Возвращение домой. Часть первая: нежданное путешествие

Бильба не была настолько наивна, чтобы поверить, что у нее действительно есть шанс в схватке с Азогом. Орк был более чем вдвое крупнее нее, лучше обучен и намного опытнее. Даже если она сумеет блокировать его удар, что было очень сомнительно, учитывая ее нынешний уровень подготовки, огромная сила, которую вложит в удар орк, несомненно, выбьет меч из её рук в лучшем случае и сломает руки в худшем. К счастью, он был орком и она не испытывала никаких угрызений совести, сражаясь нечестно. Азог все еще тратил время, насмехаясь над ней, подначиваемый остальными орками. Бильба ухмыльнулась противнику. —Что такое? Боишься подойти и посмотреть мне в лицо? Или пытаешься выиграть время, чтобы придумать, как избежать схватки со мной? Орки смеяться перестали и оценивающе посмотрели на Азога. В их обычаях поведение в схватке были чем-то вроде выживания наиболее приспособленных. Если те, кто следовал за ним, подумают, что Азог боится сражаться, то он недолго продержится в своем нынешнем положении. Осквернитель замолчал, его глаза сузились от ярости. Он перекинул ногу через варга и с глухим стуком спрыгнул на землю. Сердце Бильбы учащенно забилось. Ее руки слегка дрожали на рукояти меча, и она изо всех сил старалась не показать страха на своем лице. Вот сейчас был бы исключительно подходящий момент для Торина, чтобы очнуться и взять все в свои руки, но она уже знала, что этого не произойдет. Тело позади нее было неподвижно, и часть ее очень волновалась об этом. Дышит ли он еще? Пожалуйста, пусть он дышит. Азог шагнул вперед, поднимая гигантскую булаву. Неужели так необходимо иметь такое большое оружие? Булава в половину меньше была бы столь же эффективна и гораздо менее устрашающа. В сознании промелькнуло воспоминание о столкновении этого оружия с Торином, о его теле, пролетевшем по воздуху и ударившемся о землю с тяжелым стуком. Бильба сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Чуть пошевелила руками, незаметно поднося кольцо, зажатое в ладони, к пальцам и надела его на левую руку. В тот же миг весь мир стал тускло-серым и полупрозрачным, как перышко. Бледный орк остановился, все еще держа руку поднятой, и на его лице отразилось замешательство. Все остальные орки разразились хором криков, в которых звучало то же ошеломление. Бильба знала, что это продлится всего секунду. Она присела и бросилась вперед. Рука Азога все еще была поднята, и хоббит нырнула под нее, подняв свой меч....и вогнала его прямо орку в живот. Кровь брызнула ей в лицо, и Ахог закричал от ярости и боли. Даже не видя он знал, что в его животе торчит клинок, и поэтому имел общее представление о том, где она находится. Прежде чем Бильба успела отбежать в сторону, чья-то рука сжала ее волосы и одежду сзади. Через мгновение она уже летела по воздуху, едва успев удержать свой меч, выдернув клинок из живота орка, когда тот отбросил ее. Хоббит врезалась в белого варга с ужасной силой. С глухим стуком упала на землю и перевернувшись на спину, вонзила меч в горло твари. Зверь заскулил и упал рядом с тем местом, где сейчас лежал Азог, ревя от боли и зажимая рану в животе. Бильба с трудом поднялась на ноги, все еще сжимая меч. Жар пробежал по ее телу, пот выступил на лбу, а дыхание стало тяжелым и прерывистым. Кровь запятнала ее руки и грудь, забрызгала тонким туманом лицо. Рука, сжимавшая рукоять меча, дрожала. Остальные орки все еще стояли на своих местах, разинув рты. Осквернитель взревел, призывая их помочь ему, но в данный момент они были слишком ошеломлены, чтобы двигаться. И вновь Бильба воспользовалась этим преимуществом, бросившись на ближайшего орка и варга. Меч глубоко вошел в глазницу зверя, затем она развернулась