Скорбь океана

      Роща, где-то за краем которой садилось солнце, была скована снегами и очерчена льдом, отражавшим закатные лучи. Но воинам, сражавшимся на берегу замёрзшего пруда, было не до того, чтобы любоваться красотой пейзажа. Водяные кони, утомлённые ледяным безмолвием оков зимы, вышли на охоту, и было важно не пустить их на равнины, по которым, вытоптав всю жизнь из промёрзшей земли, твари вернулись бы в родной океан и принялись бы топить корабли. Вождь запер их в зачарованной роще на пороге зимы, вместе со своим войском ранив опасных коней и загнав их зализывать раны под воду, а утром вода схватилась льдом, и он призвал богов и духов помочь ему запечатать пруд накрепко. Если бы не баловство кого-то из верхнего мира, разбудившего солнце, подтопившее лёд, водные лошади протомились бы в плену до весны. Рьон, который уже три зимы сражался по левую руку вождя, возглавлял охранный отряд, когда лёд проломился и лошадиные ноги, кроша его, зацокотали по зеркальной глади, припорошенной снегом. Он немедленно разослал воинов окружить противника и отдал приказ всеми силами не давать ему прорваться. Его тяжёлый меч наполнился силой богов, и боевой клич, вырвавшийся из его лёгких, заразил азартом битвы каждого из подхвативших яростный вопль солдат. Удары рубили, окрашивая безупречно чистый снег кровью людей и тварей. Искажённые яростью лица воинов, крики умирающих, ржание и почти человеческие стоны водяных коней наполнили застывшую водную гладь, озарённую лучами заката, приходившего вскоре после полудня. Рьон одолел уже трёх диких неугомонных зубастых монстров, когда один из них подобрался к нему слишком близко, и воин не выстоял, рухнув наземь. Он решил во что бы то ни стало забрать противника с собой в смерть и собрал все силы, чтобы вонзить меч в бедро твари, когда она внезапно, подчиняясь странному зову, ринулась прочь, огромными скачками преодолевая расстояние, отделявшее её от рощи, и бросилась навстречу закату. Поднявшись, Рьон погнался за ней, призывая кого-то из своих ближайших соратников присоединиться к его погоне. Увы, как бы ни был быстр северный воин, водный конь превосходил его в скорости даже среди вязких подтаявших снегов. Проводив глазами исчезающий силуэт водного коня, Рьон выругался. У него не было времени задуматься, почудился ли ему силуэт всадника на спине опасного монстра, или кому-то в самом деле удалось оседлать это своенравное дикое существо.       Цзао Ваньцинь охотился за ожерельем Даина уже несколько недель, но артефакт ускользал от него каждый раз, когда он подбирался достаточно близко, чтобы его заполучить. Во время недавнего сражения местных заклинателей с водяными лошадьми ему удалось найти себе нового союзника и заодно убедиться, что волшебные создания этих краёв приходят на его зов ещё охотнее, чем призываемые на родине существа. Каждый год путешествия за край мира дарил ему неоценимый опыт, который дома ему пришлось бы накапливать десятилетиями. События сменяли друг друга так быстро, как будто само течение времени изменило свой ход, когда он покинул родные края. Здесь смутные легенды слишком часто становились реальностью, чтобы пропускать их мимо ушей. Именно так, в виде неясных слухах пришла к нему история о магическом ожерелье, сплетённом из солнечных лучей, который преподнесла однажды богиня духу, сумевшему её очаровать. Впоследствии артефакт не раз менял хозяина и бывал похищен, но теперь он вернулся в земли альвов, и не было лучшего помощника, чем водяной конь, чтобы проникнуть на их земли. Копыта лошади звонко отбивали дробь на нависающих над морем скалах, а шум волн аккомпанировал им. Цзао Ваньцинь внимательно прислушивался, рассеивая свою ауру по окружающему пространству, чтобы вовремя успеть обнаружить любого, кто может преградить ему путь. С неудовольствием он ощутил следы присутствия людей на ритуальной скале, в непосредственной близости от которой пролегал его путь. Затаившись, заклинатель решил дождаться, пока приношение будет отдано