Скорбь океана

       - Зачем тебе это? - спрашивал Сюэ Ян, наблюдая новые и новые попытки Цзао Ваньциня направлять тёмную энергию, которые не увенчивались успехом.       Древний заклинатель отвечал вздохом.        - Есть много путей для самосовершенствования.        - И тёмный путь – не один из них. Тебе не говорили, что он разрушает тело и душу? - ехидно интересовался Сюэ Ян.       Цзао Ваньцинь поднимал брови в притворном удивлении.        - Да ладно, - сказал он. - Я как-то давно всё пытался разглядеть, как это происходит, но так и не смог.        - У тебя что, были знакомые последователи тёмного пути? - удивился Сюэ Ян.       Цзао Ваньцинь кивнул и снова попытался выплести из тьмы управляющую нить.        - Мне это надоело, - сказал Сюэ Ян. - Ужасно скучно смотреть на твои потуги.       В его руках появилась коробочка, служившая вместилищем для артефакта. Он непринуждённо протянул Цзао Ваньциню Инь Ху Фу, с таким выражением лица, с каким древний заклинатель обычно протягивал Сюэ Яну конфетки. Цзао Ваньцинь смерил Сюэ Яна настороженным взглядом, взять печать из его рук, повертел её в пальцах, коснулся своей силой.        - Не так, - раздражённо произнёс Сюэ Ян, выхватывая Инь Ху Фу из рук древнего заклинателя. - Она активируется тьмой, смотри.       Направив тёмную энергию в сердце артефакта, он заставил печать запульсировать тьмой, и атмосфера вокруг сразу стала тяжелее. Тёмная энергия, стекаясь, стремилась к аккумулирующему её артефакту, пронизывая чёрными нитями всё пространство. Цзао Ваньцинь почти инстинктивно активировал щит, оберегающий его от тёмной энергии, но затем поспешно снял его, усилием воли заставляя себя воспринимать текущую вокруг тьму как нормальное и естественное явление. Сюэ Ян вложил в его ладонь печать.       Тьма текла, захватывала, наполняла, вызывая отголоски того, что он почувствовал, терзаемый ею в ущелье Погребальных Холмов. Как будто обрадовавшись новой встрече, тьма вплеталась в энерготок, суля великую силу и грандиозные свершения, заставляя почувствовать себя уверенным и непобедимым. Она стремительно скользила по линиям ауры, будто остро отточенный клинок, разрезающий кожу и вскрывающий вены. Сосредоточившись, Цзао Ваньцинь направил её течение и выбросил вверх столб тьмы, добравшийся, казалось, до самого неба. Дыхание его участилось, и он заставил себя успокоиться. Сюэ Ян ободряюще улыбнулся ему. Туго скрученная управляющая нить слилась с течением энергии мёртвого тела, лежавшего неподалёку, нашла путь в его сердце и зацепила мертвеца, как крючком, распускаясь по линиям кровотока и проступая тёмными полосами на коже.        - Молодец, - похвалил Сюэ Ян. - Теперь отдай ему приказ.       Цзао Ваньцинь, весь обратившись в ниточки тьмы в чужом теле, направил тёмную силу в мышцы мертвеца, и тот, пошатываясь, поднялся.        - Нет-нет, - прокомментировал некромант, по всей видимости, ужасно довольный тем, что ему выпал шанс учить чему-то древнего заклинателя. - Тебе вообще не надо разбираться в том, как функционирует его тело, чтобы управлять им. Просто подумай, что он должен делать, и он послушается.       Не отпуская контроля, Цзао Ваньцинь сформулировал мысленно приказ, и ходячий мертвец сделал несколько шагов навстречу, потом развернулся и побрёл прочь, вращая глазами. Сюэ Ян порассматривал неловкую фигуру, перевёл взгляд на сосредоточенное лицо древнего заклинателя и расхохотался.        - Ты такой серьёзный, просто умора, - заявил он сквозь смех.       Цзао Ваньцинь обуздывал тьму, облизывающую его острым языком и по-прежнему режущую его на ленты, не давая боли взять верх, не позволяя ей захватить его слишком сильно. Его не трогал и не раздражал смех мальчишки, он был слишком незначительным, чтобы его ощущать. Ему казалось, что на него давит тысяча атмосфер, что его кости обращаются в порошок, что из его мышц выдавливает кровь этим диким напором, но он продолжал свой эксперимент, отдавая несложные команды движения поднятому силой печати трупу. Не переставая присматривать за ним, он потянулся силой тьмы к следующему трупу, формируя новую петлю на управляющей нити. Напор тьмы будто бы стал сильнее оттого, что он снова пропустил энергию через пульсирующий в его руках артефакт, но Цзао Ваньцинь всё ещё сопротивлялся ему вполне успешно. Разделяя сознание по двум направлениям, он отдавал несинхронные мысленные приказы двум управляемым. Мертвецы направились друг другу на встречу, замахали руками, набросились друг на друга, пытаясь повредить соперника.        - Дай им немного воли, - посоветовал Сюэ Ян. - Пусть сорвут затаённую злобу, пусть разгуляются как следует. Это только сделает их сильнее.       Цзао Ваньцинь чуть заметно покачал головой. Собственные возможности поднятых трупов его не интересовали, для него важен был только элемент точности управления. По-прежнему сконцентрированный до предела, он устраивал драку ходячих мертвецов, соблюдая определённую очередность ударов и блоков, подсечек и обманных движений, чтобы оценить, насколько неповоротливое мёртвое тело может слушаться команд и как при этом отличаются движения от своих собственных или движений живого, которого направляешь в сопряжении разумов. Результаты были не слишком впечатляющими, никогда бой марионеток не был столь изматывающим для заклинателя. В конце концов он приказал мертвецам замереть, присмотрелся к структуре действия печати и деактивировал её, гася её тёмное сияние. Ниточки, связывающие его с поднятыми трупами, погасли вместе с пульсацией артефакта, тая, будто их никогда не было. Древний заклинатель тяжело опустил руки. Он вернул Инь Ху Фу Сюэ Яну, перевёл дыхание и упорядочил собственный энерготок. Потом он попытался сплести управляющую нить без помощи артефакта и направил её, едва теплящуюся, к одному из притихших трупов, которые никак не проявляли того, что совсем недавно они двигались, будто живые. Нить растаяла прежде, чем коснулась дымки тёмной энергии, парящей вокруг трупа. Сюэ Ян рассмеялся, легко подцепил мертвецов, заставляя их синхронно подняться и подойти к  древнему заклинателю, упасть перед ним на колени и протянуть к нему руки в умоляющем жесте.        - Они очень просят тебя больше не мучить их твоей ужасно неумелой тёмной магией, а то они рискуют снова умереть, на этот раз от смеха.       Цзао Ваньцинь нахмурился, бросил взгляд на управляющие нити некроманта, слегка шевельнул пальцем, выпуская тонкий луч светлой энергии, и те вспыхнули, искрясь, вынуждая тела снова упасть замертво, а Сюэ Яна отпрянуть от обжигающе болезненного ощущения.        - Так нечестно! - сказал Сюэ Ян.        Цзао Ваньцинь пожал плечами. Некромант резко встал и ушёл в дом. Древний заклинатель последовал за ним, набросив на тела заклятье, останавливающее разложение и окружив их барьером, чтобы никому из слуг не пришло в голову испугаться, наткнувшись на них. Он подумал, что нужно будет попросить Сюань Фэна придать их огню, но не стал сосредотачиваться на этих мыслях. Его глодала горечь поражения. Даже с самым мощным из известных ему тёмных артефактов он не смог сделать ничего, на что не был бы способен любой заклинатель, имеющий хоть какое-то представление об управлении энергией.        - Ваньцинь, - спросил Сюэ Ян, - а тот твой друг, управлявший тёмной энергией, что с ним стало?        - Она умерла жестокой смертью, - ответил древний заклинатель.        - Потому что следовала тёмному пути? - снова спросил некромант, и в голосе его прозвучал лёгкий оттенок опасения.        - Потому что люди убили её, - вздохнул Цзао Ваньцинь. - Иногда я думаю, что тёмный путь разрушает тело и душу именно таким образом.       