Miracle

      Тогда Мейко ничего не знала. Она была ребенком, маленькой девочкой, которая любила свою маму.       Мейко росла в домике стареющей женщины, которая некогда была прелестной любовницей короля Леона. Только со слов Мириам, которая заботилась о девочке около трех лет, Мейко знала свою мать. В ее мыслях сложился волшебный образ: красивая гордая принцесса, властвующая в сердцах подданных, добрая, нежная и смелая. Мейко мечтала когда-нибудь увидеть маму.       И вот, в один прекрасный день, когда Мириам уже покинула домик Энн, появилась прекрасная женщина, назвавшаяся матерью Мейко. Маленькая девочка была несказанно счастлива и кинулась в объятия красавицы, не заподозрив обмана. Магия зеркала помогла Тето предстать перед Энн в образе принцессы Примы, и королева беспрепятственно возилась с Мейко, поселившись в небольшом домике на берегу реки.       Здесь она могла пользоваться магией, не опасаясь быть пойманной. Часами она стояла перед зеркалом, которое привезла с собой, и делала все возможное для победы Северного королевства. Чем больше земель завоюет король Леон при жизни, тем больше достанется Тето после его смерти. Она старалась использовать свои силы незаметно, поэтому война длилась дольше, чем ей бы хотелось.       Несмотря на увлеченность военными действиями, Тето много времени проводила с Мейко. Она думала, что дочь Примы и Теда может в будущем пригодиться ей. Девочка привязалась к ней, потому что, в отличие от строгой Мириам, Тето поощряла все ее шалости. Мейко была шумным ребенком, она любила играть в сражения, кататься верхом, мнила себя храбрым рыцарем и презирала правила этикета, которые Мириам стремилась ей внушить. Мейко едва исполнилось пять, но она уже на все была готова ради Тето.       А затем Тето уехала, пообещав обязательно вернуться. С тех пор долгие годы Мейко провела в ожидании, когда ее мама вновь появится на пороге, такая красивая и величественная, как настоящая королева.       Но тогда Мейко ничего не знала. В незнании она жила долгие годы.       Она ждала возвращения мамы, глядя из окна своей комнатки и мечтая убежать. Она никогда не видела большого мира, что начинался за цветущим большим садом, но в домике было мало книг, и все их Мейко перечитывала по нескольку раз. Ей хотелось путешествовать, но она должна была ждать – вдруг мама, наконец, вернется?       Так она провела, год, второй, третий…       Бывшая любовница короля стала старухой и понемногу выживала из ума. Как-то раз, после того как по всем четырем королевствам пронеслась снежная буря, она сказала Мейко, что ее мама – принцесса, которую девочка боготворила и очень ждала уже несколько лет, – больше не вернется. Энн показала осколок, в котором по ее просьбе мелькали картинки, якобы события прошлого. Старушка пялилась в кусочек зеркала целыми днями и очень боялась порезаться им. Жить с ней стало невыносимо.       Наконец, Мейко не выдержала, собрала припасы и вещи, которые уместились в одной небольшой холщовой сумке, и ночью ушла в лес. Она была еще ребенком — впрочем, сама себя она тогда ребенком вовсе не считала.       Ей было неизвестно даже, в какой стороне находиться замок, в котором живет ее мама. Мейко пошла наугад, решив, что спросит в ближайшем поселении. По незнанию, она пришла в Южное королевство и долго выживала на улицах, питаясь отходами и украденными на рынке продуктами. Никто не мог ответить ей, где же найти принцессу Северного королевства. Ей говорили про Снежную королеву, но Мейко не верила, что ее мама могла стать злой повелительницей снегов.       Мейко отчаялась и уже подумывала вернуться обратно в домик Энн, когда в город приехал кукольный театр.       По всей стране шла молва об этом театре. Говаривали, что выступают в нем живые куклы, которыми никто не управляет. Все жители побежали покупать билеты. Ужасная давка, кричащая толпа, рвущаяся в гигантский шатер, отсутствие денег – все это не могло помешать Мейко, раз уж ею завладело любопытство.       