Пушок Даста

      Светло-лиловые стены, фиолетовый балдахин над постелью и потрёпанный плакат у изголовья — вполне привычная картина, которую каждый день наблюдал Энджел.       Старый радиоприёмник поблёскивал в углу круглыми шкалами, так напоминавшими глаза Аластора в моменты гнева.       Тишина разбавлялась мерным звуком настенных часов, гулом ночного Пентаграмма, доносившимся из-за окна, и частыми вздохами Энджела.       Демон-паучок находился у себя в номере, ворочаясь на широкой кровати, сон, как обычно в последнее время, не шёл.       Даст был сильно возмущен поведением Аластора, в груди ломило от досады.       Это рогатое животное опять его кинуло, стоило их отношениям начать хоть сколько нибудь налаживаться!       Ему стало любопытно, почему Аластор так быстро сорвался домой, даже не приступив к еде.       Было интересно посмотреть на обустройство его особняка, на то, как Радио-демон проводит своё свободное время в домашней обстановке.       Энджел почувствовал благодарность к Аластору за то, что он взял его с собой на разборки в телестудию, проведя совместный эфир. Таким образом он не был изгнан из отеля, избавился от давления босса и сохранил свою репутацию крутого парня в глазах почитателей.       Что его так притягивало в Аласторе? Очевидно, что его неприступность, граничащая с откровенным обольщением, его харизма, способности, незаурядный интеллект, яркая внешность, загадочность, сочетание жёсткости, игривости и застенчивости в одном флаконе.       Всё это делало Энджела просто одержимым Радио-демоном, так как он никогда раньше не встречал подобных личностей, ни при жизни, ни в Аду.       Конечно же, если добавить ко всему, что Аластор состоятелен, влиятелен, имеет репутацию сильнейшего демона, окружён хороводом поклонниц и поклонников, и при этом является самовлюблённым эгоистом, которому плевать вообще на чувства других, то Энджел был тут в полном пролёте со своей смехотворной славой порнозвезды.       Энджел ни раз с неохотой признавался себе, что завидует Радио-демону, что он хотел бы быть хоть наполовину таким же успешным. Но это было не главное.       Главным всё же было влечение, от которого крыша улетала моментально, стоило Аластору оказаться где-то поблизости. Проблема была именно в том, что алый демон этого не ощущал. Но сегодняшним вечером что-то было в его поведении странное. Отсутствие вечно фальшивой улыбки, покрасневшие щёки, участившееся дыхание, расширившиеся зрачки — все эти признаки указывали на очевидное возбуждение!       Если хотя бы допустить мысль… на что он мог отреагировать?       Что делал в этот момент Энджел? Так, он ел мясо. Так, что ещё? Слизывал с пальцев остатки соуса… точно! Его серьёзно могло это возбудить? Кого? Аластора? Ха-ха.       Ох, Энджел, не смеши свои ботфорты, кто угодно, только не Радио-демон!       Но, если на секунду допустить, что это верная догадка, то…       Нужно это сперва проверить.       Даст представил, что с ним случится, если он увидит ещё хоть раз возбуждённую мордашку Радио-демона. Да он же обкончается на месте!       Энджел почувствовал, как кровь прилила к его щекам, а в пижамных штанах стало тесно.       Если бы у Энджела хотя бы раз получилось соблазнить Аластора? Паучок представил себе, как Радио-демон облизывает его пальцы, как зарывается носом в пушок на груди, с силой стискивает Энджела за маленькие ягодицы, вжимаясь в бедро возбуждённым членом. Энджел тихо застонал.       Зачем он думает об этом? Ведь и адскому ежу понятно, что такого никогда не случится.       Тем не менее рука сама потянулась к налившемуся члену.       А, плевать на всё. Даже если Радио-демон никогда не займётся с ним сексом, это не помешает Энджелу фантазировать о том, как бы это могло быть.       Он представил, как алый демон берёт его порывисто, не спрашивая разрешения.       Аластор разорвал бы его бельё, сажая Энджела на барную стойку. Затем, щелчком пальцев сделал бы их невидимыми, продолжая лапать Даста так, как бы ему хотелось. В отеле могла быть глубокая ночь, и только маленький светильник поблёскивал у ресепшена. Сперва, Аластор стянул с него пиджак, но только наполовину, фиксируя таким образом руки, а затем только слегка приспустил бы свои брюки, оставаясь одетым.       Паучок уже ласкал себя быстрыми размашистыми движениями, задевая головку, жмурясь и облизывая губы.       