Часть 15
19 ноября 2022 г., 22:17
«Только не вздумай прямо на пороге падать на колени и тянуться к моей ширинке».
«А ты — подхватывать на руки и усаживать на свой член прямо у двери», — отбил Тими в сообщении, и я улыбнулся.
Он прилетел еще утром, успел побывать на двух пробах и встрече с режиссером и теперь ехал к нам, и я просто не мог дождаться его появления. Лиз даже пару раз сделала замечание, что я слишком воодушевлен готовкой, и я правда с огромным удовольствием разделывался с мясом, но все мое воображение было занято предстоящей ночью. Лиз бросала все силы на восстановление организма после беременности и потому ложилась спать в девять, самое позднее — в половину десятого, даже когда у нас были гости, и пила снотворное заранее, так что к десяти ее нельзя было разбудить даже фейерверком под окнами, а значит, нас с Тими в другом конце особняка она не услышит точно. Была еще, конечно, Мелинда, спавшая так чутко, что это иногда пугало, но ее комната, вместе с детскими, находилась в отдалении от гостевых спален, так что мы будем в безопасности. Осталось только дожить до ночи.
«Я все еще берегу руку, так что трахну, прислонив грудью к стене».
Тими ничего на это не ответил, и я бы не удивился, что он представлял это в красках, а, может, убеждал себя не думать об этом, когда окажется в стенах дома. Мне так точно придется каким-то образом сдерживать себя и стараться не думать о его заднице каждый раз, когда она будет оказываться в поле зрения, не вспоминать ощущения от его губ на члене, когда Тими будет говорить, и определенно избегать взгляда на его пах.
Я до последнего момента искренне надеялся, что он надел что-то мешковатое, чтобы не соблазнять меня своей фигурой, но мои надежды, конечно же, были разбиты: на нем были скинни и свитер в облипку. Провокатор.
Едва он вошел в дом — бросился поздравлять Лиз с рождением малыша. На меня он даже не посмотрел вначале — я успел подумать, что он на меня за что-то разозлился, но после объятий с Лиз Тими бросился мне на шею и так крепко обнял, что мы ненароком прижались членами друг к другу. По телу прошел электрический разряд, но я постарался его проигнорировать — не хватало еще светить стояком при Лиз. Тим тоже это почувствовал и многозначительно глянул в мои глаза, отстраняясь, но тут же натянул маску доброжелательности и радости, какой обычно светил все время.
– Как прошли прослушивания? – поинтересовалась Лиз.
– Черт знает, ничего не сказали, – пожал плечами Тим.
– Идем, покажу комнату, – подхватив его чемодан, произнес я. Будто он до этого не оставался у нас ночевать и не знал, где расположены гостевые комнаты.
Харпер увязалась за нами — она души не чаяла в Тими, но я быстро сплавил ее Мелинде, и мы с Тими остались наедине. Он шел рядом и будто невзначай коснулся моих пальцев своими, и я посмотрел на него с улыбкой. Тими тоже улыбался, но торопливо перевел взгляд вперед.
– Я купил пробку, – чуть слышно произнес он, и я гортанно простонал, крепче перехватывая ручку чемодана, стараясь урезонить себя — прижимать его к стене коридора и лапать было бы слишком опрометчиво.
– Ты меня убиваешь.
– И лубрикант, – с невинным выражением лица добавил он.
Я фыркнул.
– Ты, наконец, переборол свое смущение?
– На «Амазоне» заказал, – пожал плечами Тим и вошел в отведенную ему спальню, едва я открыл перед ним дверь.
Я толкнул его к стене, выпуская ручку чемодана, как только закрыл за нами дверь на замок, и впился в губы. Тими запустил ладони под мою футболку, оглаживая спину, жадно отвечая на поцелуй, притягивая меня ближе к себе и закинув ногу на бедро — я тут же подхватил его под колено, прижимаясь к его паху своим, добившись этим тихого стона в губы и легкого укуса.
– Ты меня с ума сводишь, – прошептал я ему на ухо и прикусил мочку.
Его ладони опустились на мою задницу и крепко сжали, заставляя податься вперед и плотней прижаться к его паху. Тими шатко выдохнул, а я подхватил его под другое колено, усаживая на свою талию, совершенно наплевав на совсем недавно травмированную руку. Тим уперся затылком в стену и посмотрел в глаза туманным от возбуждения взглядом, прикусил губу и легко качнул бедрами, потираясь промежностью о мой член.
– Хочу тебя. Блядь, Арми, я хочу тебя прямо сейчас, хочу, чтобы ты кончил в меня и вставил пробку.
Я слегка опешил.
– Именно в такой последовательности?
Тим слабо улыбнулся и кивнул:
– Весь вечер с твоей спермой в себе.
