Другая сторона

В саду цветочной девы их ожидало разочарование — прекрасные цветы пали жертвой пламени, не сохранилось ни одного. Не было даже намёка и на саму деву. — Опоздали, — вырвалось у Вэй Усяня, и от Не Хуайсана не укрылось, как Ванцзи посмотрел на него. У них явно была общая тайна, которой они не желали делиться. Отойдя чуть в сторону, Не Хуайсан заметил странную вещь — среди пожухлой и опалённой травы лежало совершенно целое перо. Хуайсан поднял его и принялся рассматривать с пристальным вниманием. — Сова? — предположил он. Вэй Усянь тут же повернулся к нему. — Вэнь Чао! — воскликнул он. — Значит, он забрал… — Лань Ванцзи чуть нахмурился, и Вэй Усянь тут же заговорил о другом: — Не-сюн, здесь становится опасно, тебе было бы лучше вернуться в Цинхэ. Не Хуайсан спрятал досаду за раскрытым веером. — Как же я пойду один? — возразил он. — Составьте мне компанию, Вэй-сюн? Разве нам не по пути? Лань Ванцзи коротко кивнул и покинул разорённый сад. Его светлые одежды ничуть не испачкались, и Не Хуайсан удивился в очередной раз этой способности. Он сам уже с досадой заметил, как пятна сажи разукрасили низ одеяний. Столь идеальный, мог ли Ванцзи когда-либо обратить внимание на кого-то, подобного Не Хуайсану?.. Размышления были несвоевременными и печальными, так что, стоило выбраться за пределы Таньчжоу, Не Хуайсан обратился к Вэй Усяню: — Так что же там произошло, что случилось с садом цветочной девы? Что забрал себе Вэнь Чао? Вэй Усянь как будто бы не хотел отвечать, но не Хуайсан изучил его достаточно, чтобы в конце концов добиться: — Осколок тёмного железа, который берегла цветочная дева, теперь у клана Вэнь. Тёмное железо?.. Несмотря на то, что Вэй Усянь обвинял Не Хуайсана, что он ничего не запоминает из уроков, на самом деле память его была отличной. И он уже встречал упоминания о тёмном железе. — Только один? — встрепенулся он. — Но даже и одного достаточно… — Не один, — подтвердил Вэй Усянь. — И мы ищем другие. — Но как же у вас получится их отыскать? — Не Хуайсан тревожно обмахнулся веером. Ванцзи точно прислушивался к их разговору, но не вступал в него. — Нам подскажет другой осколок, который сейчас хранит Лань Чжань, — проговорился Вэй Усянь. Не Хуайсан тут же посмотрел на Ванцзи, но ничего особенного не заметил. — Вэй-сюн, — заторопился он, — говорят, на всех, кто прикасался к тёмному железу, падёт проклятье! Разве нам не опасно… — Нам? Нет! — усмехнулся Вэй Усянь. — Это ведь Лань Чжань несёт осколок. А его сил в заклинательстве и таланта хватит на то, чтобы отразить любое проклятье. Да, Лань Чжань? — Тише, смотрите, — прервал их Ванцзи. Меч его вырвался из ножен и унёсся к нескольким деревьям на другой стороне дороги. Оттуда с клёкотом вырвалась и улетела в сторону леса птица, за которой тянулся шлейф тёмной энергии. — Это птица клана Вэнь, — узнал Не Хуайсан. — Скорее, — рванулся за ней Лань Ванцзи. Вэй Усянь тут же бросился следом. — Эй, Вэй-сюн, вы же обещали проводить меня в Цинхэ! — выкрикнул Не Хуайсан. Оставаться одному ему уж точно не хотелось. Однако погоня быстро зашла в тупик — птица скрылась из виду, и им пришлось вернуться к дороге. Вечерело, и в воздухе разлилась приятная свежесть, напоминавшая, что ночь окажется холодной. — Кажется, нам пора поискать ночлег, — заметил Не Хуайсан. Впереди как раз виднелось какое-то небольшое поселение. — И правда, — согласился Вэй Усянь. — А вон старушка. Нужно попросить приюта у неё. Не Хуайсан присмотрелся, и ему сразу не понравилось то, что он увидел. Старушка сидела на земле неподалёку от ворот и заметно дрожала. Уставившись