Интернат

      Что может быть лучше, чем просыпаться в выходной день без будильника? Александр, не открывая глаз потянулся в кровати и перевернулся на спину. Поразительно много места. Он открыл глаза. Ярослава в кровати не было. — Ярик? — Александр крикнул в открытую дверь. Тишина. Александр встал, натянул одежду, уже не валявшуюся на полу, а аккуратной стопкой сложенную на стуле, — Ярослав постарался, не иначе, вчера им было не до одежды, — и вышел на кухню. Ярослава не было и там. В коридоре отсутствовали его кеды и верхняя одежда. — Интересно детки пляшут, — переиначил поговорку Александр, налил воды в стакан, откусил кусок от оставшейся после ночной трапезы булочки и запил её водой. Хреновый первый завтрак нового года. И какой-то одинокий. Странно, что Ярослав слинял, не предупредив. Ну, наверное что-то вспомнил, или решил удивить, или ещё что-то. Пару часов Александр наводил дома порядок. Он не любил, когда ему нужно искать что-либо по всему дому, предпочитал, чтоб у каждой вещи было своё место. Короткий звонок в дверь. Александр открыл дверь, и в квартиру ворвался вихрь, нет, ураган «Ярослав». Не стряхнув с себя налипший снег, он налетел на открывшего дверь Александра и сжал того в объятиях. — Александр Сергеевич, — крик парня, казалось, сейчас выбьет окна. — Пойдём снеговика лепить? У Вас во дворе столько снега насыпало за ночь! — Он смотрел на него большими синими глазами, как преданный щенок на своего хозяина. — Ты голодный? — Александр пытался остановить поток слов, исходящий от этого вертлявого чёртика. — Нет, я в интернате обедал. Хотя от десерта, — он весело вскинул задорный взгляд на Александра из-под шапки. — я не откажусь. — Тише ты! — шикнул Александр, пропустил Ярослава в квартиру и закрыл дверь. — Какие ещё десерты? — Ну ведь вчера оставалось ещё немного торта. И мандарины были, я видел! — Ярослав непонимающе уставился на Александра. — Только не говорите, что Вы один съели все мандарины и торт. Не поверю. Александр удивлённо смотрел на Ярослава — как будто бы не было ни тёплых вечеров, ни вчерашней жаркой ночи. Чтобы Ярослав изменил себе и не отреагировал двусмысленно на подколку, это было что-то новенькое. — Подожди, ты серьезно сейчас? Ты имеешь ввиду обычный десерт, так? — для Александра, привыкшего уже к двусмысленностям, это и правда было непривычно, что Ярослав может так спокойно и буднично говорить о вещах, в которые обычные люди вкладывают только один смысл. Обернувшись на дверь и проверив замок, закрыта ли, он потянулся к Александру и зашептал; — Александр Сергеевич, — быстрый поцелуй в щёку, — простите меня, конечно, — он дотянутся до виска и клюнул поцелуем туда, — но делиться своим «десертом» с соседями я не буду, — снова поцелуй в щёку, но уже на другой стороне — мне и самому мало. — Ярослав срывает поцелуй с губ Александра и прижимается к нему, оставляя на нем влажные пятна от растаявшего снега. — Пойдёмте, правда, на улице так классно, снеговика слепим. Ох, его чертёнок все-таки вернулся. Александр смотрел в эти глаза, думая, сколько же времени понадобится ему, чтоб адекватно воспринимать быстрые перемены в настроении и речи Ярослава. Время покажет. — Я и нос для снеговика принёс, — продолжал между делом Ярослав, — он расстегнул рюкзак и вытащил несколько разных морковок. Он щебетал без умолку, пока Александр одевался для прогулки по снегу, чтобы можно было нормально валяться в снегу и не переживать за промокшие брюки или ботинки. Наконец, повязав шарф и найдя перчатки, он спустился во двор. Морозный воздух обжигал лёгкие. Снега и правда было много. Везде, куда не брось взгляд, все было белым. Как в сказке. Они катали шары для снеговика, смеясь и перебрасываясь снежками. Когда один снеговик был готов и Ярослав водрузил ему морковку на место носа, Александр хотел было подставить Ярославу подножку и уронить в снег, чтобы в очередной раз украдкой поцеловать, как услышал своё имя и обернулся на оклик. Хозяйка его съёмной квартиры стояла рядом с площадкой, на которой они лепили снеговиков, и наблюдала за ними. Александр отряхнул снег с одежды и подошёл к ней. — Доброго дня, и с наступившим Новым годом Вас, Ольга Борисовна! — Александр был расслаблен и улыбался открытой улыбкой. — Здравствуй, здравствуй, Сашенька, — старушка смотрела на Александра, раскрасневшегося на морозе. — Как Новый год встретили? — Отлично, Ольга Борисовна! После вас ещё директор вечером заходила, поздрави... — он не договорил. Ощутимый удар снежком чуть не сбил с его головы шапку напрочь. Выпрямившись, но не успев повернуться и прикрикнуть на Ярослава, он с ужасом услышал приближающиеся шаги. — Александр Серге... — Ярослав увидел нежданного собеседника и растерянно улыбнулся. Руки с очередным снежком он спрятал за спину. — Ой, здрасьте. А вы — мама Александра Сергеевича? «Убью» — пронеслось в голове Александра. — Простите, Ольга Борисовна. — он улыбнулся