Я размышлял всего секунду. Мысль, что он весь вечер при всех будет ходить не только с пробкой в заднице, но и с моей спермой в нем, сорвала тормоза: я отнес его к кровати и стянул с него джинсы, едва уронив на матрас. Тим торопливо выпутался из штанин, глядя мне в глаза, то и дело облизывая чуть покрасневшие губы, и я напомнил себе особо их не терзать — Лиз легко могла заметить то, что и мои губы выглядят не как обычно. Она могла бы заподозрить нас из-за длительного отсутствия, так что и временем мы не располагали.
– Лубрикант?
– Точно, черт, – покачал головой Тим и вскочил с кровати наполовину обнаженным. Он вернулся к чемодану и достал тюбик с лубрикантом.
– Твою мать, Тими, – выдохнул я, едва он склонился над чемоданом: его ягодицы раскрылись, и я увидел черное круглое основание пробки вместо привычной чуть темной кожи ануса.
Я быстро разделся и взял член в ладонь, чуть сжимая головку — выдержать подобное без прикосновений к себе было выше моих сил. Тим с хитрой улыбкой вернулся на кровать и заставил подойти ближе, губами ловя мой чуть раскачивающийся от движений член.
– Тим, нет времени, – прошептал я, стоило ему обхватить головку губами, но сил отстраниться не нашел.
– Соскучился по вкусу, – улыбнулся Тими, заглянув в глаза, и распределил по стволу лубрикант, пару раз пройдясь по всей длине.
– Малыш, – выдохнул я, когда он лег на спину и подхватил себя под колени, открывая моему взору вид на свой член, поджавшиеся яйца и слегка торчащее из ануса основание пробки. Я взял ее и медленно потянул наружу — Тим выдохнул и прикрыл веки, роняя голову на матрас.
Пробка оказалась довольно крупной — не декоративной, а выполнявшей свое прямое назначение: анус Тими неохотно, но поддался, раскрываясь, и я завороженно наблюдал, как он натягивается вокруг игрушки и легко, но не до конца, сжимается, едва я полностью вынул ее из Тими. Я бросил пробку на кровать и приставил головку члена к расслабленному анусу, без всякой прелюдии медленно и до основания вводя член. Тими шатко выдохнул, следом тихо простонав, и мне бы так хотелось услышать его громче, но черт, лучше бы ему вообще не издавать звуков.
Он раскрыл глаза и встретил взгляд, стоило мне опереться ладонями на матрас по обе стороны от его тела, заставляя закинуть ноги на плечи, и выставил горло, когда я принялся двигаться внутри — медленно, но не потому что я боялся причинить ему боль, а потому что боялся, что кто-нибудь услышит, как мои яйца шлепаются о его задницу или как он протяжно стонет, пока я втрахиваю его в матрас. Конечно, совсем тихо не получится при любом раскладе — мне уже хотелось вдалбливаться в его тело так, как он любит, и в какой-то момент я все равно потеряю контроль, но пока...
– Трахни меня, – прошептал Тими, схватив за шею. – Трахни так, чтобы весь вечер чувствовал. Арми, блядь, я хочу!.. – сквозь зубы прошипел он, крепче впиваясь пальцами в мою шею, и мне вдруг стало так наплевать.
Я подтащил его ближе к центру кровати и подложил под поясницу подушку, чтобы было удобней. Мой член от перемещений выскользнул из него, и повторно я вошел с той скоростью и напором, с каким хотелось изначально: резко, до основания — так, что в глазах потемнело у нас обоих. Как Тим сдержался от стона мне было непонятно, но зацикливаться на этом я не стал — только поудобней устроился перед ним и продолжил глубокие, быстрые толчки, наплевав на звуки от наших тел и чуть покачивающейся кровати. Тим зажмурился, вдавливая затылок в матрас, на его шее выступила вена, он кусал губы и шипел, только иногда тихо поскуливая, а я вновь и вновь резко входил в него до основания, чувствуя бешеный адреналин от мысли, что Лиз могла прийти в любой момент к двери и услышать, что здесь происходит. Это было так охеренно, так волнующе, что сносило крышу и только увеличивало получаемое удовольствие. Тим, кажется, испытывал что-то подобное: его глаза закатились, он будто вообще где-то не здесь был, будто был под кайфом, полностью отдавшись ощущениям, и я совершенно не удивился, когда его анус совсем скоро стал сокращаться от нахлынувшего оргазма. Я после этого совсем потерял разум и, подхватив его под колени, вдалбливался в враз ставший узким анус и кончил только от этого невероятного ощущения.
Я раскрыл глаза, вынимая из него член и наблюдая, как мышцы на бедрах Тими от этого слегка подрагивают, и улыбнулся, заметив, как он постарался сжать анус.
– Пробка, – напомнил Тим, и я отыскал ее в складках покрывала, вспомнив, с чего вообще все началось.
Тим нахмурился, когда я медленно ввел ее, и опустил ноги по обе стороны от моих бедер, ощупывая основание пробки между ягодиц.
