Лепестки

Пока шицзе и Цзян Чэн готовились к отъезду, Вэй Ин разузнал, что Лань Чжань действительно тайно покинул Облачные Глубины. «Наверняка он отправился на поиски, совсем забыв обо мне!» — не смог смириться Вэй Ин. И стоило только остальным отвлечься, как он сбежал, оставив записку, что отправляется на ночную охоту. Магия, удача и здравый смысл помогли не только обзавестись мушмулой, чтобы в пути было не так скучно, но и нагнать Лань Чжаня у реки. Заметив его фигуру, Вэй Ин тут же выудил самый спелый плод и бросил, совершенно уверенный, что Ванцзи обязательно его поймает. Так и вышло. Лань Чжань остановился, чуть повернув голову. — Лань Чжань! — Вэй Ин в мгновение ока оказался рядом. — Вот почему ты такой? — в ответ Ванцзи бросил мушмулу обратно. Вэй Ин, поймав её, тут же продолжил: — Мы вместе клялись не отступать от долга, но ты оставил меня одного и ушёл украдкой. Неужели боишься, что окажешься не первым в борьбе с предательством и в защите слабых? Я и не думал, что воспитанники клана Лань могут быть такими мелочными. — Убожество, — отозвался на это Лань Чжань и, отвернувшись, двинулся прочь. Вэй Ин проглотил обиду, хоть внутри и отозвались проклятые лепестки. Он тут же нагнал Лань Чжаня. — Ну-ка объясни мне, кто здесь убожество! Но Лань Чжань не слушал его, продолжая идти вперёд. Вэй Ин чуть нахмурился и тут же начертал в воздухе несколько иероглифов, скрепив запястья с Лань Чжанем магической лентой. Ванцзи прошёл ещё пару шагов и тут же заметил, что его руку нечто тянет назад. Он обернулся, пронзив Вэй Ина ледяным взглядом. — Я сам придумал это заклинание, — усмехнулся Усянь в ответ. — С ним ты не отойдёшь от меня дальше пары чжанов. Как тебе? Весело? — взгляд Ванцзи стал ещё холоднее. — Как его назвать? Собрат по оружию? Один плащ на двоих? — Ванцзи нахмурился, и Вэй Ин приготовился к гневной отповеди, но вместо того Лань Чжань бросил коротко: — Тёмное железо ожило. Вэй Ин приблизился и взглянул на маленький мешочек, печать на котором будто накалилась добела и засияла. — Оно что-то ощутило? — Возможно, рядом есть другой кусок, — предположил Лань Чжань. — Возможно… — Вэй Ину показалось, что он вспомнил что-то о здешних местах, но когда Ванцзи вопросительно посмотрел на него, стушевался и качнул головой. — Нет, ничего. Неподалёку находился город — Таньчжоу, и они направились туда в надежде услышать что-нибудь, что смогло бы навести на след. Однако вместо того они почти сразу столкнулись с Не Хуайсаном. Несмотря на то, что он после обучения должен был отправляться в Цинхэ, прелести ярмарки в Таньчжоу привлекали его гораздо сильнее. Вэй Ин был бы рад встретить друга по обучению, но сейчас это было не ко времени, потому он стремился отвечать на вопросы любопытствующего Не Хуайсана коротко. Лань Чжань же совсем не принимал участия в беседе. Пока они двигались по шумной улице между лотков с разнообразными товарами, всё казалось обычным, но внезапно люди впереди собрались в толпу. Вэй Ин насторожился, а Не Хуайсан воодушевился, и они вдвоём едва не бросились в самую гущу людей, но тут же обратили внимание, что Ванцзи застыл на месте. — Что же ты, Лань Чжань, пойдём посмотрим, что там такое? — предложил Вэй Ин. — Толпа. Не пойду, — чуть нахмурился Ванцзи. Вэй Ин присмотрелся к нему и решительно перехватил за запястье. Он чувствовал, что Лань Чжаню неуютно в таком людном месте, но на самом деле его тоже снедало любопытство. Только вот проклятые правила не позволяли ему даже шагу ступить. Они приблизились к людям, и Не Хуайсан тут же взялся за расспросы. Так они и узнали о приглашениях от цветочной девы. — Цветочная дева, — повернулся к ним Не Хуайсан. — Не та ли это цветочная дева, что ухаживает за цветущим круглый год садом в Таньчжоу? Я читал о ней в книге «Душа сезона хризантем». Вэй Ин настороженно взглянул на него, но Не Хуайсан не распознал этого взгляда. — Говорят, если в лунную ночь прочесть прекрасной деве стихи, то она одарит цветком, что не вянет три года. Если, конечно, стихи придутся ей по вкусу. А те, кого цветочная дева отвергла, тоже получают свои цветы — только растут те из-под кожи из-за неразделённой любви. Вот и называют эту болезнь — болезнью цветочной девы. Только изящные и талантливые бессмертные смогут получить одобрение таинственной садовницы, а простой человек, если не понравится ей, то и трёх лет не проживёт, как сам превратится в