духам. Его конь нетерпеливо заржал, и заклинатель отпустил его порезвиться в волнах. Его ожидание не продлилось долго - у совершавших обряд воинов что-то пошло не так. Вынырнув из-за отвесного утёса, но оставаясь в его тени, заклинатель увидел, что ритуал воинов был прерван внезапным нападением диких псов зелёного великана. Лязг оружия и звериный рык растревожили скалы, а битва окрасила ритуальные подношения духам человеческой и звериной кровью. Цзао Ваньцинь заметил среди сражающихся того же огромного воина с глазами цвета утреннего неба, который попался ему на глаза, когда он призывал водяную лошадь. Присмотревшись повнимательнее, он обратил внимание, что уровень духовных сил незнакомца и его боевые техники заслуживают интереса. Поразмыслив, он вышел из своего укрытия и вступил в битву на стороне людей. Явно превышающие числом и обуреваемые яростью псы теснили воинов к расщелине, но, когда дерущиеся приблизились к ней, командир дал им знак, и вследствие обманных манёвров в пропасть полетели собаки. Один из сражавшихся с ними также не удержался на краю, но битва была выиграна. Не успели воины почтить молчанием память погибшего и издать жизнеутверждающий клич победы, как скалы под ними пришли в движение, недовольно грохоча. Цзао Ваньцинь почувствовал, что теряет равновесие. Он подпрыгнул, отправляя в полёт меч, чтобы вскочить на него, но непроглядная тьма застлала всё вокруг, и всё, что он успел разглядеть, были камни, смыкающиеся над его головой, и силуэт водяного скакуна, мелькнувший на фоне неба. Его помощник не успел прийти к нему на помощь.        Приземлившись на каменный пол пещеры, Цзао Ваньцинь приказал мечу вернуться в руку, затем наполнил духовной силой парящую сферу, чтобы осветить пространство, в котором оказался. Рядом с собой он обнаружил двоих заклинателей из местных, одним из которых оказался заинтересовавший его воин.        - Ты что, альв? - спросил он Цзао Ваньциня. - Никогда прежде не видел, чтобы кто-то так сражался. Это ты разверз скалы?       Цзао Ваньцинь поспешил заверить его, что он точно так же попался в неожиданную ловушку, как и его спутники.        - Что ж, тогда будем выбираться вместе, - миролюбиво констатировал блондин.       Там, в подземелье, где им пришлось провести вместе немало времени, прежде чем они снова увидели дневной свет, Цзао Ваньцинь и Рьон не раз сражались бок о бок, и это приключение положило начало их долгой и крепкой дружбе. Немало событий произошло, прежде чем северный воин покинул свои края вместе с древним заклинателем, чтобы стать его спутником и последовать за ним, когда Цзао Ваньцинь решил вернуться домой, но со временем связывающие их узы дружбы становились лишь крепче. Именно Рьон, получив после возвращения Цзао Ваньциня домой новое имя, привёл однажды к тому заплаканную девочку с удивительными духовными силами, которую он нашёл рыдающей в заброшенном храме. Не помнящая ничего, кроме своего имени, малышка стала последней и весьма успешной ученицей мастера защиты.               Цзао Ваньцинь посмотрел на стоящую рядом с ним заклинательницу. Колокольчик с её ножен исчез.        - В какую войну ты вступаешь, Лухо? - спросил он её.       Они расположились в беседке посреди пруда, украшавшего дворик монастыря, который она избрала своим жилищем.        - Заклинательские ордена не знают мира, - ответила она. - А я вступаю в один из них в качестве приглашённого адепта.        - В какой же? - поинтересовался Цзао Ваньцинь. - Они смогут тебя научить чему-то полезному?        - Очень на это надеюсь, - ответила Ай Лухо. - Я хотела бы попробовать на вкус ярость.       Цзао Ваньцинь кивнул, наблюдая, как упавший с дерева зелёный лист с золотистыми прожилками опускается на спокойную воду пруда.               Когда он пришёл к Сюэ Яну, мальчишка старательно пытался порвать верёвки на своих запястьях и притворился, что не обратил на заклинателя никакого внимания.         - Пришло время проверить, восстановились ли твои духовные силы после ранения, - произнёс заклинатель.       