Радио-демон не стал бы сильно церемониться с Энджелом, так как знал, что паучок подготовился перед свиданием, поэтому сразу же вошёл бы в него одним плавным движением, от которого Даст ощутил дичайший кайф. Он бы выгнулся, выстанывая имя алого демона.       Сначала бы Аластор мучил его, двигаясь то медленно, то переходя на бешеный темп, от чего по холлу разносились бы пошлые звуки ударов плоти о плоть, а потом бы начал засаживать короткими, но сильными толчками, прижав Даста сильнее, чтобы удобнее было проезжаться пульсирующей головкой по простате. Энджел бы метался под ним, кусал губы, умолял не останавливаться, сдавленно стонал бы Радио-демону в шею, за что тут же получил бы пощёчину и предупреждение не скулить так громко. Под конец Аластор поцеловал бы его глубоко и жадно, выбивая воздух из лёгких, часто-часто двигая бёдрами и сжимая рукой член Энджела в такт. Энджел бы слушал его рвущиеся сквозь стиснутые зубы стоны оргазма, и тогда бы он сам точно…       Даст закусил уголок подушки, кончая с низким глухим стоном.       Он хотел чувствовать Аластора в себе, так же сильно, как усталый путник желал утолить свою жажду.       Он не знал, вернулся ли Радио-демон в отель или находился в ином месте, но на всякий случай старался вести себя тише.       Внутри жарко пульсировало, скорее раздражая ещё больше, нежели принося удовольствие.       Блядь, сколько у него уже не было секса? Месяц?       Энджел не привык к такому долгому перерыву. Ему срочно нужно было принять ангельской пыли и поебаться. Это просто недотрах. Наркотиков не было, а трахаться хотелось именно с Радио-демоном, который от чего-то запер свой хуй на замок. Просто отлично!       Энджел пошарил нижней рукой под кроватью, вытаскивая заначку — бутылку виски, которая сейчас была так необходима.       Проснулся Энджел с тяжёлой головой. Он прошлёпал в ванную босыми ногами и замер, узрив в зеркале мерзкого растрёпанного демона-китайца, с помятым лицом, и в неменее помятой пижаме.       — Еба-а-ать… — присвистнул Даст, — это я что-ли? Бля, фанаты же сразу импотентами станут, если меня застанут в таком прикиде!       Даст потёр глаза и глянул на часы, которые показывали почти полдень. Матюкнувшись, он начал судорожно соображать, что ему делать. До встречи с фанатами оставалось четыре часа, за которые нужно было успеть сгонять в салон, подготовить площадку для автографов, плакаты, написать речь, ещё помочь Чарли с организацией вечеринки. Как всё это успеть? На один салон и дорогу до него, как минимум три часа уйдёт.       Даст прикинул, что если он справится своими силами, то можно не покидая отель привести себя в порядок, распечатать плакаты и подготовиться. Итак, первым делом нужно принять душ, а затем продумать образ. ***       Наведя марафет, Энджел спустился в холл отеля, застав там мирно беседующих Аластора и Чарли. Демон-паучок был большим любителем подслушивать чужие разговоры, поэтому он быстро спрятался за занавеску, надеясь узнать какой-либо секрет.       Радио-демон стоял к принцессе очень близко, вещая что-то с тихими вибрациями помех, но расслышать было всё же можно.       — Чарли, ты не понимаешь…— Аластор лживо улыбался, — твой отец, бесспорно уважаемый джентльмен, но ему не выгодно, чтобы этот отель развивался.       — Я не могу понять, почему он в меня не верит? Почему против моей затеи? — Шарлотта Магне, она же Чарли, грустно вздохнула.       — Подумай, почему чистки, которые проходят каждый год, не особо его волнуют? Ему не жалко, что ангелы убивают демонов, потому что они это заслужили ещё при жизни.       — Он, что, подослал тебя, чтобы меня переубедить помогать этим несчастным? — принцесса резко отстранилась от демона.       — Ха-хах, нет. — Аластор по настоящему развеселился, — Ты не замечала, что с твоей матерью у Люцифера тоже не особо хорошие отношения, потому что она против чисток и подозревает, что её дорогой муженёк задумал заговор с истребителями. Возможно, за этим стоит ещё чья-то фигура, несмотря на то, что Самаэль владыка Ада, дорогуша.       — Он не может способствовать этим бесчинствам. Я знаю, что внутри у всех есть что-то хорошее, даже у моего отца, — девушка опустила плечи, — когда-нибудь, он поймёт это…       Внезапно раздался грохот падающей гардины.       Чарли с Аластором повернули головы на шум, наблюдая, как из-под горы ткани, с ругательствами, появляется белокурая голова Энджела.       — Здрасьте! — Даст кривовато улыбнулся, — Не поможете мне повесить это барахло обратно?       