цветок. — Не-сюн, — вмешался Вэй Ин, — ты потрясающий. Из уроков Лань Цижэня не сумел запомнить ни строчки, а такие непотребные вещи хранишь в памяти, как драгоценность. — Разве непотребные? — нахмурился Не Хуайсан. — Болезнь цветочной девы может поразить любого! — Болезнь цветочной девы? — наконец переспросил Лань Чжань, и Вэй Ин сжал зубы, не зная, как теперь усмирить внезапно проснувшееся любопытство Ванцзи. — Когда один человек отвергает другого… — начал было пояснять Не Хуайсан, как вдруг с неба обрушился каскад цветочных лепестков. — Э-э… — зрелище оказалось настолько прекрасное, что он сразу забыл, о чём говорил. Вэй Ин перевёл дух и тоже залюбовался, а затем только заметил, что и Лань Чжань отвлёкся от них, очарованный потрясающим зрелищем, наверняка порождённым магией. — Господин Лань непревзойдённо изящен и талантлив, — вдруг сказал Не Хуайсан. — У него есть и грация, и красота. Из-за такого сама цветочная дева заболела бы болезнью любви, что насылала на прочих. Вэй Ин покосился на него, но, казалось, что Не Хуайсан сейчас полностью сосредоточен созерцанием того удивительного танца, который танцевали цветочные лепестки, кружа, опускавшиеся на землю. *** Отыскать сад, где, по слухам, появлялась цветочная дева, оказалось несложно. Однако когда они втроём вошли туда, то не заметили ни одного живого цветка. Будто чёрный огонь прошёл здесь, сжигая всё на своём пути и оставляя лишь разрушения и сажу. — Мы отстали только на шаг, — поражённо проговорил Вэй Ин. На лице Не Хуайсана отразилась настоящая боль. — Цветочная дева, конечно, была призраком, — сказал он. — Возможно, она и навредила кому-то — но только тем, кто сам обращался к ней! Кому пришло в голову разрушить её обиталище? Она ведь была настоящей легендой Таньчжоу, которая не меньше века очаровывала всех вокруг, — и тут он склонился и поднял с выжженной травы перо. — Что это? Птица? Вэй Ин оглянулся на Лань Чжаня и встретил его встревоженный взгляд. — Вэнь Чао, — озвучил он догадку. — Вэнь Чао был здесь. Сад, где столько лет жил призрак, был создан сплетением хаотических энергий, — добавил Вэй Ин и тут же замолчал: по взгляду Лань Чжаня было видно, что тот понял намёк. *** Они покинули Таньчжоу, и Не Хуайсан увязался с ними вместе. Он рассуждал о цветочной деве, и о том, что Вэнь Чао нельзя было поступать столь жестоко с призраком, а главное, — он явно не собирался покидать их. Вэй Ин, конечно, был доволен компанией — по крайней мере, Не Хуайсан отвлекал его от тревожных мыслей, из-за которых лепестки прорастали из-под кожи, но нельзя было сбрасывать со счетов то, что историю тёмного железа они должны были сохранить втайне. Лань Ванцзи шёл чуть впереди них, и даже спина его излучала сдержанное недовольство. — Тебе стоит вернуться в Цинхэ, Не-сюн, — напомнил Вэй Ин, и тут услышал, как Бичэнь покидает ножны — Лань Чжань заметил в кроне дерева птицу, излучающую тёмную энергию, и отправил к ней меч, но та ускользнула. — Поспешим, — бросил Ванцзи. Однако в лесу они быстро потеряли всякий след птицы, но обнаружили дорогу, которая постепенно вывела их к небольшому поселению. У самых ворот Вэй Ин заметил старушку, у которой можно было бы остановиться на ночлег. Он окликнул её не раз и не два, но старушка даже головы не повернула, только шептала что-то и дрожала, будто кто-то запугал её до смерти. Вэй Ин переглянулся с Лань Чжанем и попытался снова привлечь её внимание, и тогда она всё-таки поднялась и повела их вглубь поселения. Удивительно, но никто не повстречался им. Вэй Ину не нравилось всё это, и его беспокойство заметил Лань Чжань. — Что такое? — спросил он. — У меня странные ощущения от этого места, — ответил ему Вэй Ин. Они снова переглянулись. Вэй Ин нагнал старушку и окликнул её снова. Наконец-то она посмотрела на него прямо. — Небесная богиня пришла по наши души. Она поглощает души… — прошептала она. — О чём это? — переспросил Не Хуайсан, а старушка быстро убежала вперёд. — Небесная богиня поглощает души… — повторил задумчиво Вэй Ин и поднял глаза. Он смотрел прямо на гору Дафань. Они поспешили следом за старушкой, и та действительно привела их прямиком на гору, к порогу древнего храма, находящегося в чудовищном запустении. Повсюду была пыль, сухие листья забились в щели между плитами, пауки оплели колокольчики, что прежде весело звонили каждому ветерку. Внутри храм выглядел ещё непригляднее. Частично он уходил в