Другая сторона

Он узнал не так много, но услышанное было неприятным. Вэнь Чао вернулся раздражённым, и среди воинов оказалось немало тех, кто, вырвавшись из пещеры, обсуждал между собой, что там произошло на самом деле. «Оставить так много столь талантливых заклинателей вместе и ожидать, что твой план не рухнет — слишком самонадеянно», — подумал тогда Не Хуайсан. Он был рад тому, что Вэнь Чао не удалось никого уничтожить. Однако он явно постарался оставить заложников на медленную смерть. Воины обсуждали, что заложники взбунтовались, что они насмехались над Вэнь Чао, что его девчонка едва не изуродовала одну из заклинательниц. Но они не говорили о смертях. И Не Хуайсан сделал вывод, что все наследники кланов остались в живых. Отчего его выставили прочь, пряча глаза и оглядываясь? Неужели теперь они испугались, что Вэнь Чао узнает — один из заложников совершенно точно остался в живых? Возвращаться в Цинхэ было бесполезно — там, по слухам, создали надзирательный пункт. Вэнь Жохань подготовил указ о таких же в Гусу, в Илине… Не Хуайсан волновался, что среди них окажется и Пристань Лотоса. Отправиться прямиком туда, чтобы принести дурные вести? Но успеет ли он? И где сейчас брат?.. Последний раз оглянувшись на Безночный город, Не Хуайсан двинулся прочь. Он собрал далеко не всё, что ему принадлежало, оставив у Вэней и любимые веера, и книги, и теперь мог позволить себе пешую прогулку. Должно же было поблизости рано или поздно оказаться селенье, где можно было переночевать и откуда получилось бы отправить записку… хоть кому-нибудь. Однако слишком далеко Хуайсан отойти не успел. Сначала из-за поворота дороги послышался топот копыт, а затем всадник обогнал его и загородил путь. Конь под ним гарцевал, не желая останавливаться, и жевал удила. — Не Хуайсан! — окликнул всадник, откидывая капюшон плаща. — Мэн Яо? — с удивлением узнал Не Хуайсан. Одетый как один из Вэней, Мэн Яо настороженно огляделся и лишь потом улыбнулся. — Откуда ты здесь? — Долгая история, — он кивнул себе за спину. — Я могу помочь. Не Хуайсан прищурился. С одной стороны, появление Мэн Яо, да ещё и в одежде Цишань Вэнь, не казалось большой удачей. С другой же, и это можно было оценить по достоинству. — Мне нельзя отлучаться надолго, — затараторил Мэн Яо, едва конь понёсся вскачь. — Но я покажу тебе укромное место и человека, которому, как и тебе, нужна помощь… *** Дом, куда привёз его Мэн Яо, находился в лесной глуши. Дорога к нему оказалась непростой, и коня пришлось оставить у подножия холма. Не Хуайсан, рассчитывавший оказаться ближе к брату и возможностям связаться с другими кланами, почувствовал укол разочарования, но беспрекословно последовал за Мэн Яо по каменистой тропе. Однако когда они вошли в ветхое строение, волнение заставило забыть на миг обо всех размышлениях и планах. — Цзэу-цзюнь?! — удивился он. — Тише, он потерял много крови, — Мэн Яо с неожиданной заботой — такого Не Хуайсан за ним не помнил — подошёл к постели и поправил одеяло. — Он много спит. Ему нужно восстановиться. — Как он здесь оказался? — Не Хуайсан приблизился. Лань Сичэнь выглядел уставшим, бледное лицо заострилось. Он хмурился во сне — между бровей была заметна тонкая морщинка, след затаённого страдания. — Я не спрашивал, — Мэн Яо устало улыбнулся. — Ты же видишь, он изранен. «Или ты не собираешься рассказывать мне, — отметил про себя Хуайсан. — И я тебе зачем-то нужен. Как и он». — Предлагаешь мне остаться с ним? — спросил он вместо того. — Мне нельзя отлучаться из Безночного города слишком часто, — Мэн Яо поклонился. — Если ты поможешь… — Ты знаешь, где мой