Насмешка судьбы

— Замечательно, — буркнул Эредин, стараясь скрыть досаду и злость оттого, что в глубине души признавал правоту Клаэля. Однако признаваться в этом ему не хотелось даже самому себе. — А если я таки возьму — и никуда не пойду. А что, — он улыбнулся. — Осяду в Сепермеру, возглавлю клан Охотников за реликвиями, сделаю своей постоянной любовницей Энию — и заживу в свое удовольствие. — У тебя не получится, — покачал головой Клаэль. — И ты сам прекрасно это знаешь. Поэтому до сих пор находишься здесь, в Архивах Мертвого города и слушаешь наши с Архиварием истории о прошлом чужого тебе мира. Ведь тебе очень нужно попасть домой, а чтобы это сделать, тебе придется помочь нам навести в наших землях порядок. — Хорошо, но почему бы и тебе не поспособствовать мне хотя бы в чем-то. Например, приказать своему неупокоенному воинству не мешать мне передвигаться по городу. — К сожалению, не получится, — развел руками Клаэль. — Это еще почему? — нахмурился Эредин. — Они ведь слушаются тебя и исполняют твои приказы, потому что ты — их хозяин и командир. — Был когда-то. Сейчас — уже нет. — Клаэль покачал головой. — Неупокоенные воины ныне помнят лишь то, что знали при жизни. Ничего нового, в том числе и мои распоряжения, в их буквально пустые головы теперь не вобьешь. — Понятно, — Эредин в очередной раз тяжело и скорбно вздохнул. — И даже ожидаемо. Очередная попытка попробовать хоть немного облегчить себе задачу в очередной раз провалилась. — Зато я могу порадовать тебя в другом, — оптимистично заметил Клаэль. — Во-первых, я вспомнил, где ты можешь найти Дымку Печали. — О! Это не может не радовать, — приободрился Эредин, но затем недоверчиво воззрился на Клаэля. — Только есть у меня подозрение, что местечко это — какая-нибудь очередная задница вашего мира. — Ну-у… Это мёртвое озеро или, как мы стали называть его после того столь неудачно сложившегося для нас сражения, Котлован Осколков. — А что там делает раритетный щит? — удивленно спросил Эредин. — Для такой вещи это как бы не лучшее место. — Он был потерян там во время битвы, да так лежать и остался. Мы спешно отступали, поэтому не было времени подбирать снаряжение — даже такое ценное. А потом оно уже и вовсе было никому не нужно, — Клаэль вздохнул, — По причине отсутствия тех, кто мог бы держать в руках щиты и мечи. — Понятно, — кивнул Эредин. — Однако я слышал, что к этому озеру нельзя подходить близко без защитной маски — воздух там отравлен парами серы. — Это так. Но может быть твои новые друзья помогут решить эту проблему. Они-то уж наверняка придумали, как подобраться к озеру без потерь. — Почему ты так уверен? — Люди на изумление изобретательны, когда им нужно забраться туда, куда лезть не следует. А серно-соленое озеро должно быть для них очень привлекательно. Подумай сам, у них где-то поблизости имеется большое поселение, людям необходимо что-то есть, во что-то одеваться, где-то жить, чем-то отбиваться от врагов, а значит, соль и сера для них — предметы чуть ли не первой необходимости. — Сера? — удивился Эредин. — Ну, соль-то понятно, а зачем им нужна сера? — Подозреваю, что они нашли рецепт наших алхимиков — стальной огонь. В его состав как раз и входит сера. А нужен он, как ты наверное уже понял, для производства стали. — Вон чего! И как сталь, выплавленная таким способом, прочная получается? — заинтересовался Эредин. — Сам оценишь. Думаю, вскоре тебе представится для этого масса возможностей. На месте битвы осталось немало раритетного оружия. — Ох, что-то опасаюсь я, за столетия лежания в воде, от этого оружия мало что осталось. А если и осталось, оно все равно уже никуда не годится. В том числе и так нужный мне щит. — Дымка Печали — предмет магический, на него наложены защитные заклятия, поэтому ему нипочем ни соленая вода, ни столетия забвения. Я бы на твоем месте волновался о другом. В районе озера полно камнерогов. Эти странные каменные звери появились там после той злополучной битвы, видимо, какой-то побочный эффект от применения магии, превратившей в камни мое воинство и изуродовавшей озеро и близлежащие скалы. — Да, камнероги — это проблема, — согласился Эредин. — Я уже имел счастье встретиться с ними. На пустошах по другую сторону реки их целые стада. Получается, они откочевали туда с