Лепестки

Уже на следующий день на глаза Вэй Ину попались бамбуковые таблички, где нашлось то самое описание, что было им нужно. Утомлённая ночными чтениями Вэнь Цин спала, уложив голову прямо на столик среди книг и записей, и Вэй Ин, укрыв её плащом, вышел в утро и вдохнул прохладный воздух. С одной стороны, он был рад, что отыскал разгадку и теперь сможет помочь Цзян Чэну, с другой… Разве могла не страшить возможность потери Золотого ядра?.. «Совершить невозможное, помнишь? — спросил он самого себя. — Совершить невозможное, таков девиз Пристани Лотоса! Разве не это имелось в виду?» Он провёл ладонями по лицу и задумчиво оглянулся на дверь. Вэнь Цин всё ещё спала, и утро только-только разворачивалось. Не стоило беспокоить её сейчас. Вместо того Вэй Ин разбежался и перемахнул ограду надзирательного пункта. Он ни за что не признался бы даже себе, что пытается запомнить, как чётко и слаженно бежит внутри сейчас энергия ци. Ни за что не сказал бы кому бы то ни было, что хочет насладиться возможностями собственного Золотого ядра до того, как полностью их утратит. Утешение было только одно — отомстив, покончив с Цишань Вэнь, он быстро покинет этот мир, сражённый лепестками, прораставшими изнутри. Склоны гор в этих местах стали приютом фазанов. Вэй Ин выследил птиц и поймал одну, наслаждаясь росистыми травами, терпким ароматом полевых цветов, бескрайней синевой небес. Однако радость от поимки фазана быстро сменилась тревогой. Он был не один среди утренней тишины, ощущение присутствия живого существа было столь острым и сильным… Пахло кровью! Вэй Ин огляделся. Неподалёку склон обрывался вниз, заросший травами обрыв скрывал ложбину, которую он прежде не заметил. Подойдя ближе, Вэй Ин обнаружил там заклинателя в чёрном, лицо которого скрывала белеющая повязка. Опустившись рядом, Вэй Ин осторожно повернул голову незнакомца. Из-под повязки совсем недавно текла кровь, теперь подсохшие алые ручейки расчерчивали лицо. Нахмурившись, Вэй Ин внезапно осознал, что черты ему знакомы. «Сун Лань? — удивился он. — Откуда он здесь, почему в таком состоянии?» Забыв про собственную добычу, Вэй Ин подхватил бессознательного заклинателя на плечи и помчался обратно в надзирательный пункт. *** Осматривая глаза Сун Ланя, Вэнь Цин хранила молчание, выражение её лица было крайне сосредоточенным. Наконец она отошла в сторону, поручив дальнейшие заботы Вэнь Нину, и Вэй Ин спросил: — Он в порядке? — В порядке, — уронила Вэнь Цин. — Зрение вернётся к нему через несколько дней. Только… — Что? — спросил Вэй Ин, но она качнула головой и отвернулась. — Сун-сюн… — обратился Вэй Ин к заклинателю. — Господин Вэй? — узнал его по голосу Сун Лань. — Не ожидал, что мы встретимся. — Как вы здесь оказались? — подхватил Вэй Ин. — Кем были ранены? Сун Лань вздрогнул и отставил в сторону предложенный Вэнь Нином целебный отвар. — Помните ещё тот день, когда мы расстались с вами? — спросил он. — Тогда мы отправились с Синчэнем странствовать. Несколько дней назад был день рождения моего наставника, потому я решил вернуться в храм Байсюэ, чтобы приветствовать его. Мы разделились, договорившись, что Синчэнь встретит меня позже. Мог ли я представить, что не найду в храме ни одного живого человека?.. Едва я прошёл за ворота, как наткнулся на первого убитого… Они лежали повсюду, и уже запёкшаяся кровь была на камнях. Мой наставник из последних сил цеплялся за жизнь, он успел сказать мне только: «Берегись». Жуткая история заставила темноту в душе Вэй Ина всколыхнуться. Вэнь Цин побледнела, а Вэнь Нин сжал кулаки. Сун Лань продолжил не сразу, собираясь с мыслями, усмиряя боль. — Никого не осталось… И я не знал, что убийца — Сюэ Ян — следит за мной, выжидая, когда случившееся лишит меня душевного покоя. Едва мой наставник вздохнул последний раз, как Сюэ Ян прыгнул вниз и ядовитым порошком ослепил меня. Он смеялся надо мной, рассказал, что не пощадил никого из воспитанников храма, а наставника моего пытал более десяти дней, — Сун Лань замолчал. — Зачем… — не удержался Вэнь Нин. — Так Сюэ Ян отомстил Синчэню, — Сун Лань опустил голову. Из-под свежей повязки побежала капля крови — он не мог сдержать слёз. — Что