Холод и Боль

      Прохладный ветер завывает в окнах. Холодные огни мерцают в темных улицах и переулках, освещая путь, заблудившимся в ночной гляди, людям. Дождь наконец-то сбавил силы и собирался уже совсем прекратится, громко стуча по окну, словно пытаясь донести своё послание. Ботан сидит в комнате со включённой лампой и старается сосредоточиться на романе, который дали на прочтение. История никак не залазит в его голову, сколько раз он бы не перечитывал страницы. Произведение так-то очень интересное и затягивающее. В любое другое время, Ботан не мог бы оторваться от этой книжки, но только не сейчас. Её вытесняли мысли об Оливии. Никто и ничто его сейчас не волновало так как она, и это не прекращалось уже долгое время. На протяжении пары часов, что он пришёл домой, в голове только она.       Снова сбившись в тексте, он решил — пускай. Нужно отвлечься по другому. Очкастый спустился вниз и поставил себе чайник. Немного голодный, он достал еду из холодильника и поставил порцию в микроволновку. На душе холодно и грустно. Одиночество никогда не было чем-то приятным для парня. Один он часто чувствовал себя подавленным или забытым. Он всегда отвлекался от этого какой-нибудь книгой или старался заполнить пустоту в душе бесконечным учением каких-нибудь формул. Ботан всегда был довольно одинок, ещё с первых лет школы. Главной причиной был его ботанский характер, из-за которого дети не воспринимали его как своего, одного из них. Но сейчас далёкое прошлое не имело значения. Он привык к одиночеству за долгие годы своей жизни и поэтому сейчас всё не казалось таким устрашающим, как тогда. Но без Оливии всё равно было как-то не так… Очкастый взялся за еду. На кухне и в холле всё та же тяжёлая атмосфера, довольно грустная и депрессивная.       Дождь за окном наконец-то прекратился, да и ветер успокоился. Спокойный, казалось бы на первый взгляд, Питерский вечер.

/У Макса/

      Праздник в самом разгаре. Весь дорогой особняк, арендованный для празднования, был красиво украшен. Каждый уголок холла навевал дух праздника. Все гости в восторге от этой атмосферы и окружения, кроме Макса. Скука не отпускала его всё время что он тут. Парень в который раз пробежался пофигистичным взглядом по залу, по лицам людей, стенам, высоким потолкам, еде. Вновь заиграла музыка, которая прекращалась на пару минут, пока всё настраивалось для следующей песни. Очередная попсовая песня про любовь. Противно. Через минуту старший брат подошёл к месту, где сидел Макс с родителями, чтобы попросить их принести несколько блюд с кухни. Мама с папой поднялись и двинулись в её сторону, скучающий парень поплёлся за ними. В просторном помещении очень светло и приятно. Пахнет свежей вкусной едой и, может немного, выпечкой. На стене висит небольшой телевизор, который во всю вещал новости. Парень перевёл взгяд на экран монитора и завис на несколько секунд. Заголовки сменились. Обычно, Брайна бы совсем не волновал телевизор, но сейчас ему хотелось узнать хоть что-то из внешнего мира. Что-то, что не касается этой отстойнейшей вечеринки в арендованном огромном доме со скучными людьми. Тарасенко-младший поднял взгляд с блюда перед ним на экран. И потерял дар речи.       Те самые фрагменты мелькали в телевизоре под речь ведущего. А потом резко прервались последним криком черноволосой Оливии. Кадры приводили в ужас, заставляя растерянно и напуганно открыть глаза и пялиться на экран. — Макс, ты где там? — послышался голос мамы из коридора. — Все ждут нас вместе с едой. — А… — парень вроде бы немного вернулся к реальности. — Да, сейчас иду. Всё ещё шокированный увиденным, Максим поставил еду на стол в зале, и сел на своё место. Наверное, нужно поговорить с Ботаном, узнать что произошло.

////

«Привет Ботан»

«Привет»

«Что произошло с Оливией???»

«Она… Давай я расскажу тебе лично. Когда вы с родителями вернётесь?»

«Я, наверное, приеду завтра, один. Родители останутся у брата»

«Понятно»

«Ты как вообще?»

«Тяжело, очень волнуюсь за неё»

«Я тоже»

«До завтра? Мне ещё нужно закончить домашнее задание…»

«Ладно. До встречи.»