озера? И откуда только взялись в таком количестве? Расплодились, что ли? — Получается, так, — развел руками Клаэль. — Хм, интересно, — задумался Эредин. — Магически полученные твари, которые могут воспроизводиться естественным путем. Надо одного такого забрать и показать Карантиру. — Так вот, — Клаэль прервал завернувшие не в ту степь размышления Эредина, — если бы не эти создания, я бы мог переместить тебя практически на нужное место хоть сейчас. — Это как? — сразу заинтересовавшись, вскинулся Эредин. — Зал, в котором ты нашел Архивария, называется Залом Картографии, а макет наших земель — на самом деле сеть телепортов. С помощью вот этого, — Клаэль снял с запястья узкий золотой браслет с красным камнем и показал его Эредину, — можно перемещаться между пунктами, которые являются портами-обелисками. Один такой ты видел на площади. — Столб со светящимися символами и кружащейся вокруг него красной гнусью! То есть, скверной, — сообразил Эредин. — Еще один похожий находится у Провала — это, я так понимаю, дыра в земле, где раньше была ваша арена, а теперь там шляется костяной дракон. — Верно, — кивнул Клаэль. — Всего порталов-обелисков десять. Те, кто носят рабские браслеты, могут перемещаться между ними, предварительно связав свой браслет с каждым из обелисков. — Могли бы, если б не скверна, которая окружает обелиски и которую люди не выносят, — уточнил Эредин. — Да, но я сейчас не об этом. Владельцу рубинового браслета предварительная связь не требуется, к тому же он может пользоваться центральным телепортом в Зале Картографии. Держи, — Клаэль протянул браслет Эредину. — Мне он больше не нужен, а тебе пригодится. — Щедрый подарок, — Эредин прищурился. — Даже, я бы сказал, слишком щедрый. — Я знаю, о чем ты подумал. Но не тревожься, подвоха в моих действиях нет. Конечно, ты можешь не верить, но на самом деле мне просто хочется, чтобы все это безобразие, царящее в моих землях, прекратилось — и чем скорее, тем лучше. Да и месть наглому вору не стоит сбрасывать со счетов. А еще, знаешь ли, когда ждал так долго, что потерял счет годам, то теперь, когда дело сдвинулось с мертвой точки, а на горизонте замаячила надежда, томительной становится каждая лишняя минута. — Ну что ж, благодарю, — Эредин все так же держа браслет в руках, продолжал его внимательно разглядывать. — Время мне и самому дорого. Ну, а уж коли ты одарил меня такой полезной вещью, может покажешь, как она хотя бы в теории работает? Или хотя бы побольше и поподробнее расскажешь мне об этих обелисках? Для начала объясни, где они вообще в ваших землях находятся? — Идем в Зал Картографии, я покажу тебе на макете, — предложил Клаэль и пошагал к дверям. — Я так думаю, рубиновых браслетов было три, — заметил Эредин, следуя за Клаэлем. — Ты поразительно догадлив, — усмехнулся Клаэль. — Предваряя твой следующий вопрос, где же остальные два, скажу, что второй, как ты и сам наверное уже сообразил, Король-Жрец унес с собой, а третий, который при жизни принадлежал Архиварию, остался где-то в Круге Мечей, если конечно люди Телиф его не прикарманили. В этом случае его стоит поискать в Шель-Ха. Правда, я не совсем понимаю, зачем он тебе нужен. Разве не достаточного одного телепортационного камня? — Пожалуй, пока достаточно, — немного подумав, кивнул Эредин. — Да и вообще, это я так, на всякий случай поинтересовался. Просто по привычке: люблю иметь перед собой полную картину и терпеть не могу, когда недостает каких-то деталей. Потому как ты их не учтешь, а они-то в самый ответственный момент тебе все планы-то и порушат. — Тоже верно, — согласился с доводами эльфа Клаэль. — Однако мы уже пришли. И очень удачно, что Архиварий увел твоих товарищей разбирать завалы в другом месте. Думаю, им пока не нужно знать про браслет и его возможности. — Правильно, — решил Эредин. — Я сам скажу им. Когда сочту нужным. И лишь тем, кому, по моему мнению, можно доверять. А из этой разношерстной компании доверия заслуживают явно не все. — Итак, смотри, — Клаэль обошел макет и стал рядом с черно-рыжей горой со срезанной вершиной, по всей вероятности, изображающей вулкан. — Вот это, — он указал на четырехгранную усеченную призму, расположенную на опалубке макета, — обелиск, который переместит тебя прямо внутрь вулкана. Там, конечно, немного