the rising tide | pt.1
15 февраля 2020 г., 02:35
Тэхён по собственному опыту знает, что не позволит себе снова совершить те же ошибки, что и семь лет назад: не хочет потерять всех, с кем познакомился в Нидерландах. Он нашёл хороших друзей и, благодаря общему культурному происхождению, быстро стал частью группы корейских студентов, которые учились там же. Он часто общается с Соджуном и Хёншиком и не хочет обрывать с ними связь.
Ещё есть Сынджин, и Тэхён уделяет ему особое внимание. Со всеми остальными он в основном переписывается, но с ним, если позволяет график, старается созваниваться почти каждый день.
Работа Кима однообразная, а Сынджин — модель. Его расписание постоянно меняется и всегда включает путешествия, но они научились справляться с этим.
В Корее сейчас около десяти вечера, значит, у Сынджина должно быть примерно три часа дня. Он спрашивает, свободен ли сейчас Тэхён, а Ким отвечает, что да, валяется в кровати. Меньше чем через минуту на экране появляется звонок по FaceTime.
Тэхён не медлит и поднимает трубку. И сразу видит красивое лицо Сынджина.
— Привет, солнышко, — говорит он, и широкая улыбка расплывается на его лице.
— Здравствуй, милый, — Ким переключает внимание на задний план. Они встречаются уже десять месяцев, и Тэхён прекрасно знает, как выглядит комната его парня — и это точно не она. Отель, должно быть. — Где ты?
— В Амстердаме. Сегодня была съёмка для какого-то модного журнала. Они предложили оплатить номер в отеле. К сожалению, больше нет парня, который ждёт меня дома, так что... — драматично раскрывает глаза, пытаясь сделать щенячий взгляд.
Тэхён смеётся, качая головой. Сынджин никогда не был лучшим в милых мордашках.
— Бедненький. Но, думаю, где-то есть парень, который ждёт тебя, — Ким перекатывается на живот и подпирает щеку ладонью.
— Я на это надеюсь. Может, он слишком увлёкся своей новой жизнью, поэтому совсем забыл обо мне.
Тэхён понимает, что это шутка. Но иногда за ними скрывается доля правды. Или страха. Даже если голос Сынджина звучит несерьёзно, как и весь разговор сейчас, Ким всё равно хочет убедить его в обратном: это не так... совсем не так.
— Твой парень сильно скучает по тебе и не может дождаться, чтобы обнять тебя и поцеловать. Он сам мне так сказал, — произносит Тэхён со строгим выражением на лице.
Сынджин тепло улыбается, а Ким прикусывает нижнюю губу.
— Приятно это слышать. Хотелось бы, чтобы он скучал по мне так же сильно, как я по нему, — Тэхён посылает воздушный поцелуй. — Чем занимался сегодня? Кроме спасения пиара в Южной Корее.
Парень не выдерживает и фыркает, громко усмехаясь.
— Боже, перестань, — Сынджин снова улыбается. Чёрт, Тэхён хочет, чтобы он сейчас был рядом. Хочет расцеловать его всего. — Честно говоря, я особо ничего не сделал. Сходил на работу, пообедал с другом, потом ещё немного поработал, забрал сестру из школы. Поужинал с родителями, принял душ — и вот я здесь. Всё без изменений.
— Похоже, у тебя был хороший день. Уверен, твоя мама рада, что ты снова влился в домашнюю рутину, — Тэхён мычит в знак согласия. День и правда выдался продуктивным, но радостное чувство внизу живота связано не с этим, а со звонком парня. Ким скучает по Сынджину намного сильнее, чем ожидал. — Что за друг? Это тот, о котором ты рассказывал? Как же его зовут... Чон...
— Чонгук, — перебивает Тэхён. Со стоном он перекатывается на спину и поднимает телефон над лицом, рискуя уронить его прямо на лоб. — Ах, почему все делают его темой каждого разговора? У меня был такой приятный день до того, как ты упомянул его имя, — шутит он. В какой-то степени.
На самом деле вовсе не шутит, но старается казаться беззаботным настолько, насколько может.
Сынджин слегка улыбается и смотрит на него с экрана, прищурив глаза.
— Чёрт, неужели что-то изменилось с тех пор, как ты уехал из Европы? Я думал, ты скучал по нему и считал дни до встречи.
— Так было до того, как я приехал, — вздыхает Тэхён. — Когда я говорил, что не могу дождаться встречи с ним, я действительно этого хотел. Но теперь он всё время в моём доме, Сынджин. В доме моих родителей. И вовсе не для того, чтобы увидеться со мной.
— А зачем тогда?
— Он работает на моего отца. Да и не только это... он занял место, которое отец держал для меня. Теперь он называет его своим преемником. Моего лучшего друга, — говорит Ким, наблюдая, как брови Сынджина удивлённо приподнимаются. — Когда мы были моложе, он никогда не проявлял интереса к подобным вещам. Я понятия не имею, откуда это взялось. Думаешь, он мстит?
— Мстит за что?
— Кажется, он всё ещё очень расстроен из-за моего отъезда и того, что мы почти не общались, — объясняет Тэхён. — Хотя решение выбрать карьеру в качестве мести звучит маловероятно. Я просто не понимаю. Он всегда говорил, что хочет быть фотографом, а однажды признался, что мечтает стать кинорежиссёром. Но это даже близко не похоже на то, чем он занимается сейчас.
— Может, он понял, что для него это больше хобби. Не каждая мечта должна становиться работой, а в сфере искусства всё куда сложнее. Это тяжело, — отвечает Сынджин. Тэхён согласно мычит. Может, всё так и есть, но он не уверен в этом. Он никогда не встречал кого-то более решительного — даже упрямого — чем Чон Чонгук. — Вы не пробовали обсудить это?
— Если споры считаются обсуждением... — Сынджин бросает многозначительный взгляд. — Он просто действует мне на нервы!
— Малыш, ты выше этих ссор. Мы оба знаем это, — Ким дует губы. — Прекрати, или я приеду и поцелую тебя.
— Ты обязан это сделать, — говорит Тэхён, нахально улыбаясь. Сынджин смеётся. — Ладно, хватит о Чон-долбаном-Чонгуке. Как поживает мой самый любимый во всём мире парень? Расскажи, чем ты занимался.
