Devil: mist

      Мелкий дождь рассекал застоявшийся молочный туман, расплывающийся по сосновому лесу. Кора вековых деревьев с зелёным душистым мхом омывалась дождевой водой, освобождаясь от дневной духоты. С травы смывалась грязь, позволяя впитать так желанной ей воды, мелкие ягоды черники заблестели, привлекая к себе внимание. Парень подошёл к низким кустикам с ягодами и начал собирать их к себе в небольшую ладонь, чтобы съесть позже. Когда место закончилось, он поднялся. Взглянув наверх, он почувствовал капли воды на губах. Казалось бы, шляпа с широкими полями должна прикрывать его лицо, но даже так дождь смог к нему подобраться. Прикрыв участок лица коричневой шляпой, он дальше отправился в глубь леса по малозаметной дорожке, что за несколько десятков лет практически заросла, хотя по ней всё также ходят, только гораздо реже.       Ягоды потихоньку исчезали из маленькой ладони, иногда оставляя свой тёмно-розовый сок, пачкая кожу. Закончив свою мини-трапезу, парень смыл грязь с рук льющейся с неба водой. Спрятавшись полностью под белым плащом, он прикрыл глаза, слегка морщась. В мгновение всё вокруг превратилось в белую пустоту, а ещё через секунду он оказался возле низенького домика на поляне с тёмными цветами, источающими фиолетовые пылинки и более заметные частицы. Оглядев недоброжелательно выглядящие растения, он присел перед одним из них на корточки, желая рассмотреть. За время отсутствия здесь он даже смог позабыть о столь прекрасных цветах, что распространяли в воздух тёмную магию, которая отпугивала простой люд и всякую живность, опасающуюся столь нехорошее колдовство.       — У него всегда был до безобразия отвратительный вкус, — проговорил парень, касаясь тёмных лепестков, которые на момент прикосновения становились чистейше белыми, но после вновь принимали свой естественный цвет. — Что в итоге стало сильно сочетаться, образуя его личную черту.       Отойдя от цветов, приносящих светлому магу лёгкий дискомфорт, гость направился к дому из сосны. Древесина за долгое время потемнела и покрылась плющом, крыша была присыпана пожелтевшей хвоей рядом стоящих деревьев. В некоторых местах доски прогнили. Постучавшись, он не услышал ответа, но всё же решил зайти. Его встретила своей обычной прохладой прихожая. Небольшое пространство, пол которого усыпан посветлевшей высохшей грязью. Постаравшись очистить свои сапоги от налипшей к подошве мокрой земли, он чуть не упал, решив пренебречь дополнительной опорой. Наконец, справившись со своей небольшой, но не менее нелёгкой задачей, он смог пройти в комнату, в которой царил полумрак. Глухой свет из окон проникал лишь тоненькими линиями, расползавшимися по полу змейками. Источников огня, как и магических сфер, не наблюдалось, поэтому гостю было интересно, чем же мог быть занят хозяин хижины в такой обстановке. В комнате практически не было мебели, только самое необходимое: полки у северной стены, шкаф около них, на против тех полок был стол, за которым и сидел хозяин дома. Полки были заселены небольшими вязаными куклами, слегка светившимися в темноте разными цветами. В основном преобладали тёмные оттенки, что не было удивительным, ведь к этому магу обычно обращаются тёмнокровные. Свет из кукол связан с хранившейся в них магией, которая коллекционируется хозяином хижины.       Скрип деревянных половиц отвлёк мага от просмотра нового зелья, которое переливалось искрами в стеклянной пузатой колбе. Он обернулся, а поняв, кто к нему пришёл, вздохнул, откладывая в сторону свою многочасовую работу. Гость скинул капюшон, открывая вид на своё достаточно бодрое лицо, хотя путь преодолел он немалый. Заглянув за спину мага, светлый попытался увидеть, что там такое есть интересное.       — Опять суёшь свой нос в мои дела, да, Инк? Я вроде тебя не трогаю, так почему ты ко мне припёрся? — закрыв собой обзор на зелье, с ещё непонятно каким эффектом, хозяин призвал к себе небольшого пятнистого волка с янтарными глазами. Обернувшись к нему, он продолжил. — Унеси этот эксперимент в подвал, в более холодное место. Только попробуй уронить.       Молча кивнув своей мордой, демон в один прыжок приблизился к столу, схватив колбу зубами, он прыгнул в стену, растворившись.       — Эррор, вечно ты от меня всё прячешь, а ведь мы вроде друзья, — художник осмотрелся ещё раз вокруг, подмечая, что количество магических сосудов увеличилось. — Не я один тебя посещаю, так?       — Ты просто больше всех надоедаешь. У тебя, кажется, появились проблемы? — ухмыльнулся маг. — Дрим тебя сейчас ни на шаг не отпустил бы.       — Проблемы — есть, Дрим — нет, — пожал плечами светлый маг. — Я просто заскучал. Ты же знаешь, как мне скучно, когда я не могу выполнять свои прямые обязанности.       — У нас перемирие, помнишь?       — Конечно, но можно хоть разочек? — взмолился Инк, надеясь на снисходительность Эррора в этот день, но тот лишь прищурился.       — Ты разок и я разок, так?       — Ух, вечно ты так. Я понял тебя. Сидеть на месте и не рыпаться, — обречённо вздохнув, маг скрестил руки на груди. — Что ты думаешь об этом?       — Смотря о чём ты: о Дриме, о Найтмере или о грядущей войне? — художник не часто спрашивал мнение мага, поэтому это вызвало лёгкий интерес.       — Я не хочу затрагивать личности этих двоих. Остаётся последний вариант, — в проблемы братьев Инк решил не влезать ещё тысячу, или больше, лет назад.       Смешно получилось, что на смену одним противоречивым личностям пришли другие, как будто этот мир просто не мог жить без войн, крови и слёз. Хотя, возможно так и есть. Возможно, в этом мире есть ядро, которое всё это поглощает и перерабатывает в энергию, которая во внешности образуется в ту чистую магию, поглощаемую магами, чтобы жить. Если это так, то здесь и вправду должна существовать та самая судьба, которая будет поддерживать «порядок» в мире. Если верить этому, то многожертвенных войн не происходило около четырёхсот лет, а значит должно произойти что-то грандиозное по своей масштабности. И Инк предполагал, что это будет последняя война судьбы, так как вся история этого мира шла к этому концу. Он устал.       — Я никто в этом противостоянии. Я бы мог помогать Найтмеру, как и ты, собственно, Дриму, но всё же останусь в стороне и посмотрю, как тебя разорвут на куски на фестивале мясников, — он прикрыл глаза и усмехнулся, гость поддержал его, также улыбнувшись. — Здесь у Дрима мало шансов, поэтому я не против того, чтобы ты ему помогал. Я же останусь в выигрыше в любом случае.       — Вечно у тебя так. Ты всегда получаешь что-то, почему? — полюбопытствовал Инк, подходя к куклам.       — Просто стань плохим, — пожал плечами маг. — Тебе это очень пойдёт из-за твоей бездушности. Могу дать пару бесплатных уроков для новичка.       — Добро всегда побеждает зло.       — Не в этот раз, — Эррор перехватил своими нитями тянувшуюся к куклам руку художника. Вскрикнув, светлый маг дёрнулся, но голубые нити крепко держали. — Повтори правило, — холодно произнёс хозяин хижины, недобро сверкнув своими глазами.       — Эррор, отпусти, — прерывисто попросил художник, замечая красные капли на рукаве.       — Правило.       — Не трогать твои куклы, — на одном дыхании произнёс Инк, ощущая, как нити сразу пропали. — Вечно ты так. Какой же ты злой.       — Благодарю, — легко поклонился Эррор, вызвав ещё больше возмущений со стороны гостя.       — А ведь в последней битве я тебя почти победил, но пожалел и заключил перемирие, себе в ущерб, между прочим, и вот моя награда, — шикнув, Инк залечивал раны.       — Поэтому добро никогда не сможет победить, — и только сейчас маг понял, как соскучился по возможности калечить тело врага. Поэтому он был даже благодарен ему за то, что тот сейчас дал небольшую возможность вновь причинить ему боль.       — Знаешь, Эррор, я редко доверяю твоему такому взгляду, что ты задумал? — заметив хитрый прищур и лёгкую улыбку на лице друга, спросил закончивший лечение Инк.       — Не беспокойся, условия договора я не нарушу, в этом плане моя совесть чиста, — отмахнулся маг.       — А она есть? — тихо посмеялся художник.       — Идиот, это выражение такое, — Эррор кинул в неудачного шутника небольшую книгу. Инк успел отскочить в сторону, как раздался стук в входную дверь. Оба замерли.       Одним только взглядом маг потребовал, чтобы гость либо ушёл, либо спрятался. Художник понял всё, поэтому незамедлительно прошептал пару слов на древнем языке, испаряясь в воздухе. Убедившись, что от того и следа магии не осталось, он пошёл открывать дверь новому посетителю. С небольшим скрежетом дверь открылась, и Эррор увидел человека в тёмной мантии, из-под капюшона горел холодный зелёный зрачок.       — У тебя кто-то есть? — спокойно спросили, но при этом зорко наблюдая за эмоциями мага.       — Нет, наверное опять сосуды с магией шалят, — отмахнулся Эррор. — Нужно создать более крепкое стекло для подавления таких импульсов. Одно дело магия слабых магов, но другое таких как ты.       На такие слова чернокнижник слегка улыбнулся. Ещё в самом детстве этот могущественный маг не воспринимал мальчишку с горящими глазами всерьёз, но сейчас, за пару веков, его отношение явно поменялось. Несомненно это льстило Найтмеру, и он даже забыл, что это был явно не простой импульс магии, причём светлой. Эррор не стал задерживать более гостя в дверях, к тому же на улице продолжало капать.       Этот мелкий дождик мало-помалу смывал кровавую дорожку, тянущуюся к этой ветхой, на первый взгляд, хижине.