Энджел переступил через лежащую на полу занавеску, представая во всей красе.       На нём была супер-короткая чёрная мини-юбка, обтягивающая стройные бёдра, чёрные чулки с подтяжками, сапожки на платформе, и укороченный белый однотонный жакет, подчёркивающий объёмный пушок на груди на манер декольте.       — Ну, как я вам, сладенькие мои? — Даст поправил свою причёску, которую он укладывал целый час и кокетливо похлопал подведёнными лиловой тушью пушистыми ресницами.       У Аластора отпала челюсть, хотя он не прекратил при этом тупо улыбаться. А Чарли разразилась таким громким хохотом, что от него сотряслись стены всего отеля Хазбин.       — Что? — паук сощурился, выпятив нижнюю губу.       — Хм, ну как бы тебе сказать, Энджел, — начала Чарли, изредка всхлипывая, ещё не отойдя от смеха, — ты похож на… на…       — На тощую общипанную курицу в чулках, — пришёл на помощь Аластор.       — Пошёл на хуй! — Энджел показал ему средний палец, смерив оскорблённым взглядом.       — Если тебе нравится женственный стиль или унисекс, то я могу помочь подобрать что-нибудь… менее вызывающее, — выдавила из себя принцесса.       — Я могу устроить всё быстрее. Так будет гораздо элегантнее, — Аластор щёлкнул пальцами, и одежда Даста сменилась на бледно-розовый однобортный пиджак, белые зауженные брюки, и светлые мужские туфли.       — Ты что наделал, тупой олень, блядь, я полтора часа потратил на это!       — У тебя уже нет выбора, — Радио-демон был очень доволен своей работой, окидывая Энджела с ног до головы.       — О, да ладно! Ну, тогда подавись, папочка — демон-паучок злобно фыркнул, смутившись от взгляда, и поплёлся в сторону кабинета Чарли распечатывать плакаты. ***       Разделавшись с последними поручениями от принцессы, Радио-демон решил немного повеселиться и направился в гостиную, где проходила эпичная встреча Энджела и его фанатов. До начала вечеринки в честь открытия отеля оставался ещё час.       Аластор прошёл в помещение, распугав своим присутствием парочку незадачливых демонов, и устроился в кресле у камина, позади восторженной толпы. Энджел как раз произносил свою прощальную пылкую речь, о том, что он вынужден уйти из мира порнухи, отчего некоторые фанаты пытались забросать его тухлыми помидорами.       Энджел держал перед собой листок с текстом, который ему помогала писать Чарли, и чуть ли не по слогам произносил слова:       — Как бы не тяжело мне было это говорить, но я с тоскою на сердце вынужден сообщить, что я уже никогда не вернусь к съемкам фильмов для взрослых…       Аластор пошевелил пальцами, и его улыбка стала шире в два раза.       — Теперь я буду заниматься общественной деятельностью, — продолжил Энджел, — но иногда я буду продолжать поджигать сиротские приюты, грабить банки и мучить котят. А ещё я слезу с наркоты на бухло, чтобы быть, типа, более хорошим. И самая неожиданная новость — скоро я собираюсь сменить пол и сниматься в ужасах и криминальных фильмах в образе блондинки секси-маньячки… Э-э-э, что за… хуйня?       Вначале повисла тяжкая тишина, прерываемая лишь плачем младенца, а затем поднялся жуткий гвалт. Народ разделился. Кто-то разразился радостными воплями, а кто-то напротив выражал всячески своё недовольство, в том числе выкрикивая оскорбления и кидаясь помоями.       Чарли стояла в самом углу, побледнев так, что даже её вечно яркий румянец на щеках сейчас был почти незаметен. Она быстро подбежала к столу, за которым сидел Энджел и зашептала:       — Что ты такое говоришь? Этого нет в тексте!       — Я знаю, я только сейчас понял, что там написано что-то другое, не то что мы писали. Я думал, что это ты в последний момент исправила концовку.       — Я бы такого никогда не написала! Дай-ка посмотреть, — Чарли выхватила из рук паучка бумажку, — всё тоже самое, Энджел, ты надо мной издеваешься?       — Блядь, да там был другой текст, подруга, это абсолютно точно!       — Как хочешь, но исправляй теперь положение сам, — она сердито ткнула указательным пальцем на беснующуюся толпу.       Аластор с упоением наблюдал за тем, как разделившиеся на два лагеря фанаты Энджела, рвут друг друга на клочки, даже не намереваясь успокаиваться.       — Эй, сладкие мои! — крикнул Даст, пытаясь переорать рычание демонов, — Так, сукины дети, вашу мать! Да, я к вам обращаюсь! А, ну, быстро завалили свои ёбаные рты!       