Сынджин рассказывает, как прошла съёмка и работа с фотографом, делится парой смешных историй, случившихся с ним за день. Парни болтают на протяжении нескольких часов, пока Тэхён не начинает клевать носом, больше не в силах держать глаза открытыми. Сынджин, конечно же, не упускает шанс поддразнить его за это.
В ту ночь Ким засыпает с улыбкой на лице, чувствуя себя спокойнее, чем за всю прошедшую неделю. Он действительно не может дождаться встречи с ним.
***
На следующий день за обедом Чимин, спросив Тэхёна, как проходит адаптация к Сеулу, замечает, что друг весь на нервах. Ким пытается это отрицать, но безуспешно: Чимин такой же упрямый, как и он сам. В конце концов Тэхён сдаётся. В основном потому, что Пак прав — он действительно нервничает. Дела в агентстве идут хорошо, но трёх удачных недель недостаточно, чтобы судить о чём-либо, а хорошее выполнение работы — не повод расслабляться. Стоит дать слабину — и всё может пойти наперекосяк. Ещё и дома проблемы. Тэхён никак не может избавиться от ощущения, что между ним и отцом всегда витает напряжение, даже когда они не спорят. Причина — его собственная неуверенность. Он не перестаёт думать о том, что в прошлом разочаровал своего отца. И теперь это чувство возросло до такой степени, что Тэхён не может просто подойти и поговорить с ним по-человечески, так как кажется, что отец думает о том же самом. Конечно, это не лишает его сна, но определённо влияет на их отношения. Тэхён хотел бы повзрослеть и переступить через это, но ему трудно. Вдобавок ко всему существует ещё и Чон Чонгук. Последнее, чего Тэхёну хочется — чтобы какой-то придурок вваливался в его дом и до чёртиков раздражал своим присутствием. Чонгук постоянно рядом, и всякий раз, когда мистера Кима нет, они неизменно ругаются. В такие моменты вылезает наружу вся мелочность: Чон пытается надавить, но в итоге сдаётся. Тэхён знает, на какие рычаги нажимать. Вишенкой на торте становится поиск жилья. Ким прошерстил весь Интернет, но ему ничего не нравится: ни квартиры в районе, где он хотел бы жить, ни те, где есть гараж. Когда переедет, точно купит себе машину. Не может же он вечно кататься на маминой — ей она тоже нужна. Да и рассчитывать на Uber или на такси до конца своей жизни он не собирается. Всё в один момент накопилось, и Тэхён... устал. Он чувствует, что ему нужно отдохнуть от этого мира. Поэтому, когда его спрашивают, как дела, он выпускает всё это, и Чимин сразу делает вывод: друг напряжён. Ким прекрасно понимает, почему он так думает. — Тебе нужно взять паузу. Позволь себе немного расслабиться, отключиться от всего, что давит на тебя, — говорит как ютубер, рекламирующий свечи, бомбочки для ванны и другую подобную хрень. Чудодейственные средства от стресса, которые никогда не помогают. Если Пак предложит ему принять ванну с пеной — Тэхён разревётся. — И как ты посоветуешь мне расслабиться? Легче сказать, чем сделать. Ким уверен, что не избавится от стресса, даже если проведёт все выходные в спа. Даже если ему предложат самый расслабляющий массаж в мире, он всё равно будет слишком погружён в свои мысли во время сеанса. Однако ответ Чимина не имеет ничего общего с тем, чего так опасался Тэхён. — Давай сходим в клуб? Возьмём что-нибудь выпить, выпустим пар. Я позабочусь о том, чтобы ты за всю ночь ни разу не подумал ни о работе, ни о Чонгуке, ни о поисках квартиры. Ким прикусывает нижнюю губу, обдумывая предложение. В целом... это хорошая идея. Кажется, прошла вечность с тех пор, как он в последний раз встречался с друзьями и позволял себе по-настоящему повеселиться. Это не то же самое, что пойти выпить коктейль или кофе. Никогда раньше мысль о том, чтобы провести ночь в переполненном клубе, протискиваясь сквозь потных людей и распивая дорогой алкоголь, не казалась такой заманчивой. — Ладно, — говорит Тэхён. Чимин даже слегка опешил, что тот согласился без лишних уговоров. — Так и сделаем. Пойдём в клуб. Мне, чёрт возьми, действительно нужно напиться. Пак смеётся, слегка наклоняясь вперёд. Тэхён заметил, что друг всегда смеётся всем телом. Это очаровательно, думает он. — Значит, завтра? — уточняет Чимин. — А потом ты проведёшь всё воскресенье в компании похмелья. — Завтра, — подтверждает Ким. Он заслужил право расслабиться и сбросить напряжение. Друг снова улыбается, садится обратно в кресло и кивает Тэхёну. — Не могу дождаться.***
Во время учёбы в университете Тэхён довольно часто устраивал вечеринки — родители были слишком строгими, чтобы позволить сотворить что-то подобное в старшей школе. Он возвращался в общежитие к восьми утра настолько пьяным, что оставалось только удивляться, как ему вообще удавалось добраться целым и невредимым. Правда, после таких ночных приключений всё тело болело в буквальном смысле. Однако Тэхён не помнит, чтобы когда-либо танцевал так много, как в этот вечер. И это действительно весело. Ким искренне смеётся и прижимается спиной к груди друга, танцуя так всю ночь. В клубе шумно, но это не мешает им разговаривать, крича друг другу на ухо. Он поздно возвращается домой. Настолько поздно, что это уже почти рано — примерно через час некоторым надо будет вставать на работу. Тэхён чувствует себя пьяным, но всё же умудряется зайти в дом, не врезавшись в дверь, не опрокинув вазу и не подняв шума. Добравшись до кровати, он ложится в постель, хватает телефон и листает список контактов — хочет поблагодарить Чимина за сегодняшний вечер. Это чистое совпадение, честное слово. Чтобы найти номер Пака, нужно дойти до раздела Ч. А кто ещё может находиться в разделе Ч его контактов? Конечно же Чонгук. Тэхён никогда не задумывался о том, чтобы удалить его номер, даже когда они отдалились друг от друга. Ким прекрасно понимает, что это не самое разумное решение. Но он пьян. Он никогда и не утверждал, что под градусом поступает правильно. Скорее наоборот. Так можно ли винить его за то, что пальцы сами начинают набирать сообщение Чонгуку?Кому: Чонгук-и — 04.34 АМ:
Свввлочь.