/////

      Макс со скукой очередной раз оглядывает зал, высокий потолок, огромную люстру, свисающую с потолка. Смотрел на старшего брата, демонстративно поздравляющего свою любимую девушку. На душе неспокойно и это очень заметно. — Максим, — раздался голос отца, который беспокойно смотрел на младшего сына. — Я понимаю, что ты не любишь такой вид праздников, но может хоть сделаешь вид, что тебе весело? — Макс, всё в порядке? Выглядишь расстроенным, — добавила мама. — Да, у меня всё хорошо, — спокойно ответил парень. — Я поеду завтра домой. Это очень необходимо. — Что же у тебя такого важного? — поинтересовался Сергей. — Нужно разобраться кое с чем и это не может подождать. — Серьёзно сказал Макс. — Л-ладно…— ответила Наталья. Остаток праздника Тарасенко-младший провёл в телефоне, желая отвлечься.

/У Ботана/

Очкастый поел и поднялся в свою комнату. Сейчас стоило бы, наконец, уломать себя на выполнение оставшихся заданий. Но ничего не хотелось делать, лишь поскорее лечь в теплую кровать и уснуть, забыть этот день как страшный сон.       00:30. Всё же с трудом закончив, Ботан собрался лечь спать. Он выключил весь счёт в квартире и наконец зашёл в свою комнату. Только очкастый потянулся к выключателю, всё разом погасло. Как в комнате, так и на улице. Один за одним дома теряли электричество, и фонари на улицах тоже. Стало очень темно и немного жутко. Ботан подошёл к окну в пол и взглянул на небо. Оно было всё усыпано звёздами, которых из-за яркого городского света небыло видно раньше. Невероятно красивое зрелище заставило его остаться ещё на несколько минут. В голове парня появился её образ. Звёзды очень напоминали о ней. В них он видел те же созвездия и галактики, что и в её глазах. Образ рисовался сам по себе, невольно переходя на густые и черные, как эта ночь, волосы и пухлые губы-полумесяцы. — Оливия, — шепотом начал Ботан, смотря на звёздное небо. — Я-я скучаю… — грустно произнёс он, будто говоря с самой девушкой, а не с мрачной пустотой шумного города. Тяжёлая тоска на душе постепенно сменилась теплом и лёгкостью. Казалось, что она тут, рядом, слышит его слова и не хочет, чтобы он убивался от тоски. Что-то согрело его тело, будто бы она прижалась к нему, и обнимает. Так же, как вчера. Ему так этого не хватает. «Кажется, я уже схожу с ума…» Небо немного затянуло облаками, звёзды уже не светят так ярко, как всего пару минут назад. Она уже не улыбается ему с неба, лишь смотрит и в глаза и развеивается также быстро, как и появилась.

Утро

      Макс встал часов в одинадцать, неспешно позавтракал с семьёй. Когда Денис узнал, что брат уедет, очень удивился, ведь у него были планы на день со всей семьёй. Он всё же понял, что это важно и ему сейчас не до старшего. Спустя час, Максим собрал свои вещи и попрощался со всеми. Отец подбросил его к вокзалу. Минут тридцать они ждали на станции, под затянутым серыми тучами небом. Дул сильный холодный ветер, ныряя в щелочки между потоком спешащих людей. — Не скучайте, — кинул Макс перед тем как зайти в, наконец, подъехавший поезд. — Ты тоже, — с улыбкой сказал Сергей. — Пока, сынок. Брайн прошёл и сел, ожидая когда они сдвинутся с места. За ним зашла ещё не одна волна людей, постепенно полностью наполнив вагон. Наконец, они поехали. Стук колёс, разговоры чужих людей, быстро пролетающие виды за окнами. Прохладный старый вагон, музыка в наушниках, сумка под боком. Впереди скучные часы поездки. Парню ехать где-то часа четыре-пять, тоесть он приедет как раз когда Ботан вернётся домой с учёбы.

/Спустя несколько часов/

Максим наконец-то добрался домой, доехав на такси. «Неужели я уже дома…»  — думал Макс, ужасно уставший. Он позвонил в домофон и ему довольно быстро открыли. Брайн поднялся на лифте и открыл дверь квартиры. Перед ним показался Ботан. На нём просто лица не было. Бледный, мешки под глазами, во взгляде читалась невыносимая грусть и тоска. — Ботан… — тихо произнес он. — Что с тобой? Я тебя не узнаю. — Проходи, нужно всё тебе рассказать. Сев на диване в гостиную, парни продолжали молчать. Никто не знал, как начать разговор и что сделать в этой ситуации. Ботан первым нарушил тишину, рассказываю всю историю от начала до конца.