жарковато, но не настолько, чтобы заживо свариться. Этот телепорт сэкономит тебе кучу времени, ведь чтобы добраться до вулкана, двигаясь механически, шаг за шагом, тебе придется пересечь северные равнины и ледяные пустоши — и лишь тогда ты доберешься до одного из трех проходов, пройдя по которым можно проникнуть внутрь. К тому же царь-змеелюд за столетия тяжких дум и размышлений основательно подзапустил свое жилище, так что ровной широкой дороги к Колодцу Скелоса там не будет — некогда прочные мосты через лавовые потоки ныне держатся на честном слове земеелюда, а даже ты уже наверное понял, что нет ничего более неверного, чем эта непрочная субстанция. Впрочем, хватит о нравах змеелюдов, идем дальше, — Клаэль перешел к следующей призме. — Этот портал ведет в Топь Вечных Снов — хорошее название для входа в царство лживой ведьмы Телиф. Не думаю, что в этом месте ты можешь найти что-то интересное — вечно мокрые ноги — воды же всюду по колено, болотные испарения, жара и духота, каждые пять минут тропические ливни, вмиг окатывающие тебя противной водой с головы до пят, надоедливая кусачая мошкара, а так же ядовитые пауки и гигантская саранча. — С этими словами Клаэль сделал несколько шагов, остановившись у следующего портала. — Глаз Дагона — нацелившись на этот обелиск ты попадешь в самое сердце Шель-Ха, с этого холма рукой подать до дворца вероломной Телиф. Рекомендую воспользоваться этим порталом, когда пойдешь за ее маской, потому что западную сторону своего дворца она засадила черным лотосом, поэтому напрямую к ее резиденции этим путем не пройти, а огибать ее садоводческо-парковый комплекс придется по оч-чень широкой дуге. — Спасибо, учту, — коротко кивнул Эредин. — Следующий обелиск — уже знакомый тебе Провал. И о нем я больше распространяться не буду. Дальше у нас располагается так называемая Клоака… — Портал в канализации? — удивленно перебил Клаэля Эредин. — На хрена? То есть это, если так приспичило, что прямо не добежать… — Он расположен не в самой Клоаке, а над ней, — терпеливо пояснил Клаэль. — Этот портал служил воротами к южному побережью. Место стратегически очень удобное. — Погоди-ка, — прищурился Эредин. — Это как раз там недавно стали лагерем сучьи дарфари, закрыв прямой путь к Сепермеру. Интересно. Как ты думаешь, они знают об этом портале, что находится буквально у них над головами? — Вряд ли, — покачал головой Клаэль. — Насколько я понял из отрывочных разговоров, эти дикари не из тех, кто часто поднимает взгляд к небу. — Хорошо коли так, — Эредин криво усмехнулся. — Возможно, этот портал еще сослужит нам добрую службу. — Возможно, когда-нибудь, — не стал спорить Клаэль. — А пока перейдем к следующему. Его ты тоже уже имел удовольствие лицезреть. Это обелиск на площади перед Архивами. Далее, — Клаэль переместился к следующему порталу, — обелиск у входа в мою крепость. Рекомендую воспользоваться им, когда соберешься к мертвому озеру — от портала оно в десяти минутах ходьбы. Правда, вход в крепость стерегут неупокоенные воины под командованием моего пятого сына, но беспокоиться не о чем, если двигаться не к крепости, а от нее, они не обратят на тебя внимания и не двинутся с места. Следующая точка расположена на холмах за горными перевалами, в краю озер, лесов и скал. Раньше места эти были дики и безлюдны. Король-Жрец выбрал это место для портала, так как оттуда было рукой подать до Круга Мечей. Что делается там теперь, я не знаю. Возможно, мой сын Фрам мог бы рассказать тебе больше — ведь он со своим отрядом ушел за перевалы с Королем-Жрецом после нашего поражения в битве у озера и пробуждения песчаной бури. Но Фрам давно умер, и после смерти превратился в призрака — могильного ходока, так что теперь по понятным причинам он больше ничего не говорит. Ну, во всяком случае, ничего дельного или полезного. Предпоследний девятый обелиск находится в Ксаллане, сразу за мостом — теперь мы называем его Мост Предателя, как вечное напоминание о том, что натворил Тирос. Обелиск стоит у дороги, ведущей к Черной Башне. Так что, когда соберешься в гости к Тиросу Душегубу, можешь воспользоваться этим порталом — и он приведет тебя прямехонько к дверям его гостеприимной обители. Однако стоит предупредить, что подходы к Башне охраняет Безмолвный Легион — очередное