Твои секреты

— …ен! Гвиневра, проснись! — кто-то меня отчаянно затряс, и я неловко отмахнулась, перевернувшись на другой бок, снова погружаясь в сон. — Гвен!       Ощутимый щипок достиг своей цели, и я, возмущённо пискнув, тут же ударила смелого наглеца, резко распахнув глаза. Помятое лицо Блэка, которое по определению не должно находиться в моей спальне, привело меня в чувства лучше самого сильного бодрящего. Оглянувшись, я ахнула — неужели приехали? — Мерлин, я заснула, да? — пробормотала я, поднимаясь и восторженно оглядывая пейзажи. — Какая я растяпа, могу проспать всё на свете!       И без того бледное лицо Альфарда побелело так, что теперь могло сравниться цветом с белой поганкой, неожиданно появившейся на заднем дворе моего дома. Внутри заворочалось нехорошее предчувствие. — Блэк?.. — Я тоже заснул, Гвен! — выпалил он, отводя взгляд. — Не знаю, сколько прошло времени, но, когда я открыл глаза, никого уже не было!       Недолгая тишина, последовшая за его заявлением, была пропитана тягучим напряжением. — Мерлинова борода, Блэк! — воскликнула наконец я, хотя хотелось сказать что-то покрепче. — Чего же мы ждём? — Прости! — извинился непонятно за что он, готовясь к прыжку.       Применить левиосу мне удалось в последний момент, тем самым избавляя этого идиота от не самых приятных ощущений. Он что, на своих ошибках совсем не учится? Когда мои ноги мягко соприкоснулись с асфальтом, вспомнилось и порвавшаяся юбка, и отсутствие туфли, над проблемой которых я пообещала себе подумать позже.       Когда мы побежали так, будто за нами гналась толпа разозлённых гиппогрифов, стало ясно, что времени на это не предвидится. — Нет… Нет, нет, нет, нет! — всполошился Альфард, остановившись у большущего дуба. — Они должны были быть здесь! — Кто — они? — устало спросила я, восстанавливая дыхание. — Фестралы! — Альфард, ты хорошо себя чувствуешь? — всерьёз обеспокоилась я, внимательно его осматривая. — Чёрт, Гвен, я не сумасшедший! — раздражённо воскликнул он. — Остаётся только одно… Остановившись и достав из кармана маленький предмет, Альфард поставил его на землю и, нацелив палочку, громко сказал: — Энгоргемент Шарм!       Через пару мгновений перед нами предстал сундук с фамильным гербом на крышке. Яркая позолота и украшения в виде искусно изображённого плюща заставили меня приоткрыть рот, а Блэк, не уделив и капли внимания внешнему виду, спешно его открыл, сразу используя Акцио. — Я же говорил, что знаю его! — гордо сказал он, когда к нему в руки прилетел потрёпанный продолговатый предмет.       Присмотревшись к нему, я ахнула. — Ты притащил в школу метлу? — в который раз поразилась его трикстерской натуре я. — Но по уставу это запрещено! — Уже стоило бы привыкнуть, принцесса, — хмыкнул Блэк. — Теперь у нас есть шанс не опоздать на распределение… Садись!       С подозрением осмотрев поломанные деревянные прутья, я всё же неуверенно присела, крепко охватывая талию Альфарда. — А как же сундук? — обеспокоенно спросила я, когда мы начали подниматься. — А ты знаешь заклинание уменьшения? — Нет… — Вернёмся к нему позже, — уверенно хмыкнул он, но от меня не скрылось, как его руки сильнее сдавили древко метлы.       Чем выше мы поднимались, тем крепче я сжимала Альфарда в вынужденных объятиях. Пришлось использовать палочку, чтобы раздвинуть раскидистые ветви хвойных деревьев и улучшить наше шаткое положение на тонкой, по сути, палке.       Самый первый в серии Чистомет с трудом мог леветировать нас двоих, но, смотря на облегчённую улыбку Блэка, я рассудила, что могло было быть и хуже. И я хоть и с трудом, но всё же сдерживала желание пронзительно закричать и потребовать вернуться на землю.       Но стоило нам подняться над верхушками деревьев, как все прочие мысли вылетели из головы, и я потеряла дар речи, смотря на величественный Хогвартс в сиянии из тысячи огней. — Это ты ещё не побывала внутри, — гордо хмыкнул Блэк, будто замок возводили по его личным разработкам. — Куда там Шармбатону…       Прежде чем я успела возмутиться, Чистомет неожиданно лихо полетел вперёд, и я крепче прижалась к широкой спине, пискнув и слыша в ответ задорный смех.       Встречный холодный вечерний ветер и тепло человеческого тела создавали приятный контраст, а зеркальная гладь озера, ознаменовавшая окончание лесного массива, создавала лёгкую рябь, которую изредка нарушала диковинная рыба. Я с удивлением рассмотрела в его отражении нас, таких растрёпанных и спешащих.       Когда мы приблизились к большим кованным воротам, Альфард грубо выругался, резко меняя направление. — В чём дело? — взволнованно спросила я. — Ворота уже закрыли, — напряжённо сказал он. — Есть ещё один вход, но он чуть более… экстремален.       Сглотнув вязкую слюну, я ближе прижалась к широкой спине, недоверчиво смотря, как мы набираем высоту вместо того, чтобы снижаться.       Метла остановилась напротив стрельчатого окна, которое, стоило Блэку прошептать заклинание, приглащающе распахнулось. Беспрепятственно влетев внутрь, мы спрыгнули с метлы и, переглянувшись, облегчённо рассмеялись. — Альфард, ты молодец! А почему ты назвал этот путь экстремальным? — Так ведь… Это была шутка! — широко улыбнулся он, но под моим подозрительным взглядом стушевался. — Скорей бежим! Мы можем опоздать! — Мы ещё вернёмся к этому, Альфард Блэк! — громко возвестила я, нахмурившись и побежав следом. — Даже если мы опоздаем, главное — не волнуйся, — не выдержал он на второй минуте пути, подстраиваясь под мой темп. — Нужно будет только дойти до табурета и надеть старую шляпу… — Я помню, Блэк, — с трудом выдохнула я. — Меня больше волнует порванная юбка и отсутствие туфли… — Чёрт! — оглушительно выкрикнул он, останавливаясь. Достав палочку и направив на юбку, он выкрикнул: — Репаро!       Когда ничего не произошло, я со вздохом пояснила: — Это перуанский шелкопряд, Блэк. Несмотря на волшебное происхождение, ткань из его нити не подвержена восстановлению.       Лицо Альфарда приобрела какое-то уж совсем отчаянное выражение лица, и я взволнованно проговорила: — Да ничего страшного! Мерлин, да подумаешь распределение! Это совершенно ничего не зна… — Значит! — возразил он. — Есть идея…       Я судорожно сглотнула, когда он твёрдо и решительно посмотрел мне в глаза…