Тэхён перечитывает сообщение. Да, действительно перечитывает. Потом ещё раз. И по какой-то странной причине, которую его трезвый мозг позже объяснить не сможет, решает, что всё написано правильно, и нажимает кнопку Отправить. Видит, как слово появляется в пустом чате, а затем пишет Чимину. Тэхён засыпает с чувством гордости за себя, даже не подозревая, что утром пожалеет о своём поступке. Но сейчас он доволен тем, что сделал.***
Тэхён просыпается в полдень следующего дня с ощущением, будто его переехал грузовик. Всё тело ломит после танцев, а пульсирующая головная боль лишь усугубляет состояние. Винить, конечно же, остаётся себя, сомнительные жизненные решения и алкоголь. Он пытается закрыть глаза и снова уснуть, но через несколько минут понимает, что это невозможно. Слишком больно даже спать. Придётся спуститься на кухню за обезболивающим, если он хочет прекратить эти мучения. Или есть другой вариант: корчиться на кровати и ждать своей смерти. Каким бы заманчивым он ни был, Тэхён не оставит Чимина одного с компанией и не сделает Сынджина своего рода вдовцом. Ким со стоном поднимается с кровати, надевает тапочки и спускается на кухню, даже не удосужившись взглянуть на себя в зеркало. Пижама застёгнута как попало, волосы торчат в разные стороны, а во рту стоит отвратительный привкус. Одной мысли о воде достаточно, чтобы желудок неприятно скрутило. Тэхён уверен, что на вкус она будет как дешёвая водка. Но выбора нет — придётся сделать это. В доме слишком светло, поэтому парень тащится на кухню с полуоткрытыми глазами. Он должен найти обезболивающее — единственное спасение, единственную вещь, способную хоть немного облегчить этот день. Но вместо этого Ким сталкивается с самим дьяволом во плоти. С единственным человеком, который способен сделать это утро... этот день ещё хуже. Чон Чонгук. Хреновей всего то, что Тэхён понимает: если он чувствует себя отвратительно, значит, выглядит не лучше. А Чон — проклятие его существования — стоит здесь отдохнувший, со свежим личиком, в чистой белой рубашке и без единого торчащего волоска. Кто, блять, так выглядит в воскресенье? Мысли начинают проясняться. Какого чёрта он здесь делает? В воскресенье? Сегодня не рабочий день ни для его отца, ни для Чонгука. Что он тут забыл? Их взгляды встречаются, и Тэхён замечает два дымящихся стаканчика на барной стойке. Он осматривает Чона с головы до ног: от рубашки без единой складочки до брюк, в которые она аккуратно заправлена. Нетронутый. Безупречный. Идеальный. И чертовски раздражающий своим появлением здесь в таком виде. — Да, определённо всё ещё кошмар, — бормочет Тэхён, качая головой и направляясь к шкафчику, где мама хранит лекарства. — Добрый день, Тэхён. Вижу, ты проснулся в отличном настроении, — произносит Чонгук. Ким в ответ снова что-то бубнит, не желая ввязываться в перепалку. Сейчас он едва способен связать две мысли, не говоря уже о том, чтобы спорить с бывшим другом. — В таком же отличном, в каком был сегодня ночью. Тэхён замирает. Он не уверен, что именно Чон имеет в виду. Подняв руку, чтобы открыть дверцу шкафчика, бросает на младшего взгляд. — О чём ты, Чонгук? — Ну, я даже не знаю, — Ким достаёт обезболивающее и закрывает дверцу прежде, чем Чонгук заканчивает: — Это ты мне скажи. Не думаю, что ты был в потрясающем расположении духа, когда в половине пятого утра отправлял мне сообщение. Тэхён хмурится, на мгновение смущается. Он редко помнит свои действия, когда пьян. Но постепенно воспоминания возвращаются: Ким припоминает, как собирался написать сообщение Чимину, но наткнулся на контакт Чонгука и, не раздумывая, назвал того сволочью. С кучей опечаток. Действительно, по времени и ошибкам можно было понять, что Ким пьян. А теперь, когда он ищет обезболивающее и выглядит так, будто его переехало чем-то, догадки Чонгука подтверждаются. Боже, как это унизительно. — Я просто хотел отправить тебе доброе утреннее сообщение. Чтобы ты прочитал его и улыбнулся, когда проснёшься, — говорит Тэхён, открывая пачку с таблетками и вытаскивая одну. — Тебе понравилось? — Очень, — Ким закатывает глаза и уже собирается наполнить стакан водой, когда Чонгук берёт один из бумажных стаканчиков и протягивает его Тэхёну. — Будешь? Я купил один для твоего отца, но он сказал, что не хочет. Ким некоторое время смотрит на бумажный стаканчик. Ну конечно, его отец не хочет пить то, что предпочитает Чонгук. Как и сам Тэхён, Чон любит сладкое. Ни один из них не переносил чёрный кофе, даже если в нём тонна сахара. Мистер Ким — полная противоположность. Он один из тех, кто считает, что сахар, молоко или сливки только портят вкус кофе. Тэхён не слишком задумывается об этом. Считает, что если этот напиток выбрал Чонгук, то он не должен быть настолько плохим. Ким подходит к младшему, кладёт таблетку на язык, берёт тёплый бумажный стаканчик и делает глоток. И тут же выплёвывает это всё на Чонгука. — Какого хрена?! — восклицает Чон, отшатываясь назад. Слишком поздно: содержимое уже оказалось на его рубашке. На его белой рубашке. — Какого чёрта ты творишь, Тэхён? — Ты дал мне чёрный кофе, — Чонгук, похоже, даже не слушает его, уставившись на испачканную ткань. — Я не думал, что это будет он! Насколько я помню, ты ненавидел кофе так же сильно, как и я. С каких пор тебе нравится это дерьмо? И зачем ты вообще предложил его мне? — Я вырос, Тэхён. И я думал, что ты тоже повзрослел, но вижу, что ошибся, — произносит Чон. Тэхён усмехается, скрестив руки на груди. От всех этих криков голова раскалывается ещё сильнее, а таблетка теперь валяется где-то на полу. Зашибись как здорово. Просто возьмёт ещё одну. — О Боже, иди нахрен, — Ким снова подходит к шкафчику и на этот раз берёт стакан с