было потом? — спросил Вэй Ин. — От боли разум мой помутился, и я потерял счёт времени. Кажется, я слышал голос Синчэня. Он обещал, что отведёт меня к наставнице… — Сун Лань чуть качнул головой. — Он говорил, что Саньжэнь Баошань сумеет исцелить мои глаза. — Баошань? — нахмурилась Вэнь Цин. — Великая наставница живёт в уединении, — вспомнил Вэнь Нин. — Говорят, она может возвращать из мёртвых и наращивать плоть на костях. — Именно, — согласился Сун Лань. — Синчэнь привёл меня в Илин, но больше я ничего не помню. — Неужели Баошань-саньжэнь живёт именно здесь? — торопливо переспросила Вэнь Цин, но Сун Лань не мог ей ответить. Вэй Ин улыбнулся своим мыслям. — Пусть Сун-сюн отдохнёт, — сказал он. Когда они покинули комнату, он задержал Вэнь Цин за запястье. — Я нашёл способ, — сказал он тихо. — А теперь придумал, как рассказать о нём шицзе и Цзян Чэну, чтобы они не помешали… — Сумасшедший, — вздохнула Вэнь Цин. — Что если я сама не соглашусь?.. — Сестра? — Вэнь Нин, что прошёл вперёд, вернулся к ним. — Цзян Чэну можно помочь? Вэнь Цин растерянно молчала. Вэнь Нин недоверчиво улыбнулся. — Сестра! Если это возможно, помоги ему! Прошу тебя. Он церемонно склонил голову, а Вэнь Цин посмотрела на Вэй Ина. По глазам её читалось, насколько сильно она не одобряет эту идею. — Благодарю тебя, — кивнул Вэй Ин. Вэнь Цин развернулась и вышла, но Вэй Ин уже понял, что убедил её. *** Вэй Ин не сразу решился убрать иглы, удерживавшие Цзян Чэна во сне. Пришлось собираться с мыслями, и он некоторое время сидел на краю постели, задумавшись так глубоко, что не заметил, когда в комнату вошла Цзян Яньли с подносом, где стояла плошка с бульоном. Он обернулся, только когда раздался мягкий звук от соприкосновения того со столиком. — Шицзе? — повернулся он. — А-Сянь… — она подошла ближе и с печалью посмотрела на Цзян Чэна. — Я знаю, как его вылечить, — решился Вэй Ин. — Знаешь? — она перевела взгляд. — Действительно знаешь? — Да, — Вэй Ин утешающе улыбнулся. — Позволь нам поговорить вдвоём? Лучше ступай отдохнуть, ты ведь ещё не оправилась от простуды. — Хорошо! — она погладила его по руке и покинула комнату. Казалось, даже ступать она стала легче, окрылённая надеждой. Вэй Ин вытащил иглы и отошёл к столу, ожидая, когда Цзян Чэн проснётся. Он слышал, как изменилось дыхание, и угадал момент пробуждения. — Проснулся? — чуть ворчливо спросил он. — Иди к столу и поешь! Неужели хочешь умереть от голода? — Живым мне не отомстить, — тихо ответил Цзян Чэн. — Умру, стану ожесточённым призраком и… — У тебя не получится, — возразил Вэй Ин. — С самого детства ты прошёл через столько усмиряющих дух обрядов, что тебе ни за что не стать таким призраком. — Какая тогда для меня разница между жизнью и смертью, если я не могу совершить единственное, что должен? — устало откликнулся на это Цзян Чэн. — Если ты будешь отказываться от еды и не восстановишь силы, разве сможем мы вернуть тебе Золотое ядро? — рассудительно ответил ему Вэй Ин. Цзян Чэн молчал, но Вэй Ин почувствовал его напряжённый взгляд. Он выдержал паузу и повернулся. — Да, ты верно услышал. Сегодня я встретил Сун Ланя, и он рассказал нам, что здесь поблизости живёт Баошань-саньжэнь. Она не откажет в помощи сыну Цансэ, а ты ведь знаешь, она прославилась тем, что умеет оживлять мёртвых и исцелять даже самые страшные болезни. — Баошань-саньжэнь? — повторил Цзян Чэн. — Та самая Баошань? — Да, именно так, — подтвердил Вэй Ин. — Она восстановит твоё Золотое ядро. Конечно, если ты будешь к этому готов. Сейчас, посмотрев на тебя, она, пожалуй, не поверит, что есть что восстановить. Цзян Чэн медленно сел на постели. Вэй Ин ни на миг не отводил взгляда, продолжая складно лгать: — Я отведу тебя к Баошань-саньжэнь, и она вернёт тебе Золотое ядро. Если не веришь мне, можешь спросить Сун Ланя. Баошань по просьбе Синчэня вернула ему зрение. — Сун Лань… здесь? — Цзян Чэн качнул головой. — Отчего?.. — Это долгая история, — Вэй Ин сложил руки на груди. — Пока не поешь, не стану рассказывать. Цзян Чэн безропотно принял его помощь и прошёл к столу, где взял плошку с бульоном, чтобы пить маленькими глотками. Вэй Ин сел напротив и начал рассказывать, как