***

      Я стояла перед дверью в зал, переводя дыхания и мысленно собираясь. Выпрямив спину и расправив плечи, я в последний раз взглянула на подбадривающего меня Блэка, внешний вид которого вызвал у меня нервную улыбку, и не без труда отворила тяжёлую дверь, сразу ощущая, как приковываются ко мне взгляды всех собравшихся. — Мисс Гросвенор? — произнёс человек через пару бесконечно долгих мгновений, держа в руках старую шляпу. Я судорожно кивнула, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды. — Что ж… Проходите, мисс, Вы пришли как раз вовремя!       Несмотря на доброжелательный тон, которым была произнесена фраза, в зале всё равно раздались смешки. Штаны, тщательно подогнутые, непривычно обхватывали ноги, а обувь слишком велика, и я очень боялась, что в какой-то момент ботинок просто спадёт с ноги на глазах у всего зала. На ватных ногах я подошла ближе, останавливаясь рядом с двумя первокурсниками перед пандусом, на котором стояла нелепая трёхногая табуретка. — Гриффиндор! — скрипуче выдала шляпа под всеобщие аплодисменты. Я даже не удивилась, мечтая лишь о том, чтобы эта пытка закончилась скорее.       Моя очередь наступила слишком быстро, и я даже не успела тщательно обдумать, в какой факультет мне бы хотелось попасть. «Гвиневра Гросвенор!» прозвучало как приговор, и я на негнущихся ногах пошла к трёхногой табуретке. Неуверенно присев на неустойчивое сиденье перед всей школой, я в который раз поразилась здешним порядкам, заледеневшими пальцами сжимая потрёпанную мантию Блэка.       Когда засаленная шляпа закрыла меня от любопытных взглядов, я незаметно выдохнула, чтобы тут же подавиться на вдохе. — Не стоит так остро реагировать, дорогуша, — заключила шляпа, когда я прокашлялась и немного пришла в себя. — Так, так, так, и что тут у нас… — Вы у меня в голове? — неуверенно спросила я. — Можно и не вслух, — подметила шляпа, и я мучительно покраснела, вспомнив, что на распределении никто из первокурсников не сказал и слова. — Очень интересно… Вы весьма талантливы и проницательны… Я вижу в Вас преданность и отзывчивость, но при том… Вы вспыльчивы и агрессивны… Хм, амбициозность… Что же Вас волнует больше: проблемы чувств или разума?       Не сразу осознав, что это был вопрос, и что он был обращён ко мне, я всё же подобралась и задумалась, стараясь выбросить из головы мысли о том, что сейчас на меня смотрит вся школа. Сначала я хотела уверенно сказать «разума», пока не подумала, что… У любого научного вопроса так или иначе найдётся ответ, но самые сложные и безвыходные ситуацию складываются по вине эмоций, а значит… — Гриффиндор!