Она пробралась внутрь уже после выступления, чтобы хоть краем глаза увидеть чудо.       Там она встретила верных друзей, которых спасла из неволи. Гакупо и Арлекин были куклами, но при этом были также самыми человечными и добрыми существами, которых она знала.       Они были совсем разными. Гакупо был будто бы обычным ребенком, заключенным в деревянном теле, он умел мечтать и думать самостоятельно. Арлекин же во всем подчинялся другим. Он ничего не знал о жизни, он не взрослел и не менялся со временем. Он умел лишь приспосабливаться к обстоятельствам, но не мог мыслить и учиться.       Таким его создал хозяин кукольного театра. Этот человек переезжал со своим театром из города в город всю свою жизнь и был простым кукловодом, пока не нашел осколок. Обнаружив в нем магическую силу, хозяин театра решил на этом заработать. Он оживил своих кукол, и билеты на его представления стали разлетаться за считанные минуты. Он действовал осторожно, чтобы никто не заподозрил его в колдовстве, и быстро заработал большое состояние. Он уже подумывал бросить дела, купить землю и построить особняк, когда в его кукольный шатер пробралась Мейко.       Одним солнечным утром он как обычно пошел проверить своих кукол. Войдя в шатер, он не увидел ничего необычного, однако куклы вдруг одновременно заговорили:       — Девочка…       — Чужак…       — Ворвалась сюда после представления…       — Мы не знали, что делать…       — Мы так испугались…       — Защитите нас, хозяин…       Он растерянно озирался, когда вдруг одна из кукол бросилась ему в ноги, а другая – вцепилась в лицо. Тонкие деревянные пальцы впились в кожу, и хозяин, повалившись на землю, заверещал от боли и потянулся к осколку. Кукол тотчас отбросило прочь по его безмолвному приказу, и он уже двинулся к обидчикам, чтобы как следует их проучить, когда чья-то ловкая рука вдруг выхватила у него кожаный мешочек.       Мейко достала осколок и осторожно сжала его в ладони, торжествующе глядя на хозяина кукольного театра. Он яростно сверкнул глазами и бросился на нее, однако она выставила вперед руку с волшебным кусочком зеркала и взмолилась, чтобы кукловод не достал ее. Тотчас Мейко окружила невидимая стена, которую он не мог преодолеть. Гакупо и Арлекин подбежали к ней, и их стена легко пропустила. Все еще держа в вытянутой руке осколок, Мейко стала медленно отступать.       Как только они втроем вышли из шатра, она развернулась и бросилась прочь. Гакупо и Арлекин побежали следом за ней.       Они укрылись в лесу и долго смеялись, вспоминая, какое растерянное, красное от гнева и жалкое лицо было у кукловода, когда он понял, что потерял свое волшебство. Различные возможности могли бы открыться этой троице благодаря осколку. Но Мейко боялась магии. Она считала, что именно кусочек дьявольского зеркала окончательно свел с ума старую Энн, и не могла заставить себя даже просто долго держать его в руках. Ей не пришлось долго ломать голову над тем, что делать с волшебным осколком, – Тето быстро нашла их. Мейко не связала себя с зеркалом кровью, а потому оно не защищало ее от других владельцев осколков, и морская ведьма явилась перед ней посреди ночи. Мейко не спалось, и она спустилась к мелкому озеру, чтобы утолить жажду, однако вместо своего отражения в воде вдруг увидела прекрасное лицо своей мамы. Легкий испуг быстро прошел, и сердце Мейко переполнилось радостью.       — Мамочка! — воскликнула она, склоняясь к воде так низко, что едва не касалась ее носом.       — Рада видеть тебя, малышка, — теплая улыбка изогнула красивые губы, — Долго же я ждала нашей встречи.       Мейко протянула руку и кончиками пальцев прикоснулась к гладкой поверхности воды, которая тут же пошла рябью, искажая и уродуя красивое лицо.       — Но где же ты, мама? — растерянно спросила девочка.       — Не так уж далеко от тебя. Чтобы встретиться со мной, тебе нужно всего лишь добраться до русалочьего моря, — мягкий голос, звучавший внутри головы Мейко, вдруг стал холодным и властным, — Но ты должна принести мне осколок, что забрала у хозяина театра.       — Откуда ты знаешь? — удивилась Мейко.       — Я знаю все о тебе, милая, — улыбка стала чуть шире, сверкнули белые зубы.       — Я постараюсь добраться до русалочьего моря как можно скорее, мама! — пообещала девочка и вдруг замешкалась, вспомнив, что путешествует не одна, — А можно я приду с друзьями?       — Конечно, — голос стал тихим, словно собирался вскоре исчезнуть, — Я буду ждать, Мейко…       Прекрасное лицо пропало, и перед девочкой вновь появилось ее собственное отражение. Она решительно поднялась на ноги и направилась к куклам, что ждали ее неподалеку.       — Мне показалось, ты говорила с кем-то, — заметил Гакупо, когда она вернулась.       Не обращая внимания на его слова, Мейко принялась собирать скидывать в сумку вещи.       — Мы уже уходим? Я думал, ты собираешься спать, — непонимающе склонил голову Арлекин.       Мейко быстро ответила, набрасывая на плечи дорожный плащ:       — Мы пойдем к русалочьему морю.       Она спрашивала дорогу у встречных людей, пока куклы прятались среди деревьев. Путь был недолгим, и через несколько дней Мейко увидела вдали сверкающую на солнце гладь воды. Ей казалось, что море огромно, оно разливалось дальше, чем она могла видеть, и на мгновение у нее перехватило дыхание от осознания его величия.       Ей захотелось перейти на бег, чтобы быстрее добраться до каменистого крутого берега, но она заставила себя шагать вместе с друзьями.       Уже через несколько мгновений она вновь увидит маму. Эта мысль заставляла ее сердце радостно трепетать, и девочка достала осколок. Она дрожала от волнения и невольно задержала дыхание, когда волны всколыхнулись, будто занавес. Мейко почувствовала, что Гакупо взял ее за руку, и подумала, что ему, должно быть, страшно. Ведь она не сказала друзьям, зачем они пришли сюда.       Мейко не знала, чего ждать. Смутные сомнения не покидали ее с тех самых пор, как она услышала от мамы про русалочье море, ведь все знали, что там живет страшная ведьма.       Мейко не хотела думать, что ее мама и есть та самая морская ведьма.       Но теперь все ее страхи подтвердились. Ведь кем еще может быть женщина с уродливыми черными щупальцами вместо ног?       — Мама… — прошептала Мейко.       — А ты подросла, малышка, — улыбнулась красавица, приближаясь к девочке и протягивая руки.       Мейко вырвала свою ладонь из руки Гакупо и побежала к ведьме. Услышав ее голос, увидев эту красивую улыбку, которую так хорошо помнила с самого детства, она поняла, что для не имеет значения, кем стала ее мама.       Счастье переполнило ее, когда теплые мокрые от воды руки мягко обняли ее за плечи. Это были все те же объятия, в которых Мейко так мечтала оказаться долгие годы.       В этот момент Мейко поняла, что будет предана морской ведьме всю оставшуюся жизнь.       — Это твои друзья, Мейко? — спросила она, чуть отстраняясь.       Мейко кивнула и жестом подозвала кукол. Арлекин и Гакупо сделали несколько робких шагов вперед, и Мейко видела теплую улыбку на лице мамы:       — Зовите меня Тето.       Куклы тихо представились.       Вновь повернувшись к Мейко, морская ведьма протянула руку. Девочка тотчас поняла, чего мама хочет от нее, и покорно вложила в ее раскрытую ладонь осколок.       — Это очень приятный подарок, Мейко, — сказала она, не сводя торжествующего взора с кусочка зеркала, — Чего бы ты хотела за него?       — Я не знаю… — растерялась Мейко.       Она всегда желала только найти маму, и больше ей ничего не было нужно. Это она и хотела сказать, когда вдруг вспомнила о друзьях. Она повернулась к куклам и сказала:       — Гакупо и Арлекин хотели стать людьми. Ты смогла бы сделать это, мама?       — Есть лишь один способ изменить тело живого существа навсегда. Но я не делала этого прежде, и потому велик риск ужасного исхода, который непросто будет исправить. Вы к этому готовы?       