– Нормально?
– Предпочел бы, чтобы там оставался твой член, – пробормотал Тим и прочистил горло.
– Дождись ночи, – чуть улыбнулся я и, склонившись над его членом, поцеловал в основание. – Надо идти, – вздохнул я, торопливо поднимаясь с постели и поднимая шорты с трусами с пола.
– Придешь ночью? – Тими вставать не спешил — даже ноги сводить не стал, только руки за голову закинул.
– Думаешь, отделаешься этими двумя минутами? – усмехнулся я, поправляя резинку шортов и завязывая шнурок на талии.
– Я бы всю ночь с твоего члена не слезал, ты же знаешь, – лениво улыбнулся Тими.
– Значит, не зря разработал попку пробкой, – ответил на улыбку я и надел футболку. – Кстати, ты, кажется, обещал, что я это сделаю.
– Был уверен, что времени у нас будет мало — не до подготовки. Не значит, что ты не сможешь вставить ее в лофте, – пожал плечами Тим.
– Весь день проведешь на члене.
– Обещаешь? – ухмыльнулся Тими, и я фыркнул, возвращаясь к двери.
– И сегодня еще как минимум дважды кончу в тебя, – пообещал я. – И каждый раз между — буду затыкать пробкой...
– Чтобы из ушей потекло? – легко рассмеялся Тими и медленно вытянул ноги.
– Нет, – возразил я и продолжил тише — все-таки стоял я слишком близко к двери: – из твоей растраханной задницы. Хочу себе такое фото. Раскрытый припухший анус, моя сперма на твоих бедрах и яйцах... Мне же надо будет как-то дожить до Нью-Йорка, – улыбнулся я и выскользнул из комнаты, щелкнув замком.
У двери, к моему облегчению, никого не оказалось. В моменте мысль быть застуканными прямо в собственном доме была, конечно, волнительной, но когда адреналин схлынул, а туман в голове рассеялся, я понял, каким же был идиотом, позволив себе такую авантюру. Ночью, когда Лиз отключится от таблеток, никаких проблем с тем, чтобы оттрахать Тими так, чтобы он стонал в голос от невозможности сдержаться, не будет, но посреди дня?.. Я точно чокнулся.
Я вошел в ванную комнату у нашей с Лиз спальни и оглядел себя в зеркале. Засосов наставить Тим вроде не успел, но выглядел я все же взлохмаченным, и никакого достойного объяснения этому у меня, естественно, не было. И как показаться Лиз на глаза?
Я раздумывал над вариантами, пока мочился и мыл член и руки, в итоге решив просто принять быстрый душ: в доме везде были кондиционеры, но черт с ним, если что, можно будет отмазаться тем, что полдня я провозился с мясом и с подготовкой гриля и поэтому чувствовал себя грязным.
– Ты что, в душе был? – удивилась Лиз, едва я вошел в кухню, где она готовила запеканку.
– После гриля и мяса, – расплывчато ответил я, махнув рукой. – Налить вина? – быстро сменил тему я.
– Нет, попозже. Где Тим?
– Не знаю, может, ему уже позвонили насчет проб, – я пожал плечами и достал из холодильника пиво — горло промочить хотелось неимоверно.
Тим спустился через десять минут и уже в другой одежде, сказав, что перенервничал во время прослушиваний и весь вспотел. Лиз не изменилась в лице и предложила пиво, чтобы охладиться. Тим согласился, а я впился взглядом в его задницу в джинсах, представляя очертания основания пробки аккурат между ягодиц. Я все еще ощущал плотное кольцо мышц вокруг члена, жар тела Тими, и испытывать все это, пока напротив меня от духового шкафа к кухонному островку порхала Лиз, было так чертовски приятно, необычно и возбуждающе, что это пьянило лучше любого алкоголя. А то, что в Тими сейчас была моя сперма, и вовсе казалось чем-то нереальным.
Он с улыбкой шел ко мне, держа в руке бутылку, и я поспешил отвести взгляд — не хватало еще, чтобы Лиз заметила нас за такими неоднозначными переглядываниями. Переставать следить за Тими было большой ошибкой: он, проходя мимо, положил ладонь на мой член и легко сжал его через ткань шортов — я испуганно посмотрел на Лиз, но она настраивала температуру в духовом шкафу, стоя спиной к нам, и я перевел взгляд обратно на Тими. Он нахально улыбнулся и обхватил губами горлышко бутылки, и думал он в этот момент явно не о ней.
Вот ведь похотливое исчадие ада!
Я едва слюной не подавился, наблюдая за ним, но он быстро переменился в лице и спросил что-то у Лиз, когда она повернулась к нам лицом. Я даже не расслышал, что именно он спросил — продолжал разглядывать его и одновременно пытался понять, какого хрена происходило. Хотя, наверное, нужно было быть идиотом, чтобы не понять: Тими метил территорию — пусть не открыто, пусть Лиз ничего не подозревала, зато мне он явно давал понять: мой член и яйца принадлежали ему даже здесь, даже в моем собственном доме. Я совсем не удивлюсь, если сегодня ночью он скажет, что хочет трахнуть меня — отыметь меня под крышей дома, в котором я живу с семьей. И я с удовольствием ему отдамся.