Сюэ Ян хмыкнул. Древний заклинатель привлёк некроманта к себе, как будто опасаясь, что тот в скором времени повторит судьбу Куай Мэйло, как будто у мальчишки были хоть какие-то шансы стать жертвой тех, кому он когда-то помог. Сюэ Ян, разгорячённый интимностью их совместного контакта с печатью, прижался чуть более откровенно, чем обычно, подставляясь последовавшим ласкам. Одежды беспорядочно слетели с заклинателей, ложась на пол бесформенной кучей. Цзао Ваньцинь увлёк Сюэ Яна к постели, покрыл его обнажённое тело поцелуями, навис над ним, опершись на вытянутые руки, нашёл его губы, впился в них, проникая языком ему в рот, прижался животом к его бёдрам, наслаждаясь, как ощущается кожей возбуждение мальчишки. Оторвался от улыбающегося даже в поцелуе рта, скользнул губами ниже, провёл языком по шее, сжал зубами сосок, смакуя, как некромант тяжело дышит. Когда он обхватил член мальчишки губами, Сюэ Ян протяжно застонал, и в голосе его к удовольствию примешались нотки удивления. Крепко и мягко сжимая губами возбуждённую плоть, Цзао Ваньцинь заскользил вверх-вниз по стволу, заставляя некроманта вздрагивать от острого, непривычного возбуждения. Древний заклинатель проник в него пальцами, смешивая оральные ласки и осторожные и ловкие движения внутри. Проглотив резко выплеснувшийся ему в рот поток спермы, он облизал головку, выпивая последние капли, а затем раскинул пошире ноги мальчишки и вставил в него свой член. Сюэ Ян подался навстречу, делая их контакт более плотным, положил руки Цзао Ваньциня себе на бёдра, и тот притянул мальчишку к себе, входя ещё глубже. Он трахал его долго, наблюдая, как член Сюэ Яна снова наливается кровью, а из губ начинают вырываться отрывистые крики, и позволил себе кончить только после второго оргазма мальчишки. Выскользнув из него, древний заклинатель улёгся рядом и осторожно поцеловал расслабленного и довольного Сюэ Яна в уголок губ.        - Недавно я играл душе твоего возлюбленного, - тихо сказал Цзао Ваньцинь, проводя пальцами по пряди волос некроманта, растянувшейся по постели.       Сюэ Ян встрепенулся, подобрался, разом выбираясь из охватывавшей его неги, обратился весь в напряжённое, собранное внимание.        - Как он там? - спросил мальчишка, и голос его дрогнул.        - Восстановление идёт своим чередом, пожалуй, гораздо быстрее, чем я рассчитывал. Когда душа исцелится, я спрошу его, поговорит ли он с тобой перед тем, как уйти в круг перерождений.        - Он не захочет, - сказал Сюэ Ян, и скорбь в его голосе звучала так пронзительно, что древний заклинатель испытал желание спрятать мальчишку, ограждая от всей этой боли.        - Я постараюсь быть убедительным, - сказал Цзао Ваньцинь тихо. - Мне кажется, твоя бездна перестанет терзать тебя, если ты сможешь поставить точку в этой истории, сказать то, чего не успел или не смог тогда.        - Что ты можешь знать, - горько ответил Сюэ Ян, - о том, что было и о том, что меня терзает.       Цзао Ваньцинь взял его за плечи, разворачивая к себе лицом и заглядывая в глаза.        - Я хочу разделить с тобой всё это.       Сюэ Ян усмехнулся болезненно.        - Что ты имеешь в виду?       Цзао Ваньцинь рассказал ему о том, как учился любить Сяо Синчэня у тех, кто знал его и жил с ним на горе посредством техники ментального контакта, раскрывающей эмоции и воспоминания.        - И мне станет легче? - спросил Сюэ Ян с лёгким призвуком надежды.        - Нет, - покачал головой Цзао Ваньцинь. - Тебе будет очень больно.        - Значит, мне видимо лучше отказаться от твоего предложения? - уточнил некромант.        - Возможно, - ответил Цзао Ваньцинь, легко касаясь губами губ мальчишки и снова отстраняясь на расстояние контакта взглядов. - Но я хотел бы принести ему твою любовь. Мне кажется, такого сильного и надрывного чувства его душа ещё не пила.       Сюэ Ян попытался спрятать глаза, но передумал, снова скрещиваясь взглядами с древним заклинателем.        - Я думаю, ты был прав, - заявил он неожиданно. - Я любил его. Ваньцинь, я согласен.       Пальцы древнего легли на виски Сюэ Яна, выталкивая духовную силу прямо внутрь его головы. Некромант ощутил болезненное ощущение вторжения.        - Ты уверен? - спросил Цзао Ваньцинь, приостанавливая не запустившийся ещё ментальный контакт и накидывая успокаивающую сеть на мальчишку.       Сюэ Ян кивнул.        - Тогда впусти меня, А-Ян.       Сопротивление исчезло, и некромант раскрылся навстречу, затапливая бесконечностью своей бездны. Цзао Ваньцинь пил его любовь не к нему, медленно зарождавшуюся в сердце мальчишки, пил его тепло, его скорбь и безумие, терзавшее его душу. И ему было во сто крат больнее, чем Сюэ Яну, потому что он слишком хорошо был знаком с подобной болью.