скалу, и его стены темнели разводами влаги, плитки пола были разбиты или занесены песком. У подножия статуи можно было рассмотреть остатки приношений от почитателей, только вряд ли кто-то недавно чистил алтарь. — Это же простая статуя, верно? — указал веером Не Хуайсан. — Пусть у неё некрасивая улыбка, но как она может поглощать души? — Никто не видел, чтобы она поглощала души, — появился неизвестно откуда старик-смотритель. — Откуда здесь вообще взялась статуя богини? — спросил его Вэй Ин. — Когда-то это был лишь кусок древней породы, а затем он внезапно приобрёл черты танцующей богини, — отозвался смотритель. — Местные почитали её и молились ей. Но двадцать лет назад ни с того, ни с сего она начала приносить беды, пожирая души людей. Господин запечатал её, она всё равно погубила слишком многих, потому её храм и пришёл в запустение. — И кто это был? Кто её запечатал? — уточнил Вэй Ин. — Я слишком стар и не помню, кто это был. — Может, это был глава клана Цишань Вэнь? — заметил Вэй Ин знакомые иероглифы на табличке, которую смотритель держал в руках. — Я же сказал, что не помню, — продолжал упрямиться тот. — Вы искали место для ночлега? Так оставайтесь тут, может, тогда всё и поймёте. Он медленно пошёл прочь. Лань Чжань ничего не сказал, но Вэй Ин снова поймал его взгляд и понял, что Ванцзи не на шутку встревожен этим местом и этим рассказом. Всё это явно было связано с тёмным железом не меньше, чем сад цветочной девы. — Вэй-сюн, меня пугает улыбка этой богини, думаешь, она правда пожирает души? — спросил Не Хуайсан. Не успел Вэй Ин его успокоить, как старушка вошла в храм и бросила хворост на каменный пол. — Ночи холодные, — сказала она тихо. — Разожгите огонь. Не Хуайсан поклонился, благодаря её за такую заботу, но старушка развернулась и посеменила прочь. Вэй Ин задумчиво дотронулся до кончика носа. Вся история не нравилась ему ни капли, но не разобраться в ней до конца и просто уйти он точно не мог. Не Хуайсан не только развёл костёр, но разжёг множество свечей, расставив их повсюду, будто они помогали ему справиться со страхом. Ночь приближалась, и вскоре в храме воцарился полумрак. Не Хуайсан уснул первым, Вэй Ин тоже сел к стене отдохнуть, Лань Чжань предпочёл медитацию. Разбудил их всех шорох камня. Вэй Ин удивлённо взглянул на статую и тут же вскочил. Рядом с ним остановились Лань Чжань и Не Хуайсан. Богиня ожила. Двигалась она медленно, будто пробуждалась ото сна, и камень шуршал, скатывался к подножию статуи мелкий гравий. Внезапно каменное лицо улыбнулось, а затем часть развевающихся одежд обрушилась, и богиня посмотрела на них. Вэй Ин и Лань Чжань вместе обнажили мечи, однако Ванцзи показался богине более интересным противником. Она всё время норовила ударить его каменной ладонью, и Вэй Ину приходилось направлять заклятия снова и снова, чтобы помочь ему. «Даже богиня готова заставить меня пить уксус», — хмыкнул своим мыслям Вэй Ин. — Эй, Лань Чжань, — окликнул он, выбросив заклинание, которое только сегодня опробовал на самом Ванцзи, и захватив в плен каменное запястье, — как думаешь, ты ей понравился? — Прекрати, — оборвал его Лань Чжань, уходя от удара. Богиня вырвалась из магических пут, и её отбросило на несколько шагов назад, к камням, служившим ей постаментом. Вэй Ин тут же отправил ей вслед пару печатей. Лань Чжань воспользовался мечом и припечатал богиню ещё раз, тогда и Вэй Ин воспользовался более серьёзным заклинанием. Статуя замерла на прежнем месте. — Неужели запечатана?! — восхитился Не Хуайсан. Но радоваться оказалось рано. Снаружи послышался странный шум, и когда Вэй Ин выглянул, то увидел толпу одержимых людей, которая явно двигалась к ним. — Они все одержимы и пришли за нами, — сказал он, и снова они встретились взглядами с Лань Чжанем. Если тот никак не хотел понимать шутки Вэй Ина, то в своих опасениях они оказались единодушны. — Богиня была лишь прикрытием, — высказал Вэй Ин свою мысль. Одержимые начали стучать в ворота храма, и Вэй Ину пришлось запечатать их. И в этот миг снаружи раздался далёкий крик птицы. — Снова она, — заметил Лань Чжань. — Мы попали в ловушку, — пробормотал Не Хуайсан. Заклинание не могло продержаться долго, створки ворот уже начали поддаваться под чередой ударов. «Вот это действительно ночная охота, — мрачно подумал Вэй Ин. — Я нисколько не солгал, когда писал записку». И в этот самый миг двери наконец распахнулись.