брат? — напрямик спросил Не Хуайсан. — Он укрылся в клане Цзинь, — Мэн Яо оглянулся на Сичэня. — Я смогу отправить ему письмо от тебя, если нужно. — Нет… Главное, что он в безопасности, — Хуайсан отвернулся от него. — Когда Цзэу-цзюнь придёт в себя? — Уже скоро, — Мэн Яо снова поклонился. — Мне нужно вернуться. — Возвращайся, я присмотрю за ним, — «Мне всё равно никуда отсюда не деться». *** Оставшись вдвоём с Сичэнем, Не Хуайсан сначала осмотрел весь дом. Он и сам не знал, что искал, но обнаружил рис и травы, силки для кроликов и пустую клетку для птиц. Он вспомнил о своей канарейке, о том, что хотел подарить её Ванцзи — изящно намекнуть о собственных чувствах. Что теперь сталось с его птицей, кому она поёт?.. Мысли вольным потоком потекли прочь — Не Хуайсан вспомнил Вэй Ина и Ванцзи — такими, какими видел их в последний раз, и сердце его забилось тревожно. Выжили ли они? Что за дурное дело задумал Вэнь Чао? «Не могут столь сильные заклинатели погибнуть от его подлости», — повторил про себя Хуайсан, но верил ли в это? Почти что нет. — Мэн Яо?.. — тихий голос Сичэня больше походил на шелест. — Его нет здесь сейчас, — подошёл к постели Не Хуайсан. — Цзэу-цзюнь, как вы? Лань Сичэнь осторожно сел в постели, провёл ладонью по лицу. — Лучше, — сказал он. — Откуда?.. — Я остался в Безночном городе, один из всех заложников. Остальных Вэнь Чао отправил на ночную охоту, — пояснил Не Хуайсан. — Ванцзи… он ушёл со всеми вместе. — Как он? — вцепился в ладонь Не Хуайсана Сичэнь. — Как он?! — Вэй Ин присматривает за ним, — вырвалось у Не Хуайсана прежде, чем он прикусил язык. Никогда раньше он не был столь неосторожен в словах. — Вэй Усянь, — повторил Лань Сичэнь. — Что ж… Это хорошо. «Ты бы не сказал такого, если бы рядом с Ванцзи оказался я, а Вэй Ину пришлось бы об этом рассказывать?» — мысленно задал вопрос Хуайсан. — Они отправились за каким-то древним монстром, Вэнь Чао вернулся без заложников, но не думаю, что те погибли, — продолжал он. — Иначе он бы праздновал победу, а не придумывал небылицы для Вэнь Жоханя. — Он не решился бы на такое… — Лань Сичэнь закрыл глаза на миг. — Ванцзи… — Сильный заклинатель, — перебил его Не Хуайсан. — Они сумеют выбраться. — Наверное, ты прав, — обессиленный, Лань Сичэнь откинулся на постель. Не Хуайсан поднялся и принёс травяного отвара, а затем занялся приготовлением риса. Вряд ли кто-то мог бы заподозрить за ним подобные умения — разве не считали его слишком изнеженным? — но на самом деле Не Хуайсан умел выживать. Он вышел из домика, чтобы поставить силок, нашёл бойкий родник неподалёку и сходил к нему за водой. Простые действия отвлекали от тягостных раздумий, помогали успокоиться. Вот только когда Лань Сичэнь заговорил с ним снова, он опять вспомнил о Ванцзи. И это было понятно — он волновался за брата, откуда ему было знать, как больно слышать его вопросы и предположения Не Хуайсану? Болезненная влюблённость только подняла голову от этих разговоров. «С ним рядом Вэй Ин, — напоминал себе Не Хуайсан. — Ты проиграл, не играя». Но убедить собственное сердце, выбросить образ Ванцзи из мыслей он всё ещё не мог. — Когда раны затянутся, — сказал ему Сичэнь, когда они осторожно ели горячий рис, — мы вдвоём отправимся в орден Цзинь. Я должен убедиться, что ты будешь в безопасности. — Мэн Яо сказал, что брат там, — вспомнил Не Хуайсан. — Мэн Яо… — Сичэнь повторил это имя почти что с затаённой нежностью. Не Хуайсан отметил это, но ничем себя не выдал. «Между ними как будто есть какой-то секрет, — подумал он. — Но стоит ли его узнавать? Ответ может оказаться не тем, что мне хотелось бы услышать».