Единственное, что меня удивляло — откуда в нем столько наглости и уверенности в себе? Или я сам все это в нем раскрыл, когда позволил себя трахнуть в Парк-Сити и признался в любви?
Он вновь стал казаться собой обычным, пока разговаривал с Лиз, и только иногда бросал в мою сторону такие взгляды, что я невольно вспоминал того Тими, который дрочил мне и предлагал умолять сделать минет. Преображался на несколько секунд и вновь становился ангелочком, располагавшим к себе милыми улыбками.
Я создал чудовище.
Лиз выпроводила нас на улицу, и Тими развалился в плетеном кресле, натянув на нос очки и оглядывая сад как ни в чем не бывало.
– Все нормально? – поджигая угли и бросив взгляд на чересчур расслабленного Тими, спросил я.
– Мгм, – кивнул Тими и лучезарно улыбнулся, посмотрев на меня. – У тебя?
– Прекрасно, – хмыкнул я и отпил пива из бутылки. – Тим, – я бросил взгляд на стеклянную стену, проверяя, что никого не было поблизости, – я не хочу, чтобы она что-то узнала.
– Разве? – удивился Тими. – А мне столько раз казалось, что ты именно этого и добиваешься, – он приподнял бровь, и мне чертовски захотелось снять с него очки, заставить показать настоящие чувства — это его напускное спокойствие раздражало.
– Не включай сучку, – тихо попросил я, косясь на дом.
– Даже не знаю, как это делается, – улыбнулся Тими.
– Но получается отлично, – чуть прищурился я и отвернулся к грилю.
Тим фыркнул, но промолчал, а я мысленно чертыхнулся. Вот только этого мне не хватало. Я понимал и его ревность, и раздражение, но я не просил его приезжать — официально, я до сегодняшнего утра не знал, что он приедет — Лиз только за завтраком сказала и удивилась, что я не знал, а я и не подумал, что мне действительно следовало бы сделать вид, что мне известно, ведь мы постоянно переписывались с Тими, и она об этом была прекрасно осведомлена. Мы однозначно однажды вот так по глупости спалимся, попадемся на какой-нибудь ерунде, которая совершенно не имеет отношения к тому, что происходит между мной и Тими. И сейчас мне этого не хотелось совсем — я сам себе установил рамки этим признанием, что собираюсь развестись, и теперь мне стало казаться, что время просто летит, и я едва ли не каждый день упускаю возможность побыть с детьми.
А ведь открыто жить мы все равно не сможем. Нам всегда придется прятаться, искать возможность не попасться, держать все в секрете — каким образом мы все это преодолеем? Эта мысль не давала покоя и подтачивала решение о разводе. Ведь, в самом деле, такое прикрытие было бы нам обоим на пользу. Только как в этом убедить Тими? А Лиз? Однажды она наверняка все поймет — как договориться с ней? Каждый раз, едва я начинал всерьез задумываться обо всем этом, мне хотелось отложить раздумья на потом. Отложить какие бы то ни было серьезные разговоры с Тими. Отложить решение. Все отложить в надежде, что все как-то само разрулится, без меня, без необходимости делать то, что будет иметь колоссальные последствия.
– Точно все нормально? – Тим заглянул в глаза, уже каким-то образом оказавшись рядом — я совершенно не услышал его перемещений.
– Да, порядок, – вздохнул я и залпом допил пиво.
Наверное, не только ради его спокойствия ему не следовало часто заглядывать к нам, но и ради моего тоже: когда в одном помещении собираются обе половины моей нынешней жизни — становится слишком тяжело.
Тим погладил мое плечо и вернулся в кресло, а я, как последний идиот, напрягся, хотя ничего интимного в его жесте не было — простое приятельское прикосновение. Я глянул на него и чуть улыбнулся, извиняясь за реакцию. Тим натянул улыбку, поджимая губы, и достал телефон из кармана, тут же отвлекаясь на него.
– Есть новости? – мне нужно было срочно отвлечься от идиотских мыслей.
– Нет. Смотрю, не появилось ли чего нового про фильм, – пожал плечами Тими.
– После «Санденс» все, кто мог, уже написали рецензии, – улыбнулся я.
– Знаю, – фыркнул Тими, – просто смотрю. У нас уже есть фанаты.
– Это только начало, – вздохнул я, вновь возвращаясь к мысли, что как только Тими почувствует запах славы — включать сучку он станет на порядок чаще, а требования выдвигать гораздо жестче.
– Тебя это не радует?
