Другая сторона

Учитель Лань Цижэнь отбыл на встречу с Не Минцзюэ, и Не Хуайсан надеялся, что разговоры у них будут касаться чего угодно, только не обучения в Гусу. Он уже думал, что эти несколько дней пройдут в праздности и спокойствии, в развлечениях, придумывать которые Вэй Усяню не составляло труда, но оба Нефрита в сопровождении клана Цзян, а также нескольких других адептов, отправились в Цайи. С одной стороны, оставаться в Облачных Глубинах, пока всё интересное творится где-то ещё, было не так уж весело. С другой — Не Хуайсан не желал укрощать духов. Когда же, пару дней спустя, Вэй Усянь позвал его отпраздновать их возвращение, отказываться, демонстрируя обиду, Не Хуайсан, конечно, не стал. На сердце и вовсе стало легко, когда они расселись за столом и выпили по чашке «Улыбки императора». — А вино-то отличное, — заметил Не Хуайсан. Теплота разливалась по телу и, казалось, согревала и душу, а все печали уходили в сторону. Сразу захотелось говорить по душам и звать собеседников личными именами, хоть прежде такого Не Хуайсан себе и в мыслях не позволял. — Ещё бы, — отозвался, сияя, уже немного захмелевший Вэй Усянь. — В Гусу нельзя не попробовать «Улыбку императора». Изысканный и тонкий вкус, идеальная выдержка. Чистое, но непрозрачное. Крепкое — но никакого вреда. Цзян Ваньинь по своему обыкновению фыркнул: — Да пей уже, разболтался! Но Не Хуайсан, ценитель изящного слога, не мог сдержаться и возразил: — Цзян-сюн, я вот думаю, что это красиво сказано. Как говорят мудрые люди, хорошее вино подобно красивой женщине! Выпьем! И чашки с вином соприкоснулись, издав приятный уху стук. — Раз так, то идите прямиком на поиски красивых женщин! — сощурился Цзян Ваньинь. Замечание больно кольнуло, но Не Хуайсан удержал лёгкую улыбку, чтобы не показаться странным. Вэй Усянь же тут же нашёлся: — Если взять с собой вино, почему бы и нет? — Как в Гусу Лань тебя вообще терпят?! — возмутился Цзян Ваньинь. — А я-то что? Кто только тебя вытерпит, с твоими-то принципами? — парировал Вэй Усянь. Не Хуайсан на миг забыл о своих переживаниях и тут же потянулся к нему. — Вэй-сюн, о чём это ты? Цзян Чэн выглядел раздосадованным, а это значило, что Вэй Усянь попал в точку. — Вэй Усянь! — ткнул он пальцем в Вэй Усяня. — Только попробуй! — Об идеальной девушке, конечно! — развеселился Вэй Усянь, и не думая останавливаться. — Ты!.. — подскочил Цзян Ваньинь, и Не Хуайсан не сдержал смеха. — Вэй Усянь! Вэй Усянь резко отпрыгнул от названного брата и тут же принялся перечислять: — Ласковая и добрая, трудолюбивая и бережливая! — он попытался заслониться Не Хуайсаном от разгневанного Цзян Ваньиня, но говорить не перестал: — А ещё — из порядочной семьи! — Замолчи! — Да я только начал! — Вэй Усянь расшалился не на шутку. — Чтоб не кричала!.. — А ну стой, Вэй Усянь! Прекрати! — закричал Цзян Ваньинь, тщетно пытаясь догнать его. — Чтоб не учила жизни! Чтоб не сорила деньгами! — продолжал Вэй Ин, обегая вокруг стола. — Рискни продолжить! — мчался за ним Цзян Ваньинь. — Хватит! — смеялся Не Хуайсан. Врождённая осторожность подсказывала ему, что такой шум точно заметят снаружи, как бы они ни пытались завесить окна ханьфу. — Вэй Усянь! — Цзян Ваньинь всё же повалил его, намереваясь то ли заткнуть рот, то ли придушить. Не Хуайсан попытался разнять их и внезапно почувствовал, что в комнате есть кто-то ещё. Обернувшись, он закаменел от ужаса. На них смотрел Лань Ванцзи. В одно мгновение все они приняли подобающие позы, но от Ванцзи вряд ли укрылось, чем они тут занимаются. — Вы что творите? — спросил он строго. — Верно сказано — лучше прийти вовремя, чем прийти раньше, — поднялся Вэй Усянь, как обычно не теряясь и не раздумывая. Он подошёл к Ванцзи, и от Не Хуайсана не укрылось, как одно только приближение Усяня заставило того буквально оледенеть. — Раз ты здесь, может, выпьешь с нами? Поболтаем? — В Облачных Глубинах запрещено употреблять алкоголь, — холодно ответил Ванцзи. — Лань Чжань, не будь таким упрямым! — чуть нахмурился Вэй Усянь. Не Хуайсан смотрел на них и не мог разобраться в собственных чувствах. С одной стороны, его приводила в ужас сама мысль о том, что Ванцзи обнаружил его в такой момент в компании Вэй Усяня. С другой — если сейчас Усянь сумеет уговорить второго Нефрита на дружескую попойку, то такое событие не стоит пропускать. — Совсем недавно мы едва не погибли в водной пучине, — продолжал Вэй Усянь. — Стоит отпраздновать… — и он мягко дёрнул Лань Ванцзи за рукав. Взглядом Ванцзи можно было разбивать камни. Вэй Усянь убрал руку. — Идите в храм заповедей и повинитесь! — не сдался уговорам второй Нефрит. — В какой храм? — переспросил Вэй Усянь, оглянувшись на остальных. Не Хуайсан от охватившего его страха чуть не потерял сознание. Цзян Ваньинь, заметив, как он пошатнулся, упал на постель, изображая мертвецки пьяного. Сообразив, что это значит, Не Хуайсан тут же последовал его примеру. Быть может, Ванцзи не станет слишком сильно ненавидеть его? — Смотри, как они напились. Сами точно не дойдут, — продолжал Вэй Усянь. — Давай лучше так. Ты присядь, мы с тобой выпьем и поболтаем. Ванцзи отвернулся, собираясь уйти, но Вэй Усянь не хотел его отпускать. — Эй, Лань Чжань! — и он сделал знак Цзян Ваньиню и Не Хуайсану. Уже проносясь мимо неприступного второго Нефрита, Хуайсан заметил, как Вэй Ин быстрым движением закрепил на одеждах Ванцзи листок с заклинанием. А затем двери закрылись. Не Хуайсан в панике оглянулся на них, но врываться и проверять, что же там задумал сделать с Лань Ванцзи Вэй Усянь, не рискнул. Ему было страшно и больно, и разобраться в этом оказалось не по силам. «Всё обернётся плохо», — вздохнул Не Хуайсан. И был прав. Утром Ванцзи обнаружили другие адепты Гусу. Не Хуайсан, с трудом сдерживая вскрики под ударами линейки для наказаний, размышлял, что, с одной стороны, конечно, плохо получить пятьдесят ударов, но, с другой стороны, это гораздо лучше, чем получить три сотни. Он ужасно сочувствовал Лань Ванцзи и совсем не сострадал Вэй Усяню, чей весёлый нрав заставил их всех принять наказание. Никогда прежде он не нарушал правил так открыто… Но что уж говорить, если Усянь смог подбить на нарушение даже Ванцзи, который всегда оставался безупречным. «Что ты такое, Вэй Усянь?» — размышлял Не Хуайсан, глядя вслед деве Цзян, Цзян Ваньиню и Вэй Усяню, когда те удалялись от зала Просвещения.