой-то стакан с жидкостью, с живостью поглядел на девочку и взял одну руку в свою шершавую, горячую руку.       — Прости, я совсем забыл, — парень отдал стакан, и девочка вопросительно на него посмотрела. — Это лекарство. Оно поможет тебе справиться с простудой. Конечно, его следует принимать три раза в сутки. Я сам его приготовил… под чутким руководством учителя, — Рай говорил с заразительным весельем и, по всей видимости, очень гордился собой. Эстер осушила моментом стакан, и спустя несколько мгновений ей стало легче. Действительно, когда она в последний раз принимала лекарства?       — Вы очень добры, господин, — она не знала, как к нему следовало бы обращаться, поэтому решила, что официал нисколько его не обидит.       — Нет-нет, — парень поднял руки перед собой, — Рай. Меня зовут Рай. Обращайся ко мне так, — а потом улыбнулся. — Так как зовут тебя?       — Эстер.       Наверное, он ждал продолжения, но оно так и не последовало. Скайуокер почесал голову, видимо не совсем понимая, как дальше беседовать с такой несговорчивой девчонкой.       — Я услышал какой-то странный звук, пока гулял по лесу, а потом нашёл тебя. Учитель сказал, что я должен найти единение с природой, — он повествовал увлечённо, направив взор на стакан в руках Эстер. Рай так задорно болтал, что ненароком привлёк внимание единственной слушательницы. Он бросил взгляд на дверь, словно говоря: «прекрасно провёл часы на морозе, так ещё и какую-то замарашку нашёл». — В общем, так я и наткнулся на тебя, Эстер. Как ты там оказалась? Ты чуть не замёрзла насмерть.       — Я бежала, пока… — тут она вспомнила, что говорить с незнакомым человеком о голосе в её голове — не лучшая перспектива. Эстер помялась на месте, а потом выдала единственное, что пришло в голову. — Я споткнулась о корень дерева и упала, покатилась вниз.       — А откуда ты так бежала? — в его глазах горел нескрываемый интерес.       Эстер побледнела сильнее, а на её лице выступил пот. Перед глазами вновь было мёртвое тело, кричащие вороны и палач, который будто бы смотрел на неё. Её руки дрогнули, и стакан полетел вниз, пока вдруг в воздухе не остановился. Прямо в воздухе. Эстер задержала дыхания и уставился на мальчика, который непонятным образом заставил стакан застрять в невесомости. Рай прилеветировал его к себе, а потом покачал головой:       — Аккуратнее.       — Как ты это сделал? — под впечатлением спросила та, раскрывая рот шире от удивления. Таких чудес она ещё никогда в своей жизни не видела.       — Всё потом, — отмахнулся светловолосый парень. — Как ты оказалась в том лесу?       — Я живу рядом, — не слишком охотно отвечала на вопросы девочка.       — Почему ты тогда бежала? — он взял внезапно её руку в свою, с такой доверительной улыбкой направил свой взор в глаза Эстер. В его взгляде не было злого умысла, а лишь чуткость. — Если я узнаю всё, то смогу тебе помочь.       — Вряд ли у тебя хватит сил, — резко сказала Эстер, отбирая руку. Она готова была разрыдаться прямо в присутствии этого мальчишки.       — Я очень сильный! — с гордостью поднял голову тот. — Я продолжу становиться лучше, так что позволь мне решить твою проблему.       — Я не сомневаюсь в ва… тебе, Рай, — постаралась утихомирить парня она, понимая, что он слишком гиперболизирует свои возможности. — Не думаю, что ты способен возвращать людей из мёртвых.       Рай в тот же момент пристально поглядел на Эстер, а потом нахмурился. Он не произнёс ни слова, слушая, что та скажет дальше.       — Моего отца сегодня казнили, а я случайно это увидела, — сердце на этих словах забилось медленнее, а губы девочки скривились. — Мне стало страшно, и я убежала.       Слеза потекла по белоснежной щёчке, но Эстер призывала себя держаться из последнего. Она не могла показать слабость перед неизвестным человеком, хоть он и проявил к ней столько доброты, сколько даже хозяева никогда не показывали своим рабам.       — Почему его убили? — неуверенным и печальным голосом спросил парень с голубыми глазами. — Он совершил что-то плохое?       — Папа никогда бы не сделал этого! — взгляд Эстер сиюминутно наполнился гневом, но потом она поникла, утыкаясь в свои ладошки. — Хозяева приказали. А приказы никогда никем не оспариваются. Они решились на такое, потому что он взбунтовался. И если бы не я, то папа бы никогда не пошёл против хозяина.       Глаза застилали слёзы, которые капали на ручки девочки. Она не могла остановиться, ведь сильно страдала от осознания своей никчёмности. Вина полностью лежала на Эстер. Как она могла пожаловаться папе на то, что её ожидает?       Рай Скайуокер придвинулся к девочке поближе и обнял крепко, словно чтобы забрать все её печали себе. Она уткнулась носом в его ключицу и почувствовала, что он очень приятно пахнет. Каким-то знакомым ароматом леса, различных трав, а ещё орехом. Эти объятия были так приятны, что она дала волю своим чувствам. Спаситель ничего не говорил, но гладил по голове и безмолвно успокаивал. Его присутствие, спокойный голос и теплота, которую дарили прикосновения, помогли девочке выплакаться. Они просидели так, наверное, целую вечность, но потом всё же вновь отстранились. Рай как-то понимающе глядел на неё, грустная улыбка тронула его уста:       — Мои родители тоже умерли, когда я был чуть младше тебя. Разбились насмерть, пока испытывали новый корабль. Я знаю, что такое терять тех, кого так любишь, — в его глазах отразился целый океан различных эмоций. — Но я никогда не отчаивался ведь знаю: Великая Сила никогда не оставит моих родителей. Уверен, в том месте, в которое они попали, определённо очень хорошо, — Рай вновь стал прежним: ярким и весёлым. — Я обещал заботиться о младшей сестре. У меня ещё столько мечтаний, которые я хочу осуществить. Думаю, родители будут счастливы, если я воплощу всё желания в жизнь.       Удивительно, но энтузиазм наполнил до краёв Эстер, да так, что и она сама сейчас улыбалась. Возможно, он был прав. Роза и Сириус были бы счастливы, смотря на неё с того света, что она достигает того, чего сама хочет. Вот только она не помнила, что действительно желала. Тяжёлая жизнь раба научила её полностью избавляться от минутных хотелок.       Как можно чего-то желать? Эстер просто не умела мечтать, а точнее за столько лет разучилась. Никто не спрашивал, чего бы ей хотелось больше всего для себя.       — О, нет! — ужаснулась вдруг Эстер, потянув к губам руку. — Брат. Как же так…       — Что такое? — с волнением спросил парень.       — Я оставила его дома, сбежала, хотя он просил меня дождаться, — в панике девочка подскочила и начала ходить по комнате. Эстер быстро соображала, что делать, но ничего не могла придумать.       Из-за всего произошедшего она совершенно позабыла о Каллуме, которого она оставила, покинула, хотя должна была подождать. Как же ей сейчас было стыдно за свои действия. Она не могла найти себе место, но Скайуокер постарался успокоить темноволосую девочку:       — Мы найдём твоего брата. Обещаю тебе, — его вкрадчивый голос повлиял на Эстер самым невообразимым образом.       