Скорбь океана

      Выбравшись из портала, Сюэ Ян оказался в том самом месте, где он повстречал повелителя призраков. Мертвецы на кончиках управляющих нитей стали снова ощущаться, как и говорил Чай Хуньлуань, спустя пару часов. Некромант мимолётно подумал о соблазне отправиться к ним, чтобы попробовать выяснить местоположение заповедной горы, на которой он довольно приятно провёл время, но он всё же решил продолжить свой путь в Юньмэн, в одном из уголков которого покоился запечатанный труп непокорившегося ему мертвеца. Сюэ Ян не понимал до конца, почему у него не вызывает душевного подъёма предвкушение того, что он доберётся до своей цели и снова попробует поиграть с Не Минцзюэ, который, хоть и не обладал сознанием, по силе своей ярости мог дать фору любому из известных ему ходячих трупов. День вокруг был серым, настроение ровным, мертвецы послушными, - всё шло как надо, но скребущий холодок пробирался куда-то на задворки души, не давая покоя. Сюэ Ян не собирался признаваться себе, что скучает по бездне, так долго жившей в его душе, подогревая себя теплом воспоминаний о том, как остро и бесконечно трепетно было ощущать душу Синчэня внутри себя.       Когда он остановился на ночлег в лесу уже на территории Юньмэна, ему снились неуютные, царапающие сны. Снился пустынный город И, где в похоронном доме ждал нетленный труп, и бездна отчаянья снова жила в его душе, и усмехалась тому, что он мог поверить в то, что она однажды его покинет. Снилось, что он бродит по пустынным и холодным улицам Куйчжоу, избитый, грязный и голодный, а сила, которой наполнялось его тело, сила, чтобы защитить себя и отомстить врагам, пригрезилась в горячечном бреду после того, как шайка подростков, мнивших себя хозяевами города, избила его до полусмерти. Снилось, что в сердце снова входит меч с голубоватым сиянием, а до собственной руки в луже крови - не дотянуться. А потом снился Сяо Синчэнь, живой, глядящий на него своими никому не отданными глазами, как на падаль, отталкивающим запахом и неприглядным видом подталкивающую к тому, чтобы как можно скорее убраться прочь. В плену неуютного сна, сбивчивого и острого, похожего и не похожего на реальность, снилась клубящаяся тьма на дне расщелины, сменяясь картинкой чёрного тумана, заполнявшего город И, снились бледные губы мёртвого Синчэня, а потом обескровленное, искажённое страданием от пыток пожирающей его тьмы лицо Ваньциня, и что-то кололо в груди, а Сюэ Ян никак не мог понять, отчего ему больно, от рассыпавшихся иллюзий или от мучительного настоящего, которое ждёт за порогом пробуждения.       Он проснулся ещё до рассвета, не в силах снова закрыть глаза и провалиться в сон, в котором поджидали кошмары. Коснулся Инь Ху Фу, мирно спящей возле сердца в шкатулке за прочными барьерами, и продолжил свой путь. Свиту из мертвецов, оказавшимися достаточно быстрыми, чтобы добраться до него, пока он спал, он оставил изображать импровизированное кладбище в лесу у границы густонаселённых деревень, чтобы не вызывать подозрений. Сюэ Ян думал послать нескольких подручных добираться до захоронения другим путём, но справедливо сообразил, что наверняка найдёт подходящих марионеток, когда подберётся поближе к своей цели. Всего пара часов пути отделяли Сюэ Яна от уединённой горы, на которой располагалась хорошо охраняемая могила с запечатанным в ней так и не упокоенным трупом, когда на небольшом участке пути среди полей, разделявшем две цветущие скромным довольством деревни, путь ему преградил высокий заклинатель в тёмных одеждах без эмблем ордена. Сюэ Ян немедленно призвал нескольких мёртвых с местных кладбищ, а также отдал приказ двум лютым мертвецам из своего войска немедленно отправиться в его сторону. Заклинатель вгляделся в лицо Сюэ Яна, а затем, ничего не говоря, обнажил саблю. Некромант, готовый в любой момент сжать в руках свои клинки, приветливо улыбнулся незнакомцу и легко поклонился, надевая личину доброго благонравного бродячего заклинателя.        - Доброго пути, собрат-заклинатель, - сказал Сюэ Ян доброжелательно. - Возможно, ты опытнее меня, но, если ты достал меч, чтобы сразить бродящую поблизости тварь, я с радостью помогу тебе в твоей ночной охоте.        - Единственная тварь, на которую я здесь охочусь, - это ты, Сюэ Ян! - сказал незнакомец и ринулся в атаку.       