Прости меня, Гермиона.

Дружба объединяет людей куда сильнее, чем любовь

***

 — Гермиона, зачем ты с ним возишься? Мне сказали, что ты с ним в библиотеке просидела целый вечер. Ничего не хочешь нам сказать? — с самого порога в гостиную начал Рон.  — Эй Рон! Ты чего? Ты с самого утра морали мне читать начнёшь? — сказала Гермиона, потирая сонное лицо.  — Гермиона, это ненормально! Ты носишься с ним, как будто вы с ним встречаетесь! Я не могу смотреть на это! Скажи ей, Гарри! — рапортовал рыжий. Гарри пожал плечами и устало сказал:  — Рон, мне тоже не нравится, то что она с ним общается, но это ее жизнь. Пусть поступает, как считает нужным. Глаза у гриффиндорца расширились от услышанного, он надеялся, что друг его поддержит, но не тут-то было.  — Что? Гарри, она общается с нашим врагом! Гермиона… — Рон посмотрел на подругу умоляющим взглядом и сел на диван.  — Рон! — не выдержала девушка. — Что тебе не нравится? Тебя не устраивает то, что я пытаюсь помочь человеку? Тебя не устраивает то, что он больше нам не враг? Послушай, я устала жить по твоим приказам. Ты постоянно хочешь, чтобы кроме вас у меня никого не было! Вы мои друзья, мы столько пережили вместе, мы друг другу помогали, и я ценю это, но Рон, что плохого в общении с ним? Пусть он был нашим врагом, но сейчас это не так. Пойми это, заруби на носу. Лучшие друзья слушали её открыв рты. Они явно не ожидали всплеска эмоций от Гермионы.  — И ещё, вы, возможно, не читали, но в Пророке пишут, что кто-то продолжает незаконченное дело Амбридж. — сказала кареглазая. Её голос подрагивал. Она еле сдерживала слёзы, ведь если нападения начались, то это конец. Чертов конец. Об этом даже думать не хочется. Всё, что сейчас чувствовала Гермиона — это страх. Страх, который буквально пробирает с ног до кончиков волос. И от этого становится тяжело. Чертовски тяжело! Хочется лечь и забыть обо всём, что бы не вспоминать и не чувствовать этот страх. Что делать? Как быть? Ответов нет. Нападения начались, есть жертва, и не одна. Безвыходная ситуация, но как предостеречь себя от опасности? Кажется, это невозможно, но должен быть выход! Должен. Это слово билось о стенки сознания, с каждым ударом всё тише и тише.  — Какое дело, Гермиона? — шепотом спросил Гарри. Гермиона нервно сглотнула и ответила:  — Убивать магглорождённых. Мальчики растерянно переглянулись.  — Пророк за завтраком дадут? — сдавленно спросила их общая подруга. Шатен еле заметно кивнул и зарылся руками в волосы, что-то раздумывая. Должен быть выход. Но его нет.  — Ты веришь этому? — неожиданно раздался голос Рона. Гермиона лишь кивнула головой и посмотрела в окно. Нужно поговорить с Драко. Он не станет тебя слушать, Гермиона! — кричит внутренний голос. А она отвечает: Должен. Опять это чёртово слово! Оно словно въелось в язык, не желая отпускать. Что делать? Что блять делать?! Ответов нет. Как всегда. Я должна поговорить с Драко! Он не послушает!  — Идем, скоро зельеварение. Нам нужно поесть. — тихо разрезал тишину Гарри. Девушка оторвала взгляд от окна и уставилась на мальчика-который-выжил-дважды.  — Что? — смущенно спросил он.  — Ничего. Идём. ***  — Гермиона! Что случилось? — встревоженно спросил Драко. Гермиона выдохнула, не поднимая на него глаза.  — Гермиона! — сказал он громче. Ноль эмоций. Круто Драко, теперь на нас глазеет вся школа. Да всё равно! Пусть смотрят! Пусть! Он не выдержал, схватил Гермиону за руку и потащил в пустой коридор.  — Что произошло? — рычал Драко прямо ей в лицо. Она закрыла глаза и по щеке покатилась одинокая слеза. Нетнетнетнет Только не слёзы. Нет. Блондин обнял подругу и прошептал:  — Гермиона, скажи, что случилось? Гермиона всхлипнула и сказала:  — Драко, мне страшно. Ты прекрасно знаешь, что я не чистокровная. Он сглотнул. Блинблинблин!  — Нет, Нет. Гермиона, слушай меня внимательно. Все.Будет.Хорошо. — отчеканил он последние слова. Драко отстранился и посмотрел в заплаканные глаза.  — Слышишь? Всё будет хорошо. Поверь мне. Он погладил большим пальцем выступающую скулу и прошептал:  — Только не плачь. Не плачь. Не плачь. Снова. Снова эта тишина. Как же её ненавидел Драко. Эту слишком громкую тишину, разъедающую мозг. Так не должно быть. Гермиона не молчи. Не молчи! Скажи что-нибудь.  — Идём. — сказала она и повела его ко входу в Большой зал.  — Стой. — тихо сказал Драко и потянулся к ее щеке.  — Никто не должен знать, что ты плакала, а то подумают, что я тебя обидел. Блять. Не вспоминай. Не вспоминай. О боже! Он вытер слёзы с щёк и посмотрел на неё прямо в глаза. Её глаза, цвета шоколада наткнулись на его выжидающий и такой нежный взгляд. Что будет дальше? А дальше. Он закрыл глаза и поцеловал во влажную от слёз щёку.  — Всё будет хорошо. Обещаю. — прошептал он ей на ухо и повёл в Большой зал.