Девочка села рядом с ним, но всё также продолжала гореть от стыда и страха за брата. Она молила всё, что только можно, чтобы Каллум оставался живым, чтобы его никто не тронул.       — По правде говоря, я не всё успел тебе рассказать, — парень попытался отвлечь её от переживаний разговором, но это получилось не так успешно, как раньше. Однако он продолжил говорить:       — Мы с учителем прибыли на эту планету месяц назад, чтобы добыть кое-какие растения, потому что некоторых в Падаван Кеше не нашлось. Во всяком случае, я обыскал всё, что только можно, но не смог обнаружить то, чего искал. Мы прошерстили множество карт и энциклопедий, и поняли, что только тут это растение имеется в нужном количестве. Прилететь сюда не составило особого труда: нам уже давно следовало попутешествовать, а мастер только этим и грезит всю жизнь, — рассказ явно не увлёк девочку, а потому Рай перешёл к тому, что хотел изначально рассказать: — Так вот. Нам пришлось задержаться на планете, потому что мастер вдруг почувствовал какого-то сильного обладателя Силы. Он долго бродил по окраинам и близлежащим городам, говорил что-то невнятное, а потом мы наконец осели здесь, неподалёку от леса, из которого выскочила ты.       — Что ты хочешь сказать? — так и не поняла, что делал поведать ей Рай. Она нервно подняла тёмную бровь.       — Возможно, твой брат — это тот, кого искал мой мастер. Я тоже чувствую, что где-то рядом скрывается мощный пользователь Силы. Думаю, это действительно он.       — Ты чувствуешь Каллума? — подняла на него глаза полные изумления.       Парень чуть улыбнулся, понимая, что речь идёт о брате Эстер, и кивнул, подтверждая озвученный вопрос:       — Скорее, его присутствие, — Скайуокер подумал, а после высказал следующее. — Он жив. Я ощущаю это. И мастер, должно быть, скоро появится на корабле вместе с ним.       На сердце у Эстер немного отлегло, и она шумно выдохнула. Однако у неё появилось ещё больше вопросов, которые относились преимущественно к невероятным способностям парня. Рай был явно необычным человеком, да и то, что он поднял в воздух стакан тоже было неожиданностью. Слишком много загадок, от которых у девочки моментально заболела голова. Несмотря на то, что шум закончился, голова всё ещё оставалась квадратной. Напоследок она спросила с предвкушением:       — А во мне? Ты чувствуешь что-то такое, что есть в моём брате?       Рай сосредоточился, но через секунды две повертел головой и медленно привстал с кровати. В его взгляде отразилась растерянность, а на губах появилась виноватая улыбка.       — Нет, — качал непродолжительно русой головой. — В тебе ничего не чувствую, — а потом поплёлся ко выходу. — Отдыхай. Я принесу тебе лекарство через час.       Эстер разместилась на кровати, поджимая ноги к груди. Где-то внутри неё разлилась боль и скользнула зависть. Жизнь вновь обделила её владеть чем-то потрясающим.       — Эстер, — произнёс чуть погромче парень, а девочка направила на него грустный взгляд. Всё-таки ей было очень обидно, что она оказалась пустышкой. — Я очень рад, что с тобой познакомился. Мы не оставим тебя и твоего брата в беде.       Рай уже это не увидел, но на щеках девочки появился румянец, который быстро распространился по всему лицу. Она глядела на дверь минуты две, а то и больше. Сердце Эстер билось, как бешеное, а дыхание участилось. Наверное, так и зарождается первая любовь.

