Сборник драбблов по слаше

— ...поэтому и выходит 24. Или ты забыл, сколько будет 12 в квадрате?       Саша хитро усмехается и забирает заветную тетрадь с домашкой по физике из-под чужого носа. Хорошо чувствовать себя самым умным в школе хотя бы по одному предмету - есть чем похвалиться перед остальными! Как минимум перед такими как Слава. Он ведь и физику не любит, но из-за того что понимает её пытается соревноваться с Киселёвым... И это так смешно выглядит, что Саша не может не подшучивать над одноклассником в свободное время.       Парень прикрывает зелёные глаза и с удовлетворением отправляет квадратик молочной шоколадки прямо в рот, пряча тетрадь в учебник одноименного предмета, пока явно чувствует чужой злой взгляд на собственных руках. От этого ощущения у него весь учебный год болит живот в самом низу и он ничегошеньки не может с этим поделать.       Красивый, умный, богатый, смешной и открытый - новенький в виде Ронжина в этом году успел наделать много шума. Саша даже и не думал что сможет сойтись с таким... активным парнем, однако каждый урок любых точных наук они ревностно занимают третью парту около окошка, чтобы Саша на математике и химии мог залипать в окно, а Славу не отвлекали его друзья с третьего ряда, и очень громким шёпотом ругаются по поводу решения всевозможных задачек.       И если сначала это казалось просто развлечением в строгой и нудной, бесполезной школе, то теперь подобные моменты стали принимать немного иные оттенки. Как минимум так кажется Киселёву. — М-мгх, — недовольно издаёт звук горлом Слава, и зеленоглазого передёргивает от него физически. — Кринж какой-то. Тебе вечерами делать нечего, вот ты и задрачиваешь эту ебаную физику.       Парень молча приподнимает брови вверх и с тщательно скрываемым удивлением косится на одноклассника. И вот опять: это подкат, вызов на странную тему или просто плохое построение предложения? Обычно после подобных брошенных вскользь слов звенит звонок и начинается урок, не оставляя Киселёву выбора, однако проходит секунда, третья, пятая, а спасительный надоедливый звон всё никак не появляется на горизонте. — Ну, прилежные ученики этим и должны заниматься, а не на вписки ходить, — недовольно цыкнул наконец он. Это было смешно в их реалиях, ведь он сам был умным, но за хорошими оценками в аттестате никогда не гнался, а Слава был везде и всюду и успевал учиться на одни пятёрки. — После школы знания, приобретённые на вписках, будут более полезными, чем эти, — справедливо заметил Ронжин и Саша готов был поклясться, что его ухмылка, последовавшая за этим, была пошлой: — Поэтому в наших реалиях я более обучен, чем некоторые.       Парень буквально задохнулся в возмущении и понадеялся что щёки не заалели слишком сильно. Он сложил руки на груди и недовольно сощурился, глядя на одноклассника: — Смотря в каких сферах. Я работать выездным мальчиком на побегушках не собираюсь. В отличии от некоторых.       Нервозность и стресс зашкаливали, ему от этого хотелось делать тысячу действий и все одновременно, в то время как Слава, кажется, только и сделал что голову подпёр рукой, усевшись вполоборота к Киселёву. Спокойный, как змея. — Ну да, тебе выезжать не обязательно. Клиенты могут приходить прямо домой.       Разноцветные глаза точно посмотрели на его кадык, когда Саша сглатывал. Он точно уселся ещё ближе, и эта надменная ухмылка в купе со смеющимися глазами точно что-то означали. Саша готов был поставить сотку на это, и тысячу на то, что всё просто выглядит таковым в его глазах. На деле над ним просто стебутся, прикалываются, вот и всё.       У него занимает слишком много времени, чтобы придумать ответ. А потому, летая в своих мыслях в попытке подобрать ответочку как можно быстрее, он не осознаёт следующую фразу так быстро, как обычно: — Хотя такие богатенькие мальчики как я могут просто пригласить таких милых и хитрых мальчиков как ты жить к себе на неопределённое время за определённую сумму. И тогда тебе точно не нужно будет никуда ехать.       Саша не может понять что именно произошло: его очень тонко уткнули лицом в грязь или очень тонко подкатили, однако он понимает что его голова кружится, а воздуха в миг стало черезмерно много и мало одновременно. Чёрт возьми, да если Слава предложит ему за сотку жить у себя хоть в качестве питомца на улице на участке, он без промедления согласится. Однако даже такое предложение вряд ли наступит.       Подстёбы по поводу чужой недальновидности в физике ушли на второй план, обсирание их учительницы вообще в голове не упоминалось, а время до звонка, оказавшееся бесконечно долгим, было раем и адом наяву. — ...не уверен, что ты сможешь покрыть все расходы на мою задницу, если вдруг захочешь ею обзавестись.       Саша понимал насколько это было глупо и открыто, он прекрасно понимал это и всё равно сказал.       Чужое замешательство, написанное на лице красным маркером, легче всю ситуацию не делало. Киселёв уже успел возненавидеть себя за подобные высказывания, однако его сердце ушло в пятки, а мозг впринципе перестал работать в следующую секунду - Ронжин, мать его, Вячеслав, сидел и нагло улыбался ему после кривого подката, сверкал своими разноцветными глазами и положил ногу на ногу. Саша чувствовал, как парта чуть приподнялась от чужих длинных ног. — Не делай вид, как будто знаешь мои бюджеты.       О, Саша их знал. Или, как минимум, догадывался. Он примерно понимал сколько зарабатывает семья, переехавшая в новый большой дом прямо в центре их городка, не сильно отдалённого от столицы. И он почти придумал ответ, вот только скажет начало, а потом мозги сами закончат за него и всё будет хорошо и он заставит наконец этого идиота замолчать, не смущать его ещё сильнее, и-       Но прозвенел звонок. Слава хмыкнул и молча повернулся к доске, хотя учителя даже не было в классе. Говорить что-то дальше было бесполезно.       Логично предположить что в этот урок голова Киселёва была занята другим. Он не привык проигрывать в их словесных перепалках, а тем более не привык думать о чужих больших руках и плоском торсе во время физики. Но его голова наотрез отказывалась думать о чём-либо другом!       После таких уроков они больше не разговаривают. Молча расходятся по своим друзьям в течении всей недели, до следующего урока где может понадобиться калькулятор, не видятся и пересекаются чисто как одноклассники.       Но в этот раз всё было по-другому: сразу после окончания уроков, Саша даже не заметил как знакомая фигура привязалась к нему, следуя по пятам аж до самого окончания территории школы, чтобы выцепить из толпы за руку. — Пойдём.       Киселёв вообще ничего не понял. У него голова занята тысячами мыслей, он даже не сразу осознал кто потащил его в непривычную сторону. — Куда? — Пообедаем. Может тогда ты составишь правильное представление о моих бюджетах. — улыбаясь, заявил Ронжин, и Саша не смог устоять подобному соблазнению.