19 Days (One Day)

Это не первый раз за последние дни – недели? годы? – когда кто-то звонит в дверь. Это первый раз, когда что-то заставляет меня подняться и потащиться к двери. Ты. Ты заставляешь. Ты звонишь именно так – коротко, обрывисто. Ультимативно. Как короткое, снисходительное предупреждение о том, что грядет ебаный буран, который сметет весь мой мир к хуям. Предупреждение, в котором нет никакого сраного смысла, потому что сбежать все равно не выйдет. Ни сбежать, ни спрятаться – ни сдохнуть, пытаясь. Такие же предупреждения – твои оскалы. Твои крепкие пальцы на задней стороне моей шеи. Твое горячее дыхание на моем виске. Твои зубы на моем горле. Твои кулаки – а позже руки, объятия, сильные, но нежные пальцы – на моих ребрах. Твои улыбки. Твои сраные исцеляющие улыбки. Ты – ебаный буран моего мира. Ты же его панацея. Я поднимаюсь. Я делаю шаг – и почти падаю, запутываясь в ногах. Перед глазами туман. В голове гудит. Моргаю, пытаясь сфокусироваться – не помогает. Короткий коридор кажется бесконечным. Но я переставляю ноги и иду, хватаясь за стену. Это стоит того, если есть хотя бы один пиздецки призрачный шанс, что ты там, за этой дверью, до которой рукой подать – которая на расстоянии в мили, в световые годы, где-то в ебаном аду. Но я и сам уже в аду. Так что это не должно быть сложно – добраться до нее. Это сложно. Но я здесь. И я сжимаю непослушными, дрожащими пальцами дверную ручку, делаю глубокий вдох – получается рваный и хриплый, но все-таки получается – а потом проворачиваю ее. И ты тоже здесь. Твои черные волосы. Твои тонкие губы. Твои скулы, о которые я себя резал, и резал, и резал, и продолжил бы резать – только пожалуйста, пожалуйста, блядь, будь здесь. Со мной. Твои глаза. Полынно-серые. Ты смотришь спокойно, равнодушно. До горечи монотонно. Так пусто, что эта пустота попадает в такт той пустоте, что дрожит у меня внутри, готовая раствориться, разбиться тысячей тысяч мыслей, желаний, развалиться на ебаную потребность в тебе, на существование тобой… Но это не ты. Последний шанс рассыпается песком в моих пальцах. Я отшатываюсь. Твой брат делает шаг вперед, он наклоняется, открывает рот – но я не даю ему ничего сказать. Рублю холодно: – Убирайся. Нахрен, – и захлопываю дверь. Я не знаю, что он здесь делает, и не хочу знать. Не хочу больше никогда в своей сраной жизни видеть его. Если нет тебя – мне не нужен твой ебучий призрак. Но проблема в том, что на самом деле нужен. Хотя бы что-то. Что-то… Взамен этой пустоте, в которой я вязну. Поэтому, блядь, его здесь быть не должно. Прижимаюсь лбом к двери и медленно опускаюсь на пол, утыкаясь лицом в колени. Я бы закричал – но сил на крик нет. Ни на что сил нет. Меня ни на что нет. Ты развязал под моими ребрами войну. Но оставил меня одного разбираться с ебучими последствиями.