***

      Эстер готова была разрыдаться, но не от горя, а от счастья. Каллум целый и невредимый появился на корабле в сопровождении седовласого мужчины с зелёными глазами. Девочка повисла на шее брата и не отпускала его из объятий ни на секунду. Мастер и ученик переглянулись и решили, что стоит оставить наедине этих двоих. Дать им время, чтобы они поговорили, успокоились и поняли, что теперь они в безопасности.       Эстер долго сидела и обнимала брата, не решаясь отстранятся. Минула, наверное, вечность, прежде чем они наконец-то увиделись. Каллум был не против того, чтобы усесться на кровати Рая и продолжить объятия. Он гладил сестру по спине, голове, но в глазах его отразилась не выраженная грусть. Брат был подавлен, даже в каком-то смысле измучен, а на лице у него пролегла тень, которую он всеми силами старался прогнать, чтобы сестра не успела увидеть. Вот только Эстер всё видела и ощущала то же, что и он.       Ещё какое-то время они посидели в полнейшей тишине, а потом всё же решились начать говорить. Эстер и Каллум одновременно вздохнули, ведь мысли у них сошлись на одном. Старший брат погладил по голове сестру, и дал ей выговориться первой:       — Каллум, мне страшно, — девочка опустила тёмные глаза на свои руки. — Эти люди нам не навредят, но я всё равно боюсь. Они сказали, что помогут нам…       — Эстер, — он прикоснулся к её щеке, стараясь быть максимально нежным и ласковым, как это делали родители. Теперь ему предстояло примерить новое амплуа. — Я всё понимаю, — старший попытался улыбнуться. — Однако нам нельзя оставаться на этой проклятой планете.       — Но тогда, куда мы полетим? У нас ведь ничего нет, — Эстер тоже не хотелось оставаться там, где погибла почти вся её семья. А ведь ещё несколько месяцев назад они были живы…       — Я всецело доверяю людям, что спасли нас, — твёрдо произнёс тот. — Мы полетим туда, куда направятся они.       — Я за, — она не показала этого, но в душе очень обрадовалась. Девочке хотелось побыть с этим мальчиком, что обнимал её не так давно, ещё хоть мгновение. Она никак не могла избавиться от запаха орехов, что застрял в носу.       — Папа, — на миг его самообладание чуть было не обрушилось. Он глубоко вздохнул, успокаиваясь, — сказал, что нам нужно уходить. Туда, где мы сможем начать всё заново. Туда, где мы сможем быть счастливы.       Эстер поникла, заглядывая в глаза брата. Она старалась найти в них то, чего у неё так сейчас не хватало. Уверенности. Надежды на то, что они смогут осуществить желание папы.       — Я хочу похоронить их вместе, — глухо молвила маленькая девочка, притянув к себе худые ножки. Каллум сразу же понял, что речь шла о маме с папой. — Но не здесь.       — Это сложно организовать…— повёл взглядом таких же тёмных глаз брат, стараясь не показывать, что он немного удивлён подобной просьбой.       — Вряд ли у нас получится сейчас найти их тела, но я хочу хоть как-то сделать им приятно, — в голове у Эстер появилось эхо воспоминания, которое оставил ей холодный голос. Он злобно напоминал: они уже ничего не чувствовали. Бесполезно что-то для них делать. Однако девочка была иного мнения на этот счёт.       — Хорошо, — теперь его улыбка вышла намного правдоподобней.       — Кстати, как тебя нашёл учитель Рая? — спросила сестра, решив наконец сменить тему. У неё было много вопросов, которые касались всего того времени, что они провели порознь.       — Когда ты ушла, я выбежал тебя искать, но обнаружил лишь… мёртвого папу, — голос Каллума дрогнул, и ему пришлось приложить усилия, чтобы говорить дальше. Девочка потупила взор в пол, понимая, что это только её вина. Она должна была послушать его, и тогда бы он не увидел отца… в таком состоянии. — Хозяева готовы были поймать и меня, и я был на грани того, чтобы лечь рядом с папой. Благо вовремя пришла помощь в виде мастера Фана. Он был неподалёку, а потому успел спасти меня от этих тварей, пока те не лишили меня жизни.       — Я так благодарна ему, — с горящими глазами сказала Эстер.       — Джаро Фан — хороший человек. Я в этом убедился, когда он поколотил того палача, и разбросал остальных слуг… каким-то невообразимым способом. Он очень сильный! Я был потрясён теми способностями, которыми мастер Фан обладает, — на его лице появилась злорадная улыбка, однако он помотал головой, становясь серьёзным. Каллум частенько зарабатывал на шахтах синяки от господ, потому что всегда стремился защитить слабых. Он был готов пойти наперекор каждому, кто причинял вред другим. — Пока мы добирались сюда, я узнал, что ему ненавистна сама мысль, что кто-то может быть обращён в рабство. А также он сказал, что будет только рад помочь нам найти новый дом.       — Здорово!       — Это ещё не всё, — поспешил остановить сестру от преждевременного ликования. — Нам предстоит долгое путешествие.       Эстер улыбнулась. Покинуть родной край и отправиться навстречу неизвестности… Это не могло не оживлять её любопытную, готовую к любому приключению, натуру.