– Не то чтобы я очень кайфую, когда мне не дают спокойно поесть в кафе, – пожал плечами я.
– Ой, да ладно, – рассмеялся Тими. – Да ты едва ли не светишься каждый раз, когда у тебя просят автограф!
– Подтверждаю, – усмехнулась вышедшая из дома Лиз и села в кресло рядом с Тими. – Каждый раз чуть ли не в реверансах раскланиваешься, будто не ты актер, а тот, кто к тебе подошел.
– Ничего подобного, – возразил я, уже зная, что проиграл битву: одному против них двоих мне точно не справиться.
Они оба рассмеялись, поддакивая друг другу, что правы и не раз такое наблюдали.
Вечер пошел своим чередом: Тим больше не изображал ревнивца и никак не реагировал на проявления нежностей Лиз, хотя и ее поведение казалось мне необычным — для нас, конечно, не были чужды прикосновения, но она практически лапала меня у Тими на виду, и выглядело это примерно так же, как когда Тими схватил меня за член на кухне. Неужели она все-таки что-то подозревала? Или это какое-то женское чутье, подсказывающее ей, что надо заявить права на мой член?
Я так рехнусь с ними. Это же только начало — что будет во время промотура? Мне придется сначала изображать верного супруга всеми доступными мне средствами, а потом бежать к Тими и замаливать грехи, обещая, что еще немного — и все закончится, я буду полностью в его распоряжении? С каждым разом сложившаяся ситуация кажется все сложней и сложней...
Но я забыл обо всем, когда Мелинда вынесла во двор Форда в переноске, держа за руку Харпер. Плевать на взрослых, делящих мой член — у меня были дела поважней. Правда, Лиз очень скоро заставила Мелинду увести детей обратно в дом из-за сухого прохладного ветра, приносящего пыль. Будто знала, что я пытался отвлечься от роя мыслей в голове, и решила усложнить задачу. Сама она тоже ушла ближе к восьми — подготовить детей ко сну и подготовиться самой, и я был очень этому рад. Тим, к моему удивлению, особо не изменил поведение, стоило нам остаться наедине, только говорить стал тише и пересел поближе.
– Может быть, не стоит нам больше так собираться? – тихо спросил я. – Нас обоих это нервирует.
– У тебя несколько премьер весной и летом, и Лиз говорила, что вы куда-то в отпуск отправитесь — я так понимаю, особо времени вместе нам не предвидится до промотура, так что... – Тим покачал в руке бутылку пива, разглядывая ее. – Переживу как-нибудь.
Я посмотрел на освещенную гостиную за стеклом и пододвинулся ближе к Тими, касаясь его колена:
– Я найду время. – Наверное, сейчас был самый лучший момент для того, чтобы рассказать ему, что нас ждет во время промотура, но мне совсем не хотелось портить его и без того не самое радужное настроение. – Буду стараться прилетать больше, чем на два дня.
– И она вообще перестанет отпускать твой поводок? – хмыкнул Тими. – Да и не напрашивался я сегодня — просто к слову пришлось в переписке с ней. Она предложила приехать, я согласился. Специально я бы не стал, но и отказ показался бы странным, разве нет?
Я только кивнул и чуть крепче сжал его колено.
– Она уснет к девяти, наверное.
– Поскорей бы, – чуть улыбнулся Тими. – Иначе пробка ко мне прирастет. Или залечу от тебя.
Я рассмеялся и скользнул кончиками пальцев по его запястью, откидываясь обратно на спинку кресла.
– Честно сказать, за это время меня посетили разнообразные мысли и воспоминания.
– А я ни на секунду забыть о пробке не могу. Даже думал сходить и вынуть ее, только ведь весь в твоей сперме буду.
Я посмотрел на часы и неосознанно подергал ногой — Тими, заметив мою реакцию, расхохотался и съехал ниже по креслу, расставляя шире ноги. Естественно, мой взгляд тут же скользнул по его промежности, и я представил, что бы увидел, если бы он был обнажен.
– О чем думаешь?
– А ты догадайся, – вздохнул я, прикрыв веки.
– Я бы прямо здесь сделал тебе минет.
– Прекрати, – выдохнул я, бросив загнанный взгляд на стеклянную стену.
– Я, наверное, пока пойду приму душ, – отставив бутылку на невысокий столик перед нами, произнес Тими. Я посмотрел в его глаза, и он ухмыльнулся: – не переживай, она тебя дождется. Закрываться не стану, – он поднялся из кресла, но чуть наклонился ко мне, продолжив чуть слышно: – и в ванной тоже.
Тим обошел кресло и зашел в гостиную, а я, как завороженный, проследил взглядом за его задницей. Его ягодицы просто идеально ложились в мои ладони, и мне нравилось во время секса мять их, раздвигать и пальцами прослеживать натягивающуюся вокруг члена нежную кожу ануса, и я был бы совсем не против прямо сейчас проделать то же самое, только почувствовать пробку, а не собственный член. Нет, определенно, в Нью-Йорке я сам введу ее, наигравшись перед этим на месяцы вперед. Он умолять будет, чтобы я достал ее и трахнул его.
