You bit me!

- Красивые часики, согласись, - Потрошитель стоял над плечом Ганнибала и ухмылялся результатам болезни своего сожителя. – Ты решил ему помочь? - Уилл - мой друг. Я, как никто другой, переживаю за его здоровье. - Ты же знаешь, что если он вылечится, мне придется уйти? Доктор Лектер окаменел. Хочет ли он этого? Если Потрошитель исчезнет, кто сможет его понять? - Твоё присутствие причиняет вред Уильяму, - твердо вынес вердикт психотерапевт. - А по-моему, я спасаю его от той бездны, в которую он счастливо скачет под твою дудку, - пожимая плечами, высказывается Грэм. – Наша дочь пошла в тебя, не так ли? Достаточно сильная. Порочная. Такая же лживая. Последние слова профайлер произносит сквозь зубы, хватая Ганнибала за волосы и запрокидывая ему голову. Теперь ни одна мысль, проносящаяся в голове доктора, не могла укрыться от проникновенного взгляда Потрошителя. - Ты постоянно развлекаешься с чужими жизнями, Ганнибал. Твоё любопытство тебя погубит. Когда ты уже наиграешься? – слегка повернув голову, спрашивает Уилл. - Никогда, - твердо отчеканивает Лектер и вырывается из цепкой хватки. Теперь он стоит коленями на кресле, его лицо находится на уровне шеи профайлера. Он поднимает свои глаза, вступая в зрительный контакт с Потрошителем. Медленно, наслаждаясь каждой секундой настоящего, Ганнибал начинает расстегивать мелкие пуговицы на одежде Грэма. Они поддаются легко, словно пытаясь ускорить процесс. Тщательно избегая прямого контакта с кожей, доктор вытягивает полы рубашки и стягивает её с плеч. Она безвольно повисает на запястьях, откуда сдергивается одним резким движением, грубо задевая кисти и оставляя на них красные полосы от пуговиц. Лектер поднимает одну из пострадавших рук и покрывает царапину поцелуями. То же он проделывает и со второй. Закончив «лечение», Ганнибал наклоняется к груди Уилла, вдыхая аромат безумия, исходящий будто из самого сердца. Нервно облизав губы, психотерапевт смыкает свои губы на правом соске Грэма. Тот мгновенно поддается ласке и твердеет. Особо не стараясь быть нежным, доктор прикусывает упругую кожу. Потрошитель не издает ни звука. Но хриплое дыхание прекрасно их замещает. Проложив дорожку из укусов вверх, Лектер ненадолго отстраняется, чтобы встать на пол. Зубы возвращаются на место последнего укуса, оставляя чуть заметный след. Уилл делает попытку поцеловать Ганнибала, но она терпит крушение: доктор поворачивает голову профайлера влево, открывая себе полный доступ к шее. - Сегодня мы играем по моим правилам, - шепчет в ухо Грэму его друг. Больно укусив мочку уха, он проходит языком по раковине. На этот раз стон всё-таки вырывается из Уилла, громовым раскатом разрывая тишину в комнате, ещё сильнее наэлектризовывая атмосферу. Бедра профайлера подаются вперед, больше не подчиняясь разуму хозяина. Тело требует. Усадив агента на спинку кресла, Ганнибал резко опускается перед ним на колени. - О, какой поворот, - ехидно прошептал Потрошитель, глядя сверху вниз на жертву своих желаний. Продолжить свои нападки Грэм не смог, потому что его рот открылся в немом «о», глаза закатились, и всё тело конвульсивно передернулось, когда доктор Лектер сдавил через ткань брюк его член. Насладившись молчанием, психотерапевт принялся за высвобождение плоти, натягивающей ткань, почти видимо пульсирующей и требующей внимания. Брюки, звякнув пряжкой ремня об пол, бесформенной кучей свалились вокруг ног Уилла, трусы немедленно составили им компанию. Лукаво смотря в глаза Потрошителю, Ганнибал кончиком языка слизал каплю выступившей маслянистой жидкости. Затаив дыхание и вцепившись в спинку кресла, Грэм наблюдал за тем, как его член постепенно исчезает во влажном рту Лектера. Даже отсасывал он грациозно. Ощущения были непередаваемые. Головка плотно терлась о ребристое нёбо, изредка проскакивая вглубь. Хотелось задать темп, вбиваться в эти дерзкие губы, не давая сделать ни единого глотка воздуха. Однако что-то останавливало Уилла. Любопытство. И не