нашёл Сун Ланя и что с тем приключилось. Он уделял внимание мельчайшим подробностям, многие из которых попросту выдумал, зато Цзян Чэн так и не спросил, какой же способ восстановления Золотого ядра знает Баошань… *** Но прежде, чем отправляться в горы, где Вэнь Нин уже нашёл площадку и начал подготавливать место для передачи Золотого ядра, нужно было заставить Цзян Яньли уехать в безопасное место. Вэй Ин был уверен — как только сестра увидит их рядом, спустившихся с горы, она разгадает то, что случилось. К счастью, Сун Лань поправлялся быстро, и уже к исходу первого дня начал отличать свет от тьмы и видеть очертания предметов. Вэнь Цин позволила ему снять повязку. Вэй Ин обратился к Сун Ланю за помощью, и тот, конечно, не стал отказывать: — Я сберегу деву Цзян, — церемонно поклонился он. — Господин Вэй, если бы вы не нашли меня в горах, выжил бы я? — Отчего только Синчэнь не остался с тобой рядом?.. — удивился Вэй Ин. — Надеюсь, с ним ничего не случилось. Лицо Сун Ланя омрачилось. — Думаю, он отправился искать Сюэ Яна, — наконец сказал он. — Не стал ждать меня, потому что я был слишком слаб. Не стал терять времени. Надеюсь, что сейчас он не попался в коварную ловушку. — Синчэнь — талантливый заклинатель, — успокоил его Вэй Ин. — Сюэ Ян даже со всеми хитростями не сумеет тягаться с ним. *** На следующий день, ближе к ночи, когда Яньли уснула, потому что Вэй Ин заполнил курильницу в её комнате снотворным порошком, что дала ему Вэнь Цин, Сун Лань увёз её в Ланьлин. Провожая сестру, Цзян Чэн стоял рядом с Вэй Ином, но мыслями был далеко. Оживлённый, он мечтал лишь о том, что уже завтра утром отправится на гору, к заклинательнице, которая слывёт бессмертной. Вэй Ин украдкой бросил взгляд на Вэнь Цин, она сразу же отвела глаза и ушла обратно в надзирательный пункт. Вэнь Нин поспешил за ней следом. *** Чтобы всё прошло гладко, Вэй Ин выдумал для Цзян Чэна немало запретов. Он заботливо завязал ему глаза и объяснил, что ни в коем случае, что бы ни случилось, нельзя оглядываться вокруг, рассматривать живущих на горе людей и саму Баошань. Нельзя запоминать ни само место, ни дорог, к нему ведущих. Вэй Ин нашёл для него надежный посох и указал дорогу. — Я точно знаю, что это тропа ведёт, куда нужно, — сказал он. — Но не могу идти с тобой рядом. Представься мной, расскажи о своём увечье, попроси Баошань о помощи, сыну Цянсэ она ни за что не откажет. — Всё понял, — кивнул Цзян Чэн и осторожно двинулся вперёд, прощупывая посохом дорогу. Вэй Ин некоторое время смотрел ему вслед. Вэнь Цин подошла к нему сзади и коснулась плеча. — Ты хорошо всё обдумал? — спросила она. — Да. И не усомнился, — взглянул на неё Вэй Ин. — Пойдём. Они выбрали другую тропу, ведущую к вершине. Пока Вэнь Нин бесшумно следовал за Цзян Чэном, наблюдая, чтобы с тем ничего не случилось, Вэнь Цин заставила Вэй Ина лечь на выстланное травами ложе. — Если бы я могла, — начала она, — я бы уменьшила твою боль, я бы дала тебе нужного зелья. Но спать можно только Цзян Чэну — тогда он безропотно примет Золотое ядро, и то найдёт своё место. Ты же должен трижды отречься от собственной сути, а значит… — она замолчала. — Я сохраню ясность сознания, — поспешил убедить её Вэй Ин. — Постараюсь справиться как можно быстрее, — Вэнь Цин отвела взгляд. — Но пройдёт не менее суток… Вэй Усянь… Сможешь ли ты столько времени терпеть боль? — Смогу, — ответил он твёрдо. — Будь по-твоему. Раздался удар в гонг, ещё один — Вэнь Нин показывал и им, и Цзян Чэну, что тот прибыл на место. Вэнь Цин отвернулась, глубоко вздохнула и ушла, оставив Вэй Ина смотреть, как быстро несутся облака. «Бабушка Баошань, — обратился Вэй Ин к той, кого никогда не видел, — жаль, что сейчас ты на самом деле не можешь помочь». Он услышал строгий голос Вэнь Цин, который было трудно узнать — она позаботилась о нужном для такого отваре, услышал робкие ответы Цзян Чэна. Вскоре Вэнь Цин вернулась и уложила того на соседнее травяное ложе. — Скоро подействует, — сказала она и обернулась на Вэй Ина. В руках её блеснуло тончайшее серебряное лезвие. Вэй Ин помнил по рисункам на бамбуковых табличках, для чего оно. Боль не заставила себя ждать.