На экране телефона высветилось уведомление, и я взял его со столика. На нем давно стояла блокировка, и это было чертовски неудобно, но, учитывая ситуацию, это было меньшее из зол, и если бы я еще больше параноил, то наверняка придумал бы пароль в два раза длинней, используя совсем рандомные цифры, а не дату рождения Тими.
Сообщение было от него. Фотография со смесителем, из которого бежала вода — он решил принять ванну, а не душ, и я поджал губы. Хотел бы я просто оказаться рядом в этот момент, мне даже не нужно было бы лезть в воду вместе с ним — я бы удовлетворился простым созерцанием.
«Свой смеситель покажешь?»
Заминка со стороны Тими продлилась пару минут — наверняка не услышал уведомление из-за шума воды. Он сфотографировал себя через отражение в зеркале, заставив меня облизнуться: ниже пояса он был обнажен, но лонгслив все еще был на нем, он запустил одну руку под ткань, приподнимая ее и обнажая пресс, и выглядело это безумно сексуально. Член был совсем немного напряжен, но я не сомневался, что ему нужно будет всего пару прикосновений, чтобы он встал, и я бы хотел быть тем, кто это сделает, возможно, даже ртом. Но вряд ли Тими, судя по выражению его лица на фотографии, дождется меня.
«Не кончай без меня» — ничего другого попросить я не мог.
«Поторопись» — тут же пришло в ответ, и я, вздохнув, сунул телефон в карман шортов и поднялся из кресла. Нужно было прибраться в патио — я бы, может, и не подумал об этом, но уборка должна была хоть немного отвлечь от мыслей о том, как я бы стоял перед Тими на коленях и ласкал бы его член ртом.
Просто какое-то безумие...
Тим на протяжении всего часа слал мне провокационные фотографии из ванны, и я в какой-то момент просто не выдержал — заглянул к Лиз проверить, уснула ли она, проведал детей и бесшумно прокрался в крыло со спальнями для гостей. Как Тим и обещал, дверь закрывать он не стал, но я предусмотрительно щелкнул замком, едва оказался внутри. Обнаженный Тим в этот момент вышел из ванной и замер на пороге, держа в одной руке флакон с лубрикантом, а в другой — телефон.
– Давно здесь?
Я ничего не ответил и, проскользнув мимо него, проверил, закрыта ли дверь второго выхода из ванной комнаты.
– Ты чертов провокатор, – прошептал я, обнимая Тими и прижимая его задницей к своему паху. – Что бы ты сделал, если бы я сейчас не пришел? – покусывая его плечо и шею и подталкивая к кровати, спросил я.
– Стал бы слать фотки с кровати, – улыбнулся Тими, подставляясь под поцелуи и укусы.
– А если бы у меня встал?
– Так в этом и был смысл, – рассмеялся Тими и встал на четвереньки на кровати, прогибаясь в спине и выставляя задницу напоказ.
Я легко шлепнул его по ягодице, и Тим промычал, пряча лицо в покрывале, но только больше изогнул спину, бесстыдно демонстрируя основание пробки между ягодиц.
– Да, а если бы Лиз еще не спала и увидела бы мой стояк? Мне бы пришлось его как-то объяснять, но она все равно в очередной раз заклеймила бы меня мудаком, который только и знает, что думать о сексе.
– И она бы не ошиблась, – рассмеялся Тими, за что получил еще один шлепок — по другой ягодице. Должного эффекта это не возымело — он снова простонал и потянулся ладонью к своему члену.
Я разделся, наблюдая, как он мнет в ладони яйца и, скользнув дальше, пальцем обводит основание пробки, слегка поддевает ее, оттягивая назад, и отпускает.
– Кто еще из нас не знает меры, – выдохнул я и опустился на колени перед кроватью и Тими.
Он посмотрел на меня между своих ног и улыбнулся, стоило мне положить ладони на его ягодицы и огладить их, задевая большими пальцами пробку.
– Арми, – выдохнул он, когда я наклонился ближе и оставил влажный поцелуй на нежной коже между анусом и яйцами.
– Как же я соскучился, – прошептал я, поддевая носом пробку снизу — она надавила на простату внутри, и Тими гортанно простонал, а я прошелся языком по яйцам. – Перевернись, – я легко шлепнул его по бедрам, и Тим тут же перевернулся на спину, устраивая бедра на моих плечах, а я облизнулся от открывшегося мне вида.