зря. Убавив скорость, Ганнибал пустил в ход самый подлый прием: он спокойно, не желая повредить, сжал челюсть. Его зубы лишь чуть коснулись кожи, но удовольствие подскочило настолько резко и неожиданно, что все мысли до последней покинули голову профайлера, оставив на своем месте голую похоть. Положив руку на затылок Ганнибала, Уилл сделал предупреждающий рывок вперед. Разрешение было получено: челюсть Лектера расслабилась, давая полную свободу действий. Воспользовавшись паузой, психотерапевт наспех расстегнул собственные брюки и обхватил рукой давно твердый член. - Посмотри на меня, - проскулил Грэм перед тем, как начать. – Я хочу видеть, как овладеваю тобой. Очередной толчок был намеренно слишком резким и глубоким. Но доктор успешно поборол рефлексы и, поддразнивая, покружил языком вокруг налившейся кровью головки. Движения возобновились. Установив свой собственный ритм, Потрошитель уверенно и властно трахал своего психотерапевта в рот. Рука Ганнибала двигалась в такт толчкам, создавая ощущение единства. - Да, - простонал Грэм. – Наш мальчик так часто представлял себе это. Так… стыдился своих желаний. Знаешь… а я покажу ему, ведь он всё равно спишет это на сон. Глаза Потрошителя закрылись на мгновение, и когда он снова посмотрел вниз, это был уже прежний Уилл. Во взгляде помимо похоти проскочило… счастье, которое можно увидеть только в глазах человека, испытывающего момент наивысшей близости с любимым. - О, Боже! – выкрикнул профайлер и излился в рот любовника. Ганнибал последовал за ним, ведь это был Уилл, его любимый Уилл. Сглотнув всю сладковато-горькую сперму, Лектер тяжело поднялся на ноги и запечатал на губах уплывающего в небытие друга целомудренный поцелуй. - Я люблю тебя, Уильям, - было последним, что услышал Грэм, перед тем, как подскочить в своей кровати с постыдно намокшей простыней. *** - Он тебя видел, - укоризненно выплюнул Ганнибал в лицо Потрошителя. – Сегодня. В отражении. - Ты заметил, как его тело реагирует на твое приближение? – пропустил выпад мимо ушей Уилл. – Оно-то всё помнит. Вот, сам проверь. Кстати, твоё тоже. Ты так мило прикрывался, пока говорил с нашим мальчиком. Даже слушать пытался. Знал бы ты, как его возбуждает, когда ты облизываешь свои сладкие губы. Лектер подался вперед, ухватившись рукой за лестницу около головы друга. Другой рукой он провел по волосам Уилла, взлохмачивая их, распространяя медный запах крови, которым пропитался профайлер. Глубоко вдохнув этот опиат, Лектер прижал Грэма к лестнице. Ступеньки больно впились в спину Потрошителя, лишний раз его раззадорив. - Нет-нет, - отрицательно качнул головой Уилл и оттолкнул доктора. Тот в замешательстве отступил, освободив пространство для задуманного профайлером маневра. Он юрко развернулся и вскарабкался по лестнице к книжным шкафам. Подхватив настрой Грэма, Ганнибал хищно кинулся вслед. Они оказались напротив друг друга. Их разделяет всего пара сантиметров, однако они так и стоят, тяжело дыша. Ведь тот, кто атакует первым, проиграет. Уилл томно смотрит на свою будущую жертву. Преимущество на его стороне, ведь он знает, как поступят и Потрошитель, и Уилл Грэм. Поэтому он сладко прикусывает свою губу и стягивает с себя жилет, небрежно сбросив его вниз. Игра началась. Так, кусок ткани за куском, два зверя обнажали свою сущность, дабы предстать в своём естественном обличье. Потрошитель упустил одну деталь. Мужское естество обоих мужчин, более не стесняемое тканью, выпрямилось, соприкоснувшись. И вот разряд проскочил по разгоряченным телам. Уилл, издав страдальческий стон, обхватил рукой оба ствола и начал доставлять себе и Ганнибалу весьма необычное удовольствие. Нежная кожа члена соприкасалась со столь же бархатной с одной стороны и стимулировалась грубой мозолистой с другой. Такой сильный контраст. Столь мощное притяжение. Их губы встретились во влажном, несдержанном поцелуе. Стоны сменялись вздохами, а иногда, когда кто-нибудь пускал в ход зубы, и вскриками. Развернув