и вонзила клинок в ногу орка. Когда тот упал на землю, хоббит вогнала лезвие ему в грудь. Ее руки уже болели, но она не смела остановиться. Бильба сразила еще двух варгов и одного орка, прежде чем угроза неминуемой смерти вывела остальных из оцепенение. Сражение, что последовало за этим, запомнится как самое тяжелое в жизни Бильбы. Половина оставшихся орков подошли к Азогу, подняв его и унеся с поля боя. У Бильбы не было иного выбора, кроме как отпустить их. Оставшиеся орки все еще прижимали ее к склону горы. В такой тесноте невидимость не слишком помогала. Она рисковала наткнуться на противников при каждом движении, и все, что от них требовалось - это чтобы один из них поймал ее и на этом бы все закончилось. Хоббит метнулась вниз, бросившись между ног одного орка и перекатилась по земле, чтобы полоснуть его по щиколоткам, когда поднималась на ноги. Песок и зола от огня неприятно царапали кожу и вызывали жгучую боль на ногах и руках, где были царапины или порезы. Дым все еще сжимал горло, заставляя легкие работать еще усерднее, чтобы дать ей достаточно кислорода для битвы. Грудь тяжело вздымалась, и Бильбе уже с трудом удавалось удерживать меч. Поляна была усеяна мертвыми и умирающими орками и варгами, но по меньшей мере четверо все еще были на ногах. Впервые в её маленькую голову пришла мысль, что Торин-то был полностью виден и совершенно уязвим. Двое орков бросились к нему, и Бильба выругалась, пытаясь преградить им путь. Она врезалась в одного из них, в то же время рассекая мечом лицо другого. Чьи-то руки сомкнулись вокруг нее сзади, и Бильба закричала, когда орк поднял ее. Она протянула руку назад и нашла лицо существа, нащупала глаза и с силой ткнула в них пальцами. Орк взвизгнул и отбросил ее. Она рухнула прямиком на распростертое тело Торина. Хоббит начала было подниматься и замерла. Мир вокруг нее был резок и четок, а это могло произойти только в одним случае. Кольца на пальце больше не было. Орки вокруг ухмылялись. Один из них наклонился, чтобы поднять что-то, а когда выпрямился, то в руках держал ее меч. Она и не подозревала, что обронила его. Бильба приподнялась и прижалась спиной к боку Торина, обхватив его рукой за грудь. Сейчас было бы действительно подходящее время для того, чтобы он проснулся. Но глаза узбада оставались закрытыми, а черты лица расслабленными. Теперь, когда она была беззащитна и на виду, орки больше не торопились. Тот, что держал ее меч, повертел его в одной руке, оценивающе глядя на хоббита. Бильба почувствовала, как к горлу подступает желчь, а желудок сжимается от страха. Она вытянула ноги вдоль тела Торина, прижавшись к нему изо всех сил. Лихорадочно огляделась в поисках кольца, но и следа его не увидела. Как же оно могло потеряться? Кольцо, казалось, идеально подходил по руке. Один из орков шагнул вперед, и Бильба едва сдержала вскрик. —Позови своих друзей. Хоббит озадаченно моргнула, услышав странный голос в своей голове. Он показался ей смутно знакомым, как будто она уже слышала его раньше, но никак не могла вспомнить, когда и где. —Позови своих друзей, — повторил голос. —Они никогда не бросили.бы тебя. У них не было выбора, в отчаянии подумала Бильба. Они упали или были захвачены гоблинами. Даже если Азог встретил их живыми, а не просто ограбил их трупы, чего она даже не хотела себе представить, он утверждал, что сбросил их с утеса. —И ты поверила ему? Бильба уже не знала, чему верить. Конечно, она хотела бы, чтобы с ними все было в порядке, но, как бы то ни было, конечный результат был один и тот же. Все они ушли. —Так что же ты теряешь? Вот уж, действительно. Орк подошел ближе, одной рукой лениво играя с острым лезвием ее меча. Они явно наслаждались ее страхом. —Двалин! Крик был тихим, даже для ее собственных ушей, и голос в голове снова заговорил, на этот раз раздраженно. —Это все, что ты можешь сделать? Позови их! – Двалин!