виноватой улыбкой и развёл руками. — Вот, с таким контингентом работать в интернате приходится. Ни уважения, ни воспитания. Ярослав! — Александр строго обратился к парню, растерянно стоящего позади него. — Не мешай старшими и в следущий раз смотри, что, куда и кому ты кидаешь. Ярослав демонстративно засопел и стал отряхивать штаны от налипшего снега. Ольга Борисовна улыбнулась и продолжила: — А гостья Ваша, что же не лепит снеговика? Я вас из окна увидала, подумала, с невестой познакомите, а оказывается, вы с учеником тут кружок лепки устроили. А девица дома сидит, ждёт вас, пока вы тут наиграетесь. Непорядок. Повисла тишина. Александр пытался быстро сообразить, что ответить. Тишину нарушил характерный «хрусь» — это Ярослав откусил от морковки и сделав большие глаза, стал хрустеть, пережевывая. — Ну так, кто захотел, тот и пошёл, — прожевав, демонстративно равнодушно ответил парень. — Мы целого снеговика вон слепили, сейчас второго долепим и будет красиво. Может, не хочет она в мужской компании. «Теперь точно убью», — мысли учителя были далеко не радостными. — А, может Вы с нами второго слепите? — бесхитростный взгляд Ярослава и улыбка от уха до уха, обращённая к хозяйке квартиры. Ярослав уверенно косил под дурачка, демонстрируя открытость всему миру и готовность лепить что угодно и кому угодно. — Спасибо, Славочка, я уже старенькая для снеговика. — хозяйка уменьшила его имя, не видя, как заходили желваки у Ярослава на щеках. — Ну, хорошей вам лепки. Блюдо я зайду вечером заберу, понравились булочки? — Булочки огонь были! — влез Ярослав и, видя как у обоих вытягиваются лица, как ни в чем ни бывало пояснил, — Ну, я полчаса назад булочку съел, мне выдали, когда я за Александром Сергеевичем заходил. Если с изюмом булочки вы делали, то Вы - мой кумир! У нас в интернате таких вкусных не пекут. — Так он что, из интерната тоже? — старушка всплеснула руками в смешных варежках, — То-то я смотрю, дикий какой-то. Ох, Сашенька, терпения вам, да! Только терпения! Пойду я — она посмотрела на часы. До скорого. Она удалилась в сторону своего дома. Александр и Ярослав проводили её взглядом. — Мы вляпались. — упавшим голосом сказал Александр. — Она не успокоится, пока не увидит мою невесту. Или подругу. Или ещё какого черта лысого, главное чтоб это была девушка. — Ну, это мы ещё посмотрим. — Ярослав искоса взглянул на растерянного Александра. — Хотя, да, Александр Сергеевич, вы отчасти правы. Будем, как говорится, действовать другими способами. Александр внимательно посмотрел на Ярослава. — Ты же не хочешь сказать, что ты оденешь платье и пойдёшь с ней знакомиться? — Я, Александр Сергеевич, уже с ней познакомился. При вас. Только что. А остальное — дело времени. — Ярослав повернулся к Александру, достал очередную морковку и показал ему. — Последняя. — Ты играешь с огнём, Ярослав. Ты понимаешь, о чём я. — проигнорировав последнюю фразу, медленно закончил Александр. — Конечно, если я её сейчас съем, у нас не будет ещё на одного сне... — Снежок, метко брошенный Александром в Ярослава приземлился точно в подбородок, — ...говика. Ну Александр Сергеевич! — в шутку захныкал Ярослав. — Пошли уже домой. А то мне с хозяйкой вечером встречаться еще. Надо бы приготовиться и быть во всеоружии. Перекидываясь снежками они свернули домой. — А где ты морковку утащить успел? Только не говори, что специально купил. Она была вымыта, когда ты её принёс. — Александр стоял у стола в комнате и перебирал книг. — А я на кухне у нас спросил, есть ли пара морковок детям снеговиков лепить. Мне и дали. Ну я же не обманул, Александр Сергеевич. Я же ещё ребёнок. — Ребёнок.... — внезапно Александр обернулся, глядя на Ярослава, подошёл к дивану и сел. — Ярик, подойди сюда, пожалуйста. — попросил Александр, вмиг став серьезным. Ярослав приземлился рядом с ним на диване и подлез головой под руки Александра, будто котёнок, жаждущий того, чтоб его погладили. Александр задумчиво стал перебирать пальцами в волосах, не зная, как начать разговор. — Ярослав, ты понимаешь, что то, что сейчас происходит между нами, это ... — он помедлил, подбирая слова. «Неправильными» их отношения назвать было нельзя. Два человека хотят быть вместе, никому не мешают, но окружающие их люди считают иначе. Традиционное общество всегда порицало и будет порицать такого вида отношения. — Это химия. А химию обьяснить можно только химическими реакциями. — Я серьезно. Ты понимаешь, что ты со мной никогда не сможешь ни в кафе сходить, ни за ручку пройтись, ни жить в одной квартире мы не сможем. Не дадут. — Александр Сергеевич, давайте решать проблемы по мере их поступления, а? А то вы меня за весь день ещё ни разу не поцеловали, а только загоняетесь на тему пока что несуществующих проблем. — Ярослав, казалось, совсем не огорчён перспективами, нарисованными Александром. Вздохнув, он притянул к себе Ярослава и услышал трель дверного звонка.