Скорбь океана

      Чай Хуньлуань расслабленно парил, расположившись на облаке сконцентрированной тёмной энергии, наблюдая, как Сюэ Ян силится перехватить его управляющую нить, втягивая всё больше и больше сил при помощи активированной Инь Ху Фу. Мальчишка смотрел злобно, но каждый раз, когда он хотел прекратить попытки, признав своё занятие бесполезным, заклинатель спрашивал его о чём-то вроде: "Что ты там говорил по свои счёты к старейшине Илина?", и Сюэ Ян продолжал. Иногда ему казалось, что вот-вот получится, но стоило ему подойти к грани, как Чай Хуньлуань, совершенно не затрудняясь, сохраняя довольное и спокойное выражение лица, усиливал контроль, и преграда снова становилась нерушимой. Молодой некромант изучал лицо бессмертного, надеясь подловить момент, когда тот отвлечётся, и увидел, как Чай Хуньлуань нахмурился, будто прислушиваясь к чему-то, происходящему где-то не здесь. Сюэ Ян изо всех дёрнул нить, ведущую к парящему неподалёку тёмному духу, но древний не обратил на это ни малейшего внимания. Он спрыгнул со своего облака и посмотрел на Сюэ Яна взглядом, в котором не было ни тени прежней расслабленности.        - Похоже, на этой ноте нам придётся попрощаться, - сказал он холодно.       Сюэ Ян пожал плечами:        - Пора и честь знать.        - Совершенно верно, - подтвердил Чай Хуньлуань. - Я провожу тебя к порталу. В отличие от телепортационного амулета, он не оставит тебя без духовных сил в точке выхода. Мёртвых твоих отправлю с горы, через пару часов сможешь их снова почувствовать.       Сюэ Ян шёл за заклинателем, не особенно удивляясь неожиданному прощанию. В конце концов, от сильных мира сего всегда можно ожидать, что им внезапно надоест оказывать незаслуженное внимание кому-то вроде него.        - Один момент, - на ходу продолжил Чай Хуньлуань. - Подожди пару дней, прежде чем соваться в серьёзные неприятности.        - Это ещё зачем? - поинтересовался Сюэ Ян, который за время пребывания у повелителя призраков, впрочем, не слишком усердно раздумывал о своих прежних планах.        - Моё дело дать совет, твоё дело, прислушиваться к нему или нет, - ответил Чай Хуньлуань без малейшего признака улыбки. - И ещё. Сила, с которой ты перехватывал нить в последний раз. Её будет вполне достаточно, чтобы забрать контроль у любого некроманта, не имеющего артефакта такой силы, как твой.       Сюэ Ян мрачно улыбнулся, выслушав эту незатейливую похвалу. В общем-то, его интересовал только один некромант.       Когда силуэт юноши исчез в чреве портала, Чай Хуньлуань вошёл в свой кабинет, убедился, что на столике у окна тлеет сигнальный талисман, считал слепок духовной силы того, кто его активировал, покачал головой недоверчиво, но всё же вернулся к порталу и ступил в его кружащее безвременье.       Шэньсы вышел из глубокой медитации и почувствовал лёгкую тревожность, возникшую в атмосфере спокойной тишины, всегда царившей в его обители. Он поспешил в небольшую беседку, окружённую любовно выплетенным его другом барьером, где трепетали его артефакты связи. Остывающей след чужой духовной силы робко пульсировал на обломке яшмы с красноватыми прожилками. Вторая половина обломка обычно находилась в сокровищнице Цзао Ваньциня, но ощущения его духовной силы от задействованного артефакта не исходило. Целитель хотел было внимательнее изучать связующий камень, чтобы узнать, кто именно из подопечных Ваньциня решил его побеспокоить, но взгляд его упал на талисман, на котором едва дышащий огонёк снова и снова вырисовывал несколько тщательно выведенных символов. Сжав яшмовый обломок в пальцах, он покинул беседку, захватив в том числе амулет перемещения, приготовленный на случай необходимости срочного отбытия, призвал двоих своих учеников и вместе с ними исчез в телепортационной вспышке.       