Уилла спиной к себе, Лектер прижался к нему и сделал пару провокационных движений, проведя членом между ягодицами профайлера. Одной рукой плавно двигая по члену Грэма, он начал разрабатывать тугой вход, смочив свои пальцы слюной. Когда первый палец проник внутрь, Потрошитель зашипел. - Быстрее, - нетерпеливо подгонял он, игнорируя болезненные ощущения. Как можно аккуратнее доктор ввел ещё два пальца. Уилл на секунду отпрянул, но затем самостоятельно насадился, вызвав ошарашенный вздох у любовника. - Давай, я стерплю, - приказал профайлер и отпихнул обе ласкающие его руки. Сам он оперся о шкаф, стоящий перед ним, и нагнулся, предоставляя свой зад в полное распоряжение психотерапевта. Изрядно смочив слюной свой член, Ганнибал приставил его к узкой дырочке и осторожно двинул тазом вперед. Кольцо мышц поддалось на удивление легко, поэтому никаких повреждений не случилось, с облегчением отметил доктор. Иначе, проступи у Уилла хоть капля его сладкой крови… Со стороны стеллажа послышался треск. Грэм так сильно сдавил полку, что та проломилась, обрушив к ногам любовников град медицинских справочников. Один из них открылся на иллюстрации «Классификация ран на теле», которую не раз перерисовывал Лектер. Один раз даже воплотил жизнь, если можно так сказать о трупе. - А неплохо у Гидеона она вышла, даже Уилл получил удовольствие, подражая ему, - просипел Грэм, пытаясь восстановить дыхание. – Продолжай. И он продолжил. Тихо. Чуть более рвано, чем требовалось. Ганнибал сдерживал себя как мог. Глубже. Быстрее. Дыхание сорвалось, руки легли на бедра, усиливая контакт. - В… впусти его, - прошептал Лектер. – Я хочу его. - Так и быть, пусть прочувствует тебя. Доктор вышел, чтобы дать Потрошителю время на переход. Лицо профайлера просветлело, словно кто-то включил лампочку в его голове. - Ганнибал, - нежно прошептал Уилл, осматривая своего друга и нетерпеливо пошатываясь. - Да, Уильям. Грэм прижался к другу и прошептал ему на ухо самые желанные в тот момент слова: - Сделай это грубо, - тихо произнес профайлер и встал лицом к перилам, прочно за них ухватившись. И всё. Одна лишь эта фраза, и пламя превратилось в бедствие. Блаженно застонав, Ганнибал резко вторгнулся во влажную горячую бездну. Крик. Ещё один. Громкие звуки раздражают. Доктор зажимает рукой рот друга. Они почти свисают со второго этажа. Ещё чуть-чуть, и оба взорвутся. Уилл как-то изворачивается, и их губы вступают в собственный поединок. С очередным глубоким рывком, Грэм прикусывает язык Лектера до крови. Она смешивается со слюной, покрывает губы, размазывается. Это поцелуй двух хищников, опьяненных друг другом, соревнующихся за главенство. Стоны теперь словно волны, пересекаются, накладываются, возрастают. - Держись, - рявкает Ганнибал и нагибает Уилла. Он полностью выходит в любовника и жестко, остервенело, вбивается обратно. Так раз за разом. Всё быстрее и быстрее. Грэм кончает первым, громко выкрикивая имя доктора. Кольцо мышц вокруг члена плотно и ритмично сжимается. В последний раз выйдя из профайлера, Ганнибал до предела входит. Обессиленно рухнув на спину любимого, он впивается зубами в его плечо. Лектер пытался восстановить дыхание и не заметил, когда начался этот отвратительный презрительный смех. - Так ты хотел, чтобы всё с ним произошло? «Сделай это грубо», - передразнил сам себя Грэм и скинул с себя совершенно потерянного психотерапевта. – Как я мог позволить ему получить тебя? - Ублюдок. - Ну-ну, дорогуша. Мне ещё объяснять нашему мальчику, почему у него прокушено плечо и так нестерпимо зудит зад, - примирительно ответил Потрошитель. - Я уничтожу тебя, - угрожающе зарычал Ганнибал. – С этого момента я сделаю всё, чтобы больше тебя не увидеть. Пойду на самые крайние меры. Но Уилла ты больше не получишь. - Интересно будет посмотреть на то, как твой план провалится, - сказал Грэм, потрепал доктора по голов и спустился вниз собирать свою одежду. – Собирайся, тебе ещё везти нашего мальчика к невропатологу.