Гакупо замялся. Мейко вдруг поняла, что он очень боится ее маму, и это вызвало в ней сильнейшую обиду. Неужели он не может просто довериться своей подруге?       Арлекин с готовностью кивнул и Тето негромко произнесла:       — Что ж, тогда с тебя я и начну, — она быстро взглянула на Мейко, — Уведи второго.       Мейко тут же подчинилась. Она знала, что ничего плохого мама не сделает, ведь она всего лишь хочет исполнить чужое желание – разве это не признак доброты?       Почему Гакупо этого не понимает?       Мейко чувствовала, что он не хочет уходить. Но мама сказала, что это необходимо, неужели он не понимает, что ей лучше знать?       — Она ведь не навредит ему? — тихо спросил Гакупо, заставив тем самым Мейко резко остановиться и с нескрываемым гневом уставиться на него:       — Она ведь моя мама! Она хочет помочь.       Гакупо пробормотал слова извинения, но этого было недостаточно. Мейко снова отвернулась и пошла дальше, отпустив его руку. Она услышала за свой спиной его тихие шаги, а затем вдалеке раздался отчаянный крик.       Мама не могла сделать Арлекину ничего плохого. Мама – добрая прекрасная принцесса, она не стала бы вредить другу Мейко.       Девочка отчаянно верила в это и злилась, глядя как Гакупо нервно мечется по поляне.       Ночью она вновь пошла на берег. Она не хотела, чтобы Гакупо шел с ней, потому что все еще была обижена, но он и сам не собирался идти.       Мейко стояла в темноте перед черной водой и почему-то боялась. Она не знала, откуда взялся этот страх, но просто не могла заставить себя позвать маму.       Тето появилась почти сразу. Она смотрела на девочку с мягкой улыбкой, от которой у Мейко сразу потеплело на душе. Но все же эти черные щупальца, которые стремительно двигались и извивались так, словно жили своей собственной жизнью, очень пугали ее.       — Тебя что-то беспокоит, — заметила Тето, усаживаясь на каменистый берег и жестом приглашая Мейко сесть рядом.       Девочка тут же повиновалась, но не произнесла ни слова. Она боялась разозлить маму тем, что опасалась за Арлекина, ведь это было бы признаком недоверия. К счастью, Тето быстро догадалась, что ее мучает.       — Твой друг в порядке, — мягко сказала ведьма, — Верь мне, Мейко.       — Я бы очень хотела его увидеть, — осмелилась произнести девочка.       — Я знаю, — Тето понимающе кивнула, — Но сейчас он помогает мне кое-с-чем, и, думаю, нескоро сможет вновь встретиться с тобой.       Мейко опустила голову. Она надеялась, что сможет увидеть Арлекина, и докажет Гакупо и самой себе, что ее мама не стала бы никому вредить. Но Мейко готова была поверить Тето и на слово.       Только одно мешало ей относиться к маме с тем же восхищением, то и прежде… Мейко старалась не смотреть на жуткие щупальца, но они были повсюду. Куда ни кинь взгляд, они ползали вокруг, словно мерзкие огромные змеи, не останавливаясь ни на миг.       Тето медленно заговорила:       — Я знаю, что тебе непросто принять меня такой, какой я стала, Мейко…       — Нет, это не так!       — Но это был не мой выбор, — словно не услышав восклицание девочки, ведьма продолжала: — Настанет день, и ты все поймешь. Ты еще ребенок, Мейко, и тебе будет тяжело смириться с некоторыми моими действиями, но когда-нибудь ты осознаешь, что все это я делала не без причины.       — О чем ты? — прошептала Мейко, испуганная нарастающей серьезностью и холодностью в голосе мамы.       — Об этом нам еще рано говорить, — покачала головой Тето, — Но однажды, когда ты подрастешь, я попрошу твоей помощи. Пообещай, что сделаешь для меня все, чего бы я ни попросила.       Мейко впилась взволнованным взором в лицо ведьмы и торопливо закивала:       — Конечно, я обещаю!       — Вот и славно, — Тето широко улыбнулась, и ее белые зубы сверкнули в лунном свете, — А сейчас сделаю тебе небольшой подарок, Мейко…       — Какой?       Тето лишь улыбнулась и взмахнула рукой. Весь мир вокруг Мейко озарился чудесным лепящим светом, а затем девочка вдруг почувствовала, что ее тело быстро меняется.