Сюэ Ян улыбнулся, и ничего доброго эта улыбка не предвещала.        Пока Цзао Ваньцинь вёл выздоравливающего пленника по коридорам, тот, к счастью, не порывался сбежать. Когда они добрались до зала, заботливо защищённого заранее особенно прочными щитами, древний заклинатель направил духовную силу на верёвки, цепко оплетавшие тело Сюэ Яна, – они зазмеились прочь и понуро свернулись в углу. Прикоснувшись к точкам на теле некроманта, Цзао Ваньцинь медленно отошёл от него на несколько шагов, наблюдая, как загораются глаза Сюэ Яна и на лице его проступает нескрываемое удовольствие. Ощутив, как струится магия по его телу, почти забывшему это ощущение, молодой заклинатель глубоко вдохнул и выдохнул, направляя её течение, будто расправлял крылья. Ощутив, что его сила снова находится под его контролем, он немедленно атаковал Цзао Ваньциня потоком направленной энергии, который расплескался по комнате, разбившись об активировавшийся щит. Древний заклинатель прислушался к звучанию силы Сюэ Яна, потом посмотрел серьёзно в его смеющиеся глаза и сказал.        - Ещё раз.        - Всегда пожалуйста, - ответил мальчишка, и ещё один удар туго сплетённой энергии выстрелил в направлении заклинателя.        Цзао Ваньцинь подставил ладонь, принимая в себя выпущенный заряд силы и внимательно изучая его.         - Хватит, - сказал он, видимо, разобрав всё, что ему нужно.       Сюэ Ян ухмыльнулся, но не ослабил потока энергии.        - Я сказал, хватит, - повторил Цзао Ваньцинь, безжалостно рассеивая выпускаемую мальчишкой силу.       Сюэ Ян отскочил и попробовал внезапно напасть на Цзао Ваньциня со спины, но тот мгновенно поймал его в гибкий барьер, окруживший молодого заклинателя со всех сторон.        - Опять связываешь? - разочарованно протянул мальчишка.       Цзао Ваньцинь не обратил на его слова никакого внимания, подошёл ближе и стал рассматривать, как струится по каналам его пострадавшего тела духовная сила. Осторожно расправляя её течение, он долго не снимал барьера, а опустив его разлиться по полу, почти молниеносно снова запечатал мальчишку.        - Было бы удобнее, если бы ты не чинил препятствий, - прокомментировал Цзао Ваньцинь, когда вернул мальчишку в ненавистную тому комнату, служившую ему темницей уже не первый месяц.        - Тебе может и было бы, - огрызнулся Сюэ Ян.        - Как по твоим ощущениям, насколько ты восстановился?        - А сам как будто не знаешь, столько меня щупал.       На словах "щупал" Цзао Ваньцинь беззастенчиво потянулся к мальчишке и принялся гладить его, вынуждая откликнуться на ласку.        - Ты в курсе, что я последний раз до твоего ранения касался твоей духовной силы много лет назад? - уточнил заклинатель.        - Об этом я не подумал, - ответил Сюэ Ян.        - И что скажешь?        - Думаю, где-то на две трети, - сказал он задумчиво.        - Неплохо, - прокомментировал Цзао Ваньцинь. - У тебя довольно большой потенциал силы.        - Я талантливый, - широко улыбнулся мальчишка, не смущаясь бесстыже шарящих по его телу рук.        - Завтра проведём тренировку на мечах, - сказал Цзао Ваньцинь.       Сюэ Ян встрепенулся.        - Мой меч у тебя? А мой второй меч?        - Только Цзянцзай.         - Ты отдашь мне его?        - Заберёшь с собой, когда будешь уходить.         - Ты правда хочешь, чтобы я поверил, что ты меня выпустишь?        - Выпущу, - ответил Цзао Ваньцинь, избавляя пленника от одежд и настойчиво проникая в него сзади.       Дыхание Сюэ Яна участилось.        - Зачем тебе столько со мной возиться, чтобы отпустить? - проговорил он прерывисто.       Цзао Ваньцинь промолчал.        - Потому что ты меня любишь? - спросил внезапно некромант.       Цзао Ваньцинь замер. Сюэ Ян выскользнул из его объятий, посмотрел на него и оглушительно расхохотался.        - Видел бы ты своё лицо, - сказал он сквозь смех.       Цзао Ваньцинь прижал Сюэ Яна к кровати, снова проник в него и продолжил трахать, как ни в чём не бывало.