Цюнь Жуаньюн склонился в глубоком почтительном поклоне перед мастером. Си Цзицин слегка коснулся его своей духовной силой, вынуждая подняться. Уста его, как всегда, хранили молчание. Ученик направил принесённый амулет чуть вверх, приближая его к глазам бессмертного так, чтобы тот мог рассмотреть его с как можно большим удобством. Не шевельнув и пальцем, Си Цзичин заставил талисман раствориться в воздухе, затем чуть опустил веки, показывая внимательно следящему за ним ученику, что тот может быть свободен. Когда Цюнь Жуаньюн покинул его покои, тишайший, не изменив позы, медленно растаял сам.       Когда саньжэнь Баошань прибыла на условленное место встречи, там уже собралось немало бессмертных или близких к достижению вершины своего пути самосовершенствования заклинателей. Барьеры тишины и незаметности плотным контуром смыкались вокруг уединённой площадки в горах, освещённой яркими лучами солнца. Среди явившихся на внезапно назначенную встречу она с удивлением заметила Лян Чжайяя, читающего будущее, не снисходившего, как правило, до посещения их сборищ и не оставлявшего другим бессмертным своего талисмана экстренной связи. За его спиной заклинательница обнаружила парящий силуэт призрака. Присмотревшись к той, кто сопровождал замкнутого бессмертного, она, порывшись в памяти, с удивлением узнала в ней Лань И, одну из давно погибших глав ордена Гусу Лань.       Заклинатели заняли свои места, располагаясь вокруг первого поднявшего тревогу огненного мага с сомнительной репутацией. Наступила тишина, и Шо Синь заговорил.        - Я хотел бы, чтобы вы пошли со мной усмирить вырвавшегося из-под контроля демона.       Лань И встала рядом с ним, чтобы рассказать собравшимся о том, как она сражалась с Хэйчжуном и запечатала его. Когда она закончила свой рассказ, за спинами бессмертных возник Си Цзицин, как всегда, не являвший преждевременно своего присутствия.        - Это существо в самом деле представляет угрозу миру? - спросил он недоверчиво, обращаясь к призраку. - У этого мальчика другие мотивы.       Шо Синь, на которого он указал, скривился в недоброй улыбке. Лань И поведала о том, какие бесчинства творил Хэйчжун, когда свободно гулял по миру, и рассказала о том, что узнала о его чёрной душе, пребывая слитой с ним долгие годы.       Тишайший подошёл к ней, прикасаясь к её разуму.        - Он накопил очень мало потенциала силы за то время, что пробыл взаперти, - констатировал он. - Думаю, его шалости не нарушат баланса.       Высказавшись, бессмертный отступил в тень, которая бесследно поглотила его.       Вслед за ним место встречи, высказав своё мнение о неоправданности опасений и вежливо попрощавшись, покинули ещё некоторые из собравшихся.        - Я думаю, нам следует выяснить причины личной заинтересованности Шо Синя, - высказался Цзяньюй, стирающий время.       Огненный заклинатель скривил губы в хищной улыбке, без смущения встречая направленные на него взгляды.        - Я сказал бы, что хочу, чтобы мне никто не мешал играть на моём поле, но у меня в самом деле есть личные счёты к этому демону, - произнёс он. - Хэйчжун слишком глубоко засел в мыслях Цзао Ваньциня.       Взоры бессмертных окрасились недоумением, возмущением, пониманием.        - Что с ним? - взволнованно спросил Шэньсы.        - Он в тяжёлом состоянии, но ещё жив, - ответила Лань И.       Когда ещё несколько древних заклинателей удалились с площадки, объяснив, что отрекались от мира не для того, чтобы продолжать его защищать, оставшиеся на месте стали совсем немногочисленными. Шо Синь подошёл к парящей возле Лян Чжайяя и сказал ей:        - Веди.       Призрачная заклинательница поклонилась.       