Меня зовут Джорно Джованна и у меня есть мечта

Одним приятным теплым утром звезды и прочие ретроградные объекты космоса сложились для Джорно настолько фатальным образом, что папа на очередной рейд с проверкой благополучия сыночки-корзиночки пришел не один. Джорно, в целом считавший проявление сильных эмоций делом бесполезным, приложил реальные усилия, чтобы не скривить лицо при виде папиного сожителя и его отвратительной в своей деланной небрежности прическе. Дио первым делом нацелился на Бруно для сбора данных, а его спутник с искренним почтительным интересом принялся изучать витрину. - Абаккио, я вдруг очень захотел помыть чашки... - Джорно пятился назад, пока не уткнулся в его твердую грудь, будто высеченную скульптором-извращенцем из надгробного камня. - Я все уже помыл. Это что, тот человек, про которого ты… - Папина давалка, - емко шепнул Джорно. - Знаешь, Джорно, ты вот, вроде, весь из себя такой феминист, а оскорбления твои все на один мотив - “давалка”, “официанточка”... Так себе, знаешь ли, получается… - Абаккио с помощью своего стального захвата переместил Джорно обратно к стойке и улыбнулся отработанной фальшивой улыбкой. - Бонджорно! Подсказать что-нибудь? Любовник Дио, в чьем сложном имени Джорно до сих пор боялся ошибиться, источал свежесть, дружелюбие и искреннюю открытость, которые достигались полным отсутствием необходимости работать и тратить время на что-либо, кроме себя. Джорно он и раньше не нравился, но в нынешнем статусе юный трудяга преисполнился в своем раздражении настолько, что сжал за спиной кулак. Папин бойфренд предсказуемо поинтересовался самыми дорогими позициями меню - совершенно очевидно, привычно игнорируя цены. Потом Дио вернулся после очередного накидывания на кармашек Буччеллати и достал карточку, готовясь делать своему мужчине приятно денежным эквивалентом. Джорно внутренне взбесился еще сильнее - в кои-то веки ему было нужно поговорить с папашей - и как назло тут тусил его главный нахлебник и так громко звенел цацками от Москино, что разговор пришлось бы вести на повышенных тонах. Дио сделал заказ - что-то избито-хипстерское для себя, что-то смертоносно-сладкое своему юному красавцу - потом этому чертиле все-таки захотелось здесь позавтракать, и Миста со счастливой улыбкой будущего обладателя жирных чаевых выдал ему вафлю со слабосоленым лососем. У Джорно от возмущения аж зачесалось внутри черепа. - Не думаю, что папа нас засудит, если у нас вдруг вишневый сироп “закончится”, - прошептал Джорно, когда Абаккио мутил напиток, способный уничтожить пару диабетиков, но в их небезопасное пространство за стойкой вдруг вклинился откуда-то прискакавший Наранча. - Даже не думай! Я этого пацана знаю, у него в инстаграме двадцатка подписоты и как раз все наши по охвату! - Наранча всегда был немного переполнен энтузиазмом, а сейчас его даже потряхивало. - Джорно, пусть он сделает про нас постик! Ну хоть стори! Ситуация была сложная, но другой она быть и не могла - усадив любовника на выгодное для селфи местечко у окна, Дио махнул Джорно: - Джоджо, иди посиди с нами! Джорно бросил взгляд на Бруно, но тот уже забился в угол и гуглил, что заказать на подачки Дио, так что путь был в целом чист. - Джорно, ты голодный? Хочешь? - Дио тут же принялся форсить в его сторону свою тарелку. - Его здесь что, бесплатно не кормят? - папин парень потягивал свой напиток-убийцу и вяло оценивал, достойно ли это заведение места в его художественно оформленном профиле. - Как дела дома? Как мама? Как… - лицо Дио сделалось опасно-суровым, как и всегда, когда речь заходила об отчиме Джорно, которого Дио не раз грозился как минимум покалечить. Джорно пожал плечами, потому что так дело дома и обстояло. - Университетский арт-проект Какеина-куна аккредитовали, придешь на выставку? - продолжал Дио с такой гордостью, будто арт-проект Какеина-куна был ключом к решению всех земных проблем, а не очередным объектом современного искусства с крайне сомнительной художественной ценностью. Какеин-кун оторвался от телефона и взглянул на Джорно таким лютым взглядом, что Джорно засомневался в правильности любого своего ответа. - Посмотрю свой график, - уклончиво ответил он, и Какеин вернулся к подбору фильтров для своей сраной вафли. - Джоджо, я же вижу. Что тебя беспокоит? - Дио скрестил руки и строго всмотрелся в сына. Джорно решил, что мнение - как и существование - Какеина-куна - вещь, в целом, бесполезная, и решился.