водой. Даже если на вкус она будет как водка, хуже этого быть уже не может. — Ты не мог просто проглотить его? — спрашивает Чонгук. — А ты не мог просто сказать мне, что это кофе? — огрызается в ответ Тэхён, передразнивая его тон. Он наконец-то выпивает обезболивающее, переводя взгляд на заляпанный пол. — А, чёрт. Нужно прибраться здесь. — А мне нужно сменить рубашку. И всё потому, что кое-кто не умеет держать себя в руках. Тэхён снова закатывает глаза. Если Чонгук думает, что это заставит его почувствовать вину, то он сильно ошибается. — Тогда сиди дома и перестань приставать к моему отцу, — резко бросает он. — Сегодня воскресенье. Я надеялся, что у меня будет хотя бы один день без твоей физиономии. — Появились кое-какие дела, нам нужно закончить их до завтра. Это срочно, — объясняет Чонгук. Тэхён не отвечает, наблюдая, как тот направляется к двери. — Послушай... Сделаешь мне одолжение? Расскажи мистеру Киму, что случилось, и добавь, что я скоро вернусь. Съезжу домой, чтобы сменить рубашку. Тэхён сжимает губы в тонкую линию. Быть мальчиком на побегушках — такое себе удовольствие. Но Чон, похоже, действительно переживает из-за этого. Отец не любит ждать: если его любимый работник исчезнет без объяснений и объявится через двадцать минут, настроение у него испортится надолго. Тэхён не испытывает симпатии к Чонгуку, но даже злейшему врагу не пожелал бы оказаться под гневом своего отца. — Хорошо, — соглашается он, скорее по доброте душевной. — Будешь должен.***
В тот же вечер Тэхён делает исключение из своего правила — игнорировать всех во время похмелья — и звонит Сынджину. Пусть не по FaceTime, но понимает, что действительно нуждается в этом звонке. Сейчас Ким чувствует себя намного лучше, хотя тело всё ещё болит. Как только он упоминает об этом, Сынджин тут же говорит, что просто обязан быть рядом, чтобы сделать ему массаж. И Тэхён решает, что в данной ситуации всё-таки есть светлая сторона. — А если серьёзно, то ты и правда должен быть здесь, — говорит Ким, лёжа на кровати в позе морской звезды с прижатым к щеке телефоном. — Я скучаю по тебе. Кажется, начинаю понимать, почему в последние дни так драматизирую происходящее и почему всё похоже на отстой больше, чем есть на самом деле. — И почему же? — спрашивает голос на другом конце провода. — Потому что мне срочно нужны объятия. Уже больше месяца прошло с тех пор, как мы в последний раз обнимались. Я чахну, Джин-и, — Сынджин смеётся, тем самым вызывая улыбку на лице Тэхёна. — Обними меня через телефон. — Прямо сейчас я очень крепко тебя обнимаю, — выполняет просьбу парень. — Лучше обними меня в ответ, малыш. Разговор с Сынджином успокаивает в те моменты, когда всё раздражает. Когда приходит понимание, насколько трудно привыкнуть к новой жизни. Тэхён чувствовал то же самое, когда впервые прилетел в Маастрихт — чужим, не на своём месте. За семь лет тот город стал ему родным. Теперь приходится заново привыкать к Сеулу, и это не обходится без неприятностей. Время дома течёт намного быстрее: дни приходят и уходят прежде, чем Ким успевает заметить то, как они проплывают мимо. Кажется нереальным, что с момента его возвращения прошёл целый месяц. Месяц, как открыл своё агентство. Месяц, как в последний раз видел Сынджина и своих друзей из Маастрихта. Но также месяц рядом семьёй. Месяц, как встретил Чимина и восстановил связь с Сокджином. И, конечно же, с Чонгуком. За эти тридцать дней произошло так много всего, что Тэхён до конца не может этого осознать. Такое чувство, будто его жизнь включили на ускоренный режим без возможности остановиться и наблюдать происходящее со стороны. Он ещё не успел по-настоящему насладиться возвращением домой, если не считать ночных вылазок в клубы с Чимином. Но даже это должно было закончиться и уступить место суматохе, в которой он постепенно теряется. Тэхён просто нуждается в земле под ногами — в чём-то, что поможет ему замедлиться и пережить происходящее. Ему нужен Сынджин. — Ты должен приехать. Мама и сестра хотят увидеться с тобой, — говорит Ким, вспоминая, как на днях Миён за ужином спросила, когда они снова увидят Сынджина. Тэхён познакомил их, когда те в последний раз приезжали к нему в гости. Приятно, что его парень нравится его родителям — по крайней мере, так говорит мама. Отец ещё не встречался с Сынджином лично, но знает о его существовании. Что касается Миён, то Тэхёну не нужно на что-то надеяться: знает, что младшая сестра его обожает. — Мы что-нибудь придумаем. Я очень хочу тебя увидеть, — отвечает Сынджин. — Их тоже, конечно, но больше всего я взволнован встречей с вами, молодой человек. — Ну спасибо, — фыркает Тэхён, заставляя Сынджина рассмеяться. — Поскорее, хорошо? Может, договоримся на следующей неделе? — Тогда на следующей неделе, — соглашается парень. Ким кивает, улыбаясь в потолок, даже если Сынджин этого не видит. Он всё ещё привыкает. Многое кажется непривычным, но, возможно, дело в том, что он не успел как следует обосноваться. Всё наладится, когда исчезнет тревога, связанная с первыми месяцами работы, и когда он уедет из родительского дома. Как бы Тэхён ни любил свою семью, ему уже двадцать пять и ему нужно собственное пространство, так что скоро он должен будет сделать этот шаг. Всё прекрасно, на самом деле. У него всё хорошо... по крайней мере, хочется в это верить. Ким закрывает глаза и позволяет себе раствориться в голосе Сынджина — низком... может, не таком низком, как у него самого, но достаточно мягком и глубоком, чтобы убаюкать. Время от времени, пока Сынджин разговаривает с ним, Тэхён мычит в знак согласия, но на самом деле он уже почти уснул. И засыпает. В одежде, поверх одеяла, слушая, как его парень продолжает о чём-то рассказывать. Засыпает с надеждой, что скоро всё станет хоть немного легче.***