в одну точку, она будто бы что-то шептала, и сначала Хуайсан предположил, что она кого-то проклинает, и лишь чуть позже подумал, что она, должно быть, не в себе. Тщетно Вэй Усянь пытался привлечь её внимание. Не Хуайсан беспокойно оглянулся на Ванцзи — лицо его хранило всё то же спокойное и отстранённое выражение, что и всегда, но взгляд был настороженным, цепким. Кажется, он тоже не разделял идею Вэй Усяня. Но тут старушка поднялась. Она огляделась, точно проснулась от кошмара, и увидела их. Вздрогнув ещё сильнее, она поманила их за собой и вошла в поселение. — Вот видите! — ослепительно улыбнулся Вэй Усянь. Лань Ванцзи прошёл мимо него. Не Хуайсан постарался держаться чуть позади на случай опасности, но скоро догнал Вэй Усяня и пошёл с ним рядом — зловещая атмосфера в поселении не располагала к прогулке. Ни одного человека не было на улицах, не слышался смех. Тишина, казалось, оскалилась и собиралась поглотить всё вокруг. — Что здесь произошло? — спросил Вэй Усянь старушку. На удивление та услышала и поняла его. — Богиня пришла поглотить наши души, — сказала она и будто бы сама испугалась собственных слов — так быстро побежала прочь. — Богиня?.. — Вэй Усянь нахмурился и посмотрел вверх. Лань Чжань тут же вопросительно взглянул на него. — Храм на горе Дафань, — пояснил Усянь. Не Хуайсан почти ничего не слышал про эти места, но был уверен, что ничего хорошего их тут точно не ждёт. Однако убедить Ванцзи и Вэй Усяня, что пора как можно скорее отправляться в Цинхэ, он точно не сумел бы. Пришлось успевать следом. Возможно, Не Хуайсан был трусом — по крайней мере, в глазах старшего брата точно, но, с другой стороны, он сам считал себя осторожным и предусмотрительным человеком. И всё же каждый может ошибиться! Положившись на более сильных заклинателей, он вовсе не ожидал, что окажется в большей опасности, чем если бы отказался от их сопровождения. Храм показался ему по-настоящему жутким. Свидетельства разорения, разбитые в пыль ступени, паутина и сухие листья, забившиеся в щели, рассохшееся дерево… Здесь всё говорило, что нужно уходить как можно скорее. А статуя, которая стояла на постаменте, бывшем всего лишь выступом горной породы, и вовсе внушала ужас. — Какая у неё неприятная улыбка, — вырвалось у Не Хуайсана. — Неужели она действительно способна поглощать души? — Богиня не поглощает души, — возразил ему мужской голос. Смотритель в тёмных одеждах вышел из тени. Он прижимал к груди какую-то табличку, но Не Хуайсан в полумраке храма не мог рассмотреть, что там начертано. — Некогда эта статуя была всего лишь куском камня, хоть и примечательным. А затем в один миг преобразилась, приняв черты небесной танцующей богини. Люди стали поклоняться ей, приносить дары. Построили храм. А потом, двадцать лет назад, случилось странное, и статуя стала причинять людям вред… — Двадцать лет? — переспросил Вэй Усянь, и Не Хуайсан понял, что это каким-то образом совпадает с той историей, которую знают Ванцзи и Усянь. — Господин запечатал статую, — смотритель будто и не слышал вопроса. — Она никому больше не принесла беды, но люди всё равно оставили это место. Вы искали ночлега? Оставайтесь и тогда сможете сами понять, что тут происходит. — Господин Вэнь? Он запечатал статую? — снова обратился к нему Вэй Усянь. Лань Ванцзи с напряжением ждал ответа. — Не помню я его имени, слишком стар, — и смотритель пошёл прочь. Почти сразу за этим в храм заглянула старушка и бросила на пол крупную вязанку хвороста. — Разожгите костёр, ночи холодные. — Благодарим вас, — поклонился Не Хуайсан. Живое пламя