неупокоенное воинство, командиром которого является сам Тирос. И хотя он лично никогда не покидает башню, его воины бдительно и неусыпно охраняют территорию Ксаллана от вторжения чужаков. Безмолвный легион некогда считался элитой нашей людской армии, так что будь осторожен — они при жизни были умелыми воинами, ими остались и после смерти, эти ребята владеют мечами не в пример лучше, чем покойники местного городского гарнизона. Ну и наконец последний портал ведет в Ледяной Храм. Скажу прямо, в этих местах нет ничего для тебя интересного, так что нечего и тратить время на рассказ о нем. — Не-не, погоди, что значит «нечего», — нахмурился Эредин. — От тебя же не убудет сказать, что это за Храм такой? Кому в нем поклоняются или вообще, зачем он нужен? Или ты сам не знаешь, что вряд ли. Или это какая-то тайна за семью печатями? — Ну хорошо. На самом деле это не храм, а просто большой дом, в котором живут большие… великаны. — Йотуны? — Да, йотуны. Это злобные и дикие существа, с которыми контакта не наладишь, как ни старайся. Едва завидев чужака, они сразу хватаются за дубины. А они у них, поверь, очень увесистые, потому как товарищи эти ростом примерно с меня, только телесами раза в два пошире. — Интересно, откуда здесь появились йотуны? Их что, тоже притащил сюда Тот Амон? — Конечно, нет. Такие трюки Тот Амону не под силу. Йотуны живут там с давних пор. — Еще до того, как сюда пришли люди Телиф? — Да. Наверное… Я не знаю, — раздраженно мотнул головой Клаэль. — Нас это никогда не интересовало. Их стоянки были слишком далеко от наших земель, а в тех местах не имелось ничего, что могло бы нам понадобиться. Неприступные скалы, снег, лед и дикий холод — вот все, чем богаты эти земли. К тому же… — неожиданно Клаэль будто осекся и замолчал. — К тому же — что? — тут же насторожился Эредин. — Стоянки йотунов — опасное место. Потому что за ними нет ничего, — с неохотой признался Клаэль. — То есть как? — не понял Эредин. — Буквально. Бездна, полная ледяного мрака. Называй это как хочешь, грань мира, край света. Может быть, у этой пропасти и есть дно, может быть там и обитают какие-то существа — сказать по чести, мы никогда не горели желанием это узнать, как не интересовались и тем, что находится за этой гранью. Не советую этого делать и тебе. В Ледяном Храме нет того, что тебе нужно, поэтому не тревожь йотунов, не нарушай покой вечных снегов и не буди то, что возможно еще с начала здешних времен крепко спит в ледяной бездне. — Да ладно, я и не собирался, — пожал плечами Эредин. — Раз там нет ничего интересного, то мне там и делать нечего, Не сдались мне те йотуны, и мороз я не особо люблю. Так что успокойся, не буду я ничего тревожить и никого будить. Ты мне лучше покажи, как мне камень настроить, чтобы он меня вместо, допустим, Провала не занес в тот же клятый Ледяной Храм? — Это совсем не сложно, — напряжение отпустило Клаэля и тон его стал обычным. — Видишь символы, выгравированные на золотой оправе камня? Их ровно десять, и каждому соответствует определенный обелиск. Чтобы попасть в нужное место, нужно лишь повернуть камень… Стой! Нет! Не здесь! Ты стоишь очень близко! — воскликнул Клаэль, видя, что Эредин, держа в руках браслет, начинает крутить рубин внутри оправы. Он опоздал: навершие призмы, рядом с которой стоял Эредин, ослепительно вспыхнуло алым, и в этот же момент из точки портала на макете взметнулся вверх сноп такого же ярко-алого света. Эльф, сообразивший, что нечаянно запустил процесс телепортации, инстинктивно отпрянул назад, но этого оказалось недостаточно — вокруг призмы уже вихрились мелкие сияющие точки, стремительно разрастаясь пространственными прорехами и увеличивая радиус охвата. Эредин, оказавшийся вовлеченный в этот буйный танец-круговорот, еще сопротивлялся, пытаясь вырваться, выйти из круга. Возможно, еще немного — и его старания увенчались бы успехом, но в этот момент алое пламя над призмой расступилось, образуя быстро расширяющуюся щель, в которую тут же устремился сияющий смерчик, в появившемся окне портала на краткий миг задрожала контурами картина белой безжизненной равнины — и в следующую секунду Эредин исчез. Клаэль же все еще продолжал растерянно смотреть на замершую черную призму, осознавая, что он остался в Зале Картографии один.