Сюэ Ян пожал плечами, отпрыгнул, выхватывая одновременно оба клинка, и скрестил их, отражая удар сабли, приправленный немалым количеством духовной силы. Уклоняясь от ударов и осторожно ведя преследователя по направлению к деревенскому кладбищу, со стороны которого он ожидал скорой подмоги, некромант выплел несколько несложных щитов, которым научил его Цзао Ваньцинь. Он задумался о том, чтобы задействовать силу Инь Ху Фу, когда внезапно почувствовал, как тьма покидает его и тают управляющие нити.       Незнакомый заклинатель не терял времени зря! Его атаки были таким же отвлекающим манёвром, как и отступление Сюэ Яна. Пока они бегали друг за другом, нападавший сумел расположить цепь талисманов в положении, необходимом для создания стерильного поля, а затем, продолжая гонять некроманта направляемыми на него ударами, умудрился своей духовной силой коснуться каждого из них и замкнуть периметр поля. Этот заклинатель был явно значительно выше уровнем, чем та молодёжь, что преследовала Сюэ Яна, безмерно желая его смерти, когда он в прошлый раз покидал заповедную гору. Сюэ Ян усмехнулся. Этот злобный высокий мужчина, своим стилем боя выдающий школу ордена Не, определённо считал, что его победа неминуема, раз он оставил некроманта без его основного оружия - тёмной энергии. Сюэ Ян усилил щиты, вплетая в них новые нити, наполнил клинки духовной силой, заставляя своё золотое ядро выпускать аккумулированную в нём энергию, наполняя его магией. Неприятности нашли его прежде, чем он успел на них нарваться. Похоже, его ждал славный бой, и было не слишком важно, кто выйдет из него победителем.       Заклинатель бросился на Сюэ Яна, не давая тому времени на передышку, и ярость сабли обрушилась на некроманта, будто тот в самом деле был тварью, чьей крови мечтало испить заклятое оружие. Цзянцзай ринулся навстречу, налетел сбоку, сбивая траекторию неумолимой силы, а Фэньцзэ тем временем бросился вниз, пытаясь нанести рубящий удар по ногам противника. Сабля прошла совсем близко от ловко отклонившегося Сюэ Яна, но удар исходящей от оружия духовной силы задел некроманта, отбрасывая его и не давая мечу в его левой руке кольнуть противника, подрубая тому колено. Не теряя ни секунды, некромант ринулся в атаку сам, обманным выпадом заставляя неизвестного заклинателя отвести саблю вправо, а сам тем временем нанёс ему удар в открывшееся левое плечо. Остриё Фэньцзэ окрасилось кровью, но рана была неглубокой, и напавший на Сюэ Яна заклинатель не обратил на неё никакого внимания. Он гневно закричал, выплёскивая в крике свою решительную ненависть, и толкнул саблю вперёд, целясь в грудь некроманта. Сюэ Ян подпрыгнул, отклоняясь в сторону, но был недостаточно быстр, и клинок распорол ему бок. Почувствовав, как влажное тепло струится по коже, он приземлился в нескольких шагах от противника, а затем метнул в его сторону раскрывшийся на лету крошечный мешочек с трупным ядом. Заклинатель, вместо того, чтобы вдохнуть отраву, будто подготовленный к такому повороту событий, задержав дыхание и плотно закрыв глаза, отпрыгнул назад, выходя за пределы ядовитого облака. Оставаясь вне зоны поражения яда, он выбросил в сторону некроманта два талисмана, а затем сильным тяжёлым броском отправил в полёт саблю, отдавая ей команду поразить противника. Сюэ Ян легко уклонился от этой атаки, и сабля вонзилась в землю позади него, распоров ковёр из стеблей и травы. Некромант бросился к заклинателю, оставшемуся на несколько мгновений безоружным, надеясь обернуть ситуацию в свою пользу, но попал в сдерживающее поле одного из амулетов, парящих между ними. Пока он справлялся с тем, чтобы разорвать чары, его противник уже вновь направил на него оружие. Движения Сюэ Яна были затруднены недорасплетённым заклятием, поэтому всё, что он смог сделать, это слегка изменить положение корпуса, и сабля вошла в плечо, ломая ключицу и разрывая сухожилия. Ослабевшая рука выпустила Фэньцзэ, но меч тут же взмыл в воздух, направляемый его духовной силой, и полетел к заклинателю, отбросившему его вспышкой энергии. Сюэ Ян, лишившийся преимущества боя с двух рук, быстро окинул взглядом площадку, привычно игнорируя боль от ран. Он бросился к краю запечатанного пространства, рассудив, что если он уничтожит талисманы, поддерживающие структуру поля, лишавшего его доступа к тёмной энергии, то шансов справиться с противником будет гораздо больше. Он легко деактивировал амулет, заливая его собственной кровью, но, пока он разбирался с остальными, продолжая отбиваться от незнакомца, сабля рассекла его кожу ещё несколько раз. Тьма потекла в тело Сюэ Яна, и он тут же соединил половинки печати. Управляющие нити напряглись, и призванные мертвецы ринулись на заклинателя. Тот отбивался от них довольно успешно, и вокруг него росла гора поверженных трупов, но в новых не было недостатка. Некромант отследил момент, когда заклинатель был особенно занят боем, подскочил к нему сзади сквозь стену проворно расступившихся перед ним мертвецов и перерезал противнику горло.        - Я должен был принести Чифэн-Цзуню твою голову, - прохрипел тот, умирая.        - Ты немного опоздал с этим, - прокомментировал Сюэ Ян, слабея от потери крови и тяжело опираясь на с готовностью поддержавших его мертвецов.       Некромант поостерёгся поднимать труп побеждённого врага и дал ходячим мертвецам команду оттащить его на кладбище и закопать получше. Его саблю он похоронил и запечатал сам. Затем Сюэ Ян направился к ближайшей деревеньке, намереваясь раздобыть у местного лекаря что-нибудь для лечения. Добравшись до домиков деревни, он отослал почти всех подопечных, оставив парочку для импровизированного сражения с ними, которое объяснило бы полученные им раны. Как только в его поле зрения появился кто-то из местных, он, из последних сил уцепившись за поддерживающую его тьму, зарубил пару мертвецов и нисколько не наигранно повалился на землю. Жители деревни осторожно приблизились.        - Помогите, - попросил Сюэ Ян, глядя на них большими и чистыми глазами.       Его устроили в одной из комнат деревенского лекаря, поблагодарив за то, что уважаемый заклинатель избавил их деревеньку от угрозы прихода ходячих мертвецов.        - Неспокойно тут у нас, - призналась жена лекаря, умело помогавшая мужу в его работе, забинтовывая пробитое плечо Сюэ Яна. - С некоторых пор всё больше нежити разгуливать повадилось. Хорошо, что к заклинателям на поклон не так далеко идти, только боязно.       Возле могилы Не Минцзюэ несли неусыпный надзор около десятка адептов разных орденов, но всё, что они могли, - это послать сигнальный огонь, так как покидать свои посты им было запрещено. На просьбы крестьян откликались далеко не всегда, а порой слишком поздно.        - Всегда рад помочь добрым людям, - очаровательно улыбнулся хозяйке Сюэ Ян.       Когда он проснулся, проведя остаток дня и ночь в глубоком сне, мешавшимся с забытьём, на этот раз без тревожащих его сновидений, в комнату назойливо проникали запахи кухни, а также голоса и смех селян. У лекаря была немаленькая семья, и в это утро все они собрались за столом, обсуждая планы на день и обмениваясь незатейливыми шутками. Иногда между детьми возникала довольно шумная перебранка, которая быстро стихала от окрика матери или строгого слова отца. Дверь комнаты, не лучшим образом закреплённая на петлях, с тихим скрипом приоткрылась, позволяя Сюэ Яну ещё в большей степени быть свидетелем семейной жизни деревенских. Из-за занавески, прикрывавшей окно, просочились лучи солнца. Некромант, прислушавшись к неизвестно откуда пришедшему щемящему чувству в груди, понял, что напоминает ему этот зыбкий, неуверенный свет и эти свежие человеческие голоса в соседней комнате, и внутренне сжался, когда мысли его потекли по дорожкам, по которым катились острыми сожалениями тысячи раз. Он думал о том, что когда-то в городе И, среди такой же незатейливой мирной жизни, ему было так тепло, что он почти поверил, что у него тоже есть дом. Он вспоминал, как просыпался от запахов готовящегося завтрака или от назойливых прикосновений лучей из окна, как вспоминал столько раз, что эти воспоминания стали слишком живыми, чтобы ощущаться настоящими, но внезапно мысли его соскользнули с привычной колеи и вместо картин похоронного дома города И в памяти начали вставать эпизоды из жизни на заповедной горе, и скребущее чувство в груди сменилось смутно знакомым оттенком тянущей тоски. Она нарастала до тех пор, пока на глазах некроманта не выступили слёзы и бьющая в висках кровь не заглушила проникавшие в его каморку голоса. "Нет уж, - подумал Сюэ Ян. - Я не настолько безнадёжен, чтобы упустить свой шанс снова".       Как только его раны позволили ему двигаться, он покинул деревню и отправился домой.