***

      Две кружки с тёплым напитком притягивали к себе своим ароматом. Это был новый рецепт, травы в этот раз были в основном цветочными, поэтому и запах и цвет был более выражен. Найтмер не мог даже немного насладиться столь чудным чаем, как его называл Эррор, но всегда принимал предложение выпить хотя бы небольшую чашку. Нет, было одно старое воспоминание о том, как он пил чай в первый раз. Тогда он весь мокрый, в рваной и грязной одежде, не евший целый день, завалился в эту самую хижину, видя Эррора второй раз в жизни, но прекрасно зная, что здесь ему помогут, немного, но точно помогут. Очнулся он, как только почувствовал около своего носа резкий запах раствора, а после увидел и самого мага. Обнаружил он себя на небольшой скамье, покрытой вязанной тканью. Рядом был большой стол, заставленный книгами, свеча догорала, готовая умереть с минуты на минуту, но мальчику казалось, что нет, она вот-вот вспыхнет с новой силой. Больше в полумраке разглядеть было невозможно, но даже такой минимум создавал уют, которого не было у него в комнате. Как только он привстал, ему всучили в руки деревянный низкий стакан с ароматной тёплой жидкостью.       — Чай, пей, — буркнул маг, отходя назад.       Мальчишка недоверчиво глянул на того, но первый глоток сделал. И внутри будто что-то распахнулось, впуская новые вкусы. Стакан был быстро опустошён. Когда вся тёплая ароматная вода прошла организм, согревая изнутри, мальчик вновь сделал серьёзное лицо, спокойно ставя посуду на стол. Будто он сейчас и не ослабил свою бдительность.       — Ты выглядишь уставшим, — Эррор поднял книгу с пола, ставя на своё место. Найтмер посмотрел в окно, которое давало лёгкое бледное отражение.       — Ничего, скоро всё закончится, — ухмыльнулся лич, внимательно наблюдая за наставником.       — Неужто? — нотки смеха даже не пытались скрыть, чем вызвали хмурый взгляд со стороны гостя. Найтмер ненавидел, когда его недооценивают.       — Я вполне серьёзно, — тёмнокровный встал, поравнявшись ростом с магом. — Я нашёл последний ключ. Осталось достать только книгу.       Эррор удивлённо распахнул глаза. Так быстро? Он предполагал, что судьба именно ему поможет, но чтобы так. Значит та война, о которой говорил Инк, и вправду будет тем самым концом. А книга…       — Ты хочешь знать, где сейчас книга? — успокоился маг, сосредоточившись на беседе. — За последние лет двести она не поменяла своего положения, всё также лежит в храме Святого Лика под защитой твоего братца.       — Это хорошо и плохо, — мотнул головой Найтмер. — Нужно подумать о том, как бы попасть туда, хотя бы простой маг. Но скорее всего там стоит ограничитель, и ни один тёмный попасть туда не сможет, даже под маскировкой. Я бы мог поискать записи о разрыве печати, но думаю, что там стоит заклинание нового века, поэтому старые методы могут не помочь. Нужен светлый маг, который не предаст, но вряд ли такой найдётся. Так что, всё-таки лучше…       — Опять будешь закапываться в свои книжки? — зевнув, произнёс Эррор. Он всегда находил книги скучными. Полезные — да, но не особо интересные.       — Есть другие предложения? — вскинув бровь, брюнет уставился на усмехающегося наставника. Ох, сколько же раз он в детстве видел этот горящий взгляд. Каждый раз, когда он ошибался, видел смех и блеск в глазах напротив, что выводило из себя. Насмешка. Только Найтмер мог насмехаться над другими.       Почувствовав на своём плече руку, он поднял взгляд, осознанно смотря на Эррора. Тот же был обеспокоен состоянием тёмного мага.       — Ты стал терять контроль, тебе и вправду стоило бы отдохнуть, — выслушав, лич скидывает руку мага, отходя.       — Не сейчас. Позже у меня обязательно появится время, но пока что лучше тратить его с пользой. К тому же я уже практически мёртв и от усталости не свалюсь по дороге, — усмехнулся Найтмер. При воспоминании о своей нечеловеческой сущности и облике он всегда улыбался, иногда даже искренне. Так мало ему надо было для радости.       — Как знаешь. Но ты плохо контролируешь свою магию, подумай над этим, — развёл руками маг. — Кстати, кто оказался последним? — полюбопытствовал Эррор.       — Уже мёртвый парень. Нашёл его тело в виде скелета, думал просто в слугу обратить, но он, как оказалось, сохранил разум и магию, также и последним ключом оказался. Характер у него, правда, поганый. С ним мороки будет много, — скривился брюнет. Как же его воротит от непослушности того парня. Вот вроде всё получается как надо, но при этом и дерзит, и делает по-своему.       — Неужто нашёлся ещё один смельчак, — хохотнул Эррор, так как знал мнение ученика на счёт таких личностей. — И отпустить не можешь, и оставить трудно. Я передам судьбе, что ты всем доволен.       — Так он, этот придурок, ничего не чувствует, как физически, так и эмоционально, и ещё регенерацию имеет, — Найтмер снова вспылил, а за его спиной подрагивали сгустки магии. Некоторые из них приобретали свою форму, но сразу возвращались к общей непонятной массе.       — Ладно, успокойся. Ещё успеешь его на место поставить и перевоспитать, если так сильно полезен будет, а по поводу светлого мага, может и помогу тебе. Есть один город, который не жалует магов ни светлых, ни тёмных. Он находится в соседнем государстве на востоке. Наверняка любой светлый маг в кандалах будет готов встать на твою сторону, лишь бы избавиться от страданий, а если правильно подберёшь слова, то сомнений у того просто не останется. Стоит поспешить, так как у них каждый месяц происходит казнь этих магов. Потом они снова их ловят и снова убивают, — облокотившись спиной на край стола, рассказал Эррор. — Дождь заканчивается, можешь спокойно возвращаться.       — Я же не пешком пойду, — усмехнулся лич. — Ты всё ещё считаешь меня тем ребёнком, не способным даже выдержать прогулку под дождём? Тогда следи за тем, как я переверну этот мир.       Маг смотрел на своего ученика, чувствуя уважение к этой личности. Немногие могли так долго верить в свои мечты, а особенно в этом мире, который в своём изначальном коде содержал слово «зло». Но он всё упрямо шёл за ней, отказываясь от жизни в её изначальном понимании, от души, от богатства и роскоши, от социальной жизни. В момент его рождения у него было всё это и даже больше. На протяжении трёх с половиной столетий он искал ключи к своей мечте, теряя только что найденные, ожидая их перерождения.       — Мне говорить, что я верю в тебя? — Эррор приподнял одну руку и наклонил голову в бок.       — Оставь свою веру для Богов, а мне достаточно знаний, — кивнув на прощание, он вышел из лесной хижины, мгновенно пропадая.       — Вот ведь, — цокнул маг, скрещивая руки на уровне груди. — Никто ему так-то и не нужен.       — Разве ты не такой же, — Инк появился совсем рядом. Эррор не ожидал такого, поэтому отскочил в сторону, призывая нити, которые мгновенно полетели в сторону художника. Тот ловко пригнулся, отходя в сторону.       — Ну и ну, Эррор, нужно быть осторожнее с этим, — светлый маг подёргал синие нити, будто играл на струнах музыкального инструмента. Поднеся к лицу свои пальцы, он обнаружил мелкие порезы. Прочность этих нитей всегда его поражала.       — Я надеялся, что ты свалил, на совсем, — убрав свою магию, слегка отряхнулся, скорее для вида, нежели и вправду испачкался. А Инку захотелось переломать несколько пальцев, чтобы тот не смог рисовать в ближайшее время.       — Я тебе так не нравлюсь? — опечаленно выдохнул светлый, отводя взгляд.       — Если бы хоть кто-нибудь не был безразличен тебе, а так всё равно, — Эррор отвернулся от гостя. — Расскажешь всё Дриму?       — Не стану, — радость вся куда-то пропала, оставляя лишь лёгкую тень эмоций. — Ты прав, я должен был уйти, но остался. К тому же, если я расскажу всё это, то поставлю себя в невыгодное положение. Я сомневаюсь, что мне это надо. Так что меня здесь не было, как и планировалось.       — Как скажешь, — пожал плечами маг, возвращаясь к формуле, записанной на листе. Инк ещё немного постоял и исчез, не забыв попрощаться, как было в большинстве случаев.       Рядом со стопкой книг зажглась низкая свечка, давая дополнительное освещение. Ей оставалось совсем немного, но Эррор надеялся успеть найти ошибку в этой записи до того, как всё погрузится во тьму. Солнце ещё не село, но спряталось за верхушками деревьев, отчего поляна покрылась длинными чёрными тенями. В лесу было непривычно тихо.

