Не только на чердаке

— Ты что это вытворяешь? — поинтересовался Серафим. — Ничего, — ответил Костик, пряча руки за спину. Серафим нахмурился и подошел поближе. — Показывай, — потребовал он. — А может, это сюрприз, — сказал Костик. — Может, это подарок вам на день рождения. Нельзя же быть таким любопытным… — У меня уже был день рождения, — возразил Серафим. — А до следующего вы доживать не планируете? — Костик кивнул, будто бы соглашаясь с ответом, которого не было: — То-то же! — Показывай, что там у тебя, — не сдавался Серафим. — Вы какой-то очень противный в последнее время, — пожаловался Костик. — Чугунок не даете, ленту не даете, тряпку не даете… — Хочешь, по шее дам? — предложил Серафим. — Нет, спасибо. Костик деликатно попятился и отступил за шкаф. — Что ты там опять замышляешь? — недовольно спросил Серафим. — Ничего опасного, — заверил его Костик. — Покажи. — Погодите. — Константин! — Серафим! Серафим сердито фыркнул. — Перекличка окончена? — спросил Костик, выглядывая из-за шкафа. — И твои ботанические опыты тоже, — ответил Серафим, неожиданно ловко отбирая у него справочник. — Э-э, я же до конца не дочитал! — запротестовал Костик. — Так тебе и надо. Серафим с мрачным удовлетворением запер справочник в сундук и снова принялся за работу. — Между прочим, вы меня угнетаете, — сообщил Костик. — Не даете развиваться и расти над собой. — Я не даю тебе разгромить к чертовой матери весь чердак, — ответил Серафим. — Нельзя сделать омлет, не разбив пары яиц, — возразил Костик. — И нельзя научиться выращивать гомункулов, не разгромив чердак. — Гомункулов? — переспросил Серафим. — Ну, это громко сказано, — признал Костик. — Я начал с имбирных человечков. — Сдурел? — завопил Серафим. — Где они? Они уже проклюнулись? Ты кормил их солнечными каплями? — Я как раз собирался, но вы всё испортили, — обиженно ответил Костик. — Пока что я только утащил у Аграфены Филипповны имбирь и спрятал его в укромном месте. — Ты не будешь выращивать гомункулов, — решительно заявил Серафим. — Даже самых простеньких? — Даже никаких.  — Из картошки. — Нет. — Из моркови. — Нет. Вообще никаких, это ясно? — Да, господин мучитель. Костик понурил голову и пнул шкаф. — А в каком именно укромном месте ты спрятал имбирь? — подозрительно спросил Серафим. — Не скажу, — ответил Костик и влез на балку. — Ну и подумаешь… Серафим фыркнул и открыл банку с яблочными червями. Костик до самого вечера просидел на балке, сердито выковыривая паклю из щели. — Между прочим, я с вами не разговариваю, — сообщил он, когда Серафим позвал его ужинать. — А я-то думаю, почему у меня голова не гудит, — отозвался бессердечный Серафим. — Что-то вы делаете неправильные выводы, — сказал Костик, спускаясь. Серафим молча запустил в него валенком. — Может, всё-таки вырастим гомункулов? — спросил Костик, теребя Серафима за рукав. — Можешь посадить свой краденый имбирь в горшок и вырастить из него цветок, — проворчал Серафим, высвобождая рукав. — Я не хочу цветок, я хочу человечков, — расстроенно пробубнил Костик. — А я хочу… — Серафим задумался, пытаясь подобрать наиболее нелепое желание. — Тишины и покоя, да? — спросил Костик. — Ну, вообще-то не помешало бы, — признал Серафим, спускаясь с чердака. — Если позволите мне вырастить человечков, я буду самый послушный, самый тихий, самый спокойный… — Вот насчет этого я не сомневаюсь, — ответил Серафим. — Потому что имбирные гомункулы тебя наверняка угробят. — Как это? — Костик плюхнулся на пол возле люка, свесил вниз голову и уставился на Серафима с искренним непониманием. — А вот так. Гомункулы всегда агрессивные, поэтому их и запрещено выращивать. — Запрещено? — переспросил Костик. — Угу. — Зачем вы мне это сказали? Теперь же еще интереснее! Костик спрыгнул прямо на Серафима, соскочил на пол, игнорируя поток ругательств, и побежал во времянку. — Ты куда? — крикнул Серафим, кидаясь за ним. Во времянке было подозрительно тихо. Серафим шагнул на порог, строго глянул на Костика, отпрянувшего от раскладушки, потом спросил: — А где все? Костик пожал плечами. Серафим подозрительно огляделся, почти ожидая увидеть армию имбирных гомункулов. Костик сунул руки в карманы и направился к печке, небрежно насвистывая. — Ага! — завопил