Тэхён просыпается от стука в дверь. Миён, как обычно, не ждёт разрешения и входит в комнату прежде, чем парень успевает проснуться. Телефон всё ещё зажат возле уха, но звонок завершился. Сынджин, вероятно, повесил трубку, когда понял, что Тэхён уснул. Он знал, что у Кима похмелье и что без сна тот не сможет пережить его. Это было неизбежно. И Сынджин, конечно же, прекрасно знал это. — Что случилось? — спрашивает всё ещё сонный и растерянный Тэхён, садясь в постели. На несколько секунд он чувствует себя выпавшим из реальности, не понимая, сколько времени прошло и который сейчас час. — Пора ужинать, — говорит Миён, присаживаясь на край кровати. — Не знала, что ты спишь. Я тебя весь день не видела. — У меня было ужасное похмелье. Пришлось отоспаться, — объясняет Тэхён, свешивая ноги с кровати. — Скажи маме, что я спущусь через минуту. Пойду сполосну лицо, чтобы хоть немного прийти в себя. — Будет сделано, — кивает сестра, направляясь к двери. Она практически выходит из комнаты, но оборачивается и добавляет: — Кстати, Чонгук присоединится к нам. После этого Миён, не задерживаясь, выходит. И не видит, как лицо брата искажается от ужаса. Чонгук. Останется на ужин. С ними. Пока он спросонья ворчит и оправляется от похмелья. Твою мать. Тэхён молит Бога, чтобы Чон не вспомнил тот инцидент с рубашкой. Отец не стал уточнять, как именно всё произошло, когда он рассказал, что случайно пролил кофе на Чонгука и тому пришлось поехать переодеться. Ким не хочет, чтобы отец знал правду. Его незнание не сможет навредить Тэхёну. Вздохнув, он выходит из спальни и направляется в ванную — знает, что никто в его семье не любит долго ждать. Тэхён умывает лицо водой, приглаживает волосы, чтобы выглядеть бодрячком, и спускается по лестнице. Он справится. Это будет первый ужин с Чонгуком с момента возвращения, несмотря на то, что младший всё время ошивался где-то рядом. Зачем заранее волноваться, если они ещё даже не сели за один стол? Чон не может быть ещё более невыносимым, чем обычно. Во всяком случае, еда займёт его, а значит, с ним будет проще иметь дело. К большому разочарованию Тэхёна, Чонгук занял место Миён — прямо напротив него. Теперь сестра сидит слева, и каждый раз, когда Ким отрывает взгляд от тарелки, перед ним оказывается идиотская физиономия Чонгука. Тот смотрит с непонятным выражением и иногда усмехается, из-за чего Тэхён сильнее сжимает столовые приборы, мысленно проклиная всё на свете. Как же он раздражает. Поскольку это всё ещё семейный ужин — даже если за столом сидит посторонний — Ким считает, что имеет полное право говорить, чёрт возьми, о чём угодно. И сейчас, пожалуй, самый подходящий момент, чтобы упомянуть Сынджина и их разговор. — Сынджин, вероятно, скоро приедет навестить нас, — объявляет Тэхён. Он откашливается и, обмакнув губы салфеткой, добавляет: — Если приглашение всё ещё в силе. — Милый, конечно же он приглашён. Ты же знаешь, как мы хотим его увидеть. И твой отец не может дождаться встречи с ним. Верно, Джухёк? — спрашивает миссис Ким, переводя взгляд с сына на мужа. — Да, это так, — звучит искренний ответ. Тэхён замирает. У его отца нет причин не любить Сынджина или не проявлять к нему гостеприимства, поэтому не понимает, почему так шокирован. Может, дело в том, что отец никогда не интересовался тем, что касалось его сына. И Тэхён, по привычке, ожидал такую же отстранённую реакцию, что и всегда. — Твой друг из Амстердама, да? — спрашивает Чонгук, поднося бокал с вином к губам и делая глоток. — Я жил в Маастрихте, — поправляет Тэхён. Чон сохраняет невозмутимость. — И он не друг. Он мой парень. — Парень? — спрашивает младший после того, как вытирает рот салфеткой. Тэхён кивает. — Чем он занимается? Сколько ему лет? Я так понимаю, вы там и познакомились? Такие вопросы он больше ожидал услышать от отца, но никак не от Чонгука. — Ему двадцать шесть. И да, мы познакомились в Маастрихте, — говорит Ким, замечая, как парень кивает. — О, и ещё он работает моделью. Кажется, этот факт действительно удивляет Чона, так как его брови высоко поднимаются. Он переспрашивает: — Моделью? — Тэхён только мычит в подтверждение. Чонгук продолжает: — Ну тогда всё ясно. Вот почему ты был так занят в Европе, что даже не нашёл времени написать или позвонить друзьям. Хах, вот и оно. Если Тэхён скажет, что Чонгук украл его место в фирме отца, тот, не задумываясь, ответит, что Ким не поддерживал с ним связь. Забавно, как они продолжают играть в эту вечную перекличку обвинений. Если рассуждать логически, Тэхён понимает, что оба виноваты в случившемся. Он — потому что не смог поступить в СНУ, провалив экзамены, а Чонгук — потому что не приложил достаточно усилий, чтобы сохранить их связь, хотя именно этого требовал от Тэхёна. Но, конечно, Ким ни за что не признается в этом. Теперь всё иначе. Если раньше Чонгук в большинстве случаев поддавался его поддразниваниям и всё неизменно заканчивалось ссорой, инициатором всё равно оставался Тэхён. Но сейчас Чон впервые наносит удар первым. Ким не понимает, что это значит и к чему это приведёт. Возможно, отношения между ними станут ещё хуже, но одно он знает точно: отступать не намерен. — О, Чонгук-и, не переживай. Я не заменял тебя моделью, — говорит Тэхён, нарочно используя прозвище, которым так много раз называл бывшего друга. Чонгук приподнимает бровь, сразу понимая, что Ким делает это назло. — Мы встречаемся последние десять месяцев. И познакомился я с ним только спустя четыре года проживания в Маастрихте. — Тогда понятно, — произносит младший, и Тэхён сдерживает улыбку, заметив, как тот сжимает челюсти. — Думаю, встречаться с моделью — это