— это имя эхом разнеслось над горами, и орки напряглись. Двое из них настороженно оглянулись через плечо, чтобы посмотреть, кого же она зовет. Но никто не пришел. Бильба вздрогнула. Азарт и огонь, что сопровождали её во время драки, начали спадать, и теперь к ней подкрадывалась усталость. Тысячи порезов, синяков и ссадин вдруг чётко ощутились на лице и теле, а темнота потихоньку заволакивала зрение. —Глоин! Орки оглянулись еще раз, и снова никто не появился. –Бифур! Бофур! Бомбур! Теперь они лишь посмеивались над ней. Тот, что с мечом что-то сказал остальным и снова обратил свое внимание на хоббита. Она должна была бы разобрать слова, но они казались неестественно медленными и расплывчатыми в ее ушах. Все труднее становилось держать голову высоко поднятой. Голос требовал, чтобы она продолжала свои попытки, и Бильба повиновалась. —Оин! Балин! Единственным ответом был смех врагов. Орк начал поднимать свой меч, и Бильба тщетно закрыла лицо руками в отчаянии закричав: —Нори! Ори! Дори! Он засмеялся и что-то сказал ей на своём грубом языке. И снова она ничего не смогла понять. Бильбе казалось, что она стоит далеко, и словно бы со стороны наблюдает за разворачивающимися событиями. — Кили! Собственный голос казался ей тусклым и невыразительным. Меч начал опускаться. Последний всплеск силы затопил ее, возвращая все в четкий, ясный фокус. Бильба испустила крик из самых глубин своей души; в нем смешалось все - гнев, боль, отчаяние и утрата Она закрыла глаза и последним усилием воли бросилась на Торина, уткнувшись лицом ему в грудь в ожидании удара. Но его не последовало. Вместо этого она услышала рев чистой ярости, топот ног и громкий лязг металла о металл. Бильба изо всех сил пыталась поднять голову, но последние силы покинули ее, и сознание быстро угасало, чтобы присоединиться к Торину, где бы он ни был. Хоббит сумела-таки повернуть голову в сторону, и глаза превратились в щелочки. Бильба могла различить очертания гораздо большего числа фигур, чем раньше, и ей было интересно, вернулся ли Азог. Отдаленный глухой звук раздался в голове, и она поняла, что это сердце Торина бьётся у ее уха. Бильба смутно осознала, что грудь узбада медленно поднималась и опускалась, и почувствовала благодарность за то, что хотя бы не напрасно защищала его. Все вокруг потемнело. Было ощущение, что каждая мышца её тела расслабилась позволяя еще сильнее прижаться к Торину. Слышались слабые звуки голосов, хотя нельзя было разобрать, о чем они говорят. Хоббит смутно увидела приближающиеся сапоги. Кто-то опустился на колени рядом с ними, и она ощутила руку на своей голове. Бильба ожидала боли, но вместо этого рука мягко провела по ее волосам. Раздался голос, но он был приглушен и, казалось, доносился откуда-то издалека. Бильба изо всех сил старалась отодвинуть темноту подальше. Но глаза были почти закрыты, и никакие усилия не помогали открыть их снова. Хоббит все равно пыталась рассмотреть окружающее, медленно переводя взгляд мимо пары сапог, задранной штанины, мимо кожаного пальто и дальше к лицу. Смутное воспоминание о светлых волосах и кристально-голубых глазах неохотно всплыло в ее сознании, и неуверенная улыбка, медленно расползающаяся на лице, могла бы соперничать с сиянием солнца. Призвав на помощь все оставшиеся силы, Бильба подняла руку и провела ею по лицу стоящей на коленях фигуры. — Фили. Ее голос был едва слышен, но ей показалось, что он улыбнулся в ответ. Его губы шевельнулись, но она уже ничего не услышала. Темнота заполнила сознание, глаза закрылись, а рука безвольно упала. Однако улыбка осталась прежней.