***

      Солнце было высоко, осматривая всех, кто находился под ним. Это лето выдалось довольно жарким. Люди, изнурённые тяжким трудом под палящим светилом, медленно передвигались среди полей. Пастух уснул под деревом, ближайшим к стаду, надеясь на рыжую собаку, бегающую среди овец. Её лай разносился по лугу, привлекая внимание. На окраине, в зарослях большелистных кустов, прятался мальчишка. Его глаза внимали каждое движение собаки, каждый её прыжок, а особенно его привлекал её хвост, который вертелся из стороны в сторону. Он знал, что так собака высказывает свою радость. Она пару раз подбегала к спящему человеку, но тот никак не реагировал на неё. Она лизала его лицо, а после возвращалась обратно к стаду. Мальчик знал, что собаки очень верны хозяинам. За эту черту он и восхвалял помощников людей. Ему нравилось, что они могли радостно лаять и вилять хвостом, встречая хозяина после дневной разлуки. Он верил собакам так же, как и они хозяевам.       Он слегка высунулся из своего небольшого укрытия, замечая, что радостное животное отошло от стада, прыгая в десятке метров от него. Глянув ещё раз на мирно посапывающего мужчину вдалеке, он, шелестя сочной зелёной листвой, вышел из кустов. Собака обернулась, замечая гостя. Глядела на него пару минут, она тихонько начала подходить к нему. Ещё не доверяла постороннему. Мальчик слегка присел, расставляя руки в сторону, желая обнять пушистое тело. Собака остановилась, пару раз вильнула хвостом, чуть наклонив голову вбок.       — Ну же, давай, — тихо сказал мальчик, подзывая правой рукой к себе. Собака обернулась на хозяина.       Мальчик упорно ждал. Он надеялся всем своим небольшим сердцем, что животное подойдёт к нему, и он сможет с ним подружиться. Собака, повернувшись обратно, подскочила в два огромных прыжка к пареньку, вставая на задние лапы, а передними упираясь практически в плечи человека. Почувствовав всю тяжесть пушистого тела, мальчик пошатнулся, упав. Животное смогло достать до лица нового знакомого и уже вовсю облизывало его, радуясь такой встрече. Мальчик пытался хоть как-нибудь отгородиться от длинного шершавого языка, но ничего не получилось. Через пару минут собака отстала, сидя рядом и радостно лая. Вытерев краем рубашки своё лицо, он начал гладить рыжую спину, замечая, что хвост собаки начал двигаться активнее.       Обняв за шею животное, он зажмурился от удовольствия. Это было так приятно. Собака легла, глядя своими чистыми карими глазами на человека. Она так полежала пару минут, а после вскочила на ноги, лая и подпрыгивая, видимо она хотела играть. Отбежав на пару метров она остановилась и вновь радостно залаяла, глядя на мальчишку.       Но…       Сейчас перед ним была серая, дымчатая собака, на самом деле она была белой, просто испачкалась, и теперь выглядела по-другому. Она скалила зубы, рычала и гавкала, явно показывая агрессию по отношению к магу перед собой. Она стояла перед лежащим на земле человеком. Тот, уткнувшись лицом в землю, хрипел что-то, иногда предпринимая попытки встать, но раненые мышцы отказывались помогать костям, оставляя всё тело валяться. Собака защищала своего хозяина. Маг молча смотрел на животное. Он ведь и вправду раньше доверял собакам. Верил в доверие.       Усмехнувшись, он занёс косу для одного-единственного удара по разносчику всяких мелких букашек. Сделав шаг, он со всей силой провёл по лохматому телу собаки. Та, заскулив, замертво упала, искривляясь в спине. Её глаза остановились на тёмном маге. Тот присел на корточки перед мёртвым животным, рассматривая рваную рану, тянувшуюся от шеи, задевая позвоночник, до левой задней ноги. Кости были раздроблены, осколки перемешались с мясом и кровью. Проведя рукой по ране, он думал лишь о том, что слепая верность собак для него является глупой. Если бы она убежала, то жила бы и дальше. Но она решила защитить своего хозяина и поплатилась жизнью. Стряхнув с лезвия кровь животного, он поднялся на ноги. Отбросив в сторону серую тушу, он подошёл к мужчине.       — Знаешь, — начал маг, перекидывая косовище из одной руки в другую. — Я убил её за глупость. Она бы всё равно не прожила бы долго. Глупые не выживают. А вот знаешь, зачем я пришёл к тебе? — прекратив играться, он посмотрел на мужчину.       Ничего не услышав в ответ, он разочарованно покачал головой.       — Понятно, — он ударил концом косы. Удар пришёлся по земле, в сантиметре от черепа мужчины. Тот вздрогнул, почувствовав силу. — Любишь детей? Я вот нет. Но ещё больше я не люблю тех, кто ими торгует. Вспоминаешь, сколько глаз на тебя смотрело, когда ты их держал в клетках, слышишь их стоны и мольбы отпустить? Чувствуешь их дрожь от ночного холода? Ты знаешь, какой страх они испытывали?       Приподняв лицо человека за подбородок концом лезвия, он увидел глаза. Грязные глаза. В них читался испуг и ужас. Отвратительно. Надавив лезвием на шею, он начал душить мужчину. Были слышны хриплые вздохи. Он попытался отвести голову, но его схватили за волосы.       — Дёргаться будешь на том свете, — проведя медленно лезвием вдоль линии глаз, задевая глазные яблоки и переносицу. С раны потекла бордовая кровь, заливаясь в приоткрытый рот.       