достаточно веская и, по крайней мере, самая очевидная причина, чтобы игнорировать всех. — Не беспокойся об этом, правда, — говорит Ким, прежде чем успевает дважды подумать о том, что собирается сказать дальше. Если бы он знал о последствиях заранее, держал бы рот на замке. Учитывая, что ужинает за столом со своей семьёй. — На самом деле, у меня были люди, с которыми мы проводили время. Я не был одинок, если это то, о чём ты переживаешь. Судя по фырканью, которое издаёт Миён, комментарий приводит к тем самым последствиям, о которых предупреждал Тэхён. Он продолжает смотреть на Чонгука, но боковым зрением видит, как мама поднимает голову. — Тэхён, пожалуйста, только не за столом, — говорит отец, внешне не проявляя ни капли волнения. — Вы оба, если хотите, можете обсудить это позже. Это не тема для разговора за ужином. Ким знает, что его родители не любят, когда он позволяет себе грубые замечания и устраивает маленькие скандалы. Отец только что отчитал его, но Тэхёну всё равно. Он не задумывается об этом, в то время как Чон выглядит подавленным, услышав слова мистера Кима. Чонгук больше не смотрит на Тэхёна — опускает взгляд в тарелку, сосредотачивается на еде и, похоже, не собирается отвечать. Наконец-то Тэхён заткнул ему рот. И это приятно. Теперь Ким самодовольно улыбается, ухмылка появляется на его лице. Он понимает, что лучше не испытывать судьбу, поэтому возвращается к еде, никак не комментируя эту тему и позволяя родителям вести дальнейший разговор. Впервые с тех пор, как приехал сюда, Тэхён чувствует, что выиграл спор. И это чертовски приятно.***
Прошёл месяц с начала работы агентства, и Тэхён не может не гордиться собой и своей командой, когда рассказывает о проделанной работе и о планах на будущее. У клиентов дела идут в гору: появляются такие цифры и связи, о которых раньше можно было только мечтать. Ким не сомневается — во многом это заслуга его агентства. Команда работает отлично, но, как и предсказывал Тэхён ещё до открытия, их главный козырь — Хосок. Рост его популярности ошеломляет: рэпер стал известен не только в Южной Корее, но и за рубежом. Ким приятно удивлён, что у Хосока уже около миллиона подписчиков в инстаграме, что кажется невероятным для артиста, дебютировавшего совсем недавно. Примерно в это же время Хосок и его менеджер снова наведываются в офис. Тэхён не знал об их визите, так как встречу организовал Чимин. Он сообщил о ней за несколько минут до прибытия гостей. — Кое-что произошло, — оповещает Пак, когда заносит стул в кабинет Тэхёна. В каждом кабинете есть по два стула, поэтому для полноценной встречи пришлось принести ещё один. Чимин ставит его по другую сторону стола. — Тебе понравится. — Что случилось? — заинтересованно спрашивает Тэхён. Считает, что заслуживает знать об этом заранее. Чимин с этим соглашается, поэтому не оказывает большого сопротивления. — Мне нужно согласие Хосока для одного очень популярного бренда. Пока что всё, — говорит друг. — Этот бренд известен во всём мире. Тэхён распахивает глаза. Он знал, что рано или поздно это произойдёт, но не ожидал, что так скоро. Похоже, крупные бренды, как и сам Тэхён, видят в Хосоке потенциал, поэтому спешат предложить ему сотрудничество, пока артист не выбрал их конкурентов. Ким уже собирается расспросить подробнее, но в этот момент в офисе появляются Хосок и его менеджер. Чимин говорит, что сам их встретит, и, не дождавшись отказа Тэхёна, направляется к двери. Тэхён нежно улыбается — обожает подобные выходки друга. Он взволнован, и это вполне обоснованно: именно Ким первым заключил сделку с Хосоком, поэтому у него есть все основания гордиться собой и радоваться происходящему. Встреча начинается так же, как и все предыдущие. Перед тем, как приступить к обсуждению сделки, они просматривают статистику аккаунта Хосока в инстаграме, данные по продажам и несколько громких статей, которые были опубликованы после их последней встречи. Все четверо удовлетворены результатами, и Чимин решает поднять вопрос о возможном партнёрстве. — Я связался с несколькими брендами. Один из них предложил сделку, которая может вас заинтересовать, — Хосок кивает, давая понять, что внимательно слушает. — Полагаю, вы слышали о компании Fila? — О, да... конечно, я знаю этот бренд, — говорит Чон с сияющими глазами. — Если вы не собираетесь сказать мне о том, о чём я думаю, и напрасно вселяете ложную надежду, я уйду отсюда грустным, — шутит он. Чимин усмехается, качая головой. — Значит, мы с вами думаем об одном и том же, — отвечает Пак. — Я связался с Джин Юном, нынешним председателем Fila. Они хотят видеть вас главным амбассадором бренда и лицом их следующей кампании. — Вы меня разыгрываете, — произносит Хосок, охваченный полнейшим шоком. Тэхён не может сдержать улыбку, наблюдая за его реакцией. Он знает, что Хосок скромный парень, поэтому стать лицом всемирно известного бренда — это не просто неожиданно, это почти за гранью реальности. — Амбассадором? Для Fila? — Именно это Джин Юн написал мне сегодня утром, — подтверждает Чимин. — Я хотел сообщить вам эту новость лично, так как это очень важная сделка. Могу организовать встречу в ближайшее время, чтобы обсудить условия и сроки. — Да, с удовольствием. Это... думаю, это идеальное предложение, не так ли? — спрашивает Хосок, глядя на своего менеджера. — Это именно то, к чему мы стремимся. Более того, я часто ношу вещи этого бренда. — Похоже, образ е-боя окупился, — шутит Пак, делая пометки в ежедневнике. Хосок, нахмурившись, неуверенно спрашивает: — Образ е-... кого? — Вы не знаете, кто такой е-бой? — спрашивает Чимин с лёгкой усмешкой. Чон качает головой, всё ещё выглядя смущённым. — Ну, е-бой — это последняя одержимость интернета. Обычно