Тим впутался пальцами в мои волосы, едва я склонился и оставил влажный поцелуй у основания члена, и я улыбнулся. Конечно, ему нравилось, когда я делал ему минет, пусть у меня и не выходило брать на всю длину, и я даже не собирался этому учиться, но Тими все устраивало, а я давно стал получать от этого удовольствие — гораздо более сильное, чем когда делал кунилингус Лиз еще до ее беременности. Сейчас мне даже стало казаться, что член — а особенно член Тими — куда более приятен взору, нежели вагина, но, возможно, все дело в том, что перед своим лицом я видел только член Тими.
Я обхватил губами головку, помогая себе рукой, и скользнул по горячему и еще влажному после ванны стволу, опускаясь настолько, насколько выходило. Тим чуть подался бедрами вверх, придерживая меня за затылок, и я едва не поперхнулся и тут же ограничил проникновение на ширину ладони, обхватив ею член у основания. Мне, конечно, очень хотелось устроить ему лучший минет в жизни, но объяснять наличие рвоты у кровати Тими — отнюдь. А убирать это самому хотелось и того меньше. Тим будто не заметил изменений и продолжил надавливать на мой затылок каждый раз, когда я опускался губами до середины его члена, и я, чтобы отвлечь его от таких ярких ощущений, стал то и дело легко тянуть пробку на себя или наоборот надавливать на основание, чтобы она проникла чуть глубже. Тихие стоны и причитания Тими стали раздаваться без остановки.
Я вылизал член и яйца, собирая слюну, и отстранился, когда движения и хватка в волосах стали грубей.
– Однажды мы это снимем, – тяжело дыша, пробормотал Тими. – Хочу себе такое видео на память.
Я улыбнулся и облизнул саднящие губы.
– Обязательно, – крепче ухватившись за основание пробки, пообещал я и медленно потянул ее наружу, лаская свой давно стоящий член.
– Не обижайся, но сперму пришлось вымыть из себя, – пробормотал Тими. Я предполагал что-то такое, еще увидев лубрикант в его руках минуту назад. – Утром? – непонятно к чему добавил он.
– Что — утром? – удивился я, полностью забывшись в моменте: пробка выскользнула из тела Тими, и следом за ней из расслабленного ануса вытекла прозрачная капля.
– Снимем, идиот, – усмехнулся Тим, встретив мой взгляд с таким видом, будто я и правда недалекий.
– Если проснусь раньше Лиз, – легко согласился я и пальцем подцепил каплю лубриканта, размазывая ее вокруг ануса.
– Не уеду без такого видео у себя на телефоне, – предупредил Тим, глядя на меня, пока я забирался на кровать и оттаскивал его ближе к ее центру.
– Значит, сделаем позже, – улыбнулся я и, наконец, прильнул к его искусанным губам с поцелуем.
Тим обнял меня руками и ногами, заставляя опуститься на себя всем телом, и я подчинился, скользя по его влажному члену своим.
– Твою мать, Арми, – прошептал Тими, прижимаясь ко мне, подставляя шею под поцелуи, и я позволил себе оставить на нем пару засосов — у свитера, в котором он приехал, был высокий ворот, так что придется ему походить в нем еще один день. По крайней мере, я надеялся, что он не станет провоцировать Лиз и подставлять меня.
Я провел членом между ягодиц, чувствуя еще больше влаги, чем прежде, и приставил головку к анусу, решив, что для проникновения лубриканта в нем достаточно. Тим, судя по его виду, тем более не собирался отвлекаться и только протяжно простонал в ответ на продвижение члена внутрь.
Он был так отлично растянут, что мышцы ануса идеально обхватывали член — не настолько плотно, чтобы на грани с болью, но и не так, как в вагине — если я за прошедшие месяцы не забыл, какие от этого ощущения.
– Тим, – выдохнул я ему на ухо, и он подался навстречу движению, только кивнув в ответ, будто у него не хватало сил даже голос подать.
Он впивался ногтями в мою спину, встречал движения и кусал плечо, а я, двигаясь в его податливом и таком отзывчивом теле, раз за разом повторял про себя, что ради него сделаю все: брошу жену, забуду детей, откажусь от собственного имени, если придется — что угодно сделаю ради того, чтобы он оставался рядом. Красивый, чувственный, ласковый, страстный и такой влюбленный.
Каждый раз входя в него до основания члена, я думал: нет. Нет, нет и еще раз нет, Тими мой, я от него не откажусь, он будет рядом, чего бы это ни стоило, и если мне придется хоть каждый день летать с одного побережья на другое — что ж, так тому и быть, но я не отпущу его, не позволю ему исчезнуть. Его место здесь, рядом со мной, подо мной, обнаженным, стонущим, сходящим с ума от ощущений — от моего члена в нем — таким он должен быть и будет, и только я имею право доводить его до исступления.
Он кончил, едва притронувшись к себе, и стонал, не сдерживаясь, пока я не кончил в нем. Мне чертовски не хотелось вынимать член, но иначе я бы просто не дотянулся до своих шортов, в которых лежал телефон. Тим распластался на кровати, не потрудившись свести ноги, и я оглядел его, достав телефон из кармана.