Крик подавила сильная рука, сжимающая шею. Когда дыхание почти пропало, он отпустил горло.       — Мне довелось прочитать книгу по анатомии человека, могу поделиться знаниями, хочешь? — он поглядел на человека, а особенно в его глаза. — Вижу, что хочешь, по глазам вижу.       Маг поднял за запястье одну руку мужчины. Образовав в руке вместо косы нож, он воткнул его кончик сбоку плеча, выше середины, точно попадая на надсуставной бугорок лопатки.       — Чувствуешь остриё ножа? Вот сюда крепится одна из головок двуглавой мышцы, — он воткнул нож чуть выше. — А сюда крепится вторая головка этой мышцы. А теперь я покажу тебе, до куда она тянется, — он провёл лезвием до сгиба локтя, разделяя ту самую мышцу. — Вот сюда она и идёт. Это передняя мышца, значит есть и задняя, я тоже хочу её тебе показать. Надеюсь, ты её увидишь, — он, усмехнувшись, схватил покрепче руку и вывернул её. — Вот так удобнее. Эта мышца уже называется «трёхглавая мышца плеча» и она уже начинается с трёх точек, — он воткнул остриё в две точки: заднюю поверхность плеча и плечевой кости и вновь в подсуставной бугорок. — И тянется она до сюда, — нож мягко скользил по руке, разрезая и ткань одежды, и плоть. Остановив нож у локтя, он отпустил искалеченную руку. — Думаю, стоит повторить это ещё раз, вдруг ты забудешь, что думаешь?       Человек изо всех сил помотал головой из стороны в сторону.       — Я знал, что ты со мной согласишься, это приятно, — повторив свои движения и со второй рукой, он привстал, смотря на результат. — Твои руки полностью повреждены. Теперь ты не сможешь ими воспользоваться.       Приметив валяющуюся рядом с дровами верёвку, он подобрал её. Обойдя еле живое тело, он обвязал ей ноги мужчины. Убедившись в надёжности, он потащил его по земле к ближайшему высокому и крепкому дереву. Запрыгнув на ветку, он спрыгнул с неё на другую сторону. Обвязав конец верёвки вокруг ствола, он тем самым приподнял истекающее кровью тело вверх ногами. Отойдя в сторону, маг толкнул висящего человека.       — Либо ты умрёшь от потери крови, либо от голода, либо тебя могут съесть дикие звери, почуявшие запах твоей крови, ни одна из этих смертей не будет быстрой, желаю удачного дня, — в ответ ему был лишь кашель.

***

      Застоявшийся запах дерева окутывал сразу же, стоило только открыть двери. Золотистые символы на некоторых корешках поблёскивали, придавая книге чуточку собственного волшебства. Библиотека всё так же пустовала. Оглядевшись по сторонам, Киллер перешагнул через порог, открывая для себя хранилище знаний. Подойдя к первым стеллажам с книгами, он осмотрел их, принимая факт того, что нигде нет ни указателей, ни других пометок, которые помогли бы в поисках нужных книг. Видимо из-за того, что библиотекой пользуется только Лорд, а он уже запомнил расположение всех разделов, надобности в указателях нет никакой.       Постучав свёрнутой бумагой, перевязанной бичёвкой, по одной из полок, он задумался. Ему нужно найти книгу про печати. Печать, которая наложена на данный свиток, ему не известна, поэтому стоило ознакомиться с ней перед тем, как разрушать, потому что неправильное действие может привести к самоуничтожению всей бумаги. Конечно, говорить о том, что там что-то определённо важное и полезное, нельзя, но простое любопытство так и тянуло прочитать всё, что там написано.       Обойдя несколько рядов, он присел на пол, желая немного передохнуть. Он не устал физически, а скорее морально, хотя это тоже было достаточно сомнительно. Просто захотелось остановиться и взять в руки книгу, полистать её, посмотреть. Не глядя, потянувшись за книгой, он нащупал переплётную крышку из кожи. Посмотрев название, он понял, что это история королевства с пятнадцатого по восемнадцатый век. Три столетия. Открыв её, он обнаружил на форзаце карту королевства, на которой было показано, как расширялись границы. Так на карте были разметки герцогств и других земель. Как оказалось, город, около которого жил Киллер в детстве, принадлежал ещё двести лет назад другому королевству. Он начал припоминать, что там, как лесных пожаров, боятся магию, поэтому он был даже немного доволен тем, что оказался именно на этих землях.       Он начал медленно перелистывать страницы, цепляясь взглядом за отдельные слова. Иногда попадались мелкие рисунки или родовые деревья. Заскучав, он решил продолжить свои поиски. Поднявшись, он хотел поставить книгу на её предположительное место, но звук шагов отвлёк его. Он поглядел в сторону главного коридора, который создавался шкафами. По этому коридору в небольшой спешке прошёл Лорд Найтмер. Для Киллера это не оказалось слишком неожиданным, даже наоборот. У него возникла мысль спросить у него про нужную книгу, но вот только для него это было проявлением слабости или зависимости от господина, а от такого скелета просто тошнило. Пусть он проторчит здесь пару часов, но справится сам.       