это молодые привлекательные парни, которые выкладывают бессмысленные видео в тик-ток или в инстаграм, стараясь выглядеть максимально горячо в штанах карго и обуви на толстой подошве. Вы, в некоторой степени, похожи на одного из них, но без наигранности. Тэхён не уверен, как Хосок воспримет это: возможно, почувствует ещё большее замешательство, возможно, поморщится, как это часто бывает, когда люди впервые слышат определение е-боя. Однако Чон перестаёт смущаться и выгибает бровь. — Значит, вы считаете меня привлекательным? — спрашивает он, глядя прямо на Чимина. Пак отрывает взгляд от бумаг. Его лицо заметно бледнеет, глаза распахиваются. Он приоткрывает губы, но не произносит ни слова. Улыбка Хосока становится шире, и по нарастающей неловкости Чимина видно, что тот не знает, куда себя деть. Именно поэтому Тэхён решает вмешаться, пока его друг не взорвался. — Кажется, мы немного отвлеклись, — говорит он, обращаясь к Хосоку. Тот усмехается, откинувшись на спинку стула, и освобождает Чимина от своего пристального взгляда. — Давайте вернёмся к делу. После этого разговор вновь приобретает строго профессиональный характер. Присутствующие обсуждают детали, изложенные в электронных письмах, которыми Пак обменивался с представителями бренда. Несмотря на это, Тэхён не упускает случайных взглядов, которыми обмениваются Чимин и Хосок. Они, похоже, не подозревают, что Ким наблюдает за ними. Тэхён, конечно, не даёт никаких комментариев. Но позже ему всё равно придётся оттащить Пака в сторону, чтобы расспросить о тайно брошенных им многозначительных взглядах.***
Тэхёну было пятнадцать, когда его впервые пригласили на ужин с семьёй его лучшего друга. Раньше он лишь ненадолго заглядывал к Чонгуку, а с тех пор, как они стали друзьями год назад, часто виделся с его мамой. Однако это будет первый раз, когда он должен будет встретиться с отцом Чонгука. По словам друга, тот постоянно работает и появляется дома только к ужину или уже ближе к ночи. Если честно, Тэхён не знает, кем работает мистер Чон, но предполагает, что он биржевой брокер — вроде бы Чонгук как-то упоминал об этом. Обычно Ким не нервничал перед встречей с родителями своих друзей. Он всегда был общительным и легко находил общий язык с людьми — даже со взрослыми — поэтому знакомство проходило без проблем. Но с мистером Чоном почему-то всё иначе. Чонгук — его лучший друг, и Тэхён действительно переживает, какое впечатление произведёт на родителей младшего. Вдруг мистер Чон решит, что он плохо влияет на его сына, и запретит им дружить? Такое развитие событий Тэхёну точно не понравилось бы. Ким знает, что мама Чонгука тепло к нему относится. Она часто возит их в разные места, и во время поездок Тэхён оживлённо болтает с ней, а женщина всегда смеётся над его шутками. Сейчас она заканчивает приготовление ужина, Чонгук уже накрыл на стол. Теперь оба в ожидании сидят в гостиной. — Он должен прийти с минуты на минуту, — говорит Чон, откидываясь на спинку дивана. Тэхён перестаёт листать ленту в телефоне с треснувшим экраном и мягко улыбается другу. — Уверен, ты ему очень понравишься. Если Тэхён нервничает, то Чонгук переживает ещё сильнее. Ким помнит, как сам чуть не умер от волнения, когда Чонгук впервые пришёл к нему домой — тогда он отчаянно хотел, чтобы родители одобрили младшего. И сдерживал желание обнять его и прижать к себе так крепко, как только мог. Телевизор включён, но не настолько громко, чтобы заглушить звонок телефона на кухне. Несмотря на то, что мальчики слышат его, никто из них не реагирует ни на мелодию, ни на тихий голос мамы Чонгука, когда она отвечает на звонок. Чего они не упускают — так это момент, когда женщина, сжимая телефон в руках, входит в гостиную. — Чонгук, дорогой, — зовёт миссис Чон, привлекая к себе внимание. — Только что звонил твой отец. Он сказал, чтобы мы ужинали без него. Его задерживают в офисе, и он пока не может прийти. Тэхён переводит взгляд на Чонгука и слышит, как тот тяжело вздыхает. От этого сжимается сердце. — Я уберу его тарелку, — произносит Чон, направляясь в сторону столовой. Тэхён украдкой бросает взгляд на его маму, прежде чем спрыгивает с дивана и следует за другом. — Не волнуйся, Тэхён. Ты сможешь встретиться с ним в другой раз. Отец просто занят. — Конечно же смогу, — он помогает Чонгуку отнести посуду на кухню, а после этого они возвращаются в гостиную. — Ты расстроился? — Я привык, — Чон пожимает плечами. — Он всё равно почти никогда не бывает дома... Тэхён сочувственно улыбается, тянется к коленке друга и, стараясь успокоить, слегка сжимает её. Чонгук смотрит на Кима и усмехается. По крайней мере, Тэхёну удалось добиться главного — заставить Чонгука улыбнуться.***
Большинство людей, когда не могут заснуть, непрерывно прокручивают ленту поиска в инстаграме, отвлекаясь на случайные и бессмысленные видео. Тэхён тоже иногда так делает, но чаще всего большую часть времени тратит здесь ещё до того, как добирается до страницы поиска. Ким отвлекается на предлагаемые инстаграмом аккаунты, начиная просматривать их. Сейчас почти два часа ночи. Тэхён сонный, хотя заснуть не получается, поэтому не придаёт особого значения профилям. Ни имена пользователей, ни фотографии ему незнакомы — искать здесь точно нечего. Именно тогда его внимание привлекает аккаунт, предложенный потому, что номер пользователя есть в списке контактов. Имя пользователя — J_J.K. Тэхён считает, что оно ужасно выглядит из-за всех этих подчёркиваний и точек, но это не та причина, по которой он перестаёт листать ленту. Парень узнает эти инициалы где угодно. Чон Чонгук. Ким не думает дважды. Прикусив нижнюю губу, нажимает на профиль. В описании — строчка из какой-то песни. Селфи, которые