– Смотришься потрясно, – улыбнулся я и открыл камеру.
Тими лениво улыбнулся, посмотрев в объектив, и я сделал фото. Таким — оттраханным, со спермой на животе и между ног — я тоже хотел его видеть. Для разнообразия.
– Встать на четвереньки?
Я успел сделать пару фотографий его промежности, прежде чем он задал вопрос, и, подумав, кивнул. Тим устало простонал, но перевернулся и поднялся на локти и колени — сперма из ануса медленно потекла вниз по бедрам. Я не удержался и легко шлепнул его по ягодице.
– Поставить бы это фото на экран блокировки.
– Извращенец, – фыркнул Тим и вновь растянулся на кровати на животе, с довольной улыбкой посмотрев мне в глаза. – Но я не против, если там не видно моего лица, – хмыкнул он. – Хотел бы я увидеть ее лицо, если она случайно заметит, – он легко рассмеялся и совсем не отреагировал на очередной шлепок по заднице. – Уверен, что однажды не познакомишь меня с плеткой, которая у тебя где-то завалялась? Тебе, кажется, очень нравится шлепать меня, – прищурился Тим, а я склонился к его заднице и провел по левой ягодице языком от бедра до поясницы, следом оставив влажный поцелуй на правой:
– Просто у тебя восхитительная задница — ничего не могу с собой поделать. – Я отложил телефон и принялся легко покусывать кожу на одной ягодице, массируя другую ладонью. – Просто невероятная. И так шикарно смотрится в моих руках, – я чуть отстранился и положил ладони на обе ягодицы, чуть сжимая и разводя их в стороны, с улыбкой отмечая поблескивающую от спермы ложбинку. Я провел большими пальцами по ней сверху вниз, останавливаясь у ануса, и медленно ввел оба пальца — Тим поерзал подо мной и чуть недовольно проворчал что-то неразборчивое. Да, наверное, все здесь сейчас было слишком чувствительным, но я просто не мог сдержаться и чуть развел пальцы в стороны, раскрывая и без того расслабленный анус.
– Арми, – прошипел Тим, и я вынул пальцы, принявшись мягко оглаживать подушечками пальцев припухшую покрасневшую кожу.
– Знаешь что, малыш? – задумчиво произнес я, наблюдая, как мои пальцы начинают блестеть от спермы. – Думаю, ты хорошенько подготовишься к моему приезду.
– С чего это вдруг? – фыркнул Тим и даже как будто собрался перевернуться на спину, чтобы не позволить мне и дальше играться со своей задницей.
– С того, что я хочу вылизать тебя всего, – улыбнулся я и накрыл его тело своим, прижимаясь губами к уху: – будешь кричать и умолять, чтобы я трахнул тебя не языком, а членом — как тебе идея? – я, прикусив его мочку, обнял его одной рукой вокруг груди, прижимая к себе. – Такое видео себе хочешь, м? – я прижался членом к его заднице и тут же почувствовал, как он подается назад.
– Арми...
– И никакая пробка нам не понадобится — ты и без того расслабишься так, что мой член без труда войдет в твою такую очаровательную попку, да?
– Обещаешь?
– Обещаю, что кричать ты будешь так, что уши будет закладывать, – ухмыльнулся я.
Он сжал ладони в кулаки и уткнулся лбом в покрывало, расстроенно простонав.
– Может, сейчас?
– Нет, Лиз даже через действие снотворного услышит твои крики и всхлипы. Придется тебе немножко потомиться, – целуя его лопатки, пробормотал я. – А потом ты оседлаешь мой член, да?
– Да, – выдохнул Тими.
– Обожаю смотреть на тебя в этой позе. А сейчас хочу взять тебя так, – я терся членом о его задницу, чувствуя, что и разговоры, и ласка, и все та же возможность быть застуканными вновь начали меня возбуждать. – Ты хочешь? – Тими кивнул, подстраиваясь под мои движения бедрами. – Скажи это, малыш.
– Трахни меня. Хочу, чтобы ты трахнул меня. Арми, пожалуйста, хочу...
Я взял его за подбородок, разворачивая лицом к себе, и впился в губы.
Плевать, если Лиз проснется и пойдет меня искать. Плевать, если Мелинда каким-то образом окажется в этом крыле. Плевать, даже если я забыл на самом деле закрыть дверь, и одна из них, или они обе, войдут и увидят, как я беру Тими сзади — я даже признаюсь, что уже не первый раз за сегодня кончаю в него, потому что мне абсолютно плевать, кто и что узнает, пока он стонет мне в ухо, пока подмахивает мне, пока его тело настолько жаждет меня, пока я с каждым оргазмом улетаю куда-то за пределы этой вселенной и, кажется, еще больше влюбляюсь в него с каждым движением моего члена в нем.
– Я люблю тебя, малыш. Я безумно люблю тебя...
