Другая сторона

Не Хуайсан не раз слышал от Вэй Усяня странные рассуждения. В остром уме своего нового приятеля он ни капли не сомневался, но не раз отмечал, что тот слишком много размышляет о прямо нарушающих традиции методах, о пути, который нельзя было назвать правильным. Во всём этом не было бы ничего плохого, если бы не то, что Вэй Усянь не способен был удержать себя в руках. Наверняка он рос непоседливым ребёнком и его вовремя некому было одёрнуть, так что теперь он вёл себя чересчур свободно. Больше всего Не Хуайсан заволновался о нём, когда Вэй Усянь вздумал перечить Лань Цижэню. Размышления о раскапывании могил, чтобы пробудить чью-то ненависть, не могли прийтись по вкусу учителю. Сколько бы Хуайсан ни пытался намекнуть, что Вэй Усяню следует остеречься — тот продолжил говорить дерзкие речи. И кто бы сомневался, что учитель прогонит его переписывать правила. Прежде подобная работа доставалась Не Хуайсану — он переписывал за Вэй Усяня столбики иероглифов, а потом тот помогал ему с другими заданиями, и оба оставались довольны. Но теперь за Вэй Усянем должен был приглядывать Ванцзи. С одной стороны, Не Хуайсан должен был бы порадоваться — Вэй Усяню не удалось бы заставить его переписывать правила тысячу раз. Но с другой… Сам он точно не отказался бы от возможности найти общий язык со вторым Нефритом. Увы, ему-то как раз такой случай не представился. И вот целых три дня Вэй Усянь пропадал в библиотеке. Не Хуайсан набрался терпения, потому что был уверен — Усянь обязательно расскажет обо всём в подробностях. И, конечно, так всё и вышло. Освободившись от обязанностей, Вэй Усянь тут же потянул и Цзян Ваньиня, и самого Хуайсана на задний склон горы, поближе к реке и водопаду, а там начал рассказывать, как изводил Ванцзи всё это время. — И он выгнал тебя? — удивился Не Хуайсан, скрывая за смехом тревогу за выведенного из себя Ванцзи. Насколько же тот был оскорблён, если сам нарушил сразу несколько правил, которые знал едва ли не лучше всех в Облачных Глубинах? — Вэй-сюн, ты правда такой невыносимый? В первый раз слышу, чтобы Ванцзи выгнал кого-либо. Как ты этого добился, Вэй-сюн? — Такое событие! — почти с гордостью сообщил в ответ Вэй Усянь. — Он нарушил свой собственный запрет, но помог ему я. Хочу, чтобы все знали, что это был именно я! — Чем ты так доволен? Разве это хорошо? — раздосадованно оборвал его Цзян Чэн. — Тебя выгнали — разве это достойное событие? Окончательно опозорил наш клан. За судьбу клана Цзян Ваньиню приходилось переживать каждый день — из-за Вэй Усяня, и Не Хуайсан в этом никак не мог встать на его сторону. Для клана Не он сам часто оказывался причиной для переживаний. — Вообще-то, — возмутился Вэй Усянь, — я извинился как полагается! А он после этого заклинание закрытого рта на меня наложил. И шуток не понимает! — на мгновение улыбку с его лица стёрла притворная печаль. — Жаль, что я не успел сам долистать… тот красивый роман Не-сюна. Я дал ему посмотреть, а ему не понравилось. Только зря время потратил. И лишь теперь Не Хуайсан в полной мере осознал, почему Ванцзи выгнал Вэй Усяня из библиотеки! Этот наглец подложил благопристойному второму Нефриту роман с картинками совсем неподобающего содержания! По спине Не Хуайсана сбежали мурашки. Клан Гусу Лань когда-то возник как монашеский орден, и ничего подобного в стенах Облачных Глубин не допускалось! Неудивительно, что Ванцзи настолько вышел из себя. — Не жалей, — обмахиваясь веером, отозвался Не Хуайсан. — Только не выдавай меня. — Неужели я похож на того, кто выдаёт братьев? — удивился Вэй Усянь. Не Хуайсан улыбнулся ему, хотя страх до сих пор не отступил. Если Лань Ванцзи узнает, откуда в Облачных Глубинах взялся непристойный роман, вряд ли он когда-либо простит его. И если Вэй Усяню как будто бы было вовсе не важно, что о нём думает второй Нефрит, потерять всякую возможность когда-нибудь сблизиться с Ванцзи из-за такой глупости Не Хуайсан не хотел. — Ты оскорбил Лань Ванцзи и Лань Цижэня, — подлил масла в огонь Цзян Чэн. — Жди жуткой смерти. Хоронить нечего будет! Вэй Усянь вздохнул и подсел ближе к названному брату. — Эй, Цзян Чэн, почему ты так разволновался? Я всего лишь шучу! К тому же признайся, сколько раз ты уже меня хоронил? Разом больше, разом меньше? — Ещё раз такое случится, — строго ответил Цзян Ваньинь, — я не хочу ничего про это слышать и знать. Уйди с глаз моих. Вэй Усянь пожал плечами и опять рассмеялся. Получать выговоры ему был не впервой. Не Хуайсан тоже слегка улыбнулся. Он никогда не мог так спокойно забывать о совершённых ошибках. И теперь, пусть даже Вэй Усянь подчеркнул, что всего лишь шутил, стоило только представить, как сильно он вывел из себя Ванцзи, как сердце тотчас билось быстрее. Вдруг второй Нефрит решит, что приходить на занятия не стоит? Вдруг из-за Вэй Усяня он и вовсе перестанет показываться остальным? Быть затворником ему привычно. Лишь возникновение странной птицы, явно принадлежавшей клану Вэнь, заставило Не Хуайсана отвлечься от подобных мыслей. Появление учеников из клана Вэнь на церемонии приветствия само по себе было не слишком приятным событием, а теперь ещё и это. Не Хуайсан мог сколько угодно пытаться обращаться лишь к своим чувствам, отрешившись от политики и заклинательства, но закрыть глаза на явную связь этих событий он всё равно не сумел. — Они используют птиц для слежки, — заметил он осторожно, чтобы послушать, что может сказать об этом Вэй Усянь. — Для чего она прилетела сюда? — вмешался Цзян Чэн. Лицо Вэй Усяня на миг стало очень встревоженным, будто он знал больше, чем рассказывал им. — Не знаю, — Не Хуайсан нахмурился. — Неужели клан Вэнь, следящий за небом и землёй, решил следить ещё и за нашим обучением? Вэй Усянь коснулся несколько раз кончика носа, как с ним бывало, когда он погружался в мысли, от развлечений бесконечно далёкие. Не Хуайсан уже ждал, что он скажет что-то, но нет, Усянь только едва заметно сощурился. «Что это за тайны? — заволновался Не Хуайсан. — Прежде у него не было никаких тайн». Стоило признать, что Вэй Усянь оказался глубже, чем выглядел на первый взгляд, за улыбкой и весёлым нравом скрывалось что-то другое, и пока Не Хуайсан не мог разобрать, что именно.