Их строптивые метки

      Имена истинных уродов Гермионы Гарри узнал наутро. Он убедил ее, что она не должна соглашаться на то, что ее оскорбляет, даже если это предложили ее суженые, а после, когда подруга ушла на работу, задумался о том, насколько же она была права, когда сказала, что он просто ноет, хотя ничего не сделал для собственного счастья. Не то, чтобы Поттер сомневался в том, что подруга лучше его во всем, но это было прямое доказательство, насколько она смелее и честнее его самого. Гермиона предложила своим партнерам быть вместе и была отвергнута, а он просто отвернулся от судьбы, считая свою метку очередной насмешкой над его попытками построить обычную жизнь.       Гермиона запретила Поттеру вмешиваться в ее отношения с истинными, но они оба знали, что геройское призвание вряд ли позволит ему удержаться. Поэтому подруга попросила не делать им больно — ее силе Гарри не переставал удивляться, сила ее любви была просто невероятной, настолько, что самому магу становилось не по себе.       И Гарри не стал держать себя в руках — он отправился в дом Забини, как только его короткий рабочий день, как стажера при старшем авроре, закончился. Блейз открыл дверь сам и кивнул, отступая и пропуская героя в дом, ему не нужно было задавать вопросов, чтобы знать, зачем Гарри явился в его дом.       Супруг Блейза вышел из гостиной, спокойно смерив гостя серыми, почти прозрачными глазами, от взгляда которых уж больно чесалась метка, хотелось увидеть в глазах напротив больше цвета, больше эмоций и снисходительности, хотелось видеть платиновую челку, прикрывающую глаза, услышать, как дышит тот, кто стал причиной уже привычного одиночества. Но сегодня Гарри заклял себя не сосредотачиваться на лишнем — важна была только Гермиона.       — Дуэль? Драка?       Первым заговорил Блейз, становясь перед мужем и закрывая Уилла плечом, он пропустил все этапы вежливости, переходя к сути и Гарри был ему за это даже благодарен. Он не был готов соблюдать хоть какие-то приличия. Однако он собирался следовать данному слову и не причинять боль истинным лучшей подруги.       — Разговор. Хотя я предпочел бы разбить вам обоим ваши наглые лица.       Забини усмехнулся и кивнул, приглашая гостя пройти в гостиную. Поттер последовал за хозяевами дома, отказываясь сесть, но буквально взглядом убеждая сесть супругов. Такие эмоции и горячая волна желания добиться справедливости поднималась в нем только на допросах, в которых он участвовал в течение учебы и теперь, как помощник. Однако сейчас нужно было выбирать слова.       — Вы же знаете насколько херово вы поступили?       — Мы не предложили ничего предосудительного, почти все истинные получают огромное удовольствие от секса с друг другом, может тебе тоже стоило бы попробовать? Не успел Блейз договорить, как Гарри развернулся к нему и выхватил палочку из чехла почти инстинктивным движением, отмечая про себя, что Уилл сжал руку Забини, в молчаливой просьбе выбирать слова.       — Я пришел не говорить о своей личной жизни, я пришел сказать вам обоим, чтобы вы не смели приближаться к ней, даже пытаться говорить, писать или связываться хоть как-то. Вы не стоите и ее взгляда, и судьба просто ошиблась, привязав ее к таким трусливым и ничтожным магам, как вы. Хозяин дома уже вдохнул, чтобы что-то ответить, но его опередил Уилл:       — Ты прав, никто из нас не достоин того, чтобы быть ее партнером, возможно поэтому нас двое и наши минусы были бы не так заметны. Но… Именно из-за того, что мы оба не идеальны, мы пытаемся оттолкнуть ее еще дальше, чтобы она могла отпустить судьбу и позволить себе найти кого-то. Гарри, жить неполноценной жизнью — самое худшее, что можно пожелать себе или своему истинному, но мы уже есть друг у друга и мы надеялись хоть немного дать ей сил, пока ее не станет воротить от нас. Тогда, возможно, метка может измениться или исчезнуть. Мы никогда не хотели обидеть ее, но все равно так вышло. Возможно, только возможно, что так будет лучше.       Поттер видел, что Уилл не врет, видел отражение ужаса в глазах Блейза, который видимо не был готов раскрыть столько правды.       — Я устал врать и говорить родителям, да и всем вокруг, что я достаточно счастлив с частью своей души. Без Блейза я бы уже сошел с ума, но я бы не хотел позорить Гермиону и делать ее жизнь хуже.       Забини сжал челюсти, смотря зло на Гарри и сжимая ладонь мужа крепко, наверняка слишком крепко для тонких изящных пальцев, но Уилл не был против и не пытался вырваться.       — Вы сами не дали себе и шанса. Вы трусы…       — И не мы одни, Поттер, не мы одни.       Хозяин дома вновь заговорил, заглядывая в самую глубь души, заставляя дыхание Гарри сбиться с ритма. Поттер фыркнул, небрежно, пытаясь скрыть за ширмой непонимания свои истинные эмоции, но никак не мог понять, по реакции, сработал ли его отвлекающий маневр.       — Как я и сказал, я пришел говорить о своей подруге. И еще, я должен предупредить, что, если вы посмеете нарушить мои условия, я приложу все усилия и найду способ выбить из министерства магический запрет на приближение.       Уилл сглотнул и кивнул, отводя взгляд и утыкаясь лбом в плечо мужа, он явно не мог сдержать эмоций, а Гарри, может, и хотел бы посочувствовать, но те, кто обижал его близких, не вызывали таких глубоких эмоций.       — Мы постараемся сдержать слово, Гарри.       — Вот и славно. Рад, что мы друг друга поняли.       Поттер уложил палочку, которую все еще держал в руках, обратно в чехол и развернулся к выходу, успевая услышать только бессильный всхлип, который скорее всего принадлежал Уиллу.       Несколько недель тишины закончились окончанием испытательного срока и назначением на должность полевого аврора, поэтому скучать Гарри Поттеру было некогда. Он провел в поле больше времени, чем дома и уже начал забывать, как выглядит его домовой эльф, когда им попался выживший из ума маг, который, может, и не был так силен, но, благодаря магии, обладал властью над маглами, которых у него была целая коллекция, как он сам их и называл. Выживший из ума мужчина изрядно потрепал команде нервы, однако был пойман, а его извращенные произведения искусства из человеческой кожи отправились в аврорат, где их должны были описать, что с ними должно было случиться дальше Гарри не знал, даже не хотел знать, похоронят ли останки или отправят родственникам для захоронения.       Однако эта миссия оставила на Гарри след — на одной из жертв он увидел метку, которая заботливо повторяла орнаменты на клетке, в которой ее держали. Жертва была относительно цела, но психологически ей помочь могло только забвение. Однако даже Обливиейт не мог избавить ее от ощущения потери истинного. Это было жутко и неправильно, но такое случалось. Эта метка никак не шла из головы героя магической Британии — ее истинный пал жертвой кровожадного маньяка, ей довелось встретиться с суженным в плену, и теперь она забудет об этом потому что таковы правила, касающиеся маглов, но почувствует ли она потерю или до конца жизни будет надеяться на встречу?       Гарри чувствовал, что частица тьмы, которой было пропитано убежище преступника, осталась в нем, заданий больше не поступало, поэтому он всегда чувствовал эту тьму и грусть на фоне всего, что делал. Он даже не сразу понял смысл записки, что ему прислала Гермиона. Это было настолько не в ее стиле — звать его на обед, но приглашение было в руках героя. Поттер пожал плечами и направился в указанное кафе ближе к обеду. Он успел заказать себе только кофе, как к столику подошла Гермиона. Она была бледной и явно мало спала в последнее время, если вообще спала, весь ее вид вопил об усталости и грусти, от этого у Гарри защемило сердце — ему хотелось обезопасить ее, сделать все, чтобы она была счастливой. Его подруга была именно тем человеком, который больше всех заслуживал счастья.       — Я думаю согласиться на их предложение, Гарри.       Вместо приветствия, едва слышно проговорила Гермиона, пряча глаза и смотря в землю, стыдясь собственной слабости. Такая догадка совершенно не порадовала Гарри, поэтому он обхватил ее кисти и прижал их к своему сердцу, заставляя подругу потянуться через стол.       — Я не осуждаю тебя, ты должна делать так, как подсказывает тебе сердце, я всегда буду рядом, главное — не навреди себе еще больше, ладно? Гермиона, наконец-то, подняла глаза, слабо улыбаясь и кивая, возможно ей хотелось заплакать, но и на это у нее вряд ли хватало сил.       — Я слышала о твоем задании, как ты?       Подруга резко сменила тему, решив, что вопрос с ее истинными закрыт, а Гарри не был против, главное, что он сказал ей, что думал.       — Если честно, я сам не знаю. Это было, как в фильме ужасов, я о таком в жизни подумать не мог. Еще эта метка на женщине, с клеткой, в которой ее держат. Мало приятного, в общем.       — Полумна говорит, что видела тебя пару дней назад, говорит, что за тобой следует тьма. Она, конечно, иногда преувеличивает свои видения и делает спешные выводы, но… Может расскажешь поподробней?       — Мне страшно. Причем это не страх смерти, я боюсь потерять то, чего у меня нет, как та девушка. Боюсь быть один. Боюсь сойти с ума, если все пойдет не так, если с ним что-то случится. И эти мысли по кругу усугубляются и… я не знаю, это чушь, но я не могу объяснить иначе.       — Я думаю, что тебе нужно навестить колдо-психолога, чтобы тебе помогли избавиться от этого. Возможно у тебя посттравматическое расстройство.       — А разве я не должен получить травму, чтобы это так называть?       — Травмы бывают и психологические, вспомни себя после войны.       — Давай не об этом?       — Так вот, если бы тогда ты получил квалифицированную помощь, то ничего бы не случилось, так что попроси определить тебе психолога и пройди курс. Это не навредит тебе, я обещаю.       Гермиона улыбнулась, сжав его ладонь и переводя взгляд на заказанную еду. Кажется, забота о других немного оживляла ее, Гарри показалось, что на щеках подруги заиграл здоровый румянец.       Они распрощались уже в дверях аврората, пообещав друг другу иногда устраивать такие вылазки, а сам Гарри решил обдумать слова подруги о том, что, возможно, ему нужен психолог, чтобы избавиться от дурных мыслей.       Офицера их отряда не было на месте, а разрешение на получение помощи необходимо было получить у нее, поэтому Гарри решил подождать несколько дней до ее возвращения, заодно давая себе время, возможно, прийти в себя самостоятельно.       Ровно в тот день, когда Гарри уже решился дать запрос офицеру, еще до начала рабочего времени, в дверях их отделения появилась Гермиона и то, как зло блестели ее глаза не предвещало ничего хорошего, даже лучшему другу.       — Можно тебя на пару минут, Гарри?       Она говорила спокойно, но каждый аврор, уже успевший устроиться за столом, был готов благодарить Мерлина и Моргану, что их имя не «Гарри». Первым инстинктом аврора было спросить у охраны, как вообще Гермиону пустили к ним, но их офис не был запретной территорией, и вся магическая Британия знала, что Грейнджер его лучшая подруга. Поттер вышел из кабинета, готовый принять всю мощь гнева на себя, так как знал, что нарушил обещание, данное подруге — никак не взаимодействовать с истинными Гермионы.       — Зачем ты к ним пошел?       — Потому что они тебя обидели.       — Я ведь не просила. Да, сперва их предложение меня оскорбило, но у меня была возможность передумать, а теперь они… они не готовы ни к чему. Разве что видеться пару раз в неделю, пить кофе.       — А чего ты хотела?       По выразительному взгляду Гермионы стало понятно, чего ей хотелось от своих истинных и это были далеко не чаепития и интересные беседы. И Гарри, как никто, понимал ее желание, но ничего не мог вернуть назад.       — Прости, я… я не хотел лишить тебя возможности, я просто хотел тебя защитить, дать им понять, что они два остолопа и теряют лучшее, что могло бы произойти в их жизни.       — Я знаю, Гарри, просто больше не влезай. Я разберусь.       Поттер кивнул и обнял подругу на прощание, снова углубляясь в работу и почти забывая о том, что, вообще-то собирался подать запрос на имя офицера. Герой и не вспомнил бы об этом сам даже ближе к окончанию рабочей смены, когда голова уже стала противно болеть от количества информации, что ему пришлось прочесть и вписать в очередной отчет.       — Поттер, зайдите ко мне.       Голос, разносимый заклинанием по кабинету, заставил Гарри вздрогнуть — не часто офицер использовала такой способ вызова сотрудников.       — Мисс Грейнджер сказала, что вы можете забыть или не захотеть сделать запрос на психологическую помощь, так что я решила спросить у вас, нуждаетесь ли вы в ней.       — Думаю, что да, мэм.       — После вашего задания с похищением маглов?       — Да, мэм.       — Вам нечего смущаться, некоторые из отряда уже подали запрос, так что вы не одиноки в этом. Такие страшные вещи выбивают из колеи. Я оформлю запрос в Мунго, завтра у вас на столе будет лежать направление к психологу.       — Спасибо, мэм.       — Не за что, Гарри, я здесь не только для того, чтобы раздавать приказы, но еще и чтобы заботиться о моем отряде — мы же должны оставаться лучшими. Офицер мягко улыбнулась, и Гарри почувствовал приятное тепло, которое даже без приема у психолога отгоняло темноту подальше.