могли бы подтвердить его догадки, отсутствуют. Страница оформлена в спокойном стиле, совсем не подходящем для Чонгука, которого Тэхён знает сейчас. Фотографии закатов, пейзажей, собак, кофейных чашек. И всё же, когда Тэхён смотрит на снимки, не может не почувствовать, как что-то сжимается в груди. Они слишком похожи на фотографии, которые мог сделать Чонгук. Он всегда любил снимать природу — именно она встречается чаще всего. Никаких лишних фильтров, которые могут испортить фотографию. Снимки высокого качества и сделаны точно не на камеру телефона. Всё это кричит о Чонгуке. Но Ким сбит с толку. Страница выглядит так же, как и у любого другого парня их возраста — не как у высокомерного и дерзкого мудака, которым стал Чон. Никаких постов с дорогими часами или костюмами. Тэхён начинает сомневаться: может, это профиль другого человека с такими же инициалами? Вполне возможно. Он думает так до тех пор, пока не натыкается на фото собаки, которую сразу же узнаёт. Клауд, собака семьи Чон. И если J_J.K публикует фотографию с ней, это может означать только одно. Это инстаграм Чонгука. Инстаграм Чонгука, который показывает, что под слоем высокомерия, отглаженных костюмов, дерзости и ссор всё ещё живёт тот самый парень, которого он когда-то знал.***
— Эй, Тэ! Тэхён выходит из школы, когда слышит, что его зовут. Он оборачивается, бросая взгляд назад. Не то чтобы ему нужно видеть человека — он узнает этот голос где угодно, даже среди толпы болтающих учеников, заполонивших школьный двор. Ким видит Чонгука в школьной форме, который подбегает к нему с широкой улыбкой. Младший машет одной рукой, а другой придерживает лямку рюкзака. Тэхён улыбается и машет в ответ. — Привет, Гук-и, — говорит, как только друг оказывается рядом. Чонгук замедляет шаг, его дыхание ни капли не сбилось от лёгкой пробежки. — Как прошёл твой день? — Скучно. Чуть не заснул на уроке, — честно отвечает Тэхён. Сегодняшний день ничем не отличается от большинства других. — А твой? — Тоже скучно, — говорит Чонгук, и на секунду между ними воцаряется молчание. Оно не тягостное, комфортное, пусть вокруг всё ещё слышны голоса учеников, покидающих школу. Чон первым нарушает его. — Хочешь чем-нибудь заняться сегодня? Тэхён хочет ответить да, но, по правде говоря, у него почти нет времени на то, что ему действительно нравится. Каждый день забит школьными занятиями. Будучи ещё в начальной школе он играл на саксофоне, дважды в неделю ходил на тренировки по теннису, совмещая это с уроками и занятиями по английскому. Но, когда стал старше, от данных увлечений пришлось отказаться. Сначала от тенниса, после перехода в старшую школу. А несколько месяцев назад, в начале выпускного года, дел стало так много, что пришлось прекратить и уроки игры на саксофоне. Ким безумно скучает по занятиям, но понимает, что так было необходимо. Даже сейчас он с трудом находит на себя время. Отец всегда говорил, что жизнь — это расстановка приоритетов, и если Тэхён посвятит несколько лет учёбе и обеспечит себе хорошее будущее, то потом сможет тратить больше времени на свои хобби. — Не уверен. Задали много домашней работы, которую нужно сделать сегодня, — Ким краем глаза поглядывает на друга и замечает, как тот тихо выдыхает. Тэхён чувствует укол вины. Знает, что Чонгук огорчён — они редко видятся в последнее время. Чон не жалуется, потому что понимает, что Тэхён должен ставить учёбу на первое место, так как сам выслушивает то же самое от своих родителей. Но чего Ким не знает, так это того, в курсе ли друг, насколько его самого расстраивает эта ситуация. Может, даже ещё сильнее. — Всё хорошо, Тэ, — говорит Чонгук, не настаивая. Тэхён чувствует, как сердце разрывается от осознания, что младшему самому не легче от услышанного. И больше всего его ранит сдавшийся голос Чона. — Я понимаю. Ким внезапно останавливается и тяжело вздыхает. Чонгук продолжает идти, пока не понимает, что Тэхён остался позади. Он оборачивается и с замешательством смотрит на Кима. К счастью, никто из проходящих мимо учеников в них не врезается. — Не хочешь прийти ко мне сегодня? Позанимаемся вместе, — выпаливает Тэхён прежде, чем успевает пожалеть о сказанном. Он не так продуктивен, когда кто-то отвлекает его, но... сегодня может сделать исключение. В последнее время он много учится, и ему нужен перерыв. — Когда закончим, поиграем в видеоигры. А потом твоя мама может за тобой заехать. Чонгук приоткрывает губы и наклоняет голову, но ничего не говорит. Он колеблется, будто не зная, что ответить. — Ты уверен? — наконец спрашивает Чон, озвучивая свои опасения. — Я понимаю, что тебе нужно учиться, и не хочу отвлекать тебя. Это очень серьёзные вещи. Тэхён кивает. Люди постоянно учатся в компании друг друга, почему бы и ему не попробовать? Ким не привык к такому формату, так как ему проще сосредоточиться в одиночестве, однако такой способ может стать для него возможностью проводить время с Чонгуком, при этом не оставляя в стороне свои обязанности. — Да, я уверен. Так я смогу закончить домашнюю работу и провести время с тобой. Что думаешь? Хорошая идея или нет? На мгновение Тэхёну кажется, что Чонгук откажется, тревожась из-за того, что может отвлекать друга от учёбы. Чон бескорыстен и не любит мешать кому-то. Однако его сомнения длятся ровно до тех пор, пока не замечает перемену в выражении Чонгука. Улыбка медленно расплывается на его лице, нежно касаясь губ. Чон счастливо кивает и говорит: — Думаю, это отличная идея, Тэ. Тэхён не может не улыбнуться в ответ. В груди становится тепло из-за того, что он смог найти решение, которое никого не огорчило. Ким подходит к Чонгуку, и они вместе направляются к главным воротам школы. — Тогда пойдём отсюда.