разгоняло его страхи. Но старушка не стала слушать благодарности, а быстро ушла. Не Хуайсан постарался и разжёг огонь повсюду — столько оставленных свечей, не горевших словно бы целую вечность, он не видел давно. Вэй Усянь устроился на полу и кивнул ему: — Отдохни. Лань Ванцзи сел в позу для медитации, и Не Хуайсана успокоило зрелище его прямой спины и светлых, будто сияющих в сумраке храма, одежд. Наверное, они действительно лучше чувствовали опасность, к тому же так сильно хотелось спать… Не Хуайсан, как бы ни тревожил его этот храм, заснул быстро. И так же скоро проснулся, потому что странный шорох заставил образы в его сне превратиться в кошмары. Стоило ему вскочить на ноги, как он увидел, как статуя на постаменте шевельнулась. Вэй Усянь и Лань Чжань тут же схватились за мечи, и Не Хуайсан поспешил отбежать на безопасное расстояние. Как бы ни был красив его веер, а создать подходящую для него технику боя Хуайсан ещё не успел, никакого другого оружия при себе у него не было. Наблюдая за попытками Ванцзи и Вэй Усяня остановить статую, Не Хуайсан не на шутку разволновался — он ясно видел, что оживший камень целится в Лань Ванцзи и преследует его, раз за разом намереваясь ударить посильнее. Вэй Усянь тоже вскоре заметил это. — Эй, Лань Чжань, — выкрикнул он, смеясь, хотя на висках у него вздулись вены от того, какую силу он вложил в заклинание магических верёвок, опутавших каменное запястье, — похоже, ты ей понравился! — Прекрати, — отозвался тот, избежав очередного удара. Не Хуайсан от тревоги не находил себе места, и когда Ванцзи и Вэй Усянь наконец запечатали статую, вернув её на место, не поверил в спасение. — Неужели это всё? — спросил он. — Тише, — поднял ладонь Ванцзи и подошёл к воротам храма. Вэй Усянь взбежал по ступенькам, и они вдвоём выглянули наружу, чтобы в ту же секунду одновременно отпрянуть и посмотреть друг на друга. — Что там такое? — Не Хуайсан не хотел даже смотреть. — Мы попали в ловушку? — Люди. Они все одержимы и идут сюда, — бросил Вэй Усянь. Скоро раздались первые удары в ворота. Привалившись к створкам, Не Хуайсан посмотрел на сосредоточенного Ванцзи, на нахмурившегося Вэй Усяня и мысленно взмолился всем богам, которых вспомнил. Он не желал умирать, даже если на коленях возлюбленного, но спасения не видел. Вэй Усянь отскочил в сторону и наложил на дверь печать. — Их слишком много, долго ворота не продержатся, — не выдержал Не Хуайсан. Вэй Усянь тут же взялся за меч. — Подожди. Они не мертвы, — схватил его за запястье Лань Ванцзи. Их взгляды встретились, и в сердце Не Хуайсана вспыхнула ревность. С одной стороны, видеть, как они отлично ладят в бою, было удивительно приятно, с другой, то, как они смотрели друг на друга, выдавало совсем не те чувства, что испытывают друг к другу товарищи по оружию. А больше всего Не Хуайсана смущала мысль, что они даже сами не осознают собственного влечения. Он настолько задумался, что не заметил, как ворота дрогнули и распахнулись, впуская одержимых внутрь. Ванцзи и Вэй Усянь отскочили назад, и он остался один, растерявшийся и испугавшийся донельзя. «Разве я могу умереть вот так?!» — возмутился он в глубине души. И тут же перед ним возник Лань Ванцзи, занеся Бичэнь в защитном жесте. Он принял на себя удар. Вэй Усянь не стал медлить и выбросил заклинание, сетью вставшее между ними и одержимыми. — Это действительно ловушка, — сказал он. — Мы не можем убить их, — подтвердил Ванцзи. Не Хуайсан безмолвно смотрел на тянущих к ним руки людей. «Неужели нам суждено погибнуть здесь всем вместе?» — спросил он себя, но не нашёл ответа.