Твёрдо решив, он поставил наконец книгу по истории и вышел из небольшого тупика, отправляясь дальше в путешествие по лабиринту библиотеки. Пару раз на глаза попадались названия, которые содержали слова о печатях, но они оказывались бесполезными или слишком старыми. Зайдя в очередной тупик, он вновь остановился. Переведя дух, он взял книгу, название которой было на языке довольно устаревшем, поэтому некоторые слова он не мог разобрать либо их значение изменилось. Вроде тут говорилось о снадобьях и других кулинарных шедеврах целителей.       — Здесь достаточно картинок, чтобы понять, как приготовить что-либо, — холодный голос послышался сбоку, но Киллер не пожелал разворачиваться к его обладателю.       — По крайней мере меньше, чем нужно было бы тебе, — легко ответил маг, переворачивая страницу.       — Всё ещё дерзишь? — Найтмер сделал пару шагов навстречу, хватаясь за плечо слуги и разворачивая того к себе лицом.       — Одно дело выполнять твои указы, а другое уважать. Последнего у меня нет, — ехидный смешок был подтверждением его слов. Рука на плече крепче сжалась, желая сломать ключицу и лопатку, закрывающую рёбра. — Насилием от меня его точно не дождёшься.       — Поганец, — зло прошипел лич, отпуская хрустнувшее плечо. Парень схватился за него, ощущая некоторые трещины. — Что ты тут вообще делаешь?       — Тебе это не обязательно знать, — отложив книгу на полку, он хотел уйти, но возникший перед ним барьер не пропустил.       — Я всё же желаю это знать, так как ты пришёл сюда без разрешения, — повернувшись к слуге, произнёс Найтмер, хмурясь.       — Вроде разрешения на посещение библиотеки раньше не требовалось. Хоррор мне не рассказывал об этом, — в задумчивости сказал Киллер.       — Он уже получил своё наказание. С недавнего времени появилось это новое правило. Если хочешь уйти отсюда побыстрее, то советую ответить на мои вопросы, — тёмный маг мотнул головой, обречённо вздыхая. И всё-таки этот Лорд больно приставуч.       — Я вот не тороплюсь, а ты вроде спешил, нет? — поинтересовался скелет, крепче стискивая в руке свиток.       — Тебе показалось, — ухмыльнулся лич. — Так что?       Киллер слегка улыбался ему, хотя внутри всё кипело и одновременно холодело. Эмоции, приглушённые отсутствием так таковой жизни в теле, всё равно снова ощутились. Эта злость была так знакома.       — Я искал книгу, — сквозь зубы произнёс слуга, а «слёзы» из его глаз потекли обильнее.       — Да? И какую же? — не унимался Найтмер, насмехаясь над подчинённым, ведь тот знал, что как бы всё не пошло, но победить Найтмера он пока что не сможет, поэтому приходилось засунуть свои «хочу» и «не хочу» куда подальше.       — О печатях, — некромант слегка удивился этому. «Зачем ему нужны печати?»       — Что ты задумал? — прищурившись, спросил Лорд, делая шаг к скелету.       — Пока выполнял твоё задание, прибил несколько светлых магов из Святого Лика. У одного нашёлся этот свиток. Печать на нём мне не знакома, хотел узнать о ней, прежде чем снимать, — выставив руку со свёрнутой бумагой, Киллер улыбнулся шире.       — Я думал, ты тупее, — говорит только чтобы задеть, нежели серьёзно так считал. Киллер прекрасно видит это. Он хорошо разбирается в чувствах и эмоциях, поэтому слышит всё предельно чисто и видит также. Ложь не для него.       — Твоё мнение так сильно важно для меня. Видимо я и вправду идиот, — отвернувшись, он прикрыл глазницы рукой.       Закатив глаз, Найтмер прекрасно понимал, что над ним издеваются и до сих пор только делают вид на намёки уважения и понимания. Но сейчас злоба была бы лишней, так как его тоже заинтересовал свиток в руках слуги.       — Дай мне его, — он указал на свёрток в руках скелета. — Я знаю множество печатей, так будет быстрее.       — Я дам тебе, если ты скажешь, что там написано, или просто отдашь обратно, — чётко произнёс Киллер, возвращаясь к Лорду.       — Ты ещё и условия мне ставишь? — повысив голос, Найтмер уже потянулся векторами к зазнавшемуся слуге, но тот, сделав шаг, демонстративно поднял руку со свитком, вокруг которого собралась мгла.       — Догадываешься? — чуть наклонив голову в сторону, усмехнулся Киллер.       — Как только, — он посмотрел на Лорда с интересом. — Как только я использую тебя, знай, жизнь я тебе не оставлю сахарной. Смейся и играйся, пока можешь, но, — он подошёл почти вплотную к нему, смотря сверху вниз. — Потом, — Найтмер приподнял его череп за подбородок, встречаясь с пустыми глазницами взглядом. — Ни один Бог твою душу обратно не получит.       — Ты обещаешь мне веселье?       — Не сомневайся.       Тёмный маг молча отпустил свиток, и тот упал чётко на голову некроманта, а после и на пол. Зрачок Лорда немного дрогнул, а в следующее мгновение он со всей силы ударил голову слуги о зелёный барьер. Скелет не удержался, сползая по барьеру. Боли не было, но вот встряска всё-таки была, поэтому в глазах потемнело, а сзади он нащупал ещё несколько трещин, которые медленно начали зарастать. Пока он приходил в чувства, Найтмер подобрал свиток, разрушая печать. Развернув небольшое послание, он прошёлся взглядом по тексту. К концу чтения он удовлетворённо улыбался. Кинув свиток на скелета, всё ещё сидящего на полу, он обошёл его, покидая библиотеку.       — На сегодня всё, можешь радоваться своей удаче, Киллер, — это был второй раз, когда он назвал его по имени, и было в этом что-то определённо страшное.