Лань И прикоснулась к Цзяньюю, передавая ему информацию о том, где в пространстве мира находилась точка, в которой был запечатан демон, и какое место подпространства, наполненного тьмой, было выбрано для сражения, и тот, подозвав двух прибывших с ним помощников поддерживать баланс его духовной силы, выплел жерло портала, в которое один за другим шагнули те, кто считал целесообразным уничтожение демона и предотвращение исходящей от него угрозы. Открытие телепортационной воронки прямо в средоточии тьмы, запечатанном к тому же с двух сторон, потребовало бы слишком большой траты усилий, поэтому заклинатели переправились в место, куда Цзао Ваньцинь приходил когда-то беседовать перешёптыванием струн с Лань И, бывшей тюрьмой и узницей. Шэньсы тут же склонился над бездвижным телом раненого друга. Встретившись взглядами с саньжэнь Баошань и получив от неё лёгкий кивок, он сообщил другим заклинателям, что присоединится к ним чуть позже. Лань И сняла печати, закрывающие вход в подпространство, и тёмная энергия вихрем хлынула из чёрного провала. Цзяньюй выплел вытягивающее заклинание, выманивая демона из комфортной ему стихии. Хэйчжун не смог противиться зову его магии и тёмным вихрем вынырнул из расщепленной плоти горы. Вслед за ним трепещущими клочьями тёмного тумана появилась Куай Мэйло. Не обращая внимания на высшего демона, немедленно встреченного окружившей его стеной пламени, сквозь которую легко проходили лучи сковывающих заклятий, выстраиваемых Лян Чжайяем при поддержке Баошань, Чай Хуньлуань заинтересованно посмотрел на подругу Цзао Ваньциня, развоплощённое состояние которой было на грани точки невозврата. Зачерпнув тьмы из ширившейся совсем рядом трещины, повелитель призраков направил энергию лечить её раны, вплетая в исцеляющую структуру свои нити подчинения. Куай Мэйло, не в силах сопротивляться, попалась на его крючок. Чай Хуньлуань извлёк из рукава небольшой коричневый шарик, который втянул в себя душу подчинённого им демона, а затем снова спрятал его. "Выздоравливай", прошептал он, обращаясь к заинтересовавшему его духу, а затем наконец обратил внимание на идущую поблизости битву. Шэньсы, стабилизировавший, насколько это было возможно, состояние Цзао Ваньциня, присоединился к заклинателям, обуздывающим демона, и расставил сеть поддержки, распределяя свою духовную силу, подпитываемую, в свою очередь, его спутниками, между атаковавшими. Баошань, Лян Чжайяй, Цзяньюй и Шо Синь заняли позиции по четырём сторонам от скованного барьерами демона, комбинируя свои атаки. Пятую точку фигуры усиления занимал Шунь Нанкун, ученик стирающего время. Струны гуциня звучали, оживая от прикосновений Лань И. Чай Хуньлуань внимательно посмотрел на переплетения структур, создаваемых заклинателями, а затем шагнул в центр запечатывающей фигуры, запуская в Хэйчжуна поток собственной силы. Демон болезненного дёрнулся, отторгая воздействие, но повелитель призраков не отступил, подчиняя волю измученного сражением за право существования демона, заставляя его раскрыться перед неостановимым, многократно усиленным острыми искажениями времени и пространства пламенем Шо Синя, переплетённым с раздувающим огонь разрушительным злым ветром Лян Чжайяя. Хэйчжуна разорвало в клочья, и ошмётки его сущности, слишком ослабленные, чтобы собраться, потекли струйками тьмы к провалу. Чай Хуньлуань сказал заклинателям, по-прежнему не размыкавшим сплетения сил:        - Я догоню.       Баошань проводила неодобрительным взглядом силуэт повелителя призраков, тающий во тьме.        - Благодарю за помощь, - склонился Шо Синь в низком поклоне перед теми, кто согласился прийти на его зов.       Шэньсы вновь склонился над Цзао Ваньцинем, по-прежнему не приходившим в сознание. Лань И с признательностью поблагодарила Лян Чжайяя, бессмертного учителя своего давно погибшего возлюбленного, который согласился прийти ей на выручку.       Чай Хуньлуань возник из трещины между измерениями, овеваемый облачками тьмы.        - Он больше не доставит нам никаких неудобств, - рассказал он собравшимся. - Приятно было с вами работать.       Повелитель призраков исчез во вспышке телепортации с весьма довольным видом. Он уносил с поля боя очень интересные ему трофеи. Цзяньюй тщательно запечатал трещину, ведущую во тьму, и вместе с Шунь Нанкуном также отправился прочь. Баошань присоединилась к Шэньсы, помогая ему наладить энерготок Цзао Ваньциня.        - Плохо дело, - сказала она. - Его ядро получило повреждения.        - Он восстановится? - спросил Шо Синь ровным голосом, не выдающим признаков беспокойства.        - Скорее всего, - ответил Шэньсы. - Но довольно долгое время не сможет использовать духовную силу.       Взгляд целителя, обращённый на огненного, внезапно наполнился тёплой признательностью.        - Мы пришли вовремя, - сказал он. - Ещё немного, и его было бы не вернуть. Шо Синь самодовольно улыбнулся ему в ответ.         Цзао Ваньцинь пришёл в себя на заповедной горе целителя и, открыв глаза, тут же встретил яркий и горячий взгляд Шо Синя. Заклинатель приподнялся на постели, рассматривая окружающую обстановку и вспоминая, что произошло. Уголки его губ опустились вниз.        - Это ты вытащил меня? - спросил он без тени благодарности в голосе.       Начавшая расцветать на тонко очерченном лице огненного улыбка растаяла.        - Не только. Лань И ждёт тебя, чтобы попрощаться.        - С демоном покончено? - спросил Цзао Ваньцинь.       Шо Синь кивнул. Он вышел из комнаты, впуская в неё призрака. Цзао Ваньцинь протянул к сестре руки, и её пальцы, отдающие потусторонним холодом, коснулись его.        - Теперь ты в самом деле свободна. Прости меня, - заклинатель склонил голову.        - Свободна, - эхом повторила она. - Спасибо.       Цзао Ваньцинь отвёл глаза.        - В этом нет моей заслуги.        - И всё же, спасибо тебе. Порой это было так больно, - призналась она тихо.        - Не знаешь, что стало с Куай Мэйло?       Лицо Лань И стало печальным.        - Я видела, во что она превратилась, пока сдерживала Хэйчжуна в ожидании подмоги, но быстро потеряла её из виду. Боюсь, она принесла себя в жертву этой нелёгкой победе.       Цзао Ваньцинь покачал головой. Расщеплённым душам демонов не уйти в круг перерождений. Его подруга погибла, на этот раз навсегда.        - А-И, - снова обратил он взор на сестру. - Ты долго ждала, пока я очнусь?       Призрачная заклинательница покачала головой:        - Всего пару дней. Мгновение в сравнении с заточением сроком около полутора веков.        - Я рад, что ты осталась со мной увидеться перед тем, как уйдёшь.       Лань И улыбнулась:        - Может быть, мы ещё встретимся, когда ты уже станешь, наконец, бессмертным, и ты ещё будешь учить меня играть на гуцине.        - Я буду рад встретить тебя снова в любом твоём перерождении, - ответил Цзао Ваньцинь искренне, сжимая её пальцы.       Когда Лань И развоплотилась, обращаясь тысячами крупиц чистого белого сияния, на губах её играла умиротворённая улыбка.       Как только призрак растаял, в комнату ворвалась целая толпа заклинателей, которых без особых успехов пытался остановить Шэньсы. Ай Лухо и Сюань Фэн уселись с двух сторон на не слишком широкую кровать, Жунгао, скрестив руки на груди, встал у изножья постели. Шо Синь держался поодаль, сохраняя недовольное выражение лица.        - Почему я здесь? - спросил Цзао Ваньцинь окруживших его друзей. Заклинатели переглянулись, а затем Шэньсы сказал своим мягким спокойным голосом, бросая мимолётный взгляд на Шо Синя:        - У него не было пропуска на твою гору.       Цзао Ваньцинь нахмурился.        - Я хотел бы услышать обо всём, что произошло, пока я был без сознания, - сказал он.       И Шэньсы начал рассказ о том, как Шо Синь собрал бессмертных амулетами экстренной связи, предназначенными для использования в случае угрозы миру. Он смолк, когда речь зашла о повреждениях, которые получил Цзао Ваньцинь в своей неудавшейся попытке одолеть Хэйчжуна.       Цзао Ваньцинь мягко сказал:        - Я знаю. Неужели ты думаешь, что повреждения ядра могут остаться незаметными для его обладателя?       Он помолчал немного, а затем продолжил:        - Это не имеет значения.       Вместо того, чтобы успокоить собравшихся у его постели близких, эти слова заставили выражение печали проступить на их лицах.