Но, к сожалению, Энджела никто не слушал. Тогда Даст решился на самый отчаянный шаг. Он залез на стол и распахнул пиджак, выставляя напоказ свой белоснежный грудной пушок, являющийся самым лютым фетишем для всех его фанатов, о чём паучок прекрасно догадывался.       Демоны моментально заткнулись, уставившись на Энджела, а затем синхронно достав мобильники, начали делать селфи на фоне груди Даста и выкладывать в Адограмм.       — Что тут происходит? — в гостиную ворвалась взбешённая Вегги со смертоносным копьём наперевес и, узрив виновника беспорядков, с рычанием бросилась к Дасту.       Демоны включили прямую трансляцию, записывая эти милые догонялки.       — Вегги, хватит! — Чарли загородила собой забившегося под стол Даста, — просто опусти копьё, дыши глубже. Помни, что в твоём сердце живёт радуга.       — В моём сердце живёт радуга… — зомбированно повторила Вегги, но тут же, будто очнувшись, закричала, — блядь, я убью эту сволочь!       Аластор незаметно подошёл со спины, ущипнул взбесившуюся девушку за талию.       — Дай, я поговорю с Энджелом, — улыбаясь одними губами, сказал он.       Вегги невозмутимо отступила, но копьё не убрала.       Радио-демон неспеша подошёл к столу, из-за которого с опаской выглядывал паучок, и посмотрел на изображение Даста, распечатанное на плакатах, лежащих тонкой стопкой на краю.       Судя по фотографии, Энджел явно выбирал её сам.       Аластор взял изображение в руки, внимательно рассматривая паучка, который был запечатлён в развратной позе, с расставленными в стороны ногами. Его положение, как и его полупрозрачное бельё, явно больше показывали, чем скрывали. Его руки и колени были связаны каким-то хитрым образом прочными верёвками, а лицо, с растёкшейся под глазами тушью, выражало степень глубокого, даже болезненного блаженства.       Радио-демон хмыкнул, поманив пальцем Даста, чтобы он вылез из своего укрытия.       — Застегнись, звезда ты наша, — Аластор навис над Энджелом, протягивая плакат, при этом жутко улыбаясь.       — Тебе подписать или отсосать? — не сдержался демон-паучок, засияв улыбкой чеширского кота.       — Ха! — Радио-демон чётко ощутил дежавю, — Просто подпиши, мне надо немного потянуть время.       Среди толпы послышался ропот и шепотки:       — А что, Радио-демон тоже дрочит на Энджела Даста? — пискнул прыщавый очкастый демон подросток.       — Да нет, он же из этих, каких-то там сексуалов, ну типа монашек-девственниц, — заявил рогатый фанат в рясе священника.       — Да, ладно!       Басовитый голос раздался прямо у них над головами:       — А я вам говорю, что он на него дрочит, зачем тогда ему автограф? — вмешался в обсуждение здоровый быкоподобный мужлан.       Из толпы высунулась наглая мордашка с горящими зеленью похотливыми глазами, стреляющими во всех более-менее симпатичных демонов.       — Может он его уже даже ебёт, мы же не знаем! — облизнув губы, загадочно промурлыкал зеленоглазый антропоморфный рыжий кот в чёрном цилиндре.       — Успокойтесь вы, вдруг этот маньяк с микрофоном услышит, тогда и вас выебет им. — прошипел священник.       — Хах, я был бы не против, — вильнул пушистым хвостом котик.       — Оу, мальчики не ссорьтесь, — шикнула на них пышногрудая одноглазая демонесса, — я опытным глазом вижу, что наоборот — Энджи дрочит на Радио-демона. Это же очевидно. Уф, как он на него смотрит! Это же такая страсть. Чёрт, я уже совсем мокрая… может попросить его расписаться ещё и на сисечках?       Аластор с жутким фейспалмом повернул голову в сторону фанатов Даста.       — Держи, не знал, что ты мой поклонник, — паучок вручил свой автограф с довольной улыбкой.       — Ха-ха, не мечтай, — Аластор почесал свои оленьи рожки, даже не притронувшись к плакату, — фотография, кстати очень неудачная.       — Тупица. — Энджел злой, как тысяча Люциферов, направился к выходу из комнаты, объявив, что встреча закончена.       — Леди и джентльмены, — тут же раздался голос Радио-демона, — прошу внимания! Через пятнадцать минут в главном холле состоится торжество по случаю открытия отеля Хазбин.       Настоятельно рекомендуем вам принять в нём участие. Бесплатное угощение, выпивка, музыка и танцы — всё для вас. Будет весело!       Фанаты оживленно переглянулись и толпой хлынули в холл, по дороге сшибая с ног и топча своего кумира, которому оставалось только кричать и материться на своих тупых воздыхателей.       В отличие от Энджела, Аластору определённо становилось весело.