***

      Они вышли из каюты только через несколько часов. Каллум и Эстер, которые не виделись всего лишь полдня, как никогда друг по другу соскучились. После всего пережитого они хотели побыть вдвоём, повспоминать чудесные мгновения прошлого, и постараться смириться с тем, что теперь их ждёт новое место, новый дом. А ещё и с тем, что они остались совершенно одни. Давно они не говорили обо всём на свете, давно не проводили столько времени вместе. Казалось их разговор может длиться вечность, а то и дольше.       Но всему приходит конец, а Эстер с Каллумом предстояло ещё обсудить кое-что со спасителями, которые дожидались чинно их в трюме. Скайуокер уже весь измучился, не находя себе места. Эстер вместе с братом застала его за тем, что он ходил то в одну сторону, то в другую. На лице у парня застыло напряжённое выражение, а сам он был хмурым. Девочка невольно залюбовалась им, и в душе сильно покраснела. Он был таким удивительным, что она просто не могла сдержать эмоций.       Потом она всё же отвлеклась и поглядела на другого человека, который сидел на диване с закрытыми глазами. Джаро Фан уже был довольно не молодым, но всё же очень сильным мужчиной, который сохранял ясный взгляд на многие вещи. Несмотря на его угрожающую наружность, он сам по себе был мягким и очень добрым человеком, который вообще редко на кого повышал голос. Этот мастер очень нравился Эстер не только тем, что помог брату, но и в целом. Его присутствие успокаивало, избавляло от нервозности, а взгляд зелёных глаз вселял уверенность.       Почувствовав, что за ним наблюдают, Джаро открыл глаза и подмигнул девочке. Та лишь шире улыбнулась, подходя ближе вместе с Каллумом.       — Добро пожаловать на мой корабль, «Пышку», — мастер Фан говорил доброжелательно, а сам с удовольствием предоставил место детям, похлопав по подушке на диване. — Думаю, в скором времени, мы отправимся обратно на Тайтон.       — Но учитель…— Рай был взволнован, но на момент остановился, глядя на него озадаченно. Его поведение резко контрастировало с тем, что Эстер видела несколько часов назад. Будто бы парень не был рад такому скорому возвращению домой, — мы так и не нашли то растение. Что скажет о нас мастер Тоу? Она будет недовольна.       — Забудь об этом, падаван, — махнул рукой, которая была вся в шрамах, тот. Джаро чуть было не закатил глаза, услышав имя другого мастера. Видимо, они не ладили. — На самом деле, я соврал тебе.       — Что? — на лице у Скайуокера отразилось неподдельное удивление.       Эстер хихикнула оттого, что все эмоции появлялись и сменялись на лике парня с поразительной скоростью. Его голубые глаза были магнитом для её собственных.       — Я придумал эту нелепую историю о корне, чтобы выбраться из ордена, — со всей искренностью в глубоком голосе изрёк Джаро, поправляя рукава своего длинного коричневого плаща. Брат с сестрой не могли не улыбнуться, а у Рая лишь нервно задрожал глаз. — Ты должен был увидеть Галактику такой, какая она есть. Хотя бы несколько миров.       — Но зачем? — негодовал русоволосый парень. — Вы ведь и так мне обо всём рассказывали. Да и в библиотеке полно информации о других планетах.       — Обучение — это не только теория, но и практика. Ты должен был понять и увидеть то, что делают разумные существа в других мирах, — Джаро был строг, и со стороны казалось, что он ругал мальчика.       Эстер добавила про себя, что Раю следовало увидеть то, что с разумными творили на других планетах. Она удержалась, чтобы не сказать ничего лишнего вслух.       — В ордене тебя и других детей слишком избаловали. Вы привыкли к тому, что видите перед собой. Флора и фауна Тайтона вас уже не так пугает, как раньше, — не отводя взгляда от ученика, Фан продолжил. Эстер заметила, как сама заглядывает ему в рот и не только она. Брат тоже внимательно слушал всё, что говорил мастер. — Тебе пора выйти из-под опеки ордена, если хочешь добиться успеха. Тебе, мой ученик, нужно убедиться на собственном примере, что каждый мир в своём роде уникален. В Галактике полно самых различных опасностей, а на многих планетах тысячи, миллионы разумных живут в ужасных условиях. Они не знают тех тепличных условий, что создали для вас, падаванов, в храме. Им приходится выживать без всякой помощи и поддержки.       Джаро мельком поглядел на Каллума и Эстер, которые с нерациональным смущением попытались отвернуться и притвориться, что вообще никак не слушают нравоучений мастера. Оба почувствовали неприкрытый намёк в словах мужчины.       — Я понял вас, — кивнул незамедлительно Скайуокер. Он заметил пристальный взгляд Эстер и чуть наклонил голову. Та поспешила вновь посмотреть на мастера, сгорая от стыда и смущения.       — Пока у нас есть время я расскажу вам о храме, — наконец повернул седовласую голову учитель к брату с сестрой.       — Прошу вас, — с готовностью слушать спокойно выдал Каллум.       — Но перед этим хочу предупредить тебя, Эстер, кое о чём важном, — в зелёных глазах мастера Фана появилось беспокойство. Он выглядел немного печальным.       — Что такое?       — Тебе придётся какое-то время побыть вдали от брата.       Улыбка на лице девочки сошла на нет. Она поглядела на Каллума, который видимо не был сильно удивлён этими словами. Эстер сразу догадалась, что он уже обо всём знал, но почему-то ничего не сказал, пока они были в каюте. Теперь девочка понимала, почему он так долго с ней разговаривал, не решаясь выйти сюда. На сердце у неё стало тяжелее.       — Твоему брату следует пройти обучение. Вы не сможете видеться столь часто, сколь раньше, — мастер Фан никак не хотел её обидеть. — Он и так пропустил очень многое, — стрельнул взглядом в сторону Каллума тот, а дальше добавил без какого-то либо желания. Джаро не был рад своим словам, и всем видом это показывал. — К тому же не думаю, что мастера согласятся поселить тебя вместе с падаванами.       Эстер посмотрела на Каллума, который хоть и не подавал виду, но очень ждал того, что скажет сестра. Она видела, как сильно тому хотелось осуществить новую мечту. Девочка смогла заметить в его выражении лица мольбу и не могла хоть как-то ему помешать. Она поняла, что не может останавливать брата, что-то ему запрещать. Эстер подумала и решила, что это точно сделает его счастливым. А ради благополучия брата она могла поступиться собой. Неважно, что они не смогут быть вместе, но она будет знать, что он исполняет свои желания. Пусть это и шло вразрез с её собственной маленькой прихотью. Она вновь жертвовала собой и своими желаниями, но теперь это было не зря. Это было ради Каллума. И Эстер в ту же секунду убедила себя в правильности своего решения.       Брат сможет научиться таким вещам, которые казались ей немыслимыми. Если он будет счастлив таким образом, то девочка просто не могла продолжать ему мешать. Эстер нашла в себе силы улыбнуться от души и сказать с воодушевлением:       — Брат, это отличные новости, — она чуть обняла его за шею, стараясь не показывать внутреннего расстройства. — Я очень-очень рада за тебя.       — Что ж, — хлопнул в ладоши Джаро, приставая с дивана, вделанного прямо в стену корабля, — давайте готовиться к вылету.