***

      Ножи один за другим попадали точно в тоненький ствол хилого деревца, которое уже лишилось своей листвы. Чёрные ветви тянулись вверх, переплетаясь. Киллер равнодушно продолжал создавать холодное оружие, метко кидая его. Разные мысли не давали покоя. Но в основном всё крутилось вокруг Лорда Найтмера. И даже в голове было тошно так его называть. Мой Лорд, мой Господин, мой Светлейший. Скелета всего передёрнуло. Нет, зависимость от кого-то, даже такая, это верная слабость. Настоящий убийца не должен иметь ни одного слабого места.       Хоть Найтмер и просчитался на счёт его души, но быть в его власти — всё равно значит иметь определённые проблемы. Сжав челюсть, он приложил больше силы в бросок. Деревце, практически полностью усеянное ножами, в паре десятков метров качнулось, падая. Его ствол не выдержал, поэтому оно и упало. Несколько птиц вспорхнули с веток елей, улетая прочь. Опустошение.       Встав, он пошёл дальше, прогуливаясь в сумерках леса. Тени были длинными, словно тянулись друг к другу, чтобы слиться в общую массу. Сами деревья поблекли, хотя и до этого не слишком сильно выглядели сочными. Туман потяжелел, опускаясь вниз, из-за чего пропали все тропинки, и мелкая живность часто попадалась под ноги. Пару раз слышал шуршащий звук из-за деревьев, тяжёлый топот отдавался ясным эхом, а редкие голоса животных быстро замолкали.       Киллер знал, что в этом лесу обитает достаточно много магических существ, которые, между прочим, не против разорвать на куски и сожрать парня больше из мести и ненависти, нежели от голода. За что же они могут мстить ему? По дороге до того деревца он разворошил гнездо ядовитых пауков, которые ещё в самом начале его мёртвой жизни напали на него, покалечил детёнышей рокодов. Большие мохнатые звери лазили по стволу сосны, играя наперегонки. Их белая шерсть достаточно сильно сливалась с туманом, из-за чего они всегда удачно охотились в этих местах. Но сегодня туман опустился вниз, поэтому их было хорошо видно среди чёрных стволов. У этих детёнышей ещё не появилось достаточно мышечной массы, которая и сделала этих животных грозными хищниками, поэтому Киллер спокойно использовал этих существ как живую мишень. Долго оставаться там он не стал, решив, что с них достаточно.       Присев под деревом, он слегка улыбнулся.       — Решил прогуляться, — ковыряв землю ножом, негромко сказал он.       — И вправду хорошо чувствуешь магию, — усмехнулись с другой стороны того ствола. — Тогда ты тоже смог чувствовать моё передвижение, хотя я стал практически полностью пылью.       — Ты мне слишком льстишь, — с той стороны послышалось шуршание травы, а после глухой удар.       — Что с тобой? Где ты растерял всё своё ехидство? — парень натянул на голову капюшон мантии, стискивая бутылочку с жидкостью. — Неужели получил своё наказание?       — Ну конечно нет, я же не такой бесполезный, как ты. Видно, что получал ты по шее не раз, — может скелет и слегка растерялся, но показывать этого не хотел.       — Он всегда найдёт к чему прикопаться, — горькая усмешка сопроводила эти слова. — В начале я тоже дерзил ему, своевольничал, но после меня, так сказать, успокоили. Хотя с твоим приходом зажёгся во мне тот азартный огонь жизни. Из-за тебя, мертвеца без души и сердца! — от этого стало даже смешно, но кое-что вновь заставило скелета присмотреться к вспыльчивому парню, который вечно что-то бубнит себе под нос.       — Без души? — удивился скелет. — С чего ты взял?       — Я тебя насквозь вижу, — с той стороны послышался удар об ствол. Парень лишь хмыкнул на это. — Мы похожи, я это чувствую, но в тоже время различаемся. Твоя регенерация… Ты получил её благодаря той девчонке?       — Твоя решимость очистить меня от секретов поражает. Читаешь как раскрытую книгу. Да, от неё. Как ты с ней связан? — скелет вырезал узоры на коре дерева, которые часто присутствовали на платье у его матери.       — Могу лишь сказать, что в самом начале своего рождения я был обычным человеком, делиться с тобой своим прошлым мне уж совсем не хочется, — он пожал плечами, прикрывая глаза.       — И вправду, — усмехнулся второй. — Похожи.