Серафим. — Выворачивай карманы, садовод ты наш. Костик оскорбленно посмотрел на него, потом медленно, аккуратно вывернул карманы. Из них высыпалось несколько камешков, половина ракушки, печенье и свисток. — Мне теперь полагается компенсация, — сказал Костик. Серафим смутился, пробормотал: — Странно… — Ничего странного, вы меня вечно обвиняете, — с достоинством ответил Костик. — То есть ты не сунул имбирь в колбу, не поливал его кровью, не пересчитывал над ним горошины, не… Прекрати записывать! — А как же иначе я всё запомню и выполню в правильной последовательности? — возмутился Костик. — Справочник-то вы забрали… — Забрал! — сквозь зубы подтвердил Серафим. — Потому что ты не будешь выращивать никаких гомункулов. И без них проблем хватает. — Каких проблем? — Симеон Андреевич шастает бес знает где — раз, Аполлон Селиверстович пропал в порталах — два, Колумбарий с Крематорием что-то замышляют — три… Вот сейчас можешь, кстати, записывать. — Да ну, лень, — отмахнулся Костик. — Кстати, Колумбарий с Крематорием ничего такого не замышляют, они пошли на речку за летучими мышами. — За мышами?! — За летучими мышами. Обычные у нас уже есть. — Еще только летучих не хватало! — Не хватало. Я тут вычитал одно заклятие для создания подземных трещин, но для этого нужен коготь летучей мыши. Серафим сердито загремел котелками. — Вы что, будете готовить? — забеспокоился Костик. — Опять нас голодная смерть ждет? — Размечтался, — фыркнул Серафим. — За ужином к хозяйке сам пойдешь, мне некогда. Заодно расскажешь ей, что спер имбирь. — А котлы зачем? — не отставал Костик. — Зелье варить буду. — Что-то мне это не нравится… Какое-нибудь противокостиковое, да? Обездвиживающе-ущемляюще-удушающее. — Да тьфу на тебя! Оберегающее. — Вас от меня? — Уйди. Костик молча шмыгнул за дверь, и Серафим от досады чуть не переколотил все пузырьки с ингредиентами. Зелье получилось только с третьей попытки, а Костик всё не возвращался. Серафим снял котел с огня и собрался уже организовывать спасательную экспедицию, но тут дверь распахнулась. — Сразу говорю, вы не заслужили, — сообщил Костик, втаскивая во времянку большой пирог с малиной и творогом. — Откуда взялась идея с гомункулами? — спросил Серафим. — Мне не нравится, когда у вас такое лицо, — ответил Костик, поставив пирог на стол и на всякий случай вооружаясь метлой. — Серьезно, откуда? — Из справочника. — А он откуда? — Откуда я знаю? Ваш же… — В том-то и дело, что не мой, — вздохнул Серафим. — И вот эти вздохи тоже не нравятся, — сказал Костик. — Вы сами мне подсунули этот справочник, он на шкафу лежал. — И энциклопедия на подземных трещинах сама раскрылась, да? — Нет, там была закладка. Серафим мрачно кивнул и поманил Костика к себе. — Учтите, я обмену и возврату не подлежу, — сказал Костик. — Да и некуда особо возвращать… — Умолкни. Костик покосился на поварешку, которую Серафим опустил в котел, и вздохнул: — Сейчас превратите меня в какую-нибудь каменную статуэтку, да? Хоть бы во что-нибудь интересное… Можете в саранчу, например. Или в сову. — Это для твоего же блага, — сказал Серафим, поднося полную поварешку к губам Костика. — Пей. — Добровольно? Ни за что! — Пей, зараза! — Умеете вы быть убедительным, — фыркнул Костик. — Погодите. Вы говорили, эта фигня оберегающая. С какой стати я ее буду пить? Вас же надо от меня спасать, а не наоборот, нет? Вот вы и пейте. — Это для тебя, бестолочь. Меня никто прикончить не хочет. Костик в ужасе захлопал ресницами: — Вы хотите меня прикончить? — Пей. — Ну и ладно. Костик сердито отхлебнул из поварешки, немедленно скривился, распробовал, быстро допил и потянулся к котлу за добавкой. — Хватит пока, — остановил его Серафим. — Надо пить в течение недели. — И что тогда? — Ну, если повезет, то сработает. И тебе перестанут лезть на глаза всякие опасные штуковины. — Вроде рецепта гомункулов? — Ага. Что-то мне кажется, что это Симеон Андреевич тебе их подбрасывает… Костик задумался ненадолго, потом признал: — Я ошибался, пирог вы заслужили. Серафим растроганно заморгал, не зная, как на это ответить, а Костик скромно добавил: — А еще вы заслужили знать, что вам следует сменить постельное белье… Кто-то мог случайно натереть вашу наволочку имбирем.